Проблема сна Аарона.

Это был обычный день, если не учитывать столь ранний подъем Кевина. Наверное, он решил потратить свободное время без рыжей катастрофы и белобрысого монстра с пользой, а не высыпаться в субботнее утро. Они решили завалиться после пятничного матча в Колумбию и оторваться, отметив победу в доме кузенов. К счастью или к сожалению, на эту авантюру повелся только Ники, а собственно других, кроме монстров, и не приглашали. Нил, Эндрю и Ники в одном доме на два дня минимум. Интересно. Кевин позволил себе подумать об этом на мгновение, когда выходил из ванной, но его разум не захотел дополнять эти мерзкие картинки. Чайник защелкал крышкой, шкаф с кружками скрипнул дверцей, ложка зазвенела о стеклянные стенки. Запах крепкого растворимого кофе в любимой кружке, подаренной Аароном, с тупой надписью «Я тут королева драмы». Тот самый Аарон сейчас отсыпался после бессонной ночи над конспектами и видел десятый сон, и, кажется, его совсем не волновали надменно громкие звуки с кухни, которые создавал Кевин. Или он так только думал? Кевин пошарился в холодильнике и нашел там круассан с ветчиной и сыром, который купил по дороге обратно с выездной игры вчера, но так и не съел. Нападающий поставил разогреваться эдакий сэндвич в микроволновке и позволил ей неприятно пискнуть пару раз, пока перемешивал свой кофе с одной ложкой сахара. Спустя всего пару минут Кевин уже сидел за кухонным островком и поедал свой завтрак, попутно проверяя новости экси. Вышли нарезки со скандальным послематчевым интервью с командой Бельмонта, но Дэй ненавидел этих противных Черепах настолько, что не удостоил вниманием даже громкие заголовки. А вот игра Троянцев в этой паре очень даже зацепила. Он посмотрел еще пару видео с нарезками лучших моментов, после чего пошел мыть посуду. И, конечно, у Кевина это получилось так же громко, как и все то, что он делал до этого. На эти звуки все-таки выходит недовольный Аарон и сначала смотрит ему в затылок с минуту, потом бросает хмурый взгляд, когда тот наконец разворачивается, вытирая руки полотенцем. — О, любимый, я тебя разбудил? Аарон не отвечает, ведь уже топает в ванну, оставляя Кевина глупо хлопать глазами. Не остается ничего, кроме как вздохнуть и сесть за ноутбук снова, ведь рабочие чаты уже заполнены информацией. Ровно через двадцать минут у него должна начаться видеоконференция с членами комитета по регламенту экси и представителями прессы, а также тренерами других команд первого дивизиона. Формальность в начале их игрового сезона, причем ему хотели задать пару вопросов по поводу тактики и стратегии, как вице-капитан их команды. Джостен по понятным причинам не смог появиться. Наверняка сейчас пускает слюни на Эндрю, ну или с ним… Боже. Что за мысли снова. ••• Кевин думает о том, как выглядит, смотря на себя в отражение темного экрана загрузки одного из чатов. «Вполне неплохо» — решает он и думает, что верх все-таки нужно надеть. Свежепостиранная футболка с эмблемой Лисов выглядела бы вполне презентабельно. Именно её Дэй и выбирает, забирая с сушилки. При таком плохом утреннем освещении и качестве камеры то, что она не выглажена идеально, вообще не будет заметно. Он поворачивает голову на звук, когда Аарон появляется уже в дверях кухни. Такой заспанный и помятый, но от этого не менее привлекательный. В глазах Дэя он скорее домашний котенок, которого периодически выпускают жить на улицу, а по возвращении снова приучают к чистоте, к рукам и ласке. Сейчас именно такой день, когда он щетинится, выпускает свои коготки и не дает к себе подобраться. Кевин делает это аккуратно и ненавязчиво, стараясь не попасть под горячую «лапу», но выходит плохо. Его белобрысый зануда подходит сзади и слабо обнимает, просто свешивая руки с плеч