Любовь - кровавая ванна

Вдохнув, Чосо закрывает глаза и сосредотачивается. Для любого человека, пытающегося сделать это с помощью техники крови, это было бы огромной тратой ресурсов и времени - большинство из них мгновенно потеряли бы сознание от огромного количества требуемой крови. Но Чосо - наполовину проклятие. Кровь вытекает из него без проблем, и он морщит лоб, представляя, чего хочет. Открыв глаза, он немного опасается неудачи, но нет, перед ним на коленях стоит идеальная копия его самого. Она обнажена, как и он сам, но вместо слишком бледной кожи - мерцающий пунцовый цвет, почти как у безупречной статуи, вырезанной из красного мрамора. Выдохнув с облегчением, Чосо протягивает руку, чтобы потрогать щеку клона. Она упругая, не такая эластичная, как обычная кожа, но это не страшно. Структура должна быть достаточно твердой, чтобы не раствориться, когда он прикоснется к ней, не обязательно чтоб она была реалистичной на ощупь, это не главное. Может быть, это довольно странно. Он сидит в идеальной позе, а его клон стоит на коленях, уперев кулак в пол, и они смотрят друг на друга, но Чосо не смог придумать ничего лучше. Они лежат на полу, под ними расстелен брезент. Он решил, что пластик будет легче чистить, если вдруг он устроит беспорядок. Хотя кровать была бы предпочтительнее хотя бы потому, что на ней люди обычно и занимаются подобными вещами, в конце концов он решил, что пол будет безопаснее. Это секс. Или, по крайней мере, нечто близкое к сексу, что он может иметь с кровным клоном. Чосо не уверен, испарится ли это, если станет слишком жарко, но попробовать никогда не помешает. Не то чтобы он действительно ожидал, что все станет настолько захватывающим, что он потеряет контроль, но это должен быть хороший опыт. Чосо неохотно пытался сделать это - что бы это ни было. Может быть, чтобы набраться опыта? Он не уверен в правильности терминологии и не собирается никого спрашивать. Просто, внезапно оказавшись в окружении людей, заключенных в одном здании, когда они не ищут еду или не убивают проклятия, Чосо узнал, что люди жаждут близости. Больше, чем он мог предположить. Из-за этого не раз возникали неловкие ситуации, когда Чосо заходил в комнату или за угол и видел то, чего очень хотел бы не видеть, или невинно задавал вопрос о том, как у такого-то и такого-то появился синяк на шее (очевидно, синяк, сделанный ртом, называется засосом) или почему кто-то хромает. Юджи взял на себя груз устроить для Чосо своеобразный курс "сексуального воспитания", который в основном состоял из того, что Юджи показывал ему порно на своем телефоне, которое он скачал ранее, и заикался о каких-то объяснениях, которые ничего не объясняли о самом половом акте, кроме того, что он видел визуально, и вместо этого Чосо останавливался на чем-то совершенно другом. Вот что он понял: Юджи интересуется сексом, и, судя по некоторым видео, в какой-то степени его интересуют как мужчины, так и женщины. Сам Чосо не очень-то интересуется сексом; с тех пор как он "проснулся", у него не было никаких сексуальных желаний. Так было до тех пор, пока он не увидел покрасневшее лицо Юджи. Смущение ясно читалось в напряженных линиях его плеч, а интерес - в том, как он сжимал колени, ерзал на месте в некоторых моментах видео, втыкал в экран, когда не заглядывал в лицо Чосо, пытаясь оценить его реакцию. Впервые Чосо почувствовал... что-то смешанное; жар, который, казалось, все нарастал и нарастал внизу живота. Возбуждение, предположил он тогда, смешанное с желанием; но не по отношению к пыхтящим незнакомцам, которых показывал телефон Юджи, а скорее к раскрасневшемуся младшему брату, сидящему рядом с ним. После "урока", когда Юджи неловко вышел из комнаты, Чосо некоторое время размышлял, что ему делать со своим внезапным осознанием. Он долго не решался. Чосо живет ради своих братьев, и единственный, кто остался, - это Юджи. Таким образом, жизнь Чосо - это жизнь Юджи. Для него не имеет значения ничего, кроме Юджи, и это