1999

В квартире работают ребята из отдела судмедэкспертизы. Снимают «пальчики», осматривают всё вокруг, вплоть до мусорки. Юнги и Намджун надевают бахилы и перчатки и, поздоровавшись с Кёнсу, который встретил их у двери, проходят внутрь. Они изымают ноутбук убитой и её телефон, кладут их в прозрачные пакеты, чтобы передать айтишникам, в частности, Чимину. Квартира не вызывает особых подозрений. Обычная уютная двушка одинокой женщины без детей. Довольно много книг, пара картин на стенах, гардероб с аккуратно развешенной и разложенной одеждой. На кофейном столике у окна начатая бутылка вина и два бокала. — Риджу, вы сняли отпечатки? — Юнги кивает на бокалы. — Да, Юнги-щи, — отвечает невысокий парень в очках, — но на одном они вытерты. — Это был наш убийца, — говорит Намджун. — Может быть, он оставил пальчики где-то ещё, помимо бокала, — с надеждой в голосе произносит Юнги. Юнги выходит на балкон. — Здесь довольно высокий парапет, — задумчиво произносит он. — Чтобы столкнуть её понадобились бы усилия… — Она некрупная так-то,— подмечает Намджун. — Некрупная, — соглашается Мин, — но здесь прямо конкретно нужно было помочь, чуть ли не приподнять. Могла ли такое сделать женщина? Или всё-таки это дело рук мужчины? Намджун пожимает плечами. Юнги наклоняется ближе к перилам и видит частички волокна, которые зацепились за ограждение. — Кёнсу! — зовёт Юнги, осторожно снимая остатки ткани рукой в перчатке. — Возьмите на экспертизу. Может, это с одежды нашего убийцы. Кёнсу подставляет прозрачный пакетик с зип локом, и Юнги помещает улику туда. Перед тем, как уйти с балкона, Мин смотрит вниз. Там у трупа Ли Сольчжу всё ещё возятся Сокджин и Хосок. Юнги корчит недовольную гримасу и идёт в другую комнату, которая очевидно служила убитой спальней и кабинетом одновременно. На столе рядом с ноутбуком две фотографии. Жертва с пожилой женщиной, снятые на фоне горы Пукхансан. На второй фотографии убитая с женщиной помоложе, которая чем-то отдалённо напоминает её саму. — Нам нужно выяснить адрес родни, — Юнги кивает на фотографии, — и сообщить о трагедии. Пока Намджун звонит Чонгуку, чтобы пробить адрес матери Сольчжу, Юнги залезает в ящик комода, где находит шкатулку с драгоценностями. Их не так много — два кольца и цепочка с кулоном — но всё-таки. — Если бы это было ограбление, то её бы опустошили, — замечает он. — И вообще ничего не было взято. Ноутбук, телефон, картины — всё на месте. — Думаешь, грабитель бы стал скидывать с балкона? — Если между ними завязалась борьба, то почему бы и нет? Но здесь ограблением и не пахнет. Кто распивает вино с вором? Кстати, дверь не была взломана. Значит, она сама открыла её своему убийце. — Знала его, — отзывается Намджун. — Будем шерстить ближний круг. И дальний тоже. — Чонгуки скинул адрес, — словно в качестве доказательства Намджун демонстрирует Мину экран телефона с сообщением в Какао. — Значит, надо ехать туда, — вздыхает Юнги. — Ненавижу эту часть больше всего. Они выходят из квартиры, и Намджун нажимает на кнопку лифта. — Итак, пока мы знаем только то, что Ли Сольчжу была убита. И она была знакома со своим убийцей. Возможно, это был мужчина, но это требует доказательств. Сейчас спустимся и допросим ту соседку, которая её опознала. Может, она слышала что-то. И вообще нам сюда бы отправить кого-то, чтобы походил по квартирам и поспрашивал соседей. И нужно попросить записи с камер, если они есть. Выйдя из дома, Юнги направляется к жёлтой линии с надписью «не переступать». Там всё ещё стоят люди, издалека пытаясь разглядеть, чем там занимаются Хосок и Сокджин. Намджун подходит к Сокджину. — Вы сегодня особенно прекрасны, Сокджин-щи, — отмечает он, широко улыбаясь. — Я хотел сказать вам об этом, как только мы прибыли, но от вашей красоты у меня пропал дар речи. И только сейчас вернулся. Сокджину хочется сказать Намджуну какую-то колкость, но его воспитание и сдержанный нрав диктуют ему лишь холодно поблагодарить коллегу за комплимент. Хосок, который всё это слышит, бросает на Намджуна выразительный осуждающий взгляд, и детектив ретируется с места. После допроса соседки и ещё пары зевак из этого же жилого комплекса Юнги и Намджун направляются к машине. Юнги оборачивается. Сокджин сопровождает труп в автомобиль морга, следя, чтобы его положили аккуратно. Хосок… а Хосок смотрит на него. Мин тут же отворачивается. Что ему надо?.. Вот ведь заноза в заднице!

