Ролевая игра "Обращенный"

Kill em all - King 810

В данной главе происходит кроссовер с другой ролевкой авторов, а именно с персонажами из нее, Лисси (настоящее имя - Амели) и Лиамом.

Проснулся Нейт от будильника на телефоне. Тот честно выполнял свою функцию, а именно – будил его на работу. Нейт приподнялся, нащупывая телефон, и отключил будильник, ведь, что было очевидно, в таком состоянии он работать не мог. Коротко написав начальству, что попал вчера в серьезную передрягу и теперь отходит от ножевых ранений, а потому временно поработает удаленно, Нейт вновь провалился в сон. Повторное пробуждение для Нейта случилось в самый разгар дня, а именно, в полдень. За плотно закрытыми шторами сияло солнце, Нейт чувствовал себя выспавшимся и даже раны болели меньше. На всякий случай закинувшись еще обезболивающими и перебинтовав себя, чтобы обновить мазь, Нейт встал. Слабости почти не было, тот уровень боли, что был сейчас, позволял осторожно ходить, так что все было отлично. Кроме голода. Нейт был просто зверски голоден. Нейт стал медленно и осторожно одеваться в домашнюю одежду, думая про себя, что это за голод. Жажда крови? Или что? Вообще-то, кровь до сих пор не вызывала гастрономического интереса. А вот пицца в холодильнике казалась просто даром богов. При мысли о ней даже слюна во рту выделилась. Так что, одевшись, Нейт пошел к холодильнику. Вывернул из коридора в кухню и попал прямиком на солнце. Нейт вздрогнул, пытаясь тут же отступить назад, в тень коридора, но солнце не обожгло его. И все же Нейт отступил, оставив на солнце одну лишь руку. У Барта она быстро покраснела, но сколько Нейт ни держал свою, ничего не происходило. Поэтому он вновь продолжил свой путь на кухню, уже не опасаясь солнца, и разогрел себе сразу половину пиццы, с жадностью затем набросившись на нее. Барта от обычной еды рвало, но Нейту было так вкусно, что он готов был потом помучиться над унитазом. Если придется, конечно. Потому как отсутствие светобоязни и клыков во рту что-то сильно расходилось с вампиризмом. Доев, Нейт вернулся в спальню, где спал Барт, и, взяв ноутбук, засел на кухне за работу. На сей раз Нейту нужно было рисовать не логотипы, а разработать целый дизайн сайта. И, что ж, время и желание это сделать у него было. И солнце, светящее сквозь окно прямо на него, тоже настраивало на рабочий и позитивный лад. Проснувшись непонятно отчего, Бартоломью потянулся, раскинув руки в стороны. Зевнув во весь рот, он повернулся на другой бок с твердым намерением поспать ещё хотя бы пять минуточек. Было ещё слишком рано, о чём свидетельствовало закатное солнце, чей свет пытался пробить брешь в плотном барьере штор. Однако, до Барта вдруг дошло, что в постели он лежит один, тогда как Нейтан, судя по звукам, вернее их отсутствию, без вести пропал. Распахнув глаза, Барт вскочил, устремляясь на поиски брата. Его отсутствие действовало на нервы. Впрочем, Бартоломью волновался напрасно, поскольку Нейтан отыскался преспокойно сидящем на кухне. Прямо под лучами гребаного солнца! – Суициднуться вздумал? – Барт оторопел, не решаясь выйти из укрывающей его тени. – Сколько ты там уже сидишь? Нейт очень плодотворно поработал. Разработал общую концепцию и стилистику сайта и сделал много элементов оформления. Работа спорилась, потому как нравилась Нейту, и он ей сильно увлекался. Нейт даже не заметил, как время уже пошло к вечеру и на него и кухонный стол легли алые полосы закатного солнца. Краем уха он слышал, что проснулся Барт, но хотел все закончить и отправить начальству до того, как брат придет и займет его внимание собой. Но – не успел. Барт уже притопал и Нейт, дописывающий письмо и докидывающий в него вложения, отмахнулся. – Секунду погоди, доработаю, – Нейт кинул взгляд на часы. Было без пятнадцати шесть, как раз конец рабочего дня, и он был официально и по-честному свободен. Отправив, наконец, письмо, и сообщив об этом начальнику через мессенджер, Нейт повернулся к запрятавшемуся в тени брату. – Я тут сижу примерно с полудня, – Нейт улыбнулся. – Доброе утро, Барти. Рад тебя видеть. И, как ты мог заметить, солнце на меня не действует. Зато-о… Нейт поднялся и достал из ящика стола ложку, затем сгибая ее вдвое. – Зато я умею вот так. И зрение, слух и обоняние обострились. От тебя, кстати, кровью несет, – Нейт поморщился и кинул покореженную ложку в мусорку. – Это запах силы, – буркнул Барт. – Все нормальные вампиры пьют кровь и не морщатся от её запаха. А вот ты какой-то недоразвитый, значит. Непонимание на лице Барта всё возрастало. То, как вёл себя Нейтан, было очень странно и совершенно не свойственно