Огонь по венам

Шэнь Цзю сжег свой гнев и ненависть , а после и свое отчаянье. Его сердце сгорело дотла и осталась пустота. Теперь его просто нет , меньше чем призрак, но больше чем ничего, никто не видит , никто не слышит , он может только наблюдать. Какая ужасная вещь... Наблюдать, как крадут твою жизнь. Видеть, как те, кто тебя ненавидел и презирал, улыбаются и желают тебе добра, видеть, как ученики , которых учил и защищал, любят другого еще сильнее, видеть, как весь твой тяжелый труд принимается как должное, как твои испытания, кровь и бессонные ночи считаются чем-то меньшим, только потому что более холодный и не улыбаешься каждому, что поступки и ошибки, которые ты совершал и не совершал, но за которые был осужден и оклеветан, тем не менее прощаются другому — просто потому, что он мог улыбаться, льстить, и лгать . Как мучительно быть забытым теми предатели, ради кого он пожертвовал столь многим, лицемеры. Будучи брошенным в детстве, Шэнь Цзю должен был понять, что его жизнь была сплошным страданием. Он ненавидел Шэнь Юань. Самозванец , Похититель тел. Он ненавидел Лю Цинге . Лицемер , что повелся на красивое лицо. Он ненавидел Ци Цинци. Гарпия , что не может удержать язык за зубами. Сплетница, лецимерка . Защитница женщин ? Какая шутка, если в вас нет благородной крови она не плюнет если бы вы были в огне . Пиковая Леди Ай Минши на небе наверное впадает в отклонение Ци , глядя на то как исказила ее учения ее ученица. Он ненавидел Мин Фань, Нин Иньин, ученики Цин Цин .Он их защищал , учил , а они даже не подали вид что-то не так , а сразу потеплели к самозванцу . Мин Фань , пятый сын от третьей наложницы чиновника среднего звена. Не любимый , забытый своим отцом, без цели к существованию , он взял его на свой пик , обучил и сделал старшим учеником, предатель . Нин Иньин названная дочь, дочь его Дзе Дзе из Красного Повильена, Нин Байхе , одной из рабынь которых Цю Дзяньло продал на стороне . Одна из бедных сестер , которых он со временем потерял. Названная дочь которую он обучал и баловал , но которая так быстро его забыла . Дочь которая его предала. Ученики Цин Цина, которых он выбрал , но что сразу побежали к учителю который ярко улыбается, чьи слова не жалят суровой правдой мира . Предатели. Он ненавидел Лордов Пика, он ненавидел их всех . Предатели и лицемеры все они. Он ненавидел Юэ Ци, Юэ Цинюань. Клятвопреступник , лжец, предатель, брат потерпевший неудачу. В любом конфликте выбираешь любую сторону, а не сторону брата , что клятву преданности отдал давно и не нарушил ее ни разу . . Лжец , Лжец, Лжец. Глупая и лживая Ци Гэ. Он не знал, почему остался . Почему сила которая вселила самозванца Шень Юаня в его тело не отпускала его , Шень Дзю мог догадываться , Сю Я , его верный спутник , он почувствовал рывок связи в душе, в момент когда его выбросило из тела . Наверное пытались и его забрать. Подавиться , Сю Я древний меч со свой волей , он принимает ци , но не душу . После отторжения души, после того как сознание чужака вжилось в тело, что некогда было его, Шень Дзю должен был раствориться — как утренний туман, как сон на рассвете. Но он остался. И смотрел. И смотрел. И смотрел. И смотрел. Без голоса. Без тела. Без права. Он смотрел. Смотрел, как тот — Шень Юань — легко, будто случайно, одним выбором спасает Лю Цинге. Как заново выстраивает узы братства и дружбы, что у Шень Дзю разваливались, как пергамент в пламени. Как ученики улыбаются, как пиковые лорды смеются, как народ кланяется с уважением, которого Шень Дзю никогда не удостоился. Он смотрел, как его собственное золотое ядро — истерзанное, полное трещин и демонов сердца терзающих его, но оно было его, выстраданное им самим, его кровь и тяжелый труд — был уничтожен. Ради тела. Ради новой оболочки. Так просто. Шень Дзю не кричал. Не плакал. Он просто стоял и смотрел, как работа всей его жизни, его гордость, превращается в пыль. И Шень Юань даже не знал, что уничтожает. Он думал, что это просто грязная , слабая ,искажённая культивация — не знал, что это чья-то боль, и время проведенное на суровых тренировках до судорог в мышцах и стертых до крови пальцах , потраченное на создание чего то что сделало бы его достойным . И снова все возращается к нему. Почему Почему Юэ Циньюань… Он рассказал всё — ему. Не Шень Дзю. Не тому, кто ждал. А ему. Случайно, между делом. Мол, прости, не смог тогда вернуться. Что-то помешало.Почему , почему ты рассказал о Суансу похитителю тел , а не этому Шень Дзю , почему после стольких лет ожидания обьяснений ты рассказал и все обьяснил самозванцу с лицом брата , а Шень Дзю , что должен был годами давиться пустыми извинениями , и не менее пустыми обещаниями. Слишком поздно. Слишком не тому. И вот — свадьба.