***

Намджун звонит в дверь, им открывает приятная пожилая женщина, которая опирается на деревянную палку. — Ли Минджу? — Да, это я. А вы?.. Юнги достаёт и демонстрирует свой полицейский значок. Намджун делает то же самое. — Мин Юнги, Управление по особо важным преступлениям. А это мой напарник, Ким Намджун. Можем ли мы войти? — Да, пожалуйста. Женщина впускает мужчин в квартиру и закрывает дверь. Она жестом приглашает их сесть на диван, а сама присаживается в кресло. На её лице выражение обеспокоенности. Юнги быстро оглядывается, прежде чем прочистить горло и сказать Ли Минджу о смерти её дочери. Он замечает на стене те же две фотографии, которые были на столе убитой. — Простите, что вынужден сообщать вам это, Минджу-щи, — вздохнув произносит Юнги, — мы принесли плохие новости. Вашу дочь, Ли Сольчжу, сегодня утром нашли убитой. — Что? — пожилая женщина явно не верит тому, что слышит и считает, что ей послышалось. — Где она? Как?.. — осознав сказанное Юнги, чуть позже спрашивает мать жертвы. — Мы думаем, что она была убита. Сброшена с балкона в своей квартире. Минджу прикладывает руку к губам в таком жесте, словно затыкает себе рот. — Мы хотели бы задать несколько вопросов, если можно. — Да, конечно, — ответ явно стоит Ли Минджу огромных усилий, но она собирается, желая быть полезной для следствия. — Когда вы видели дочь в последний раз? — Она заезжала в воскресенье. Навещала меня. Лекарства привезла. — Была ли она такой, как обычно, или чем-то была, может быть, расстроена? — Я бы не сказала. Всё было как всегда. Разве что она была чуть озабочена. На мой вопрос сказала, что проблемы на работе, но она уже почти всё решила. — Был ли кто-то, кто мог желать ей зла? Женщина задумывается. — Нет, не думаю. На работе её уважали и любили. Друзья тоже. Я не могу подумать о ком-то, что он желает… желал ей зла. — Был один случай много лет назад, — продолжает Минджу. — Тогда Сольчжу писала, в основном, о политике, и у неё был один репортаж про коррупцию в Министерстве Культуры. Ей тогда звонили и угрожали. Но это было больше десяти лет назад. Юнги делает пометки в телефоне. — А что с личной жизнью? — спрашивает Намджун. — Она разведена… была разведена. Они с Сёнхуном развелись четыре года назад, но остались друзьями. Детей нет, — голос Минджу начинает дрожать, и она поджимает губы. — В данный момент она ни с кем не встречалась? — Нет. Но, знаете… — Минджу словно сомневается, стоит ли ей об этом говорить. — Лучше сказать всё, даже если кажется, что это не относится к делу, — Юнги мягко побуждает женщину продолжить. — Ещё до Сёнхуна у неё был этот парень… Сон Джихун. Дурное семя, — женщина укоризненно качает головой. — К счастью, Сольчжу с ним довольно быстро рассталась. Он много крови ей попортил. Задав все необходимые вопросы, Юнги и Намджун поднимаются с дивана. Мин чуть задерживается и кивает головой на фотографии на стене. — Это ведь ваша другая дочь с Сольчжу? — Да. Это Ынчжу. Юнги кивает головой и направляется к выходу. — Когда я смогу увидеть дочь? — спрашивает Минджу уже у двери. — Мы позвоним вам. После вскрытия. Чтобы вы приехали на опознание. Вам есть, с кем побыть сегодня? Не оставайтесь наедине с тяжёлыми новостями. — Я позову подругу, — отвечает Минджу, — она живёт в соседнем доме. Когда Юнги и Намджун выходят из подъезда дома и садятся в автомобиль, Юнги произносит, пристёгивая ремень: — Почему бы ей не позвать свою вторую дочь? А не соседку? — Может быть, та работает? — Если у тебя погибла сестра, можно взять отгул, — безапелляционно замечает Мин, заводя двигатель.

