Демон бы побрал ваши артефакты!

"Власть идет не от народа, Не повторяйте глупости, записанные в конституции. Силой бойцов, а не воплями сброда, Держится власть и её экзекуции." Павел Пламенев, "Уважай нашу власть!"       Том Марволо Реддл был бы жалким самозванцем, а не Темным Лордом, лишись он врождённой, сверхострой паранойи. Неважно, что порой эта «здравая» паранойя вынуждала его убивать за недостаточно низкий поклон или косой взгляд. В последнее время он начал чуять измену в своих рядах, и это глодало его изнутри. Но сейчас...       Сейчас его внимание целиком поглотило иное. Согласно докладу Снейпа, его Избранный исчез. Испарился. Как сквозь землю. Никто, даже Дамблдор (Чтоб ты подавился своей лимонной долькой, вошь бородатая), не имеет ни малейшего представления о его местонахождении; министерство рвёт на себе волосы, разрываясь между поисками Поттера, подавлением антиправительственных бунтов, отражением наскоков Пожирателей смерти на вопящих от ужаса граждан и управлением погрязшим в хаосе аппаратом.       Казалось бы – мелочь: пропал мальчишка. Ну и что, что «Избранный»? Ну и что, что «Герой»? Сам бы выкарабкался, а нет – нашлись бы в ближайшей канаве, прикопали по-тихому, а вину свалили бы на кого-нибудь... ведь запасной план в лице... Мда... Растяпы-Лонгботтома присутствует.       Но нет. Эта «мелочь» посеяла такую панику, что британский магический госаппарат начал рушиться досрочно.       Авроры, словно ошпаренные и наскипидаренные (а в чём-то так и было – пинок от министра или Дамблдора творит чудеса; ха-ха, каламбур), носились по стране. Почти дошло до маггловских методов: рыскать на вертолетах с прожекторами по лесам; в самом же Аврорате царил форменный ад.       Где-то взбунтовался юный и от того безрассудный аврор, устроив локальный армагеддон среди коллег. Где-то дезертировал целый отряд. Опытных авроров, способных навести порядок, ещё в начале этого «Марлезонского балета» перебили некоторые Пожиратели – самовольцы, которых позже лично прикончил Волан-де-Морт. Кого эти идиоты не убили – тех было мало, они были завалены более насущными делами и плевать хотели на «мелкие» проблемы, как, например, Грюм, отмахивавшийся пенсией.       Некомпетентное отродье. Дилетанты.       Как уже было сказано, страна медленно скатывалась в пропасть. Казалось бы, на руку безносому лорду... Но загвоздка: попытайся Реддл устроить переворот прямо сейчас, когда министерство еле дышит – и запуганный, но загнанный в угол народ, подкрепленный отчаявшимися аврорами, сметет его обратно в Албанию доживать века до окончательного растворения, а его приспешников перевешают. Загнанный зверь дерет когтями до последнего вздоха…       Распорядившись домовику о вине, Тёмный Лорд воссел на тронообразном кресле в кабинете. Требовался анализ. Он напряг всё тело, сжав до побеления костяшек стилизованные под черепа подлокотники, и резко расслабился – таков был его ритуал очищения разума. Часы отбивали восемь утра.

***

      Прошла неделя.       Гарри Джеймс Поттер, чтоб сквозь землю провалиться, сладко потянулся. Но тут его осенило: он вскочил с кровати, взгляд метнулся по комнате. Воспоминания налетели, как ястребы: перенапряжение ритуала, сердечный приступ… Герой обмяк. Да уж… вызвал себе наставника… на свою голову.       Поднявшись, Гарри увидел резной письменный стол. В углу аккуратной стопкой лежала простая, но добротная одежда свободного кроя. Посередине стояла тарелка парящей овсянки (слюна предательски хлынула в голодный рот), и записка. Корявый почерк гласил: «Гарри. Поешь. Одевайся. Выходи. Спускайся вниз и налево. Там ангар. Ищи меня там. Фаун. P.S. Не пугайся человекоподобных механизмов – сервиторы. Объясню позже.»       Почесав взъерошенную голову, Гарри сел за стол. Он не любил овсянку, но голод был сильнее волчьего, да и страх разочаровать наставника брал своё. Проглотив кашу, он натянул мягкие камуфляжные штаны и рубаху-китель темно-зеленого оттенка, кожаные перчатки с металлом на костяшках.       Выйдя, он нашел лестницу. Пока спускался, думал. Друзей (предавших ублюдков) – нет. Дамблдора (предавшего наставника) – нет. Дамоклов меч Министерства – не висит. Появился тот, кому можно доверять. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Слишком подозрительно.       И как всегда, интуиция Избранного не подвела. Неприятности уже стучались в дверь.