вампирам… Хотя, а что, если существовали их разные виды? Он – ночной, пьющий кровь. А Нейтан – дневной и кровь не пьющий. Это многое бы объяснило. – Ты как чувствуешь себя? – Поинтересовался Барт. – И закрой уже шторы по-братски. Перед тобой вампир стоит, вообще-то. Правильный! Сделав на последнем слове ударение, Барт скрестил на груди руки, ожидая, когда источник мерзостного света будет ликвидирован. Вот по чему, а по нему скучать он уж точно не будет. Не любил он солнце. В особенности ненавидел он лето, когда яркий шарик на небосводе светил практически не переставая, а трава была зелёной и сочной. – Недоразвитый? – Нейт хохотнул. – Для меня не опасно солнце, и я могу есть нормальную пищу, ради получения которой достаточно сходить в магазин, а не охотиться на людей. И при этом у меня усилены все чувства и все быстрее заживает. Так что, кто еще из нас недоразвитый, Барти? Если бы все вампиры были таковыми, как я, то, думаю, они бы главенствовали на Земле. Но главенствуют люди, так как вампиров типа тебя очень легко убить днем, и вы прячетесь, живете в секретности и страхе, как бы о вас никто не узнал. С этими словами Нейт поднялся, закрывая ноутбук, а затем плотно задергивая шторы, чтобы сквозь них не проникло ни одного алого закатного лучика. – А чувствую я себя неплохо, – продолжал отвечать Нейт на вопросы Барта. – Продолжаю сидеть на обезболивающих, еще сохраняется слабость, так что хожу я пока медленно, раны еще не зажили. Но дышать мне легче – сам наверно слышишь, что я не хриплю. Так что дела идут на лад. Нейт сел обратно за кухонный стол и уставился на брата. – Ну что, правильный вампир, что делать-то будем? Я так думаю, что к нам в любую минуту могут нагрянуть… Так что, надо бы паковать вещички, да? – Оке-ей, – Барт поднял руки, сдаваясь. – Я значит классический представитель древней расы. А ты мутант. И вообще, может у тебя еще все проявится? Тип твой организм не вкурил ещё чё по чём. Ну, а если нет, то да, ты – мутант. Выйдя из темноты, Бартоломью плюхнулся прямо на пол напротив Нейтана. Запустив руку в волосы, он взъерошил и без того спутанные пряди. Немного помолчав, он вздохнул. – Нейтан… – Серьезно начал он. – Ты точно уверен в том, что хочешь ехать со мной? Хорошо подумал? Ведь с теперешними способностями тебе особо и бояться нечего… Если ты думаешь, что я обижусь, то нет. Я понимаю… У тебя своя устоявшаяся жизнь. И, ну, в общем тебе незачем менять её из-за меня. Я не хочу, чтобы ты потом жалел. Поэтому я спрошу ещё раз: ты точно уверен? – Ага, мутант как у Марвел, – Нейт усмехнулся. – Мистер Вампирио или Человек-вампир. А затем он сел перед Бартом и взял его за руки. – Я точно еду с тобой. Я чувствую, что должен быть рядом. Мы же братья, справимся со всем вместе. А как справимся, так и решим, кто и куда. Квартира у меня оплачена на полгода вперед, так что никуда не денется, через ноут я буду работать. Никаких проблем. Уедем, заляжем куда-нибудь на дно на время… Нейт чуть улыбнулся. Он действительно чувствовал так, как говорил. Нельзя ему сейчас было отделяться от Барта, они должны были быть вместе. Вместо ответа Бартоломью поднял руки Нейтана к лицу. Наклонившись, неловко коснулся их губами. Нет, он правда не обиделся бы на брата, предпочти он остаться. Но от сознания того, что Нейтан ради него идёт на такие жертвы, что он оказался единственным кто не бросил его, не отвернулся даже всё о нём зная, сердце наливалось теплотой и нежностью. – Ну… раз так… – Заговорил Барт смущённо. – Куда направимся? В Аризону или, может, Южную Дакоту? Руку Нейта он так и не выпускал, продолжая мягко удерживать, легко поглаживая пальцами. – Ах, да! – Бартоломью встрепенулся, а на лице появилось мстительное выражение. – Мыслишку-то я вчера тебе так и не озвучил. Ты задрых сразу. – Да куда хочешь, туда и поедем… мне без разницы, – ответил Нейт, поглаживая ладони Барта большими пальцами. – Может, на восточное побережье? Майами, жара, ночи, светлые, как дни… куча туристов и удобная охота для тебя. Нейту тоже было приятно вот так сидеть, это было тепло, уютно и он чувствовал с Бартом такую близость… – Кстати, – Нейт хохотнул. – А вампиры, наверное, не пьют кровь друг у друга. Так что теперь доступ к моим венам тебе закрыт. Нейт лукаво улыбнулся. Барт искреннее был уверен, что сделал его вампиром, но Нейт его уверенности не разделял, так как не чувствовал почти никаких изменений. Впрочем, пока что он поддерживал на словах эту идею. – И да, что за мысль у тебя там? – Спросил Нейт. – Майами… – Мечтательно протянул Барт, закатывая глаза. – А звучит очень даже неплохо. Мысленно