Кевина. — Ну прости, котенок. Я не хотел. Поцелуй куда-то в щеку смазывается, когда Аарон резко мотает головой, отбиваясь от ласки, но от слов не отказывается, укладывая голову на плечо вместо рук, а их обвивает вокруг талии парня. — Ты мне такой сон обломал. Да я там… — он замолкает, будто наговорил лишнего, и тут же поправляет себя. — Не важно. Но ты все равно мудак. (Миньярд никогда не признается, что ему снятся эротические сны с участием Кевина Дэя) Аарон издает какой-то сдавленный и обиженный звук, но объятия не расцепляет и все еще дуется на Кевина вот таким странным способом. — Что мне сделать для тебя? Поцеловать? Вернуть тебя в кровать? Может, кофе? — перебирает варианты Дэй, но Миньярд на все это мотает головой. — Есть хочу. — ворчит в конце концов Аарон и отстраняется с громким вздохом, больше для показухи. Кевин в этом уверен. — В холодильнике много чего есть. Только не трогай полку твоей копии. Он тебе голову отгрызет, если тронешь его пиво. — Нахрен мне его пиво сдалось с утра. Моя полка забита энергетиками под завязку. — Миньярд захлопывает дверцу холодильника бедром и возвращается с каким-то странным набором в руках: банан, тот самый энергетик и протеиновый йогурт. — Я уже говорил тебе, что там много сахара и вредно для сердца? — большая часть, если не все внимание глаз, сейчас на экране, где люди обсуждают точное время соединения. — Я тебя не слушал. Клюшку держать могу? Могу. Всё. — раздраженно фыркает белобрысый, собирая все найденное из съестного в охапку, а ложку запихивает в рот. Несет он все это добро на диван, чтобы поесть у телевизора. Взгляд Кевина все же отрывается от ноутбука, и он замечает, какой его парень выбрал завтрак на сегодня. — Ты решил стать анорексиком? И убери эту гадость! — он указал на напиток, который Аарон уже успел открыть с характерным пшиком и начать пить, будто бы на зло ухмыляясь. — Подавись. — Какой ты добрый. Не переживай, мне этого пока хватит. Он оставляет жестяную банку на журнальный столик и берет с него банан, мучаясь с тем, чтобы избавиться от кожуры. Кевин искренне не понимал, каким образом можно дожить до двадцати, не умея чистить чертовы бананы. Но он и не горит желанием помогать, ведь сам уже на взводе из-за другого. До созвона остается меньше минуты. — У меня конференция. Постарайся сидеть тихо. — Я тебе не помешаю. — искренне клянется и невинно хлопает глазками Миньярд, строя из себя ангелочка. Только вот что-то хитрое во взгляде выдает двойное дно. Кевину некогда об этом думать, он переходит по ссылке и выдыхает, когда на экране висит сообщение об ожидании принятия заявки на вступление. В этот момент Дэй очень жалеет, что не закинулся парой-тройкой стопок водки для храбрости. Не впервой, конечно, но он очень переживал услышать вопросы о недавнем суде над Аароном и влиянии этого на игру. Его же могут попросту не допустить к выходу на поле. Кевин нервно щелкает пальцами, хрустит суставами и все-таки успокаивается, когда его лицо появляется маленьким квадратиком в углу, а с каждой секундой в видеозвонок добавляются все новые и новые участники. Он узнает не все лица, но большинство ему знакомы. Каких-то людей он встречал на банкетах, а других — на играх в VIP-ложах и прочих мероприятиях. Присутствие Ваймака не удивляет, но дает твердое ощущение спокойствия. Дэй здоровается, когда все уже собрались, а ректор университета Пальметто начинает вступительную речь, которую он слышит из года в год. Что-то о силе духа, о целях, победах и поражениях, трудностях в работе и бла-бла-бла. Краем глаза он замечает кудри Джереми на фоне тренера Римана. О боже. Джереми Нокс тоже тут. Недавно он отправил фирменную футболку в дизайне «Троянцев» Дэю с его фамилией и номером, так еще и оставил автограф. Счастью