С учеником . Между самозванцем с его телом и лицом и его Учеником. Если бы Учитель только был здесь. Все здесь и все гости и ученики, лорды стали бы пеплом на ветру, Шень МинХуэй не допустил бы такого фарса. Смех. Радость. Свет. Все пиковые лорды, ученики, друзья. И он — Шень Дзю — стоял, невидимый, неслышимый, неощутимый. Как тень, затерянная в солнечном полдне. Он думал, что сможет найти в себе хоть вспышку прежнего гнева. Но нет. Всё, что осталось, — только усталость. И глубокое безразличие. И вот... Что-то отпустило. Он почувствовал это — как невидимые кандалы что приковали его у Самозванцу отпустили . Исчезли. Как будто он может сделать первый свободный вздох, впервые за долгое время, хотя дышать ему больше не нужно. Он мог уйти. Он мог уйти. Он мог уйти. Наконец-то. Шень Дзю отвернулся от этого праздника жизни, наблюдать который ему больше не нужно и никто не заставляет . Он не знал, куда пойдет, только радость от того что больше не был привязан. Не к этому миру. Не к телу. Не к боли. И вот тогда он почувствовал рывок. Не голос. Не зов. Сю Я Моя верная Сю Я . Такой же пленник каким был я. Такой же как это Шень Дзю. Там, где когда-то билось его сердце, что-то дрогнуло и потянуло. Он обернулся — и увидел. Шень Юань стоял на ступенях, сбивчиво улыбаясь, и растерянно смотрел на мерцание меча . На последнее сияние света Сю Я в этом мире. Сю Я. Меч, который когда-то выбрал Шень Дзю, несмотря на все его трещины, на его изломанную душу и отчаянную борьбу. Меч сиял. Тянул и Тянулся И в этот мемент, Шень Дзю вдруг понял: Этот мир больше не был его, Этот пик больше не его, Связь ослабла. Оковы распались. Он мог уйти. Пусть его оклеветали, забыли, заменили, — но он все еще подсознательно цеплялся помимо цепей что держали его к маленькому лжецу . Сю Я мерцал. Оковы распались. Они могли уйти. И он опустил. Тепло от сияния Сю Я рядом с душой Шень Дзю. Радость от долгожданного воссоединения с дорогим другом. А после темнота. В праздничном зале пика Цюн Дин. Свадьба Лорда Пика ЦинЦин Шень Цинцю и Демонического Императора Ло Бинхе из рода Небесных демонов. Все присутствующие почувствовали что что то не так. Ученики и приглашенные гости зашумели, начали нервно переглядываться .Пиковые лорды осмотрелись, посмотрели и нашли причину переполоха, на постаменте где стоял их боевой брат, причина сияла на его руках. Все замерли от шока переходящим в удивление, перитикающей в ужас, а после в осознание. Шень Юань держал сияющий и постепенно мерцающий меч , и чувствовал что то крушиться . Как будто в этот момент и после как прежде уже не будет , будто что то безвозвратно меняется .Пребывание в этом мире и в теле подонка злодея не прошло бесследно, которое пусть и имело слабое ядро , но духовное восприятие у настоящего владельца тела было не шуткой и сохранялось даже после того как Шень Юань в него вселился. Когда он использовал меч , он мог чувствовать какие то отдаленные похожее на отвержение ,проблески странного недовольства . Это всегда происходило стоило погрузить Ци в меч или командовать им на расстоянии . Сю я всегда был тяжелым и сложным в управлении . Шень Юань считал что Шень Дзю был также плох в обращении с мечом как и он ведь почти все навыки и знания перешли к нему без проблем, за исключением создания новых музыкальных композиций ,произведений искусств и боевой тактики, Шень Юань полностью смог вжиться в роль Шень Цинцю, стать им , лучше его, превзойти его . Поэтому когда он посмотрел на меч который держал в руках и из близкого расстояния или за чего еще , Шень Юань смог отчотливо почувствовать, как изнутри лезвия что-то уходит. Ускользает. Рвётся. Сю Я вырвался — не в теле, не в металле. Его суть — та, что стала душой — последовала за Шень Дзю. Он не мог остаться. Он не принадлежал никому другому. Он был мечом Шень Дзю. Одного избранника . Одного культиватора , чья верность сияла в душе так ярко что звала его громче всех. А на месте того где некогда был прекрасный меч… Осталась только оболочка. Меч, некогда сияющий мягким светом, больше не дышал. Лезвие померкло. Звук удара о камень — хрупкий, как звон разбитой фарфоровой чаши — и Сю Я раскололся. Внутри — пустота. Прекрасный мертвец. Шень Юань понял. Не сразу. Но понял. Он не владел Сю Я. Он всегда только заимствовал. И в этот день, когда душа ушла, Сю Я последовала за с ним. В не тений В не пустоты Вестерос . Дрифтмарк. Рассвет.124 год п.з.э. Покои Наследной Принцессы. Свой первый вздох на руках уставшей матери сделал младенец.