парень уже представлял, как перетрахает всех тамошних девчонок, любительниц клубов и ночного веселья. А глубокой ночью он будет купаться в морских волнах, выходя на берег лишь затем, чтобы хлебнуть кровь у приведенной им туда жертвы. Не жизнь, а сказка. В таком свете будущее виделось ему исключительно в благостном свете, беззаботным и прекрасном. – А почему не пьют? – Произнёс он, все ещё представляя себе райскую жизнь в Майами и прикидывая, куда бы можно поехать ещё. – Может, это ещё вкуснее: сосать друг у друга? Хотя, попахивает каннибализмом. Бартоломью хмыкнул, поведя глазами. А потом с подлунного пляжа его грубо выдернули дальнейшие слова Нейта, возвращая в суровую реальность, в которой оставались ещё не решенными кое-какие проблемы. – Баба эта твоя виновата, по любому, – хмуро выдал он. – Ну, вернее не она, а хмырь её. Заплатил, чтобы тебя убрали, – известная схема. – Вот и по мне неплохо. Но стоит прежде, чем туда ехать, немного запутать следы. Помотаться по всяким мелким городишкам, переезжая каждый день из одного в другой, – сказал Нейт. – А потом, когда все уже немного уляжется, вот тогда и в Майами можно. Кстати! – Нейт кивнул на ноут. – Как я и предсказывал, новости о вчерашнем происшествии уже везде. Я имею ввиду, что они на новостных порталах, не знаю, как насчет телевизора. Версий произошедшего миллион и все, что интересно, разные. И фотку мою при этом публикуют, потому что ты не додумался разбить или забрать телефон. Благо, лица там не видно, но я действительно удивлен, почему к нам еще не стучатся. Нейт тяжело вздохнул. Проблем, конечно, было выше крыши. – Сосать друг у друга, – улыбнулся затем он. – Звучит жутко пошло, знаешь ли. И мне кажется, что все-таки нельзя. То есть, насыщения не будет… но я не уверен, мне просто так кажется. Да и действительно, каннибализм какой-то… Сказав это, Нейт снова нахмурился и подтянул к себе телефон. Там действительно еще с утра было много сообщений от Лисси, но он их не читал. А вот сейчас открыл. И там были… извинения вперемешку с вопросами, как он, и предложениями помощи. Да уж, Барт, видимо, оказался прав, что ко вчерашнему происшествию был причастен парень Лисси. Нейт бегло пробежал глазами по всем сообщениям, затем коротко ответил, что он в порядке и помощь не требуется, а затем отложил телефон. – Чтобы заказать кого-то просто за свидание, нужно быть психом, – озвучил он свои мысли. – Настоящим психом. И потому, Барт, я не согласился бы с тобой, что такое возможно. Но, судя по сообщениям Лисси, это действительно дело рук ее парня. Она, впрочем, извиняется, предлагает помощь и деньги, только бы это дальше никуда не пошло, – Нейт пожал плечами. – Ну, оно и не пойдет, мы же уезжаем, так что хрен с ними с обоими. Я не держу прям такого уж зла… – Ну, слушай, – Барт поморщился. – Нам в любом случае придется останавливаться в мелких городках. Или ты хочешь все три дня до Майями пилить нонстопом? Хм, надо бы маршрут продумать, чтобы не просто так шароебиться. В совсем уж жопе я отказываюсь останавливаться. Хотя… скромные провинциальные девчонки… Ночь на сеновале, м-м. Пожалуй, я передумал! Лицо Бартоломью вновь приняло мечтательное выражение. – Лица не видно, значит? Фотка что ли неудачная? Ты там хоть позировал? Оставшись крайне довольный своим подколом, он затем картинно возвел глаза к потолку. Покачав головой, он вздохнул. – А я вот так и думал, что ты, маленький извращенец, подумаешь не о том. И это я ещё пошляк? А потом, Бартоломью чуть помолчал. Вид его сделался серьёзным, было видно, что он о чем-то напряжённо размышляет. – И ты просто так это оставишь? – Наконец, заговорил он. – Это не шутки, Нейтан, тебя хотели убить. – Вот и думай маршрут. Ноутбук и карты в твоем распоряжении, – Нейт махнул рукой в сторону ноута. – А я пока буду собирать свои вещи. Сразу, впрочем, Нейт не пошел этим заниматься. Проигнорировав подкол, он усмехнулся на следующую фразу брата. – Это не я подумал не о том, это просто именно так и звучит. Может, будь ты среди вампиров, все бы все поняли правильно. Но ты не среди них, так что… И кто из нас мечтает о девочках и сеновалах?.. – Нейт саркастически приподнял одну бровь. – И да, Барт, я просто так это оставлю. А что мне остается? Подать на парня в суд? Это время, деньги… и твои убийства вскроются. Так что нам просто нечего делать, кроме как забыть. Да и… Лисси-то мне все равно нравится, пусть она мне и отказала. Она хороший человек и искренне расстроилась из-за произошедшего. И я не хочу ей создавать проблем. А все, что коснется ее парня, конечно, отразится и на ней. Нейт помолчал. – Вообще