не было предела, и в их диалоге до сих пор висели радостные тексты по этому поводу, когда он открывает его. Кевин сдерживается от комментариев о присутствии Джереми напрямую, поэтому быстро печатает ему сообщение в телефоне и возвращается к экрану. Какой-то странный, отдаленно знакомый звук заставляет его отвлечься от скучных речей. Он переводит взгляд мимо ноутбука и видит еще более странную картину. Аарон уже расправился с кожурой и медленно погружает внушительную часть банана в рот, перед тем как откусить, убедившись в том, что Дэй это видит. Он старается не выдать эмоций, пока его лицо у всех на виду, поэтому просто прикрывает рот кулаком, делая вид, что кашляет. Румянец на его щеках появляется сам собой, когда следующее, что делает этот ударенный на голову, — так это размазывает свой йогурт по второй части банана, очевидно белый, что делает ситуацию более двусмысленной. После чего погружает все это в рот, непонимающе и слегка вопросительно посматривая на Кевина. Тот не может оторвать взгляда и завороженно смотрит только на его рот, наполненный белой массой, которая вот-вот грозится вылиться за края. И Аарон позволяет ей «случайно» вылиться из уголка губ, но тут же подхватывает каплю и слизывает ее с пальца. Слишком двусмысленно. Слишком много подтекста в этом движении. Он облизывается и беззвучно смеется, указывая Кевину на ноутбук, напоминая, что он все еще под прицелом и вообще-то должен слушать. Хотя бы когда говорит его собственный тренер и по совместительству отец. Ну или наоборот. Ваймак коротко пробегается по составу новичков и оглашает их результаты, достигнутые под руководством Кевина и Нила, а затем узнает, не хочет ли что-нибудь добавить сам вице-капитан. Он выдавливает свою публичную улыбку без зубов и машет головой в отрицании. — Вы все прекрасно… описали, мне нечем дополнить. — паузу он делал для того, чтобы снова посмотреть на своего парня поверх экрана и… О боже. Этот засранец испачкал свои губы и часть подбородка йогуртом и пытается своими силами слизать его. Ложка периодически заходит обратно в рот, и язык навязчиво высовывается, вычищая с нее остатки десерта. От стыда хочется провалиться под землю. Какой черт поставил ему подножку тогда, когда стрела Амура влетала именно в сердце Дэя, и угораздила влюбиться именно в этого придурка? Ферзь вздыхает и опирается на руку лбом, стараясь больше не смотреть в сторону Миньярда и фокусировать все свое внимание на конференции. Пару минут он действительно концентрируется на лицах членов КРЭ и НССА, даже иногда согласно кивает на их утверждения, но молчит, пока его не спрашивают. Ваймак в приватном чате просит сесть ровнее и выглядеть менее сонным, но выходит плохо. Все эти речи утомляют. Не происходит ничего интересного. Тренеры обсуждают с ректоратом финансы на грядущий сезон и возмущаются вычетом средств для проживания на месте выездных игр. Кевин, если честно, плевал на все эти отели. Они все равно никогда не доходят до необходимой планки пяти звезд. Жмоты, что сказать. Его ногу что-то щекочет, но Дэй не обращает внимания и отсаживается чуть дальше от столешницы, не сводя глаз с экрана. Еще раз, и еще — что-то касается его ступни, потом поднимается выше к колену. Кевин запоздало осознает и смотрит вниз, пытаясь скрыть свое удивление. Аарон, видимо, совсем заскучал и приуныл из-за того, что на него не обращали внимания с его пошлыми провокациями, поэтому сейчас он стоит на коленях под столом и нагло гладит бедра своего парня, хитро ухмыляясь. Брюнет хватается за мышку и быстро выключает микрофон, надеясь, что в суматохе дискуссии этого никто не заметит, не заметит и то, как он опускает голову вниз, отвлекаясь на Аарона. — Ты что творишь?! На меня сейчас смотрят человек