***

Юнги и Намджун возвращаются в офис. Мин тут же собирает всех у белой доски, куда вешает фотографию Ли Сольчжу. — Ли Сольчжу. Сорок шесть лет. Журналистка и писательница. Убита этой ночью, предположительно с часу до трёх. Скинута с балкона собственной квартиры. Пятнадцатый этаж особо надежд не оставил. На руках и теле следы борьбы. Из квартиры ничего не пропало, на первый взгляд — дверь взломана не была. Очевидно, жертва знала убийцу. Разведена, детей нет, — Юнги делает паузу, переводя дыхание. — Нам нужно собрать её портрет. Весь круг общения. Родня, друзья, коллеги, бывшие. Все, кто хоть как-то соприкасался с ней. Её мать упоминала некие угрозы, связанные с её репортажем десять лет назад. Хоть это было давно, нам нужно составить полную картину, что произошло, и не могла ли тянуться нить из прошлого в настоящее. Кроме того, она говорила про бывшего, который абьюзил убитую. Проверьте его. Сон Джихун. Юнги пишет на доске имя. Все присутствующие внимательно слушают, особенно Тэхён. — Чимина, — Юнги смотрит на Пака, — на тебе всё, что в ноуте и телефоне, и вообще любой электронный след. — Сделаю, — кратко отвечает Чимин. — Чорин, проверь финансовое положение жертвы и займись записями с камер. — Хорошо, — кивает головой Чорин. — Чонгук, попробуй пробить по системе этого Джихуна и, если найдёшь его контакты, пообщайся с ним. Чонгук на это молча кивает головой, тут же отворачивается к своему компьютеру и вводит пароль в систему. — Пока судмедэксперты готовят отчёт о вскрытии, мы с Намджуном отправимся в редакцию, где числилась Сольчжу. — А мне что делать? — Тэхён поднимает руку как школьник и встаёт с места. — А тебе нужно сделать мне с собой кофе. Тэхён выглядит растерянно, и Юнги кивает головой на кофемашину на столике в углу. — Двойной эспрессо, один кусок сахара. Ни молока, ни сливок добавлять не нужно. — Хорошо, босс.

***

Хосок аккуратно сшивает тело Ли Сольчжу после вскрытия и отправляет его в холодильную камеру. В морге относительно светло, хотя здесь лишь искусственное освещение. Лампы тихонько жужжат, если прислушаться, но в остальном полная тишина. Хосок садится за стол и собирается написать отчёт, но в этот момент дверь открывается и входит Риджу. — Вы просили первым делом прогнать материал ДНК, взятый из-под ногтей, через базу данных, — начинает он. — И что там? — Ничего. Совпадений не обнаружено. — Плохо. — Мы будем сейчас работать над «пальчиками» и другими уликами. — Приступайте. Риджу уходит, а Хосок открывает файл и начинает фиксировать данные вскрытия. Почему Мин Юнги воспринял его так враждебно? Хосок постарался вспомнить, что он сделал не так с самого начала, но ответа на свой вопрос не находит. О Мине он был наслышан только от Сокджина. Отличный следак, раскрываемость одна из самых высоких в Управлении. Чем Хосок мог успеть ему насолить? Они не имеют конфликта интересов. Чон никак не мог подсидеть Мина, ведь тот возглавляет убойный отдел и определённо не хотел бы быть начальником отдела судмедэкспертизы. Поразмышляв ещё немного, Хосок приходит к выводу, что Мин Юнги просто имеет несносный характер. Вот и вся разгадка его поведения. Решив, что следак не заслуживает больше его времени, Хосок полностью погружается в детальный отчёт, стараясь не упустить даже крохотной детали.