странно, почему она еще не ушла от такого психа. Ему правда стоило бы полечиться. Да и тюрьму за покушение он уже тоже заслужил… – А ты думаешь легко уйти от того, кого любишь? – Барт невесело хмыкнул. Что ж, раз Нейтану нравилось строить из себя всепрощающую мать Терезу, то пускай. Бартоломью же мириться с этим был не намерен. По его мнению, виноваты были все. Не только парень Мелиссы, но и она сама. Зачем было соглашаться идти на свидание, если она знала, чем это может обернуться? В то, что девушка якобы не предполагала такого исхода, Бартоломью просто не верил. А, даже если и так, кому какое дело? Незнание закона не освобождает от ответственности… – Дай-ка гляну что она там пишет. Мне нужно лично убедиться в том, что она действительно раскаивается. И Бартоломью требовательно протянул руку, ожидая, когда на неё ляжет мобильник Нейтана. – Держи, – Нейт без задней мысли протянул телефон брату. – Ты не заболел, братишка? – Бартоломью удивлённо приподнял бровь, принимая добровольно отданный ему телефон. Раскрыв главное меню, он ткнул по иконке мессенджера. И, без труда отыскав там Лисси, бывшую в самом верху списка, раскрыл её контакт. Читать переписку Барт даже не собирался. От Лисси ему нужен был исключительно её номер. Глядя на цифры перед собой, Барт мысленно прокручивал их в голове, запоминая. Затем протянул телефон Нейту, предварительно закрыв вкладку контактов, чтобы тот ни о чём не догадался. – Да… действительно. Вроде бы её волнение даже искренне. Хотя, чёрт её знает, может она тупо за умственно отсталого своего беспокоится. – Заболел, – согласился Нейт. – Дырки в легких и боку еще болят. И температура, думаю, была бы без обезболивающих. А что касается телефона, то мне там нечего скрывать, так что читай на здоровье, мне пофиг. Нейт пожал плечами и поднялся, наконец, на ноги. – Ладно, Барти, время идет и пора уже паковать вещички. Твоих у тебя нет, а вот мне надо бы уложить хоть один чемодан… Так что я этим и займусь, а ты составь нам пока маршрут. – Хм… ладно. Бартоломью был крайне удивлен, что обошлось без обычных для Нейтана истерик вроде «не смей контролировать мою жизнь», «я уже не ребёнок» и всё в подобном роде. Но озвучивать свое удивление вслух Бартоломью не решился, ну его, вдруг Нейт одумается. А это было бы очень некстати. Коротко кивнув, Бартоломью зашагал к себе в комнату. И, достав мобильный, набрал сообщение, адресованное Лисси. «Привет, Лисси, это я – Нейт», – набрал он. – «Пишу тебе с другого номера, так как с основного писать опасаюсь. Слушай… Мы можем где-нибудь сегодня встретиться? Мне нужно поговорить с тобой. Это важно». Ещё раз перечитав текст и решив, что лучше и не скажешь, Барт нажал кнопку отправки. И сообщение, вспорхнув, улетело в неизвестность. – Надеюсь, номер я запомнил правильно… – Вслух пробормотал Барт. Нейт пошел к себе, доставая чемодан и начиная закидывать туда вещи. Он явно не мог бы взять с собой абсолютно все, так что выбирал только самое необходимое. Белье, носки, теплую и наоборот легкую одежду, домашнюю еще… Всякую технику… И тут в дверь позвонили. Нейт резко вскинулся, по спине прошел холодок. Он ждал этого звонка с утра и вот и он. Наверняка, к ним с Бартом пришла полиция. И не открыть было нельзя. – Барт, будь наготове! – Крикнул Нейт, идя к двери. Там он посмотрел в глазок, ожидаемо видя человека в форме, и открыл дверь. – Здравствуйте, – кисло улыбнулся Нейт полицейскому. – День добрый, – откликнулся тот. А Барту между тем пришло ответное сообщение на телефон. «Да, конечно, Нейт. Ты себя ведь неважно чувствуешь, да? Давай я подъеду к тебе». Услыхав звонок в дверь, Барт сразу догадался кто именно стоит за порогом. Но он особо не занервничал, считая это бессмысленной тратой нервов и энергии. К тому же у него был план, состоящий из гипноза и временного отвода таким образом от себя лишних глаз. Если же по какой-то причине его блестящий план, придуманный им только что, потерпит крах, что ж, он уже никак не сможет повлиять на ситуацию. Поэтому совершенно спокойно он достал из кармана пиликнувший уведомлением телефон. «Не стоит, тем более что я предпочел бы немного развеяться», – написал Барт и, набрав адрес для встречи, положил телефон обратно в карман. Тут он задумался, стоит ли выходить к полицейскому или же в этом не было необходимости? С одной стороны полиция не могла знать точно, где сейчас находится Бартоломью. С другой же стороны, коп наверняка попросит осмотреть квартиру. В итоге Бартоломью решил пока что ничего не предпринимать, оставаясь в своей комнате и внимательно следя за ходом диалога между Нейтом и