Маленькие Спасатели

      — Здравствуй, Лавайни. Ну что? Уже не дуешься?              — Здравствуй, Дезире, — бурчит в ответ Лавайни, вытирая лицо краем рубашки. — Мы что, в детском саду?              — Кто бы говорил, — улыбается Дезире. — Не я в прошлый раз устроила… ну, ты понимаешь. Понимаешь ведь?              — Понимаю. Ну, что тебе сказать… Наших малышей не будем использовать как орудие мести, до этого уже договорились. Тем более, я… — Лавайни вздыхает. — Я тоже слишком привязалась к Элвису. Не могу с ним расстаться… даже на денёк…              Не удержавшись, Лавайни шмыгает носом.              — Рано или поздно это должно было случиться, — улыбается Дезире. — Малыши влюбляют в себя…              — Да… влюбляют, — кисло соглашается Лавайни. — Но жаль, что от мести приходится отказаться.              — Ерунда. Скоро ты поймёшь, что всё это — такая мелочь, которая даже не стоит внимания.              — Мелочь… — Лавайни грустно улыбается. — Да… наверное, мелочь.              — Что с тобой? — обеспокоенно спрашивает Дезире.              — Ерунда, — повторяет Лавайни. — Столько времени строили планы мести, а теперь от них приходится отказаться. Обидно как-то.              — К этому привыкнешь, — ободряюще улыбается Дезире. — И быстрее, чем ты думаешь…              — Куда уж быстрее. Всего-то два месяца прошло, — бурчит Лавайни. — Куда быстрее…              Дезире загадочно улыбается.              — Я знаю эту улыбку, — бурчит Лавайни. — Ладно, мне спать пора.              — Конечно. Спокойной ночи.              — Угу, — односложно отвечает Лавайни.              Дезире проснулась от звонка будильника. Выключила его, выбралась из-под одеяла, переоделась в дневную одежду. Прошла на кухню, где поставила вариться традиционный утренний кофе. Бросила в чашечку несколько крупинок сахара, перемешала, начала пить. От горячего сладкого кофе, выпитого залпом, в голове слегка зашумело, но быстро прояснилось.              — Итак, — сказала сама себе Дезире, моя джезву и чашку. — То, что начиналось как план мести, в итоге стало самым большим в моей жизни счастьем. Жаль, Лавайни никак не может это принять.              Закончив с посудой, Дезире вернулась в комнату. Наклонилась над Чипом, поцеловала его в лоб. Нежно сказала:              — Ален, пора вставать.              — Мама… — мечтательно протянул Чип, протягивая к мышке лапки. Дезире взяла его на лапки и понесла в детскую. Положила на столик, привычным движением проверила памперс. Сняла его, посыпала присыпку, надела свежий. Посадила Чипа на детский стульчик, принесла тыквенное пюре.              — Я не хочу тыкву, мама! — капризно сказал Чип.              — Мама принесла тыкву — значит, ты будешь тыкву, — строго ответила Дезире. — Тебе полезны овощи.              — Но я не люблю тыкву! — продолжал капризничать Чип. — Кто вообще любит тыкву?..              — Открой ротик, — велела Дезире, поднося к лицу бурундука полную ложку пюре. Чип упорно замотал головой. — Открой ротик, говорю!              Чип уворачивался, как мог, но мышка, изловчившись, сунула ему в рот ложку пюре.              — Только попробуй выплюнуть, — предупредила, положив левую лапку на ремень.              Бурундук с усилием проглотил ненавистную тыкву, скривившись.              — Молодец, — холодно произнесла Дезире. — Осталось ещё… где-то пятнадцать ложечек.              — Мама! — капризно воскликнул Чип.              — Будешь капризничать — на ужин будет манная каша, — предупредила мышка.              Чип скривился ещё сильнее, но тыкву начал послушно есть. Так же безропотно выпил рыбий жир. Манную кашу он ненавидел ещё сильнее и ради того, чтобы не получить её на ужин, был готов на любые жертвы.              — Вот можешь же быть послушным, если захочешь, — Дезире ласково потрепала Чипа за щёки. — Ну что? Хочешь пить?              — Угу, — буркнул Чип, посмотрев на «маму» исподлобья.              Дезире, улыбнувшись, начала расстёгивать блузку. Аккуратно отстегнула Чипа, приложила его к своей груди. Чип привычно обхватил губами сосок и начал жадно пить молоко.              — Напился?              — Угу, — промычал бурундук, не разжимая губ.              