Опекун

Наше время. В субботу, после работы над оставшимся домашним заданием и дневной прогулкой с друзьями во дворе, Рейчел направилась в кабинет к Северусу. В пятницу долго поговорить у них не получилось, поэтому Пауэлл очень хотела продолжить беседу. Тем более у неё остался один вопрос. – Ну? – Снейп отложил перо и разместил подбородок на своих сцепленных ладонях, заинтересованно глядя на сестру. Рейчел немного поёрзала на месте. – Я… подружилась с одной девочкой из Гриффиндора… – неуверенно начала она, внимательно смотря, как будет реагировать брат. Северус удивлённо поднял бровь. – Так, и? – Её зовут Гермиона Грейнджер, – Снейп едва ли не закатил глаза, но вовремя себя остановил. Особо приятных впечатлений эта девочка пока что на него не произвела, но окончательно ставить на ней крест он не собирался. Грейнджер второй способный человек из всех первокурсников после Рейчел, так что пусть дружат, раз могут, сестре это сильно не навредит. – Не то, чтобы я хочу настучать, но Малфой назвал её каким-то странным словом, и мне просто интересно, что это значит. Это слово грязно… – Стоп, не произноси. Я понял, – резко прервал сестру Северус, нахмурившись. – Что это значит? Это плохо? – Это… очень обидное слово для маглорождённых волшебников. – Магло… рождённые? Такое бывает? – Северус кивнул. – В настоящее время волшебники бывают трех типов: чистокровные – те, у кого в роду нет ни одного магла; полукровки – те, кто рождён от магла и волшебника; и маглорождённые – волшебники из семьи маглов. Как правило, маглорождённые волшебники появляются в семьях, произошедших от сквиба – человека из семьи чистокровных волшебников, не владеющего магией. – Это как-то влияет на способности волшебника? – Рейчел слегка нахмурилась, переваривая новую информацию. – Нет. Способности волшебника не зависят от чистоты крови, – Северус качнул головой. – Это просто прерогатива чистокровных делить волшебников на высшие и низшие классы, хотя на самом деле разницы нет никакой. Главное, чтобы мозги были что надо. – А мы с тобой какие? – Оба полукровки. У нас с тобой матери были ведьмами, а отцы – маглами. Но ты лучше не распространяйся об этом между сокурсниками. Рейчел кивнула, а затем с интересом изогнула бровь. – Ты же говорил, что ничего не знаешь о моём отце. – Я правда не знал, пока не нашёл в один день дневник твоей матери. Это было ещё давно, когда ты была маленькой. Тогда я решил рассказывать тебе постепенно всё, что узнал. – Ты покажешь мне его? – Да, конечно. Летом. Он остался дома. *** Постепенно прошло два месяца. Наступил Хэллоуин. Рейчел не переставала делать успехи в учёбе, а Северус как обычно пытался справляться со своей скучной рутиной профессора. И чем дальше шло время, тем более уставшим он выглядел, хоть и старался не ложиться поздно. По большей части у него это получалось успешно, так как из-за Рейчел за десять лет у него сформировалась новая привычка сна, но иногда, когда этого требовала работа, ему приходилось задерживаться подольше, чтобы всё успеть. За эти два месяца Рейчел почти полностью смогла смириться с постоянным отсутствием брата рядом и привыкла к бурной ученической жизни. Но она не перестала задерживаться по пятницам после занятий по зельеварению и всё также навещала Северуса по выходным. – Представляешь, как завидуют тебе многие ребята, ведь они тоже скучают по родителям, – заметил однажды Северус за разговором с сестрой в выходной день. – Да, это печально. Но я ни на что не променяю наши встречи, – Снейп хмыкнул, взъерошив волосы сестры. – Ещё бы. В вечер Хэллоуина Рейчел направлялась в туалет после занятий по травологии, чтобы вымыть руки перед ужином. Закончив, она закрыла кран