двести. — несмотря на выключенный микрофон, Дэй все равно ругается шипящим и тихим басом, сводя брови к переносице. — Кому ты нужен. К тебе обратились один раз за пятнадцать минут. — Аарон закатил глаза и продолжил сверлить взглядом подтянутые бедра, облаченные в серые пижамные шорты. Его руки все также нагло гладили, задерживаясь подольше на области возле паха. Дэй был бы и не против такой активности, если бы не конференция, во время которой его парень все это устроил. — Если ты сейчас не прекратишь, то позже у нас будет серьезный разговор. — прорычал Кев сквозь зубы, но Миньярд шикнул на него и вздохнул, подбираясь к резинке шорт. — Занимайся своим делом, а я займусь своим. Не мешай. — Аарон понял, что микрофон выключен, иначе он бы не стал с ним говорить прямо сейчас. Пришлось смириться с чужим натиском, потому что спорить с Миньярдом себе дороже. Скандал выльется знатный. Дэй и представить не мог, в кого Аарон такая истеричка. Эндрю вспыльчив, но не закатывает концерты из-за таких мелочей. Он приподнялся на стуле, позволил Миньярду стянуть с себя шорты до колен. Микрофон он вернул обратно, жестом указав Аарону вести себя как можно тише. Но, видимо, ему не хватило каких-то жалких секунд, так как уже в момент включения к нему обратился Ваймак. — Кевин? Все в порядке? — Да, тренер. — отчеканил он заученную у Нила фразу и старался держать лицо кирпичом. Сделал глоток кофе и потер шею, пытаясь выдержать пытки белобрысого. Он активно массировал полуспокойный орган через ткань белья и будто действительно наслаждался, ведь в следующую секунду начал атаку языком, собирая начавшуюся влагу с пятен у головки. Кевин вздрогнул, но прикусил щеку изнутри, блокируя себе возможность что-то случайно выпалить, как он любит обычно. Ни один минет в их постели не проходит без каких-либо слов со стороны Дэя, будь то указания двигаться быстрее, или слова любви и похвалы, от которых Миньярд тает, делается податливее, но никогда не признается. Кевин оказывается послан нахуй, когда только заикается о пристрастиях Аарона к теплым словам во время занятия любовью. Движения языка становятся все навязчивее, и орган растет, как на дрожжах, истекая предэякулятом теперь на живот. Боксеры пропитались слюной Аарона насквозь и теперь были совершенно бесполезны, поэтому он решил отправить их к шортам. Чак (ректор Пальметто) заметил странные ерзания Дэя, но не принял это во внимание до определенного момента. Азарт Аарона разыгрался не на шутку. Он осторожно прошелся влажным языком от яичек до кончика члена, проделывая путь самой большой вены на нем. Не спешил, но и был весь в нетерпении, ощущая соленый привкус на языке. Взгляд этих невероятно темных глаз снизу вверх будоражит и заставляет кровь в жилах кипеть, приливая лишь к одному месту. Ладно. Не одному. Кевин замечает, как щеки горят, становится намного жарче. Он оттягивает футболку несколько раз в попытке охладиться, но терпит крах. На собственном маленьком окошке он видит, как обычно бледное лицо заливается краской. — Кевин, что ты думаешь об ужесточении правил для применения силы во время игры? Твой капитан команды и голкипер недавно пострадали во время игры с «Воронами». — спросил один из членов КРЭ. Это правда. Эндрю получил перелом ключицы, а Нил — ребер. Но они уже более-менее восстановились. Однако голова Кевина сейчас явно была забита не травмами рыжей катастрофы и точной копии Аарона… — Я думаю… это будет правильно. — еле выдавил он из себя, все еще прикрывая рот рукой. Будь он не так возбужден, может, и смог бы выдать более развернутый ответ. Аарон не останавливается ни на секунду. Скользит, очерчивает языком малейшие выступы на поверхности большого члена Дэя и несколько раз, на пробу, двигает плоть вверх-вниз рукой, прокручивая