Осторожно оторвав Чипа от своей груди, Дезире посадила его на стульчик и пристегнула. Облизнув губы от капель молока, бурундук потребовал:              — Я хочу печенье.              — Нет, — покачала головой Дезире. — Тебе худеть надо.              — Мама! — капризно воскликнул Чип. — Ты мне уже третий день ни мороженого, ни печенья не даёшь! Я что, наказан?..              — Продолжай капризничать, и точно будешь наказан, — холодно произнесла Дезире.              Чип угрюмо замолчал.              — Продолжим играть? — предложила Дезире, чтобы сгладить неловкую паузу.              Вывалив перед бурундуком кубики, мышка вышла из комнаты. Вернулась она через несколько минут. Чип неохотно возился с поднадоевшими кубиками.              — Что-то не так? — обеспокоенно спросила Дезире.              — Надоело всё, — капризно ответил Чип. — Надоели кубики, надоело овощное пюре… Мороженого и печенья мне не даёшь… шлёпаешь…              — Никто, кроме тебя, не виноват, что ты даёшь мне поводы тебя шлёпать, Ален, — строго осадила его мышка. — Разнообразие тебе полезно. А насчёт мороженого и печенья я тебе уже ответила. Худеть тебе надо, а то скоро в пижаму влезать перестанешь.              Чип надулся.              — Кроме того, если не будешь капризничать, на ужин будет яблочное пюре, — подсластила пилюлю Дезире.              Мотивация была сильной.              — Ла-адно… — пробурчал Чип.              — Ну, вот и договорились, — Дезире ласково потрепала бурундука за щёки. Достала из бывшей кроватки Чипа игрушечного зайца. — Давай построим для него домик.              — Не хочу, — капризно сказал Чип. — Кубики надоели.              — А что же ты хочешь? — терпеливо спросила Дезире.              — Не знаю. Чего-нибудь нового хочу.              — Хорошо. Давай сходим погулять до магазина, и там ты выберешь, что тебе по душе. Идёт?              Чип закивал так активно, что с его головы едва не слетел чепчик.              — Но учти, — строго сказала мышка, нажав двумя пальцами ему на нос, — если ты вздумаешь после этого капризничать, я тебя отшлёпаю и напою касторкой. Ясно?              — Ясно, — буркнул Чип, потирая нос.              Переодев бурундука в комбинезон, Дезире положила его в коляску и вышла из дома. Неторопливо пошла по улице, толкая коляску перед собой и дыша полной грудью. Погода была превосходная — солнце и редкие облачка, не очень жарко и не слишком ветрено. Каблучки мышки стучали по камням мостовой, коляска подпрыгивала на них, и Чип, укачанный подпрыгивающей коляской, незаметно для себя задремал. Проснулся он только когда почувствовал, как «мама» завозит коляску в прохладное нутро магазина игрушек.              — Ну что, Ален, — мышка улыбнулась, везя коляску вдоль полок, — выбирай.              Чип закрутил головой. Дезире везла коляску весьма неторопливо, чтобы дать бурундуку возможность осмотреться. Чип остановил свой выбор на несложном пазле для малышей до трёх лет. Мышка сняла с полки пазл:              — Ты уверен? — спросила. — Соберёшь его — а дальше что?              Чип задумался, почёсывая нос.              — А что ещё можно выбрать? — спросил в ответ.              — Это уж тебе виднее, — Дезире не сдержала улыбки. — Но подумай хорошенько. Мама купит тебе только одну игрушку.              С этими словами Дезире вернула пазл на полку и повезла коляску дальше. Обошла весь отдел для малышей и вернулась к тому же стеллажу. Чип пожал плечами, смаргивая выступившие слёзы:              — Я — я не знаю! — прохныкал. — Здесь столько всего…              — Ален, — строго сказала Дезире, — успокойся и подумай хорошенько. Ты правда хочешь тот пазл?              Чип закивал.              — Хорошо. Но не жалуйся мне потом, что тебе скучно, когда ты его соберёшь, — предупредила мышка.              И всё же Дезире привыкла подстилать себе соломки на будущее, а потому вопреки своему слову купила не один пазл, а целый набор. Рассчитавшись на кассе, она положила пазлы в нижнее отделение коляски и вышла из магазина. Уже на выходе заметила, что Чип снова задремал — приближалось время дневного сна. Улыбнулась своим мыслям и не стала его будить. Дошла до дома, раздела бурундука, уложила его в кроватку, сама подошла к компьютеру. Настало время позвонить подруге.       