***

      Северус Снейп всмотрелся в карту, куда пролилось Зелье Истинного Поиска. Темное пятно пещеры манило и отталкивало одновременно, источая волны опасности, крови и… чего-то необъяснимо чистого, светлого. Нахмурившись, зельевар резко развернулся, готовый бежать… но жажда наживы и странное желание помочь мальчишке заставили его вернуться к входу. Маггл бы сказал – веление судьбы. Поставив сигнальные чары, он шагнул во тьму.       Внутри пахло затхлостью и тленом, хуже самых заброшенных кладовок подземелий времён Основателей. Слева стена пропадала под ковром мха. Справа коридор уходил вниз, сужаясь. Сделав шаг, он ощутил колыхание чар за спиной, но реагировать не успел: спину пронзил холод металла – дула маггловского оружия. Огромного.       Хриплый бас прогремел со спины:       – Медленно поворачивайся. Руки на виду. Двинешься – пойдёшь на корм демонам.       Повернувшись, Северус едва не отдал душу Мерлину на месте, без единой пули. Перед ним возвышался гигант под три метра, закованный в серебристо-белые доспехи неземного вида, стилизованные под древних рыцарей. Лицо скрывал шлем с синими визорами и едва слышным респиратором. В огромной руке искрился меч, излучающий слепящий белый свет. Магическая мощь гиганта была чудовищной, смесью сил Дамблдора и Поттера, но главное – его присутствие давило невыносимой тяжестью, заставляя склонить голову перед неизмеримой силой.       Воин оценил его взглядом патологоанатома, разглядывающего будущего препарируемого, и рявкнул басом:       – Назовись. Цель визита.       – Северус Снейп. Мастер зельеварения Хогвартса. Ищу пропавшего мальчика по заданию, – выдохнул профессор.       – Мальчик... Гарри Поттер? – хмыкнул гигант.       Снейп инстинктивно дёрнулся – и огромный кулак в силовой перчатке обрушился на его голову. Тьма.

***

      – Здравствуй, Гарри. Рад твоему приходу.       Поттер, войдя в ангар, едва не врезался в торс наставника. Азраил был одет необычно: тога наброшена поверх свободных штанов, на ногах мягкие сапоги, на голове лавровый венок. Гарри вежливо склонил голову:       – Здравствуйте, учитель.       Фаун кивнул, его взор упал на дверь в углу.       – Твой первый урок начинается сейчас, Гарри. Ты будешь наблюдать за допросом. После изучим классификацию методов Имперской Инквизиции. Наша цель – информация. Гуманность... неприоритетна. Идем.       Он распахнул дверь, пригнулся и шагнул внутрь. Гарри поспешил следом.

***

      Северус Снейп знал цену своему невезению. Родители, Мародёры, Лили, Орден... Судьба вновь явила ему свое мерзкое лицо.       Первым пришло ощущение – холод железа под телом. Потом – ноющая головная боль и онемевшие руки. Открыв глаза, он быстро привык к полумраку и осмотрел камеру. Попытка пошевелить руками обнаружила крепкие верёвки, привязывающие его к спинке стула. Обречённо вздохнув, он замер в ожидании.       Судьба явилась в образе знакомого гиганта. Тусклая маггловская лампочка над головой «шпиона» вспыхнула язвительно ярко.       Со скрипом отодвинулся огромный стул, с тем же скрипом на него опустился незнакомец. Одет он был странно…       – Итак. Вы – Северус Тобиас Снейп? – прогремело чудовище. Снейп скривился.       – Да, – прошипел он сквозь стиснутые зубы.       – Великолепно, – гигант откинулся на спинку; свет выхватил благородное, но изрытое шрамами лицо. – С какой целью вы проникли на территорию Имперского регентства?       Снейп лихорадочно рылся в памяти, выискивая это «регентство». Исторические справки, магические и маггловские, не давали ответа. "Черт возьми…" – промычал он.       – Мне поручили найти Гарри Поттера. Мальчишку ищут по всему острову, министерство в панике.       – Принято, мистер Снейп. А что вы скажете о…

***

      Рекс Штраус, капитан линкора класса «Победа» «Непреклонный Дух», слушал доклады о состоянии корабля, параллельно отходя от шока после аварийного варп-прыжка. С каждым словом когитатора он бледнел: «Множественные пробоины корпуса… Критическое повреждение двигателя… Уничтожены первая, третья, четвертая и шестая лэнс-батареи… Полный выход из строя курсового орудия «Нова»… Утечка прометеума… Повреждены лэнс-турели B и C… Разгерметизация ангаров…»       Схватившись за пульсирующую висками голову, он оторвал кабели от интерфейса капитанского трона и встал, еле удерживаясь от падения – мир плыл кругом. Оправившись, он оглядел мостик: у стены сидел старший помощник с аккуратным отверстием вместо лица. Большинство офицеров погибли в бою; выжившие отправлены в лазарет.       Собрав волю в кулак, он вновь подключил кабели.       Перед мысленным взором развернулась схема корабля, усыпанная алыми метками повреждений. Положение было тяжелым, но не безнадежным: ангары разгерметизированы, но спасательные капсулы целы. Десантный док, державшийся на молитвах техножрецов, уцелел – значит, десант, скорее всего, жив.       Отдав распоряжения когитаторам, он запросил связь с генералом и комиссарами 201-го и 264-го пехотных Вальхалльских полков.       На экране связи появились три фигуры: генерал – с солидной повязкой на левом глазу; комиссар 201-го – без правой руки по локоть, с трудом стоявший на ногах; комиссар 264-го – лишь с синяками.       – Приветствую, господа офицеры, – Штраус отдал салют Аквилой. – Мы совершили аварийный прыжок. Нас выбросило так далеко, что астропат не видит света Астрономикона. Повреждения критичны. Корабль гибнет. Готовьте полки к эвакуации!       Генерал хрипло спросил:       – Капитан, куда эвакуироваться?       Штраус уставился в данные оставшихся аспексов, глаза его внезапно расширились. Брови генерала взлетели вверх.       – Что там, капитан?!       – Всеблагой Император... Я... я не верю своим глазам... Господа! Судя по данным, планета под нами... это Древняя Терра!       Комиссар без руки рухнул без сознания. От потери крови... или от благоговейного ужаса.