полицаем. – Нейтан Нортон? – Полицейский улыбнулся и протянул руку для рукопожатия. Он явно выбрал для себя стратегию доброжелательности в ущерб строгости. – Да. Вы по поводу вчерашнего происшествия, полагаю? – Нейт машинально пожал руку и тоже из вежливости улыбнулся. – Именно так. Могу я зайти внутрь и поговорить с вами? – Полицейский цепким внимательным взглядом осмотрел Нейта. Тот не выглядел раненым, но из-под одежды виднелись бинты. – Конечно, проходите на кухню, налью вам кофе, – Нейт посторонился и указал рукой на кухню. – Благодарю и не откажусь, – коп снова улыбнулся, затем снял ботинки и, оглядываясь, прошел на кухню. Нейт проследовал за ним, включая кофемашину. – Как вы после вчера? – Участливо спросил коп. – Не слишком хорошо, – Нейт потер грудь. – Все-таки получил два ножевых ранения… – И при этом вы не в больнице, – заметил коп. Нейт кивнул. – Да, сам как-то справился, благо, ранили меня неглубоко. Вот, обмазался мазями, замотал бинтами… Ну и обезболивающими, конечно, закидываюсь с утра до вечера, – Нейт подал кружку с кофе копу. – Это хорошо, конечно, – коп кивнул, принимая чашку. – А как ваш брат, которой наверняка доставил вас до дома и помог? Бартоломью Нортон. Он же сейчас тут, верно? Нейт отвернулся, готовя кофе и для себя. И скривился. Этого вопроса он, конечно, ждал с самого начала. И не придумал, как на него лучше ответить. Наверно, стоило позвать Барта, чтоб тот загипнотизировал копа, и не рассусоливать с ним. Все равно этим все и кончится, чего время терять… – Да, он помог мне – дотащил и подлатал, – Нейт кивнул, беря себе кружку с кофе и садясь напротив копа, который при его словах явно напрягся. – А что такое? К нему какие-то вопросы? – Решил Нейт сыграть дурачка. – Конечно, – коп больше не улыбался и взгляд его был пронзительным и колючим. – Требуется восстановить последовательность вчерашних событий, а также выяснить происхождение двух трупов. Так что позовите его, пожалуйста, сюда. – Конечно, – Нейт услышал то, что ожидал, после чего развернулся к коридору и крикнул. – Барт, подойди, пожалуйста сюда! Тут пришли по поводу вчерашней драки. Между тем у Барта на телефон пришло очередное сообщение: «Какое развеяться, Нейт?! У тебя ножевые ранения! Тебе бы в кровати лежать, а лучше в больнице! Не спорь, я приеду. Говори адрес». Бартоломью на ходу набрал сообщение: «Мне повезло и ранили меня не так уж и сильно. И, честно, я бы предпочел встретиться на нейтральной территории. Извини уж…» Отправив сообщение, Барт скривился. Его раздражала забота этой дуры. От неё требовалось только две вещи: заткнуться нахрен и делать так, как он ей говорит. Звук на телефоне Барт выключил, чтобы не привлекать им внимание копа. И, вырулив на кухню, окинул помещение и его обитателей внимательным взглядом. – Здрасьте, – поднял он руку в приветственном жесте. И, подтащив стул поближе к Нейтану, развернул его так, чтобы оказаться напротив полицейского. Участливо глянув на брата, он после устремил всё свое внимание на копа. – Здравствуйте, – полицейский кивнул Барту. – Не могли бы вы подробно рассказать, что вчера произошло между восьмью и восьмью тридцатью вечера? Полицейский достал и положил на стол диктофон, а сам уставился на Барта. Нейт между тем сидел и спокойно попивал кофе. Дальше уже от него ничего не зависело. А Барту пришло сообщение: «Судя по фото, гуляющему в сети, очень даже сильно. Ты уверен, что справишься?» Скрестив руки перед собой на столе, Бартоломью опустил голову, внимательно разглядывая ладони. Затем он устремил взгляд холодных глаз на мужчину, смотря прямо на него. – Вы ошибаетесь, – твёрдо произнёс он. – Вы не знаете, во сколько произошли те события. Нейт при этом закатил глаза, но смолчал. Это есть в отчетах, это есть в показаниях свидетелей, и, наверняка, они еще и снимали и фоткали – и там тоже есть даты. Даже, если именно этот полицейский перестанет знать время инцидента, это ни на что не повлияет. – Хм, – полицейский глаз от Барта все это время не отводил, так что легко попал под его внушение. – Да… А во сколько же все произошло? – Спросил он. – Давайте тогда начнем с этого. – Вам нравится ваш диктофон, – продолжал Барт. Откинувшись на спинке стула, он заложил руки за голову, высокомерно глядя на полицейского. И на лице его возникло нехорошее, издевательское выражение. – Да, очень даже неплохой, – согласился полицейский. – Надежный и с долгим сроком службы. Нейт переводил взгляд с полицейского на Барта, не понимая, к чему тот ведет. Полицейскому надо было внушить, что он не нашел Барта или… что убийца – кто-то другой. А не вот это вот все. – Съешь