и уже собиралась уйти, как услышала какие-то странные звуки. – Кто здесь? – спросила она слегка наклонившись, чтобы посмотреть, есть ли кто в кабинках, но девочка была уверена, что помимо неё здесь никого не было. В ответ тишина. Решив, что ей показалось, Рейчел подошла к двери, но тут услышала шуршание мантии и тихое шмыганье. – Отвечай! Я знаю, тут кто-то есть! – Уходи! Я хочу побыть одна! – всхлипнув ответил ей кто-то. – Гермиона? Ты что тут делаешь? – Рейчел направилась к кабинкам. – Я же сказала… – Ты плачешь? Давай поговорим. Я не уйду, так и знай. Воцарилась тишина. Рейчел терпеливо ждала решения подруги и вот, спустя пару мгновений одна из кабинок открылась. – Ну, рассказывай. Спустя очень долгий разговор Гермиона наконец успокоилась. – Ну вот, другое дело, – Рейчел ободряюще улыбнулась подруге. – Пойдём в Большой зал, там наверняка много разных Хэллоуинских вкусностей! – Почему ты так в этом уверена? – Ну, праздник же, – Гермиона кивнула и повернула щеколду от кабинки. Вдруг они услышали, как дверь резко открылась, и кто-то с топотом вошёл в туалет. Помещение заполнилось отвратительным запахом. Дверь захлопнулась и послышался щелчок замочной скважины. Сквозь щёлку девочки увидели, что к ним приближается огромный тролль. *** Северус в этот момент летел по лестнице к третьему этажу. Этот Квиррелл явно что-то задумал! Камень в опасности. Достигнув нужного этажа, зельевар двинулся по правому крылу, стремясь к комнате, где обитал огромный трёхголовый пёс с неподходяще милым именем - Пушок. Осторожно приоткрыв дверь, он понял, что внутри никого нет. Квиррелл ещё не успел добраться до комнаты. Что ж, так даже лучше. Снейп осторожно вошёл в комнату, стараясь не разбудить пса, и затем встал лицом к двери так, чтобы было видно и головы зверя, и того, кто зайдёт внутрь. Спустя пару минут в коридоре послышались осторожные, но быстрые шаги. Квиринус стремительно приближался к комнате и, наконец, осторожно открыл дверь. – Я так и знал, – пророкотал Северус с триумфальной ухмылкой, выйдя из тени. Квиррелл вздрогнул, не сразу различив профессора зелий на фоне огромного пса, а затем, изобразив страх и недоумение захлопнул дверь. – Ах ты… Снейп хотел было за ним погнаться, но вдруг почувствовал, как чьи-то мощные челюсти впились ему в голень и потянули его назад. Рухнув на пол, профессор с ужасом понял, что пёс проснулся из-за хлопка двери и принял его за похитителя. Быстро сообразив, зельевар оглушил зверя заклятием «Остолбеней» и вырвался из его стальной хватки. Тут же встав на ноги, он вылетел из комнаты и помчался к лестнице, чтобы поймать беглеца Квиррелла. Квиринус уже достиг лестницы и рысью спускался вниз. Северус стремительно нагонял его, перепрыгивая через ступени. К концу последнего пролёта ему почти удалось схватить его за ворот мантии, но тут на их пути встала профессор МакГонагалл. – Вот вы где, – она с облегчением выдохнула. – Тролля в подземельях нет, вы ошиблись, профессор Квиррелл. Но он где-то здесь. Северус хотел что-то съязвить, сдать Квиррелла, но тут они услышали крики и грохот, разносившиеся где-то со стороны женского туалета. Не долго думая, трое профессоров со всех ног бросились туда. Войдя в уборную, они обнаружили, что помещение было почти полностью разрушено, всюду летала строительная пыль, из сломанных кранов фонтаном текла вода. Прямо перед ними развернулась любопытная картина: четверо детей, трое из которых – Гриффиндорцы – с изумлением смотрели на лежащего пластом тролля, голова которого была придавлена его собственной дубиной. Квиррелл, увидев тролля, схватился за сердце и осел на пол, а Снейп, внимательно осмотрел существо, решив убедиться, что оно