кисть и параллельно стимулирует устье уретры кончиком языка. Кевин старательно маскирует тяжелые вздохи и мелкие стоны кашлем, прикрывает себе рот, закусывает большой палец, но это все-таки нельзя скрыть от более сотни людей. На него смотрят подозрительно, но никто не осмеливается спросить. Только гневные и беспокойные сообщения тренера летят в чате с вопросами о том, что, черт возьми, происходит. Дэй не отвечает, смотрит вниз и тут же об этом жалеет. Блондинистая макушка насаживается на член и гулко стонет, но не так громко, чтобы это услышал кто-то из звонка. Он берет в себя половину и посасывает Кевина с особой тщательностью, будто хочет вымыть своим ртом начисто. Кевин может только представить, какие на вкус сейчас губы Аарона. Наверняка сладкие от йогурта и банана, но с небольшой примесью соли от его члена. Появилось невыносимое желание поцеловать его. Такое сильное, что Дэй не смог усидеть на месте. Не смог сдержаться. Он слегка потянул Миньярда за волосы, призывая оторваться от своего занятия, и наклонился так низко, чтоб его голова исчезла из кадра. Кевин притянул к себе Аарона и настойчиво впился губами в его, не церемонясь, сразу проник языком внутрь, по-хозяйски гуляя по знакомым окрестностям рта. Проводит языком по ряду зубов и толкается в чужой язык, не дав перетянуть на себя инициативу. Горячее дыхание сливается в одно. Дэй чувствует сладковато-соленый привкус губ и совсем не жалеет о своем поступке, несмотря на то, что во рту Аарона только что был его собственный член. Почему бы не поцеловать любимого человека, когда этого захотелось? Он мягко отстранился, понимая, что находится вне видимости слишком долго, и выпрямился, слизывая с губ слюну своего парня. Между ними произошел немой диалог. Кевин облизнулся и кивнул, намекая на продолжение, а Аарон скептически вскинул бровь в духе: «А говорил перестать, сам вон что творит». Тем не менее, поцелуй явно пришелся по вкусу, и Миньярд просто не имел права жаловаться. Он послушно продолжил, еще немного задержав взгляд на чужом лице, замечая этот постыдный румянец. Дразнить Дэя было, конечно, безумно приятно, но хотелось продолжить эту пытку на глазах толпы и довести дело до конца. Он расслабил горло, вбирая всего Кевина в себя. Язык опасно сильно высунулся, оказывая дополнительные ласки стволу, пока глотка была занята приемом нежной головки в своих объятиях. Кевин запустил руку в чужие волосы и плавно почесывал, просто не веря в происходящее. Не может у его парня быть такого мастерства, учитывая то, что до принятия своей ориентации он встречался только с девушками. Мысль о том, что Аарон мог тренировать себя исключительно для Дэя, приводила в восторг. Мозолистая левая рука сильнее сжала пшеничные локоны, заставляя двигаться активнее. Аарон так и сделал, но перестарался, чуть не ударившись о стол головой. Если бы не рука Кевина, то болезненного стона было бы не избежать. Брюнет и так был очень благодарен Миньярду за его осторожность в звуках, хоть они иногда и проскальзывали, но тут был виноват явно не он. Скорее, природа. Из ноутбука слышался какой-то спор. Мужчина и женщина пытались отстоять свое мнение в отношении всех новичков в командах присутствующих представителей… вроде. Кевин слушал явно невнимательно и вполуха, но пару имен его новобранцев тоже звучали. Голос Ваймака перебивал их и вступал третьим в гомон голосов. Дэй покрылся мурашками, осознавая всю ситуацию. Ему отсасывает его парень, причем сокомандник, на глазах у двух сотен людей, включая собственного отца. Как же стыдно, но как же хорошо. Ферзь запрокинул голову назад в поисках утешения искр, что так и рвались лететь из глаз, когда Аарон в очередной раз взял особо глубоко. Его нос все чаще соприкасался с гладковыбритым