***

             Вопреки традиции, это утро Лавайни началось не с игры «в лошадку», которую так любил Дейл, а с очереди в магазине. Домой она возвращалась с полными сумками детского пюре и подгузников. На острове её знали практически все, и не с лучшей стороны, так что приходилось прятать лицо. Чуть ли не единственным, кто нормально относился к Лавайни, был шаман — величайший пофигист и просто крыс «не от мира сего».              Войдя в свою хижину, Лавайни нежно растолкала Дейла. Тот проснулся далеко не сразу — что-то мямлил, переворачивался с бока на бок, но в конце концов разлепил глаза.              — Элвис, пора вставать, — Лавайни привычным движением проверила подгузник. Вздохнула, закатила глаза и улыбнулась, взяла Дейла на лапки и понесла к столику, под который засунула пакеты. Вскрыла новую упаковку. Меняя подгузник, риторически спросила: — Ты хоть что-нибудь усваиваешь?..              Дейл захлопал глазами.              — Неважно. Не обращай внимания. Это я так. Ну что, поиграем в лошадку перед завтраком?              Бурундук активно закивал. Лавайни, усмехнувшись, опустилась на четвереньки. Дейл сел ей на спину. Сделав по хижине несколько кругов, Лавайни остановилась у стульчика.              — Ещё хочу, — капризно попросил Дейл.              — Ладно, — со смешком согласилась Лавайни. — Но только один!              Снова посадив Дейла на спину, мышка пошла на последний круг. Когда оставалась половина, она внезапно почувствовала, как бурундук пришпоривает её пятками и выкрикивает что-то вроде «Но, лошадка!». Остановившись так резко, что Дейл едва не вылетел из седла (чтобы не вылететь, он вынужден был схватиться за ворот её рубашки), Лавайни посадила бурундука на пол и нависла над ним грозовой тучей. Тот, осознав, что переборщил, испуганно сглотнул.              — И что это значит? — хмуро спросила Лавайни.              Дейл что-то пробормотал в своё оправдание, но Лавайни его уже не слушала. Присев на корточки, чтобы их глаза были на одном уровне, мышка веско сказала:              — Ты совсем заигрался. Откуда я делаю вывод, что слишком тебя избаловала. Выбирай: или я сейчас тебя отшлёпаю, или мы неделю не будем играть в лошадку.              Оставаться ещё на неделю без любимой игры Дейл не пожелал. Всхлипывая, надеясь ещё вымолить себе прощение, поднял палец.              — Ну, вот и договорились, — холодно произнесла Лавайни, садясь прямо на пол и кладя Дейла животом на колени.              — Может, всё-таки не надо?.. — всхлипнул Дейл, чувствуя, как «старшая сестра» снимает с него подгузник. — Я всё понял, правда понял!              — Понял, да. А надо, чтобы запомнил.              Экзекуция, впрочем, вопреки страхам Дейла, была недолгой. Лавайни всего-то с десяток раз шлёпнула его, после чего снова натянула подгузник. Посадила бурундука себе на колени и строго сказала, глядя прямо в глаза:              — В следующий раз я не буду так снисходительна. Нашлёпаю куда сильнее. Понял?              — Понял, — поспешно ответил Дейл.              — Ну, раз ты всё понял и, надеюсь, запомнил, давай завтракать.              К завтраку Лавайни приготовила банку капустного пюре. Дейл даже не стал капризничать — покорно всё съел. И тут Лавайни спохватилась и мысленно выругала себя — забыла купить соки! А ведь её малыш так их любит… Да и пить больше нечего… Или… есть? Идея отдавала чем-то сумасшедшим… Хотя… почему же сумасшедшим? Дезире же кормит своего Алена таким образом…              — Лавайни, я пить хочу, — капризно попросил Дейл.              