включает в себя интимные отношения. Если это не с Юджи, то Чосо это нисколько не интересует. Если отбросить вопрос о том, хотел бы Юджи заниматься с ним интимными делами или нет, Чосо с самого начала решает, что ответ на этот вопрос вряд ли имеет значение. Он никогда не заговорит об этом, но на случай, если Юджи придет к нему, Чосо хочет быть готовым. Не стоит устраивать младшему брату ужасный опыт и отпугивать его от всего этого. Он должен уметь руководить своим младшим братом во всех делах, включая это. Что и привело его к нынешнему самоучителю. С его клоном. Сам Чосо не может к нему прикоснуться. Хотя он в какой-то степени чувствует свою кровь, она не настолько чувствительна, чтобы дать ему понять, насколько мягким или грубым должно быть его прикосновение, так что клон должен прикоснуться к нему первым. Перевернувшись на спину, он тяжело вздохнул от холодного прикосновения пластика. Клон с пустым лицом устраивается между его ног. Они молча смотрят друг на друга. И что дальше? Чосо совсем расслабился и не знает что делать дальше. Пытаясь вспомнить некоторые из просмотренных видео, он протягивает руку и обхватывает шею клона. - Иди сюда, - грубо приказывает он. Поцелуи, похоже, занимают важное место, так что можно было бы начать с этого. Странно. Чосо никогда раньше не целовался. Ему кажется, что на обычной коже такого не будет. Они оба наклоняют головы, и под таким углом их губы прижимаются друг к другу так, что это кажется... прекрасным. Не разрушительно жизнь, как казалось в некоторых видео, - возможно, нужен подходящий партнер. Невольно в голове всплывает образ Юджи: раскрасневшийся, смущенный, как и в тот вечер, но на этот раз он стоит лицом к Чосо, наклонившись к нему, и его взгляд устремлен на губы Чосо... Не в силах сдержаться, он застонал от этой мысли. Приоткрыв рот, клон использует возможность просунуть язык внутрь. Он обхватывает язык Чосо, распространяя вкус железа, но он не сказал бы, что возражает. Его дыхание становится все тяжелее, пока их языки вращаются и вращаются. Чосо хочет укусить, но его беспокоит, сколько клон сможет выдержать. Клон не разделяет его опасений. Он прикусывает нижнюю губу, достаточно сильно, чтобы между ними пролилось больше крови. Его член напрягается, медленно утолщаясь. Положив руку ему на плечо, Чосо легонько отпихивает его, задыхаясь. Ну что ж, поцелуй удался. Хотя, возможно, он слишком груб... Замечает, что в следующий раз он должен начать мягче, если Юджи предпочитает именно это. Позже ему придется больше практиковаться. Воспользовавшись тем, что он отвлекся, клон начинает целовать его шею. Чосо со стоном откидывается назад, закрывая глаза. Руки клона тянутся вверх и начинают поглаживать его голую грудь, скользят по прессам, а затем изгибаются вдоль боков. Он пытается отследить, что ему приятно, а что нет. Когда пальцы начинают поглаживать его соски, он неожиданно вздрагивает, его бедра поднимаются без его согласия. Клон замечает это и делает это снова, на этот раз сильнее, и Чосо стонет от острого удовольствия и боли. Поцелуи на его шее становятся все более агрессивными, а зубы начинают впиваться в кожу. - Не оставляй следов, - шипит он, прикрывая глаза запястьем, пытаясь взять себя в руки. Ощущения превосходят все ожидания, но Чосо не хочет, чтобы Юджи увидел следы на его шее и решил, что он с кем-то был. Это лишило бы его всего смысла. В конце концов, это все для его младшего брата, а не для него самого. По телу пробегает рябь раздражения, и Чосо не может понять, от кого это исходит - от него самого или от его клона. Он обнаружил, что ему нравится кусаться: это приятно. Еще приятнее думать о том, как Юджи кусает его, или о том, что Чосо позволяет себе надавить на отметины на теле Юджи, присосаться к коже младшего брата, почувствовать, как кровь проступает под поверхностью, окрашивая его в яркие пурпурные и красные цвета, давая всем понять, что он принадлежит… Рука обхватывает его уже полностью твердый член, и он в шоке