действительно без сознания. Профессор МакГонагалл тем временем прожигала детей взглядом. – О чём вы только думали? Вам повезло, что вы остались в живых. И почему вы не в своих общежитиях? Отвлёкшись от изучения тролля, Снейп поднял взгляд на детей и с ужасом отметил, что помимо гриффиндорцев здесь находилась его сестра. На его лице в одну секунду отразились удивление, испуг и волнение, но затем он успешно замаскировал всё это более нейтральным выражением. Не обращая внимание на присутствие лишних свидетелей, профессор тут же подошёл к Рейчел, внимательно осмотрел её лицо и ладони на предмет царапин, прощупал руки на наличие переломов. – Всё в порядке? Рейчел кивнула. – Да. – Тогда подожди меня в кабинете, – спокойным голосом приказал Северус. Пауэлл повиновалась и вышла из женского туалета. Трое гриффиндорцев удивлённо переглянулись, не понимая, почему обычно строгий профессор Снейп был сейчас так мягок с Рейчел. Профессор МакГонагалл же полностью это проигнорировала, так как, в отличие от своих учеников, была осведомлена в причине такого поведения коллеги. – Итак, теперь вы, – холодно произнесла она, когда в помещении остались только её подопечные. Гарри и Рон растерянно посмотрели друг на друга. В кабинете брата Рейчел провела около пятнадцати минут. Она беспокойно расхаживала вдоль стола Северуса, собираясь с мыслями, чтобы объясниться. И вот дверь наконец распахнулась. Снейп вошёл в кабинет и сразу направился к Рейчел. Пауэлл бросилась к нему, крепко обняв. – Испугалась? – тихо произнёс Северус, обняв сестру в ответ. Его плащ накрыл её, будто большие крылья спрятали маленького и беззащитного воробушка от опасного мира. – Очень. – Как ты вообще там оказалась? – Мы с Гермионой были в туалете, когда вдруг услышали топот и почуяли вонь. Дверь кто-то резко захлопнул, мы оказались в ловушке. Мы закричали. На наш крик пришли мальчики и попытались спасти нас от тролля. – Вот как? Значит, вы не охотились за троллем? – Что? – Рейчел удивлённо подняла голову, всё ещё не отпуская брата из объятий. – Нет. Почему ты так подумал? – Так сказала мисс Грейнджер. Гермиона что, соврала? Глаза Рейчел стали ещё шире от удивления. Она замотала головой. – Нет, мы не знали. – Верю, – Северус успокаивающе погладил сестру по голове. Сам он уже тоже постепенно начал приходить в себя после всех событий. – Надо бы поучить тебя обороняться… – зельевар замолчал, внезапно почувствовав головокружение и лёгкую тошноту. Затем его ногу пронзила резкая боль, настолько внезапно, что он едва не потерял равновесие, но вовремя смог ухватиться за ближайшую парту. – Северус?! – Рейчел покрепче схватилась за брата, пытаясь удержать его в равновесии. – Что с тобой? Снейп не ответил. Качнув головой он покрепче взялся за парту и отодвинул стул, а затем тяжело опустился на него, издав болезненное шипение. Он совсем забыл о том, что был ранен. Погоня за Квирреллом и последующее беспокойство за учеников вытеснили его собственные потребности, отодвинули боль на второй план. И теперь он снова всё чувствовал. Рана бешено пульсировала, в глазах темнело от потери крови. Рейчел стояла в ступоре, не зная, что ей делать. – Я… Я позову мадам Помфри! – взволнованно воскликнула Пауэлл и уже была готова метнуться к двери, как Северус схватил её за руку, остановив. – Не надо, – прохрипел он. – Лучше найди в столе спирт, бинты и вату. Рейчел кивнула и бросилась к столу, дрожащими от волнения руками просматривая ящики. Найдя всё необходимое, она подошла к парте, возле которой сидел брат, открыла спирт и намочила им вату. Воздух сразу наполнился резким сладковатым запахом. Северус в этот момент стянул с ноги сапог, вид у неё был ужасный: бледная