лобком. Это доводило до дрожи, до тех самых звезд в глазах и осознания скорой разрядки. Кевин совершил ошибку, оперевшись на тыльную сторону ладони и посмотрев вниз, на Аарона. Эту картину просто надо видеть. Его ноги широко раздвинуты. Из-под боксеров выпирает возбужденный орган. Белую футболку он придерживает левой рукой, а правой надрачивает член Кевина. Рот широко открыт, а язык высунут во всю длину в ожидании заветных выстрелов. Темные, карамельные омуты полуприкрыты, и светлые ресницы слегка дрожат. Нужно еще пару точных движений нежной рукой Аарона, чтобы Дэй — восходящая звезда экси, поник, растекшись по стулу, как мороженое по асфальту в самый жаркий день. Блондин словил момент первых капель, попавших на язык и часть носа, но тут же погрузил орган в рот, пережидая окончание кульминации там. Проглотив все, он вытер рот запястьем и лучезарно улыбнулся, вильнув пятой точкой, как хвостом, словно довольный кот, наевшийся сметаной. Хотя… может, эта аллегория очень даже подходит. — Кевин! КЕВИН! — А? — очнулся наконец Дэй, подняв свою голову с руки, тяжело дыша, пытался собрать себя заново по кусочкам, пока в глазах все еще темнели и светились круги разных форм. — Тебе что, плохо? Ты весь красный и выглядишь не очень. Может, пойдешь отдыхать? Я сам перескажу тебе выводы сегодняшней конференции. — Ваймак, видимо, не выдержал упорного молчания в чате и решил высказаться напрямую, видя неладное состояние сына. Другие участники поддержали его и закивали. — Д-да… я, наверное, приболел. Если позволите… Парень не успел договорить, с ним тут же начали прощаться и желать выздоровления, а спустя минуту просто исключили из звонка. Кевин выдохнул. Ощущение было, будто тебя наконец освободили от оков. Сняли наручники, кандалы и кляп со рта. Ну или… как в тот день, когда он сбежал из Эвермора. — Приболел, значит. — ехидно ухмылялся белобрысый, сложив голову тому на колени. Теперь-то уж он может высказать все, что так хотел, своему ненаглядному. Устроить взбучку, чтобы не смел так рисковать в следующий раз. — Аарон Майкл Миньярд. Что, мать твою, это было? — Месть. — хихикнул тот. — За что? — Ты не дал мне спокойно поспать в законный выходной, а я не дал тебе провести твой «безумно важный» звонок. — пожал плечами Миньярд, все еще гордо смотря на возмущенного Дэя. И это все из-за бытового шума во время рутины? Кевин хлопал глазами и не мог поверить, что его парень решил наказать его таким способом. Миньярд все еще самодовольно улыбался и посмеивался, но стоило Дэю встать и потащить его за собой, улыбка превратилась в раскрытый рот от шока. Аарон оказался вжатым в поверхность стола и еле успел выставить перед собой руки. Теперь лицо брюнета было искажено ухмылкой. Он пристроился сзади, прижимаясь совсем близко к парню. Член еще не успел упасть и сейчас терся внаглую о серые боксеры Миньярда. — Боже, что ты творишь… — выдыхает блондин, несомненно чувствуя натиск чего-то крупного между ягодиц. Ладонь Кевина давит меж лопаток, и Аарон полностью прижимается грудью к поверхности, скуля что-то невнятное. Сам нападающий уже загорелся своей идеей не на шутку, орган вновь налился кровью, а жар в теле и не планировал уходить. Руки гладят любимые окрестности тела Аарона, его футболку ведет складками. Большая часть оголяется. Обожаемые ямочки на пояснице, широкие плечи напрягаются своим величием. Его руки все еще упираются в стол, но отведены назад и согнуты в локтях, будто при отжиманиях. Кевин медленно гладит от лопаток вдоль по позвоночнику и обратно, наклоняется ниже и легко целует у загривка, наконец изъявляя свой план вслух. — 1:1, но ты не зазнавайся. Хочу нарушить счет в свою пользу. Давно мечтал взять тебя на столе, а тут так события подвернулись. — он оставляет