Ключ фавна

*В данной главе присутствуют сцены сексуального и физического насилия. Читайте с осторожностью* Тяжело. Темно. Густой, вязкий запах магии наполнял воздух, заставляя сердце замирать даже в полной темноте. Он был почти осязаемым — как сырость в подземелье, как кровь на старом алтаре. Фелони открыла глаза. Едва различимый свет факелов освещал зал тусклым, мигающим сиянием. Каменная плита под её телом была холодной и шершавой. Она попыталась пошевелиться — безуспешно. Её конечности были стиснуты магией: ни цепей, ни верёвок, только невидимая сила, крепкая, как воля богов. Паника охватила её. Но хуже было другое. Она была нагой. Слёзы потекли по щекам, и дыхание сбилось в рыдания. — Что… что происходит? — выдавила она, охваченная ужасом. — Помогите! Помогите мне! Она кричала, слезы падали на каменную плиту. Она пыталась вырваться из невидимых оков, но безуспешно. Крики разнеслись по залу, отразились от стен и канули в гробовой тишине. Ответа не было. Сквозь тишину в пространство проникла новая волна магии — не столь сокрушительная, как прежде, но всё ещё слишком сильная, чтобы оставаться равнодушной. Фелони почувствовала тошноту, как та подбирается к её горлу. Девушку вырвало прямо на себя. Тело задрожало в отвращении и беспомощности. Она закричала снова, но вдруг голос оборвался. Пропал. Исчез. Как будто кто-то вырвал его из её гортани. — Не кричи, дитя эльфов. Голос прозвучал отовсюду сразу — низкий, древний, как скрежет земли. Он заполнил зал, проник в стены, пропитался воздухом. Тяжёлые стуки копыт приближались со стороны её головы. Кто-то наклонился над ней. Она узнала его — того самого, кого видела в тронном зале. Только теперь он был меньше, но всё равно казался исполином в этом мире. Существо с янтарными глазами и рогами, сияющими, как закат на крови. Он медленно улыбнулся — эта улыбка не несла ни тепла, ни злобы. Только древнюю, холодную власть. — Какой прекрасный результат, — произнёс он, щурясь. — Гены твоих родителей постарались. Я доволен. Фелони в ужасе распахнула глаза. Откуда он знает её родителей. Даже ей не была известна эта информация. — У тебя, вероятно, много вопросов, — сказал он, не сводя с неё взгляда. — Задай пару. У тебя есть время. Слова с трудом слетали с губ. Но голос вернулся и она прошептала: — Кто ты? Она была сказала это в более грубой форме, она бы его ударила, убила, но не она диктует границы. Если он захочет, то он мигом убьёт её. Не смысла спорить с ним. — Я Аварон, — ответил он. — Фавн. Забытое божество. Древний, как сама магия. Она округлила глаза от ужаса. Божество. Тот самый Аварон, про которого вчера говорили на уроке профессора Селестии. — Почему ты… откуда ты знаешь моих родителей? Он склонил голову вбок. Его янтарные глаза были спокойны, безжалостны, как ледяная вода. — Твой род создал тебя для меня. Её дыхание остановилось. Она не смогла произнести и слова перед ним. Аварон обошёл её, бросив взгляд на пятна рвоты, затем одним взмахом пальцев очистил её тело магией. — Негоже чистой деве лежать в таком виде, — спокойно заметил он. — Ты — плод тысячелетий труда. Ты не случайность, Фелони. Ты — ритуал. Ты — сосуд, сотканный из поколений, подобранных с точностью, достойной богов. — Но… зачем? — её голос был слаб, почти безжизненен. Его могущество не давало ей спокойно дышать. Его великая сила душила её сознание. — Потому что ты откроешь мне Врата в Ад. Фелони смотрела на него, не в силах осознать всё сказанное. Губы дрожали. Сердце забилось где-то в горле. Слишком много, слишком быстро, слишком страшно. Аварон улыбался. И его улыбка была самой страшной вещью во всём этом кошмаре. — Что меня ждёт? — сдавленно, почти шёпотом, спросила Фелони. Аварон подошёл ближе. Его шаги были мягкими, но в каждом чувствовалась сила. Он наклонился над ней и холодные пальцы коснулись её шеи, медленно скользнули вниз к груди. В его взгляде не было похоти, страсти или даже живого интереса. Он смотрел на неё, как на предмет, как