кожа окрасилась в фиолетовый с красным цвета, раны, большими дырками растянувшиеся по голени и щиколотке, сильно кровоточили. Рейчел ахнула, увидев всё это. – Кто тебя так? – тихо спросила она, протягивая Северусу смоченную спиртом вату. – Одна собака. Не поверишь, зовут Пушок, – Снейп наклонился, осторожно обрабатывая оставленные Пушком раны. Каждое движение сопровождалось его тихим шипением. – Но как? – Отвечу, когда закончу, ладно? Рейчел смачивала вату за ватой, наблюдая за тем, как брат постепенно останавливал кровь и смывал её с ноги. Когда кровотечение остановилось, девочка протянула Северусу бинт. Плотно забинтовав рану, зельевар разорвал бинт и надёжно закрепил его на ноге. – Я не должен тебе это говорить, и никто не должен об этом знать, – начал Снейп. Он провёл рукой по лицу, тяжело вздохнув и затем обратив серьёзный взгляд на сестру. – Но. Пёс охраняет важную вещь, и сегодня её пытались украсть. Я тоже отвечаю за сохранность этой вещи, поэтому полез к псу, чтобы проверить, всё ли в порядке. Предполагаемый вор меня подставил, поэтому Пушок схватил меня, а не его. – Ты знаешь, кто это был? Северус промолчал, задумчиво глядя в пол. Знать-то он знает, но вот доказательств против этого человека у него нет. – На данный момент поймать его у меня не получится. Нет доказательств. Рейчел нахмурилась, собирая с парты окровавленную вату и остатки бинтов. – И когда это всё случилось? – Ещё до того, как мы обнаружили вас в туалете. Рейчел удивлённо подняла брови. – Но ты даже не хромал, – убрав бинты и спирт обратно в стол, Пауэлл вернулась к брату. – И когда вошёл сюда – тоже. Как это? – Всё дело в действии гормона адреналина. Когда на меня напал пёс, адреналин начал выделяться, заставив мой организм бросить все силы на самосохранение. Боль приглушилась и не давала о себе знать до тех пор, пока я не успокоился и не оказался в безопасном месте, чтобы себе помочь. Этот гормон всегда выделяется в стрессовых ситуациях. Рейчел медленно кивнула, принимая новую информацию. – Что ж, – Северус протёр руками лицо, пытаясь прогнать внезапно накатившую на него усталость, – надо бы что-нибудь приготовить. Ты совсем без ужина осталась. – Можно это сделаю я? Снейп пару секунд молчал, обдумывая предложение сестры. С его привычкой делать всё самому он был готов хоть сейчас встать и пойти возиться с ужином, наплевав на то, что он устал и что его нога чертовски сильно болит, но в то же время он был обязан дать сестре шанс проявить самостоятельность, поэтому медленно кивнул. – Ладно, попробуй. Что там у нас вообще есть? Пауэлл вошла в их с братом комнату и направилась к зоне кухни. Открыв шкафчик со съестными припасами, она увидела только банку овсянки и хлеб. – Овсянка и хлеб. – Отлично. Бери кастрюлю, ставь кипятить воду. Так, под редкие подсказки Северуса, Рейчел смогла самостоятельно приготовить им ужин. Овсянка, конечно, восстановлению крови не способствует, но пополнить запас сил брату и сестре точно поможет. – Как долго будет заживать твоя рана? – из любопытства спросила Рейчел после их скромного ужина. – Надеюсь, не долго, – задумчиво ответил Северус. Он уже убедил себя, что придется прибегнуть к бадьяну, чтобы ускорить процесс, иначе с его привычкой переносить все болезни на ногах заживление растянется на месяц, а то и больше. – На выходных использую бадьян, а там посмотрим. – Ты точно не хочешь показаться мадам Помфри? – Точно нет. Позже Снейп настоял на том, чтобы сестра вернулась в общежитие, так как близился комендантский час. – И помни, то, что я рассказал тебе, строго между нами. Никто не должен ничего знать, – предупредил он, перед тем, как Рейчел успела уйти. – Никто не узнает, обещаю.