еще несколько поцелуев на подставляющейся шее и обвивает рукой поясницу, прикасаясь к животу. Напряженный пресс можно прощупать, не прилагая усилий, и Кевин делает это, распаляясь лишь сильнее от ощущения кубиков под пальцами. Его парень идеален с головы до ног. — Ах ты… лис. — тянет Миньярд и совсем не сопротивляется касаниям. Ему мало контакта, но винить в этом Дэя он не может, поэтому сам приподнимается, отклоняя голову в сторону. Блондин просит поцелуй, и Дэй ему в этом не отказывает. Прижимается к губам так, словно боится, что тот рассыпется под его натиском. Совсем не тот азарт, который был при первом таком выпаде. Совсем целомудренные и аккуратные ласки, которые перешли во что-то большое и быстро набрали обороты. — Я давно Лис, так же как и ты. — стеб был засчитан Аароном, как только тот отдышался. Он развернулся и хмыкнул, ощущая чужие теплые и большие ладони на своей заднице, раздвигающие их сквозь ткань. Аарон был готов выть от тягости давнего возбуждения, с которым боролся уже более двадцати минут. Он искал прикосновений, подстраиваясь под руки Дэя, терся об стол, но никак не получал такого необходимого, нежного трения. Коротко мычал, почти хныкал, но Кевин не поддавался на уловки, мучая лишь дольше. — Ты жестокий, ты знал это? — отчаянно и на выдохе выдает Миньярд, двигаясь ближе к источнику прикосновений сзади. — А ты провокатор. Фраза осталась пропущена мимо ушей, и Дэй все-таки перешел в наступление. Стянул боксеры блондина, вновь оттягивая две сладкие половинки, наслаждаясь видом податливой, бледной кожи накаченных тренировками ягодиц. Ферзь прильнул губами к спине и не мог не оставить легкий поцелуй на ямочке поясницы, переходя с грубых и необдуманных действий на вспышку нежности. Головка, смазанная предэякулятом нового возбуждения, потерлась о вход под натиском руки Кевина, но Аарон вдруг вздрогнул и запротестовал лепетанием снизу, сжимаясь всем телом. — Кев… я не готов. Не хочу тратить на это время. Позволь кончить, прошу… Мольба в голосе заставила Кевина остановиться и начать гладить по спине успокаивающими движениями. — Хорошо. Межбедренный? — получив положительный кивок, Кевин не медлил, решив, что уже достаточно наказал парня, что тот уже перешел к мольбе. Межбедренный секс они практиковали ранее, когда было особо лениво что-либо делать, как-то готовиться и так далее, или же, когда это случалось внезапно, как сейчас. Аарон первым предложил такой способ выхода из ситуации, когда разрядка нужна была обоим, но стимуляция руками уже никак не отзывается жаром внутри. Дальше все было будто в замедленной съемке. Руки Дэя гуляют по телу, скамкивая ткань футболки. Венки на половом органе набухают все сильнее в предвкушении сладостности момента. Он входит меж накаченных, спортивных бедер, ощущая, как Миньярд нарочно напрягает их для него. Липкости для скольжения хватает от естественной смазки, и он начинает двигаться. Член входит и выходит, аккуратно проскальзывая по возбужденной плоти Аарона и по его яичкам, стимулируя мошонку медленными, влажными толчками. Блондин протяжно стонет и расползается по столу, пытаясь ухватиться ногтями за его гладкую поверхность, но встречает лишь бортик, который помогает не больше. Прогиб в спине делает картинку для высокого Кевина еще более сексуальной. Аарону приходится стоять на носочках и дрожать всем телом без возможности раздвинуть ноги, как он бы сделал при обычном раскладе событий. Мягкость кожи внутренней стороны бедер настолько божественна, что Дэй на секунду оказывается на небесах. Гладит ягодицы, спину и талию. Восхищается, получая новый и новый эстетический оргазм от вида атлетичного тела своего возлюбленного. Аарон не может похвастаться тем же. Он находит в себе силы подняться и