его, – будничным тоном попросил Барт. Уголок рта его чуть дрогнул. И Бартоломью весь подобрался, наклоняясь ближе к полицейскому, в ожидании шоу. – Жуй медленно. И не вздумай подавиться, – продолжал подначивать он. – Хорошо, – полицейский потянул в рот диктофон. – Барт, ты дебил?! А ну прекрати это! – Нейт тут же вскочил и выдернул из рук полицейского диктофон. – Скажи ему, что убийца кто-то другой. Что те нападавшие сами себя перебили или я не знаю… и пусть уже идет! А шутки твои несмешные! – Ой, ну какая ж ты зануда! – Скривился Барт, понимая, что всё веселье в один миг накрылось медным тазом. – Даже позабавиться не даёшь! Вот сгоняет ещё тебе за пиццей и можно о делах поговорить. Полицейский тем временем поднялся, надвигаясь на Нейтана с явным намерением вернуть диктофон себе и таки выполнить данный ему приказ. Наблюдая эту картину Бартоломью расхохотался, не спеша останавливать спятившего копа. Наоборот, он поднялся со стула, открывая дорогу к Нейтану. Нейтан быстрым шагом направился в ванную, кинул диктофон в унитаз и нажал на слив. – Барт, ты полный придурок. Я тебе говорил, что буду тебе во всем помогать, но, если ты себя так ведешь, то я умываю руки. Пошел ты к черту, ты убил, ты эту кашу и разгребай тогда без меня. А я видеть этого не желаю. Нейт как-то резко впал в бешенство. Он действительно очень разозлился на брата, что тот ломает комедию в серьезной ситуации. И раз ему плевать на собственные отношения с законом, то Нейту-то тем более. Нейт вышел из ванной, накинул ботинки и куртку и пошел прочь из дома. Гулять. Он действительно не хотел видеть, что дальше будет с бедным копом. И втайне надеялся, что, если у Барта исчезнут зрители, то исчезнет и мотивация делать гадости. После ухода Нейта воцарилась гнетущая тишина. Были слышны лишь плаксивые причитания копа, крутящегося возле белоснежного трона. Наклонившись к нему, он с обречённым видом, в котором всё ещё видна была надежда, собирался уже нырнуть в бачок головой. Но Бартоломью, схватив бедолагу за шкирку, грубо оттащил его, опрокидывая затем на пол. – На меня смотри! – Зло прошипел он, ногой наступая копу на горло. – Диктофон ты потерял, купишь новый. А теперь слушай внимательно, – давление на горло усилилось. – Меня здесь ты не обнаружил, поскольку я уехал обратно, в Новый Орлеан. Вот там меня и ищите. Понял?! – Понял, – кивнул коп. – Тогда я пойду и доложу об этом. Он попытался встать, но нога Барта ему мешала. Нейт же вышел из дома, глубоко вдохнул прохладный воздух и засунул руки в карманы. Куда ему было идти? Еда дома была, дел никаких не было… Но ведь можно было развлечься. А то Нейт за работой и с некоторых пор – Бартом, совсем забыл о том, как веселиться. – Пойду в кино, – сказал Нейт себе под нос. – Куплю самый большой попкорн и буду сидеть и наслаждаться вечером! Несколько вымученно и грустно улыбнувшись, Нейт пошел к автобусной остановке. – Я тебя не отпускал, – отрезал Барт. За грудки схватив полицейского, он с силой дёрнул его на себя, ставя на ноги. И пинками затолкал его на кухню. Схватив первый попавшийся нож, Барт попробовал его на остроту, приложив к лезвию большой палец. На коже тут же выступила багровая капелька. Сунув палец в рот, он развернулся к полицейскому. Подойдя к нему, резко вытянул вперёд его руку. Закатив рукав, резанул лезвием по коже. Коп дернулся, зашипел сквозь стиснутые зубы, на что мгновенно получил удар в челюсть. – Не мешай мне, сука, – схватив лицо копа за подбородок, угрожающе проговорил Бартоломью. И, уже не обращая на него никакого внимания, губами припал к ране, жадно высасывая кровь из своей жертвы. Да, крови сегодня он выпьет много. Параллельно своей трапезе он выудил из кармана мобильный, с улыбкой находя в нём очередное заботливое сообщение от сучки Лисси. «Очень мило с твоей стороны», – напечатал он. – «Но я в порядке. Через час предлагаю встретиться в назначенном месте». «Ну, как скажешь. Я буду», – быстро пришел Барту ответ. Нейт тем временем доехал до кино. Что там Барт делает с полицейским, он старался не думать. Он вообще не хотел думать о брате. Нейт был не в силах его изменить, так что… Выходило так, что иногда Барт казался ему хорошим человеком, дурашливым, а иногда… мразью какой-то. Точнее, в последнее время перед Нейтом как раз был первый вариант Барта, хороший. Но вот он вновь показал свое истинное лицо и Нейт вспомнил, что таким Барт был большую часть времени, что из-за этого в том числе он и уехал три года назад. Из-за жестокости Барта, желания издеваться, наркотиков, бухла и исчезнувшей братской любви. Что ж, Нейт решил, что раз обещал, то поедет