Решившись, Лавайни стащила через голову рубашку. Дейл от неожиданности прикусил язык. Мышка вытащила его из крепления стульчика, приложила к своей ставшей тёплой и тяжёлой груди — неумело, но крепко. Дейл инстинктивно обхватил губами сосок и начал пить, отчаянно покраснев так, что это было заметно даже под шерстью.              — Напился? — спросила Лавайни спустя минуту.              — Угу, — промычал сквозь полусжатые губы Дейл.              Посадив его снова на стульчик и пристегнув, Лавайни снова натянула рубашку.              — Понравилось? — спросила, поправляя волосы.              Дейл кивнул, хотя вид у него был откровенно потерянный.              — Теперь будет так, — обещала Лавайни. Прислушалась к себе и добавила: — Но к вечеру я всё же принесу тебе сока. Ну, ладно. Пора гулять.              Переложив Дейла в коляску и укутав его простынёй, Лавайни сунула ему в рот соску и вышла с коляской из хижины. Остановилась у океанского побережья, поставила коляску на тормоз.              — Дыши, Элвис. Океанский воздух полезен, — повторила — уже в который раз.              Дейл задремал в коляске. Пока он дремал, у Лавайни было предостаточно времени подумать. Хочет ли она мести? Готова ли она расстаться со своим малышом? Чем дальше, тем больше Лавайни убеждалась, что не готова. Дезире была права. Червячок сомнений ещё точил душу мышки, но с каждым днём он становился всё слабее и слабее.              — Надо будет вечером позвонить Дезире… — пробормотала Лавайни себе под нос.       

***

             — Поиски в Сети дали неожиданный результат, — выговаривал Спарки, расхаживая по офису Спасателей. — Чип в Париже, в лапах Дезире.              Гайка и Тамми, присутствующая здесь же (она всё-таки сумела отпроситься у матери, не без помощи жалобного хныканья), не сговариваясь, синхронно ахнули. Рокфор потрясённо выбранился и густо покраснел, вспомнив о присутствии ребёнка. Фоксглав, которая до этого с коварной мышкой не сталкивалась, потрясённо спросила:              — А кто это?              — Самая жуткая женщина, с которой мне довелось встречаться, Фокси, — ответил за всех Рокфор, сгоняя с лица краску. — Воплощение дьявола в юбке. И если Чип в её лапах… Что она с ним сделает?!              — То же, что и Лавайни, — сухо ответил Спарки. — Судя по тому, что мне удалось найти, что Дезире, что Лавайни превратили наших друзей в подобие своих детей грудного возраста. Очень… очень изощрённая месть.              — Мы должны их спасти! — выпалила Гайка. — Они — наши друзья, в конце концов!              — Должны, да… — протянула Фоксглав. — Тамми, можно тебя на пару слов?              — Откуда вдруг секреты? — с подозрением поинтересовался Спарки, в отсутствие Чипа взявший на себя роль лидера команды.              — Неважно, — быстро ответила Фоксглав. — Это… неважно, в общем.              Выйдя в соседнюю комнату, летучая мышь повернулась к бельчонку.              — Понимаешь, Тамми, — заговорила она, явно смущаясь. — Может, это прозвучит странно… но что-то в этом есть. В том, что Дезире и Лавайни так заботятся о Чипе и Дейле. Тебе так не показалось?              — Показалось, — призналась Тамми. — Я думала, я одна такая. И… — Смутившись, она не закончила.              — Так вот, — продолжила Фоксглав, воспрянув духом. — Что, если нам помочь в поисках, а потом… помочь Дезире и Лавайни? Тебе нравится Чип, я знаю. Ты сможешь сколько угодно с ним нянчиться. Думаю, Дезире не будет против.              — А это не настроит против нас других Спасателей? — испуганно спросила белочка.              — Настроит, скорее всего. Но что это будет значить? Мы ведь будем рядом с теми, кто нам нравится… ты с Чипом, я с Дейлом. Ну что? — Фоксглав протянула Тамми крыло, и та после короткого раздумья потрясла его.