Маленькие Спасатели

      — Здравствуй, Лав.              — Здравствуй, Дез, — здоровается Лавайни устало, поправляя волосы, лезущие в глаза. — Давно не созванивались.              — Действительно давно, — Дезире загадочно улыбается. — Как там у тебя с Элвисом?              — Всё спокойно более-менее. А что это тебя вдруг это заинтересовало? — хмуро спрашивает Лавайни.              — Просто спросила, — Дезире не перестаёт загадочно улыбаться. Лавайни выгибает бровь. — Ладно, не стану дальше тебя мучить… Со мной на связь вышла некая Тамми Скурриел, внештатная помощница Спасателей.              — Что?! — резко распрямляется на стуле Лавайни. Единственная причина, по которой она не переходит на крик — за её спиной спит крепким детским сном Дейл.              — Да, именно так. Я сперва подумала то же, что и ты только что. Но цели у Тамми были гораздо более мирными… Она и её подруга Фокси, как мисс Скурриел её назвала, хотят помочь нам с воспитанием наших малышей.              — Это может быть ловушка Спасателей! — резко шипит Лавайни в микрофон.              — Поверь мне, я такой вариант уже рассмотрела. Спасатели слишком бесхитростны и глупы, чтобы расставлять нам ловушку. Я подробно расспросила Тамми, зачем ей это нужно. Оказывается, ей когда-то нравился мой Ален, а её подруге Фокси — твой Элвис… до того, как они попали к нам.              — Я уже забыла, что они были у нас не всегда… — бурчит Лавайни, вытирая лоб. — И что с того?              — Мы можем обрести помощников. Кроме того, это не позволит Спасателям собраться. Ты же всё ещё хочешь им отомстить?              — Ещё как хочу, — бурчит Лавайни. — Вот только мне помощник мне без надобности…              — Лав, войди в положение бедной Фокси, — Дезире обезоруживающе улыбается. — Если ей нравился твой Элвис, то ей надо дать шанс хотя бы видеться с ним. Кроме того, именно ей принадлежит идея помочь нам.              — Ла-адно, — неохотно соглашается Лавайни. — Девочка действительно заслуживает шанс. Но всё же… когда она выйдет на связь снова, передай ей, что шанс я ей дам один. И что главная я.              — Передам, — со смешком соглашается Дезире. — Она должна выйти на связь уже сегодня вечером. Завтра ты уже будешь знать подробности нашего разговора.              — Неизвестно, когда Спасатели собираются… ну, ты понимаешь?              — Понимаю. Как раз это и собираюсь выяснить.              — Позвони мне сразу же, как всё узнаешь, — просит Лавайни. — Это очень важно.              — Понимаю, — Дезире улыбается. — Позвоню. Спокойной ночи.       

На следующий день

             — Здравствуй, Дез, — Лавайни поправляет волосы. — Ну что? Что тебе удалось узнать?              — Здравствуй, — Дезире кивает. Вид у неё откровенно облегчённый. — Спасатели уже были в Париже. Были. Пытались похитить Алена. Вытащили его на улицу через окно… он проснулся и такой визг поднял, что пол-улицы сбежалось. Его вернули. Тамми присоединилась ко мне. Сейчас за ним присматривает.              — А Спасатели?              — Депортировали. Думаю, к тебе они даже не сунутся.              — Надеюсь, — ворчит Лавайни. — И когда мне ждать… как ты её назвала? Фокс?              — Фокси. Сокращение от Фоксглав. Думаю, в ближайшее время. Тамми сказала, что они вылетели одновременно.              — Ладно, — неохотно бурчит Лавайни. — Возьму её себе в помощницы. И…              Её обрывает стук в дверь.              — Пойду открывать, — Лавайни встаёт. — До созвона, Дез.              — До созвона.              