выпрямляется, хватаясь наощупь за край футболки темноволосого. Ей уже не страшны складки, да и не были до этого. Миньярда потряхивает вслед за толчками Дэя, он все-таки находит край снова и залезает рукой под ткань, ощупывая ярко выраженные кубики пресса. Такие знакомые и отпечатанные глубоко в памяти своим видом. — Si je dois tout… gâcher pour te baiser tous les matins, alors je suis prêt pour ça…— вздыхает Кев где-то на уровне уха, склоняя голову, шепчет на французском и не закрывает рта, ускоряя темп вслед за биением сердца. Аарон не понимает ни слова, но по жаркой интонации и тону может себе представить что-то неприличное. — Je t'aime. Je t'aime à la folie. Tu es très sexy… Слова повторяются. Кевин настойчивее бьется кожей о кожу, заломив одну из рук Аарона за спину. Он знает, что любимый защитник его не понимает, но от этого становится еще горячее. Это как доверить секрет в зашифрованном виде главной сплетнице компании. Азарт и похоть, неимоверное желание и любовь, закипавшая в крови. Вопреки ожиданиям Кевина, Аарон что-то, да понимает. Начало он когда-то видел в какой-то подборке базовых фраз для изучения языка, а последнее слово и вовсе созвучно с английским. Нельзя не узнать. — Я тоже «жетеми». — умудряется посмеяться блондин, смахивая волосы, лезущие в глаза. Он любил коверкать произношение, но сейчас больше хотел проявить искренний интерес и вовлеченность, показывая то, что он понял и отзывается взаимностью. — А за сексуального… спасибо. — дышать ровно уже почти невозможно. Обе руки оказываются переплетены с руками Кевина на груди, что помогает ему еще сильнее прижиматься и двигаться быстрее. Хотя куда уж там. — Пора бы заняться твоим французским, но пока я разберусь с тобой. Аарон откровенно стонет и не может ответить. Выкрикивает имя нападающего все чаще, переходя на натуральный скулеж от желания поскорее кончить. Трение органа об орган и хлопки тела сзади, имитирующие секс, распаляют до предела. Создается ощущение, что бледная кожа тает под прикосновениями, прямо как пломбир от прямых солнечных лучей. Пальцы вжимаются в чужую тыльную сторону ладони так сильно, что оставляют следы полумесяцев. Аарон очень близко, настолько, что хватит и одного движения. Кевин его совершает, предательски выцеловывая новые узоры на шее. Чувствительная зона горит, а в животе пропадает ком. Кажется, что комната вокруг падает, рушится, а Миньярд остается стоять с Кевином на мелком отрезке пола посреди пропасти. Кевин и вовсе падает в эту дыру, окунается в черноту с головой, когда в глазах темнеет. Он пытается удержаться за край реальности, ища опору лишь в переплетенных пальцах с Аароном. Оргазм настиг их одновременно и так ярко, что первый с ним не сравнится, как бы Дэй не любил шедевральный минет блондина. Капли густой и не очень спермы расплескались по столу и полу, но вопрос уборки точно не для этой минуты. Парни переживают последние мгновения удовольствия в объятиях друг друга. Аарон прижимается спиной к столу, тяжело дышит тому куда-то в шею, а Кевин нависает над ним, прижимает покрепче к себе и пытается собрать мир заново из крупиц оставшегося зрения после темноты. — Идиот. — строит из себя обиженного Миньярд и шуточно пихает его в плечо, но не настолько, чтобы тот разомкнул объятия. — Кто бы говорил. Изначально это все была твоя идея. — хрипло усмехается ферзь. — Иди нахуй. Щека Аарона поудобнее укладывается на вздымающуюся грудь, и он прикрывает глаза. Идеальные условия для продолжения прерванного сна, но нет. Нужно идти в новый день, нормально позавтракать и, желательно, забыть и никогда больше не вспоминать, что было на этом столе. И под ним. Удивительно лишь то, что сюжет сна, из которого его вырвал Кевин, был очень похож на события последнего получаса…