все же с Бартом по стране. Этому решению вторила изнутри и какая-то оставшаяся еще нелогичная теплота к брату. Но… если он так продолжит, то они снова попрощаются. На сей раз, желательно, навсегда. Сегодня же по приходу домой Нейт не планировал общаться с Бартом. Впрочем, это должно было случиться еще не скоро. Потому как Нейт, как и хотел, купил себе самый большой карамельный попкорн, билет на комедию, и, идя в кинозал, выкинул все лишнее из головы, собираясь отдохнуть и отвлечься. Полицейский неумолимо слабел, ноги его подкашивались. И вот его тело грузной тушей повалилось прямо в объятия Барта. Пощечиной он попытался привести мужчину в чувство, но тот лишь вяло мотнул головой, схватившись затем за футболку Барта. Полицейский пытался отстраниться, встать на ноги, ведь своим падением он помешал Бартоломью, чего делать не следовало. И, наблюдая за его бесплодными попытками, Бартоломью снисходительно рассмеялся, подхватывая мужчину под руки и оттаскивая к стулу. – Вот же, горе, – фыркнул Барт. Кажется, он переборщил и нужно было как-то приводить мужчину в чувство. Распахнув дверцы холодильника, Бартоломью достал оттуда остатки еды. Разогрев ее в микроволновке, он сунул ее под нос полицейскому, осоловело смотревшему в стену. – Ешь, – приказал он, после чего удалился. У Барта намечалась встреча с прекрасной дамой, так что следовало привести себя в относительный порядок. Не хватало ещё, чтобы она сразу же дала деру при одном только его виде. В комнате Нейтана нашелся очень даже неплохой парфюм, которым Барт прыснул себе на шею. Взъерошенные волосы он уложил при помощи воды, зачесав их наверх. Глянув в зеркало, результатом он остался более, чем доволен. В особенности нравилось ему, как локоны красиво падают ему на лицо. Собственно, на этом все его сборы и завершились. Подойдя к полицейскому, Барт присел перед ним на корточки. Хлопнув его по колену, покровительственно глянул ему в глаза. – Ничего необычного с тобой здесь не случилось. Ты принял показания, после чего удалился. Всё ясно? – Сказал он. И после того, как мужчина кивнул, выпроводил его за дверь, вскоре выходя за ним следом. Времени до их встречи с Лисси оставалось не так уж и много, нужно было поторапливаться. Хотя, подождет, ничего с ней не случится. Нейт спокойно смотрел кино, изредка смеясь и хрустя попкорном. О Барте он и думать забыл и на телефон не смотрел. Даже, если брат что-то ему писал, пошел он нахрен. Лисси же выбралась из квартиры, пользуясь тем, что Лиам сегодня допоздна на работе. Она надела закрытую одежду, чтобы скрыть все свои синяки и порезы, а также по пути зашла в аптеку, купив Нейтану ворох лекарств. Лисси и денег с собой прихватила, мало ли ее коллега их примет. Из-за аптеки девушка немного опоздала к назначенному времени, но, подойдя на место встречи, Нейта не увидела и расслабилась, радуясь, что пришла первой и тот не расстроится ее опозданию. Если бы не вампирские способности Барта, он бы опоздал ещё хуже Мелиссы. Но в этом плане ему повезло. Так что, придя чуточку раньше, он успел занять удобную позицию подле фонтана. Людей было не так много, поэтому он сразу заприметил одинокую фигурку с пакетом лекарств в руках. Очевидно, это была Лисси. Но на всякий случай Бартоломью решил удостовериться, набрав очередное сообщение: «Прости, я немного задержался. Скоро буду». Отправив его, Бартоломью внимательно взглянул на девушку, ожидая реакции. В сумочке Лисси звякнул телефон, и она тут же достала его, читая сообщение и облегченно улыбаясь. «Ничего страшного, я пока посижу на лавочке. Тут весьма симпатичный скверик», – ответила она, садясь затем на одну из лавочек. В сквере было не так много народу, потому как уже было достаточно поздно, и Лисси было несколько неуютно быть тут одной. Быстрей бы пришел Нейтан… Стоило Бартоломью убедиться в том, что Лисси была действительно Лисси, как тут же развернулся настоящий спектакль одного актёра. Уткнувшись в мобильный, Бартоломью зашагал по направлению к скамейке, на которой сидела девушка. Дойдя до неё, предварительно полностью выключив телефон, он остановился как вкопанный. На лице отразилось отчаяние, беспомощно он огляделся вокруг и взгляд его упал на Лисси. – О! П-простите, девушка, мне нужен дом с номером четырнадцать, там ещё школа рядом… Я впервые в таком крупном городе, и я ничего здесь не понимаю! Опоздал минут на тридцать, так ещё и телефон сел… Господи! – Ломал комедию Барт, чуть не плача. Истинной же целью его было завладеть вниманием жертвы. Просто так подойти он к ней не мог, она бы сразу напряглась и испугалась, что затруднило бы дальнейшее