То утро началось у Дезире как обычно — со сладкого кофе и сушки. Состоявшийся накануне созвон с Тамми Скурриел не выбил её из колеи. Даже наоборот — потенциальному появлению помощницы мышь очень обрадовалась. Как бы она ни любила своего малыша, всё же возни с ним было очень много, и никакая помощь не была лишней.              Если, конечно, это действительно не ловушка Спасателей…              Нет, до такого они додуматься не могли. Светлая голова в команде Спасателей одна — Гайка Гаечный Ключ, и то её гений в основном технический. Строить сложные планы — это не по её части. Стало быть… стало быть, Тамми вроде как можно доверять.              Часовая стрелка коснулась восьмёрки. Пора будить Алена. Зайдя в комнату, Дезире прикусила от неожиданности и испуга язык, чуть не откусив половину его: кровать была пуста! Окно было распахнуто, и на подоконнике отпечаталась чья-то лапа. Подскочив к окну, Дезире высунулась наружу и, увидев знакомую фигуру, зло выпалила:              — Рокфор!              Действительно, под окном дома стоял Рокфор со спящим Чипом на лапах. Голова бурундука покоилась на лапках у Гайки. Видно было, что они только что вытащили «малыша» из кровати и ещё не успели его унести. Где-то рядом с ними суетилась белочка. «Тамми!» — поняла Дезире. Неужели она всё-таки её обманула?..              — Верни мне моего малыша! — выпалила Дезире, выпрыгивая прямо в окно в чём была — в наспех завязанном домашнем халате и заношенных до состояния анатомического удобства тапочках.              Усы Рокфора возмущённо вздыбились:              — Второй раз ты меня не обманешь! И… — только после этого слова Дезире кружным путём достигли его разума. — «Малыша»?! Ты умом тронулась?!              От криков Чип проснулся. Увидев себя на лапах Рокфора, потянулся лапками к Дезире и отчаянно завопил:              — Мама! Я хочу к тебе!              — Сейчас я заберу тебя, Ален, — обещала Дезире, зло ощерившись. — Рокки, у тебя минута, чтобы вернуть мне малыша и убраться восвояси!              — Чип, опомнись! — Гайка повернула голову Чипа к себе. — Ты помнишь нас?              — Я не Чип! — завизжал бурундук. — Я Ален! Верните меня маме!              Несмотря на ранний час, прохожих на улице хватало. Некоторые начали останавливаться и нехорошо смотреть на Спасателей. Гайка, сообразив, куда ветер дует, собрала губы Чипа в щепоть и шепнула Рокфору:              — Уходим отсюда, быстро!              Но было поздно. Кто-то очень расторопный успел вызвать полицию, и к месту скандала уже спешили несколько крыс-жандармов — участок был буквально за углом. Прикинув силы и решив, что играть в мушкетёров — не лучший вариант, Рокфор неохотно сказал Гайке:              — Гаечка, мы в проигрышном положении.              — Я что-нибудь придумаю! — горячо прошептала Гайка.              — Верните меня маме! — продолжал верещать Чип.              — Что тут происходит?! — выпалил ближайший жандарм, тормозя обеими ногами.              — Попытка похищения, — процедила сквозь зубы Дезире. — Эти мыши пытаются похитить моего малыша.              — «Малыша»? — жандарм посмотрел на Чипа. — Крупноват он для малыша…              — Верните меня маме! — это было уже на грани истерики.              — Да, но ведёт себя как малыш, — Дезире поправила халат. — Сами видите… Кроме того, факта попытки похищения это не отменяет.              — Не отменяет, — согласился жандарм, решительным жестом отбирая Чипа у Рокфора и возвращая его Дезире. Рокфор сдавленно ругнулся, но более ничем не выдал своего гнева. — Вы предстанете перед судом.              — Мы не граждане Франции, — сипло сказала Гайка.              — В таком случае вы подлежите депортации, — отрезал жандарм. — Взять под стражу обоих.              «Обоих?». Слово царапнуло Дезире слух. А где Тамми? Белочки не было на улице. Впрочем, это сейчас дело десятое. Гораздо важнее, что Ален снова с ней, а ненавистных Спасателей депортируют на родину. Крепко прижав к себе Чипа, Дезире принялась его укачивать, шепча что-то успокаивающее. Всхлипывания постепенно затихли.              — Ну, тише, тише… — прошептала Дезире. — Мама снова с тобой, Ален. Пойдём домой.              Дезире жила на первом этаже и к тому же не имела при себе ключей, а потому зайти через дверь не могла. Пришлось с Чипом на лапках лезть через окно. И там, в комнате, её ждал сюрприз в виде сидящей на кровати белочки.              — Что ты тут делаешь?! — резко спросила Дезире.              — Простите, мадам де Люре… — Тамми запнулась. — Мне казалось, что Вы не возражали против того, чтобы я помогла Вам с воспитанием Вашего малыша…              — Не возражала, — сухо ответила Дезире, кладя Чипа на кровать. — Но ты приехала сюда вместе со Спасателями. Объяснишься?              — Я слишком маленькая, чтобы лететь одна, — Тамми грустно улыбнулась. — Вот и пришлось… Пока Вы разбирались со Спасателями, я забралась сюда и стала ждать. Надеюсь, Вы меня за это не накажете?              — Нет, хотя стоило бы, — примирительно пробурчала Дезире. — Что же, раз ты хочешь стать моей помощницей, я не возражаю. Я научу тебя всему, что требуется.              — Хорошо, мадам де Люре, — послушно ответила Тамми.              — Просто Дезире, — поморщилась Дезире. — Не надо вертеть хвостом.              Проверив подгузник Чипа, мышь улыбнулась:              — О… надо поменять. Умеешь?              — Немного, — призналась Тамми. — У меня есть младшая сестра, мама иногда оставляла меня с ней.              — Отлично. Считай это своим первым практическим заданием. Упаковка памперсов и присыпка под столом.              — Мама, а кто это? — немного испуганно спросил Чип.              — Ален, это Тамми, — нежно поцеловав бурундука, ответила Дезире. — Она… ну, считай, что она тебе кто-то вроде старшей сестры. Тамми будет вместе со мной заботиться о тебе и воспитывать тебя, когда я буду занята.              — Она что, тоже будет меня шлёпать? — кисло спросил Чип.              Тамми хихикнула в кулачок.              — Зря смеёшься, — сухо сказала Дезире. — Не представляешь, как он иногда отвратительно себя ведёт. Разрешаю его иногда отшлёпать, если будет плохо себя вести.              — Правда? — недоверчиво спросила Тамми. Не то, чтобы она была садисткой, но всё же она не забыла, как когда-то Чип отказал ей во вступлении в команду Спасателей.              — Правда. Приступай уже. Нельзя, чтобы Ален долго был в испорченном подгузнике.              Тамми подошла к кровати, расстегнула памперс и несмело стянула его с бурундука. Подняла его ноги вверх, посыпала присыпку. Достала из вскрытой упаковки памперс и натянула его, застегнула липучки.              — Молодец, — отрывисто кивнула Дезире. — Вижу, ты действительно это умеешь.              — Мама иногда оставляла меня с сестрёнкой, — скромно повторила Тамми.              — Я и с первого раза услышала, — оборвала её Дезире, взяв Чипа на лапки. — Пойдём.              В детской мышь посадила Чипа на стульчик, пристегнула и повернулась к терпеливо ожидающей команды белочке. Поразмыслив несколько секунд, сказала:              — Тут мы обычно и проводим весь день. Играем, едим и так далее. Тут же проходит дневной сон. Вот в этой кроватке. Ночью Ален спит со мной… у тебя какой-то вопрос?              — Да, — Тамми кивнула. — Почему Вы называете Чипа Аленом? Мне казалось…              — Чипа? — Чип завертел головой. — О ком она говорит, мама?              — Ален, успокойся, — велела Дезире и вполголоса сказала Тамми: — Не упоминай этого имени. Я потратила уйму времени, чтобы убедить его, что его зовут Ален, и это останется так. Ясно?              — Ясно, — кивнула Тамми, слегка приуныв. Имя «Чип» нравилось ей куда больше. Впрочем, возможность заботиться о том, в кого она столько времени была безнадёжно влюблена, с лихвой компенсировала необходимость называть его чужим именем.              — Молодец, — сухо бросила Дезире. — На второй раз я не буду столь снисходительна, учти.              — И что Вы сделаете?.. — голос Тамми слегка дрогнул.              — Сама подумай, — холодно ответила мышь. — Раз Алену ты как сестра, мне, стало быть, как дочь… Можешь называть меня мамой, я не возражаю.              Белочка робко кивнула.              — Так вот, Тамми. Раз мы до всего договорились, то предупреждаю — за проступки я могу шлёпать не только Алена. Намёк понятен?              Тамми, сглотнув, кивнула.              — Не бойся. Вывести меня из себя не так уж и просто. Правда, если это тебе удастся, то и мало не покажется… — Дезире усмехнулась.              — Мама, я есть хочу, — капризно попросил Чип.              — Конечно! — спохватилась Дезире. — Совсем мы заболтались… Сейчас принесу.              Под руку мыши подвернулась банка бананового пюре. С ней она и пришла в детскую. Протянула баночку и ложку Тамми:              — Вот. Тренируйся.              Тамми начала кормить Чипа. Тот ел, жмурясь от удовольствия и облизывая губы. Дезире наблюдала за сценой кормления с полуулыбкой на лице.              — Обычно бывает сложнее, — сказала она, когда баночка опустела. — Особенно когда я приношу не банановое или яблочное пюре, а капустное или тыквенное. Их Ален терпеть не может. Теперь рыбий жир.              При упоминании рыбьего жира Чип моментально захлопнул рот. Тамми беспомощно обернулась на мышь.              — Сама-сама, — отрезала Дезире. — Прояви воображение.              Вздохнув, Тамми нежно проворковала, поднося ложку к мордочке бурундука:              — Чи… (Дезире предупреждающе подняла палец) Ален, рыбий жир очень полезен.              — У-у, — Чип помотал головой, не разжимая губ.              — Не получается! — пожаловалась Тамми, повернувшись к Дезире. — Может…              — Не может, — отрезала Дезире. — Раз уж ты навязалась ко мне в помощницы, учись заботиться об Алене.              Вздохнув снова, Тамми прибегла к крайнему средству: зажала Чипу нос свободной лапкой. После минутной борьбы Чип сдался и неохотно открыл рот, в котором тут же оказалась полная ложка рыбьего жира. Поморщившись, бурундук проглотил его, покосившись на «маму». Взглядом он будто говорил «я так и знал, что этим кончится!».              — Хорошая идея, но советую не прибегать к ней слишком часто, — Дезире улыбнулась. — В следующий раз попробуй применить более гуманный метод, иначе Ален может и обидеться…              Тамми кивнула, хотя на языке у неё так и вертелся вопрос, каким ещё способом можно заставить бурундука выпить рыбий жир. Мама давала им горькие лекарства именно так.              — Хочешь пить? — спросила Дезире.              — Угу, — буркнул Чип.              Мышь с улыбкой начала расстёгивать блузку. Поняв, зачем, Тамми густо покраснела. Дезире отстегнула Чипа, приложила его к груди, начала поить. Наконец Чип оторвался от её груди, слизнул с губ капли молока. Дезире посадила его на стульчик, снова пристегнула и повернулась к красной, как варёный рак, и усердной косящей глаза в сторону Тамми:              — Можешь поиграть с ним? Поиграть в кубики, пособирать пазлы… Мне нужно позвонить Лавайни. Предупредить, что Спасатели уже были в Париже, и что у неё тоже скоро будут гости.              — Конечно, Де… то есть мама.       

