Ключ фавна

Фелони сидела в кабинете Селестии. На плечи был накинут плед из тонкого эльфийского шёлка, а в руках она сжимала кружку горячего глинтвейна. Тепло напитка немного возвращало её в реальность, но душа всё ещё дрожала. Она пыталась вспомнить каждую деталь, чтобы рассказать всё учителям… но каждый раз, как только она мысленно приближалась к самому ужасному, в груди возникал ком, и в животе сводило от стыда. "А вдруг они подумают, что я… что я грязная? Что я позволила?" — мелькало в голове. Её настроение было подавленным, но где-то внутри теплела благодарность богам — она жива, цела, её тело ей принадлежит. И это уже казалось чудом. Дверь скрипнула. В кабинет вошли Селестия Фалаанэль и директор школы — лорд Эмануэль Циланиэль. Фелони мгновенно встала, склонив голову в почтительном поклоне. Эмануэль — лорд старого рода светлых эльфов, он был сильным эльфом. Обычно от сильных магов чувствуется энергия, она вибрирует в воздухе, давит или манит… Но сейчас, стоя рядом с ним, Фелони не чувствовала ничего. Пустота. И это пугало. — Мисс Аравель, добрый вечер, — тихо произнёс он, пристально глядя на неё. Когда эльф является сиротой, то его фамилия несёт имя школы или монастыря, при котором эльф растёт. — Добрый вечер, лорд Циланиэль, — ответила она, стараясь держаться прямо. — Прежде всего, я хочу выразить сожаление, — продолжил он, — за то, что с вами случилось. Надеюсь, вы не сильно пострадали. Фелони молчала, согласно кивнув. Перебивать старшего по статусу — недопустимо. — Мы бы хотели услышать от вас всё, что вы можете рассказать. Миссис Фалаанэль и я. Это поможет нам понять, что происходит… и, возможно, защитить вас в будущем. — Аварон жив, лорд, — твёрдо сказала Фелони. В комнате на мгновение повисла тишина. — Почему вы так уверены? — спросил Циланиэль спокойно, но с ноткой тревоги в голосе. — Всё, что со мной случилось… это его работа. Это сделал он. — Расскажите, пожалуйста, подробнее. Что именно он сделал? И как вы поняли, что это был именно Аварон? Фелони медленно вдохнула, потом выдох и начала рассказ. Она поведала, как отправилась в лес за цветами, как заблудилась и наткнулась на странный замок. Огромный, чёрный, поглощённый туманом и пропитанный древней магией. Как едва не погибла, переступив его порог. Как впервые увидела Аварона. — Он был… огромен. Более десяти метров ростом. Он сидел на троне… Я думала, если он встанет, то поднимется до самого потолка зала. Циланиэль слушал, не перебивая, словно впитывал каждое её слово. — Я потеряла сознание. Слишком много магии… А потом… — Фелони вдруг осеклась. Её рот приоткрылся, но слова не выходили. Она попыталась говорить, но лишь сдавленный, беспомощный звук вырвался из горла. — Всё в порядке, дитя? — обеспокоенно спросила Селестия, подойдя ближе. — На ней заклинание молчания, — спокойно сказал директор. — Барьер о неразглашении. Вероятно, он сработал в момент, когда она попыталась озвучить самое важное. — Фелони, — мягко сказал он, — попробуйте продолжать рассказ. Мы должны понять, где именно заканчивается этот барьер. Она кивнула и попыталась вновь говорить, но каждый раз, как только она приближалась к описанию обряда… её голос исчезал. Снова и снова. — Он… он передал мне часть своей силы, — с трудом выдохнула она, обхватив себя руками. — Значит, вы не можете рассказать, как он это сделал. Попробуйте нарисовать. Что-нибудь. Хоть намёк. Ей подали перо и пергамент. Рука дрожала. Она попыталась вывести хотя бы символ, жест, силуэт, но даже мысль об этом вызывала в ней глухую боль и путаницу в голове. Ни одна линия не ложилась на бумагу. Ничего. — Видимо, блокировка действует не только на речь… но и на любые формы передачи информации, — мрачно заключил Циланиэль. — Очень древняя, очень мощная магия. Это… тревожит меня. Он посмотрел на Селестию, затем снова на Фелони. — Спасибо, что рассказали то, что смогли. Мы сделаем всё, чтобы вам помочь. Но, боюсь, теперь в вашу жизнь вмешалась сила, которую даже мы не до конца понимаем. — Простите нас, — мягко произнес лорд Циланиэль, кивнув Фелони. Он дал знак Селестии и они покинули кабинет, тихо закрыв за собой дверь. Они прошли по коридору и свернули в глухую нишу между колоннами. Лорд заговорил шёпотом, едва слышно, будто сам воздух мог подслушать их слова. — Внутри этой девочки — великая магия, Селестия. Я чувствую её… Она бурлит в ней, как солнечное пламя. Но как? Обычный эльф не способен вместить в себя такую силу. Даже лорд смог бы пережить контакт с богом. Если это и правда был Аварон… как она вообще выжила в его замке? Она должна была бы… рассыпаться на пыль. На атомы. — Вы думаете, она врёт? — Селестия взглянула на него с тревогой. — Я не знаю. Но есть только два варианта: либо она говорит не всё… либо мы не знаем, кто она на самом деле. — Она не врёт, лорд. Я видела её глаза. Видела, как она дрожала от страха, как плакала. Её слёзы — не ложь. Лучше спросите: зачем. Зачем бог передал ей свою силу? — Вот это меня и пугает, профессор. — Голос лорда стал напряжённым. — Мы не знаем мотивов. Мы не знаем, что именно он вложил в неё. И главное — мы не знаем, что она теперь такое. Она уже сейчас… сильнее меня. Я чувствую это. Её магический потенциал за пределами всего, что я встречал, возможно такой же как у императора. Лорды не обладают такой плотностью энергии, как обладает сейчас Фелони — Значит, вы предлагаете…? — Мы должны обучить её. Наставить. Научить контролю. Но не здесь. Это место… слишком открыто. Слишком уязвимо. И слишком много глаз. Селестия нахмурилась. — И какой у нас план, лорд? — Я напишу императору. Мы отправим её в столицу. Там, возможно, кто-то сможет понять, что она теперь и зачем была выбрана. — Вы уверены в этом решении? — Да. У нас нет выбора. Если мы не сообщим, это будет преступлением против короны. Мы не знаем, что скрыто внутри неё… А если бог дарует силу смертному — это никогда не бывает просто так.