поднимает руку, удивленно моргая по всей длине своего тела. Чосо приподнимается на локтях, чтобы видеть, как красная рука обхватывает его ствол и медленно поглаживает. От удовольствия у него по позвоночнику пробегают мурашки, и он упирается в него бедрами, желая, чтобы это было сильнее и быстрее. - Еще, - произносит Чосо сквозь стиснутые зубы. Его собственное лицо напряженно следит за тем, как рука клона сжимается, давление становится почти невыносимым. На кончике его члена собирается предэякулят, и каждое движение становится легче предыдущего. Клон собирает ее на пальцы, чтобы облегчить скольжение. И все же это не совсем правильно, поэтому Чосо тянется вниз и берет руку клона. Он направляет ее в ритм, который ему нравится, и клон следует безмолвной команде. В его нутре разгорается жар, а на висках выступили бисеринки пота. Его задница скользит по пластику, и Чосо чувствует, как по его щекам течет кровь из метки на носу. Это не должно быть так напряженно. Это должно быть связано с Юджи. Именно поэтому он здесь. Поможет ли это ублажить его младшего брата? Клон перед ним дергается и теряет форму. Чосо ругается, но прежде чем он успевает собраться с мыслями, кровь смещается и снова начинает застывать. Юджи сидит перед ним, его рука все еще обхватывает член Чосо, и он улыбается. Когда Юджи начинает двигаться, у Чосо перехватывает дыхание, и он не может ничего сделать, кроме как стонать от удовольствия. Одна из его рук все еще обхватывает руку Юджи, и они вместе дрочат ему. Ощущения потрясающие, это лучшее, что он когда-либо испытывал, но в голове у него только одно: Юджи, Юджи, Юджи. Его младший брат, все, что у него осталось, его любовь, его любовь, его любовь. Жар перерастает в огонь, а затем в ад, Чосо падает на спину, запустив пустую руку в волосы, и начинает толкаться в тепло руки Юджи. Узел в животе затягивается все туже и туже, и Чосо наблюдает, как Юджи, красный и такой красивый, что-то говорит ему. Его глаза расширяются. - Они-чан, - говорят эти прекрасные губы. Это уже слишком. Хотя он уже слышал, как Юджи называл его так раньше, в данном контексте это совсем другое. Он точно знает, как его младший брат сказал бы это в данный момент, каждый слог пронизан едва скрываемым весельем и нотками озорства. Как и все, что связано с Юджи, это прекрасно, и одна только мысль об этом заставляет его переступить ту грань, которую он уже нащупывал. Его глаза закатываются, и он кончает, спина выгибается дугой, рот раскрывается в беззвучном крике. Это не похоже ни на что, что он когда-либо чувствовал раньше. Все мысли улетучиваются, в глазах темнеет, наслаждение захлестывает его настолько, что кажется, будто он полностью покинул свое тело. Или, может быть, это похоже на перерождение. Он сжимает зубы, когда узел внутри него развязывается, и Чосо чувствует, как его сердцевина полностью тает, словно ему нужно заново перестроиться, стать вторым, более интенсивным, чем первый, и где есть только Юджи, только его младший брат, который может заставить его чувствовать это. Что-то горячее и влажное брызжет на его тело, рука Юджи пропадает с члена, но рука Чосо все еще там, и он гладит себя до конца. Когда он наконец останавливается, то хрипло дышит. Открыв глаза, Чосо понимает, что произошло. Кровавый клон Юджи взорвался, залив кровью тело Чосо, и это выглядит так, будто произошло убийство; красный цвет смешался со спермой, которая стекает по его торсу. Похоже, брезент был хорошей идеей. Поморщившись, Чосо садится, потирая голову. Что ж, эксперимент в основном удался. Он справился. Ему нужно будет продолжать тренироваться, чтобы не кончать так быстро; он должен быть в состоянии продержаться до Юджи. Если бы Чосо делал ставки, он бы предположил, что Юджи сможет продержаться несколько раундов. Смутно улыбаясь и чувствуя, как в его сердце зарождается любовь к младшему брату, он медленно встает на шаткие ноги, решив навести порядок, пока кто-нибудь не решил зайти и не начал задавать вопросы.