***

             Прокатив Дейла на своей спине по хижине, Лавайни пересадила его на стульчик и пристегнула. Принесла баночку яблочного пюре. Дейл облизнулся и послушно открыл рот. Мышка начала его кормить с ложечки. Когда баночка опустела, Лавайни налила в ту же ложку рыбий жир. Его Дейл выпил намного менее охотно, но капризничать не стал — помнил, что недавно сказала «старшая сестра» о снисхождении. Это касалось не только игры «в лошадку», но и его поведения в целом.              — Хочешь пить? — Дейл кивнул. Лавайни, секунду подумав, спросила: — Чего? Сока или молока?              Бурундук вместо ответа потянулся к её груди. Мышка слегка покраснела, но стянула через голову рубашку. Отстегнула и вытащила Дейла со стульчика, села на пол, приложила его к своей груди. Дейл обхватил губами сосок и начал пить молоко. Оторвавшись от груди, облизнул губы. Лавайни снова посадила его на стульчик, пристегнула, натянула рубашку.              — Давай договоримся, — сказала. — Утром молоко, в остальное время — сок.              Дейл кивнул и явно хотел что-то сказать, но в этот момент раздалось тихое журчание. Бурундук покраснел. Лавайни усмехнулась, доставая его из стульчика:              — Так и не привык? Сейчас поменяем.              Положив Дейла на столик, мышка сняла подгузник, бросила его в мусорку. Подтёрла бурундука влажной салфеткой, посыпала присыпкой, надела свежий подгузник. Поцеловала Дейла в лоб:              — Ну, вот. Ты снова сухой и чистый. Ну что? Пойдём гулять?              Дейл кивнул. Укутав его простынёй и положив в коляску, Лавайни вышла из хижины. На этот раз разнообразия ради она не пошла на побережье, а сделала несколько кругов по острову. На подходах к своей хижине услышала, как захлёбывается звонок по WhatsApp и поспешила внутрь. Переложила Дейла в кроватку и ответила. Поговорила с подругой. Разговор прервал стук в дверь.              Лавайни открыла. На пороге хижины стояла розовая летучая мышь.              — Я Фоксглав, — представилась она, скованно улыбаясь. — Вы — Лавайни, верно?              Мышка кивнула, посторонившись. Фоксглав вошла в хижину.              — Ты хочешь вместе со мной заботиться об Элвисе? — немного устало спросила Лавайни.              — О ком? — непонимающе спросила Фоксглав. Лавайни указала глазами на кроватку, в которой лежал Дейл, укутанный простынёй с соской во рту. — А… разве его не зовут…              — Его зовут Элвис. Запомни это, если хочешь остаться тут.              — Конечно, — быстро ответила Фоксглав. — Я хочу вместе с Вами заботиться об Элвисе.              Окинув летучую мышь взглядом с ног до головы, Лавайни явно сделала в голове какие-то неутешительные для неё выводы. Прохладно спросила:              — Что умеешь?              — Ничего, — призналась Фоксглав. — Я раньше…              — Понятно, — перебила её Лавайни. — Научишься. Хотя с крыльями это будет проблематично…              Фоксглав поникла.              — Не переживай. Всему, что надо, я тебя научу. Было бы желание.              Лавайни, помолчав, решительно закончила:              — Ладно, у нас есть ещё время до вечера. Элвис пока спит, так что давай пока выпьем сока и поговорим о деле. Что ты будешь делать, как помогать мне и так далее.              Летучая мышь кивнула. Лавайни достала из холодильника две бутылочки ананасового сока, поставила их на стол — осторожно, без стука. Фоксглав открыла крылом свою бутылочку и начала пить.              — Так вот, Фокси… не возражаешь, если я буду так тебя называть? — Фоксглав помотала головой. — Так вот, Фокси, воспитывать Элвиса далеко не так просто, как может показаться на первый взгляд. Он часто капризничает, отказывается есть овощи и пить рыбий жир. С ним нужно каждый день гулять и читать ему на ночь сказки. Иногда он заигрывается или слишком сильно капризничает, и тогда приходится его шлёпать.              Фоксглав поперхнулась соком.              — Правда? — выдавила она. — Но ведь это… неправильно как-то.              — Фокси, — сухо произнесла Лавайни, — повоспитывай его со мной, и поймёшь, что иначе иногда никак.              Фоксглав вздохнула и не ответила.              — Увидишь, всё увидишь, — повторила Лавайни, допивая сок.