человек смотрит на дерево, на птицу, на безмолвную реку. Рука опустилась к её животу. Фелони прошиб озноб. Её тело затряслось, но разум... будто проваливался в туман. Голова кружилась, дыхание стало медленным. Страх исчез. Он должен был быть, но исчез, как будто его вытравили из неё самой. Магия. Это он, он контролировал её разум, плоть, даже чувства. — Не бойся, эльфийка, — прошептал он. — Страх только сделает хуже. Его голос проникал вглубь, как яд. — Сначала я наполню сосуд твоей девственной кровью, — спокойно произнёс он, будто обсуждал погоду. — А потом проведу ритуал. — Какой... ритуал? — голос Фелони стал вялым, словно говорила не она, а кто-то чужой из её уст. — Я передам тебе часть своей силы, — Аварон усмехнулся. — Но не потому что великодушен. Просто ты не выдержишь без неё. Эта сила — твоя броня, твой сосуд, твой ключ. Без неё ты сгоришь, едва коснёшься врат. Он протянул руку и из воздуха возник клинок. Тонкий, из чёрного металла, с рунами, горящими бледным огнём. Фелони должна была закричать, должна была молить о пощаде, но не могла. Что-то внутри неё умерло, и лишь пустота осталась в груди. — Будет больно, — прошептал он. — Но только сейчас. Клинок коснулся её кожи. Боль вспыхнула — резкая, нечеловеческая. Она завопила, не сдерживая крика. По запястьям хлынула кровь, алая, густая. Потекла по камню, по древним узорам плиты, стекала в тонкие каналы, словно питая что-то, скрытое в глубине. Она смотрела в его глаза. Янтарные, тёплые и в этом было самое ужасное. Она ненавидела его. Но ему было всё равно. Её боль была частью обряда. Время потекло вязко. Миг длился как вечность. Её сознание дрожало, угасало, как пламя на ветру. Разрезы на руках затянулись, но силы уходили. Словно сама её сущность выливалась вместе с кровью. Фелони ничего не чувствовала, кроме холода, бесконечного и чуждого. Она упала в темноту. Фелони открыла глаза. Тело утопало в мягкости. Она лежала на кровати, огромной как пиршественный зал. Тёплый, почти ласковый шёлк, касался её кожи, словно пытаясь убедить её, что всё было просто дурным сном. Боли не было. Совсем. Фелони села, оглядываясь. Постель была настолько большой, что на ней могло спать не меньше десяти человек — каждый ростом с великана. Вокруг раскинулась просторная спальня. Густые, тяжёлые шторы скрывали окна, через которые пробивался только слабый отсвет внешнего мира. На потолке мерцали свечи, их свет освещал стены, вырезанные из мрачного тёмного камня. Пространство дышало древностью и роскошью. Она не могла понять. Почему она жива? Почему нет боли? Почему она в спальне? В голове роились вопросы. Что дальше? Ритуал уже завершён? Меня отпустят? Вернут назад в школу? Или… отправят в Ад? Самый горький вопрос пульсировал сильнее всех: Почему мои родители обрекли меня на это? Знали ли они? Понимали ли, на что толкали? И вдруг, словно в ответ её мыслям, раздался голос. — У них не было выбора, эльф. Перед ней возник Аварон. Фелони вздрогнула, инстинктивно отпрянув. — У твоих родителей не было выбора, — повторил он. — Они даже не догадывались, зачем ты мне. — Как ты заставил их? — прошептала она, сжав кулаки. Аварон усмехнулся, чуть склонив голову. — Вот так и ответил, — промолвил он. — Есть вещи, которые неведомы смертным. И даже не должны быть им ведомы. Она смотрела на него злобно, с ненавистью, но молча. Бесполезно бросать вызов тому, кто силой одного взгляда способен растоптать твою волю, душу и тело. — Ты говорил… про ритуал. Он уже... произошёл? Божество подошло ближе, опершись рукой на балку кровати. — Нет. Ты была слишком слаба. Если бы я начал, то ты бы не выжила. Нужно было время, чтобы твоё тело восстановилось. Фелони всмотрелась в его лицо. Его голос был спокоен, даже мягок и это пугало сильнее крика. — Это будет... так же больно, как тогда? — спросила она с мольбой в глазах. Аварон взглянул на неё. Янтарные глаза мерцнули. — Нет, дева. Больно не будет. Возможно… тебе даже понравится. Сердце