Птенец в коробке

*** Ночь опустилась быстро и тяжело, словно на землю упало огромное, мокрое покрывало. За окнами спальни не было видно ни звёзд, ни луны — только ровный, липкий мрак, разлитый по стеклу. В комнате давно наступила тишина: соседи спали, Олег — тоже. С его койки доносилось тихое посапывание, ровное, тёплое, будто бы мир не обрушился пару часов назад. Сергей лежал неподвижно, обнимая подушку. Он успокоился, насколько мог, и просто смотрел в окно на черное небо. Мысли медленно расползались под черепом, а потом резко разбегались в разные стороны, оставляя мальчика бездумно смотреть в темное стекло. Паника всё ещё шевелилась внутри, но уже не так остро. Петю, похоже, до сих пор не нашли. Внутри всё ещё зияла щель тревоги, но теперь она не такая жгучая. Ведь Олег на его стороне. Олег — всё ещё рядом. Олег — все еще его лучший друг. Только это и удерживало Сергея от того, чтобы вновь не провалиться в пучину отчаяния. Он перевернулся на бок, повернувшись к кровати Олега. Заснуть всё равно не получалось — сердце всё ещё стучало быстро, резко, пропуская удары, как у испуганной птички. Сергею казалось, что он уже и не уснет, а так и пролежит до утра в ужаснейшем настроении и в попытках себя успокоить. Но вдруг, позади что-то резко дернулось, будто на кровать упало что-то большое и пушистое. Прямо как в детстве… Прямо как… Сергей вздрогнул и попытался обернуться. На груди почувствовалась крепкая рука, а потом из его легких вырвался удивлённый выдох. Что-то сгребло его в крепкие, до болезненного жадные объятия. — Спи! — раздалось у самого уха. Он не успел ничего увидеть, прежде чем сознание оторвалось от тела, отправляя его в бесконечную безмятежность. За его спиной раздалось тихое шуршание крыльев — такой знакомый, такой забытый звук. Он не слышал его уже очень давно и, возможно, не хотел бы больше слышать. Птица это знал. Он сидел рядом, как прежде, как когда-то в детстве, и не хотел тревожить своего ребенка. «Ты всё сделал правильно, — слова Птицы текли мягко, вплетаясь в сон Сергея. — Ты сделал то, что должен был.» Сердце его ребёнка успокоилось, мальчик тихонько вздохнул, сквозь сон обнимая подушку, в этот миг он снова был в безопасности. Тёмная фигура аккуратно опустилась на кровать рядом. Янтарные глаза мерцали угольками. Ладонь — чёрная, будто сотканная из ночи, как раньше скользнула по рыжим волосам. «Ты всё сделал правильно», — продолжал он успокаивать уснувшего мальчика. Он наклонился, тихо, бережно коснулся губами лба своего ребенка, как когда-то давно, когда они были неразлучны. Во сне Сергей неосознанно улыбнулся, ловя прикосновение чего-то тёплого и до сих пор родного. Если бы он сейчас открыл глаза, то увидел, как отчетливо виднелось лицо его старого друга. Лицо, как две капли воды повторяющее его собственное. — Я всегда буду рядом, — шепнул Птица, — Даже, если ты меня совсем забудешь.