заколотилось. Она не поняла, что он имел в виду. Его голос прозвучал непроницаемо, ни один мускул не дрогнул. Спокойствие, будто речь шла о какой-то процедуре. Как у лекаря, сообщающего диагноз. — Как это будет происходить? — осторожно спросила она, глотая страх. Каждое слово казалось риском. Но он не злился. — Я возьму то, что было сохранено для меня, — тихо произнёс он. — Я заберу твою девственность. Её тело словно сжалось изнутри. Паника заползла в горло ледяной змеёй. Нет. Нет! НЕТ! Она никогда не думала об этом вот так. Для неё это было свято, личное, её. Когда-то она представляла себе, как влюбится, как встретит кого-то родного, близкого. Как выберет сама. Но не так. Не с богом, не с тем, кто говорит об этом как о заклинании. Не хочу. Она не сказала этого вслух. Только сжалась сильнее, словно пытаясь спрятаться в самой себе. Он подошёл ещё ближе. С каждым его шагом воздух сгущался, становился тяжелее и в ноздри проникал терпкий запах , тёплый, густой, сладкий, но душный. Он был похож на запах леса после дождя, мёда, чего-то древнего и ядовитого. Запах магии. Убивающий. — Это запах магии? — прошептала она, сама не понимая, как произнесла это вслух. — Так пахнут боги, Фелони, — прошелестел Аварон. Его голос вполз в уши, в сознание, как змей, тихий и липкий, словно мед. Её мысли плутали во тьме. Всё казалось странным, зыбким, неестественным. Почему я не чувствую, где нахожусь? Почему я не понимаю все происходящее? Подумала она про себя, но не заметила как сказала это в слух — Потому что ты под чарами, — ответил он, будто слышал её мысли. — После того, как ты отдала кровь, твоя сущность изменилась. Теперь ты способна принять ритуал. — Пожалуйста… не надо… — вырвалось у неё. Голос звучал глухо, сдавленно, словно она говорила сквозь воду. — Я не хочу… Аварон склонил голову набок, пристально глядя в её лицо. Его рука мягко коснулась её подбородка, приподняв его, как будто она была статуей. Он изучал её взглядом так, будто перед ним была не живая девушка, а предмет, сосуд, инструмент. — Твоё тело жаждет магии, но сейчас тебе плохо, твое тело наполняется жаром. Ты умираешь, Фелони. Но ты не чувствуешь это потому что ты под моими чарами. — Говорил он шепотом. — Почему… почему я не чувствую того, что чувствовала, когда увидела тебя в зале?.. — спросила она слабо, вглядываясь в его лицо. — Тогда я был в своём настоящем облике. Божественная форма губительна для смертных. Они живут пару секунд или минут, а потом их разрывает на атомы, но ты создана мною. Ты особенная, Фелони. Ты создана, чтобы вынести больше, — он улыбнулся, медленно. Его рука скользнула от подбородка вниз, к её ключице, затем ниже — касаясь, словно изучая её строение, её границы. Фелони онемела. Внутри всё будто замерло. Она бы закричала, если бы могла. Но голос застрял в горле, как и слёзы — где-то внутри. Убежать было невозможно. Спрятаться — некуда. Никто не придёт. Она знала это. Он продолжал говорить, но слова расплывались. Остались только прикосновения, тяжесть взгляда, и отчаяние, которое растекалось по венам медленно, как яд. Почему я? — пронеслось в голове. Но ответа не было. Её сознание мутнело. Она не понимала как стоновилась спокойнее, а её тело тело, как вата — тяжелело. Все вокруг превратилось словно в сон. Она смотрела на то как фавн трогает её грудь, сжимает её телию, целует её соски. Его язык начал спускаться медленно и сладко по ее животу к ее гениталиям. Нет. Нет! Не хочу Она не хотела этого, не хотела чтобы он забрал её девственность, но из-за чар она ничего не могла сделать, только принять свою судьбу. Её тело отзывалось на его прикосновения. Она вздрагивала, его руки блуждали по её телу. Моментами она проваливалась в темноту, не ощущая ничего. В эти секунды она радовалась тому, что ничего не чувствует и ничего не видит, но когда она снова открывала глаза и видела его лик, её мысли и осознание того, что сейчас происходит — подвергало её тихой боли. Когда это закончится? Я хочу домой, в школу. Он вошёл медленно. Она не почувствовала боли, только то, что она была заполнена чем-то внутри. Его руки притянули её тело ближе. Рука Аварона огладила её чуть выпуклый животик и спустилась ниже — к ее чувствительной точки. Нет... Она снова погрузилась в темноту, моля о том, чтобы это закончилось. Ей было противно, противно от того, что чары заставляли чувствовать её телу наслаждение. Это не наслаждение. Это чары. Это не то, чего я хотела. Она отвернулась, слеза упала с её глаз на шёлковые простыни. Хотя бы слезы она могла контролировать. Аварон вытер пальцем её слезы. — Не хочу видеть как ты плачешь, Фелони. — Прошептал он ей на ухо. Эгоист. Сволочь. Подонок. — Прими мою силу, дитя эльфов. — Он немного надавил рукой на её живот, а другой рукой он играл с её чувствительным местом между её ног. Его движения бёдер набирало скорости, толчки сильнее вбивались в её тело. Она слышала его вздохи. Она сейчас задушила бы его и тогда, его вздохи были бы для неё райским звуком. Он начал шептать заклинания на непонятном для неё языке. Она чувствовала большой прилив силы, которая вот вот наполнит её тело изнутри. Она закрывает глаза. Темнота закладывает ей уши. Неужели это закончилось? И тут, резкий свет пронзает темноту, что защищало её сознание пару секунд. Свет окутывает её. Он вбивается в неё. Она захлебнулась этим ощущением, будто сама стала светом, огнём, молнией. Её выгнуло, тело не выдерживало. Она чувствовала, как её кости трещат, как кожа становится тонкой оболочкой, сдерживающей бурю. Свет внутри неё пульсировал, переливался всеми цветами — от золотистого до смертельно-белого, от кроваво-красного до цвета ночного неба. Он и грел, и обжигал. Он напоминал дом, тепло — и адскую печь, что вот-вот поглотит её навеки. Я сейчас разорвусь... — мелькнула паническая мысль. Но что-то удерживало её. Не позволило распасться на осколки. Свет разливался по венам, ломая всё на своём пути, очищая и уничтожая одновременно. Он был живой. Он дышал в ней. Он знал её. Он знал, кто она. Запах магии наполнил её — пряный, хмельной, пьянящий. Такой… вкусный. Она чувствовала, что он теперь не вне, а внутри. Он стал частью её, он был ей. Фелони резко распахнула глаза. Белые, как луна, они теперь светились ярко, ослепительно. Она тяжело дышала, её грудь вздымалась. Смотрит на свои руки и замирает, по коже побежали трещины и из них сочился свет. Он пульсировал, вырывался, как будто хотел вырваться наружу, родиться, разрушить всё. — Что со мной происходит? — прохрипела она. — Это... это сила, которую дал мне Аварон? Когда она открыла глаза, первым, что почувствовала, была прохлада. Её тело лежало на влажной, свежей траве. Мягкие зелёные стебли касались щёк, рук, запутывались в волосах. Она была одета в ту самую одежду, в которой отправилась в лес за цветами, будто ничего не случилось. Будто всё это было сном. Но руки её светились. И глаза тоже. Белый свет струился изнутри, переливаясь, дрожа. Она подняла голову и увидела здание школы. Величественное, мрачное, родное. Слёзы потекли по щекам, горячие, безудержные. Она не понимала, как она здесь, как жива, что теперь делать. Вдалеке кто-то закричал. К ней бежали ученики, учителя. Лица, которые она знала. Живые. Безопасные. Первой подбежала Селестия. Она упала перед ней на колени и не сказав ни слова, заключила Фелони в объятия. Тёплые, настоящие. — Тише, дитя… Тише… Всё хорошо. Ты дома, — шептала она, гладя её по спутанным волосам. Фелони закричала рыдая, срываясь, будто из неё вырывали боль вместе с голосом. Её трясло. Она не могла остановиться. — Что случилось? Где ты была? — зазвучали вокруг взволнованные голоса учеников, преподавателей. — Зачем вы её спрашиваете? — закричала Селестия, сжимая её крепче. — Вы разве не видите? Ей сейчас плохо! Фелони подняла голову, её светящиеся глаза были полны ужаса. Слезы капали на траву, будто каждая из них была из света. — Он жив… — прошептала она. — Он существует. Аварон… не миф.