подчинение её разума. А так ему нужна была помощь. И девушки чаще всего не могли пройти мимо, отмахнувшись от несчастного. Лисси залипала в телефон в ожидании Нейта, но вместо него возле нее затормозил какой-то незнакомый парень. И запричитал, что потерялся. Что ж, Лисси, конечно, не против была помочь, но после истории с Лиамом – только словесно. А с этой скамейки она не собиралась сдвигаться ни на миллиметр, чтобы показывать, куда идти. Она, впрочем, и не знала. – Давайте по картам посмотрим, – улыбнулась Лисси, подняв взгляд на парня, а затем вновь уткнув его в телефон. – Я сама не из этого района, так что не знаю. А по какой улице дом, скажите? Карты загрузились и Лисси ждала полный адрес. – Ну-у… – Барт сконфуженно поковырял землю носком ботинка. – Там название сложное какое-то… Через чёрточку пишется. На «с»… «Сан» или «Сен»… А вторая часть… Пожевывая нижнюю губу, он уставился прямо на Лисси, заглядывая той в лицо. Пока что сохраняя туповато-отчаянное выражение в глазах. Он ждал, когда она взглянет на него в ответ. Интересно, будет ли на её лице написано желание помочь или же оно сменится раздражением? Лисси подняла взгляд от телефона и сочувственно посмотрела на парня. – Без улицы даже не знаю, как помочь. Может, вам спросить кого-то местного, кто тут ориентируется? – Она сочувственно улыбнулась и смущенно отвела взгляд. – Я же… даже не знаю. – Да-а… – Протянул Барт, обводя пустынные улочки взглядом. Лишь в самом далеке там мелькали человеческие фигуры. – Глупо было выходить с полуразряженным телефоном… И адрес нигде не записал, да уж, путешественник из меня такой себе. Парень невесело улыбнулся, затем заинтересованно посмотрев на Лисси. – А сами вы откуда? Может мы с вами земляки? Ой… простите, что лезу… Дурная привычка провинциала! Я мешаю вам, наверное. Вы должно быть ждёте кого-то? О-ой… простите, – он снова смущённо улыбнулся. Честно, Бартоломью всё это начинало порядком надоедать. Хотелось вонзиться в плоть Лисси зубами, разодрать ее мясо в клочья. А приходилось ломать дурацкую комедию. – Так может, если помните телефон, позвоним туда, куда вы идете? Уточним адрес? – Предложила Лисси, вновь глянув на парня. Тот выглядел действительно как не слишком умная деревенщина. Что ж, бывает. Лиам у Лисси тоже был не образцом ума в конце концов… – И я тоже не отсюда, – Лисси улыбнулась. – Но в крупных городах живу давно, так что более-менее ориентируюсь. И нет, вы не то что бы мешаете, но я действительно кое-кого жду… – Лисси вновь покосилась в телефон, проверяя мессенджеры. Ну где же Нейтан? И еще таким образом она хотела вежливо показать парню, что пора заканчивать разговор. Помочь она все равно ему не могла, ну и пусть идет своей дорогой… Так что Лисси сделала вид, что очень сосредоточена на телефоне. – Спасибо, что пытались помочь, пойду ещё людей поищу. Бартоломью уже было отклонился, собираясь уходить, но, будто что-то вспомнив, вновь возник в поле зрения Лисси. – Ах да!.. – Воскликнул он. – Да? – Лисси подняла взгляд на парня, выжидательно глядя на него. – Вы хотите помочь мне ещё, – произнёс Барт твердо, глядя Лисси в глаза. – Каким образом? – Мелисса удивленно вскинула брови и стала озираться в поисках других людей. Их вокруг почти не было... и Нейта не было. Плохо. – О! Нет-нет, вы, должно быть превратно меня поняли, – Бартоломью поднял руки, привлекая её внимание, и обеспокоенно глядя на девушку. Затем, он снова заглянул ей в лицо, переходя на приказной тон. – Не беспокойтесь. Всё в порядке. Лисси закончила озираться, привлеченная руками парня, и снова озадаченно уставилась на него. На сей раз внушение Барта подействовало. Девушка подвисла, а затем медленно кивнула. – Да. В порядке. Бартоломью расплылся в торжествующей улыбке. Наконец-то начиналось основное веселье. – Ты хочешь мне помочь. Правда? А девушка была очень даже ничего. У его брата был весьма недурной вкус, в этом нужно было отдать ему должное. Единственное, эта Лисси была настолько бледной… А не вампир ли она? Хотя, будь это так, она наверняка бы его раскусила. Или он что-нибудь бы почувствовал. Да и сердце девушки билось в совершенно обычном ритме. Должно быть, она просто не любила солнце, прямо, как и он. – Да, я тебе помогу, – Лисси вяло смотрела на Барта. – И ты сделаешь абсолютно всё, что я тебе скажу. Бартоломью нежно дотронулся до щеки Лисси ладонью, ощущая тепло мягкой, чуть обветренной кожи. – Да, – Лисси кивнула. От руки она не отстранилась, так и сидела, никак не реагируя. – Замечательно, – кивнул Барт, убирая руку. – А теперь веди меня к себе домой. Безропотно девушка встала со скамейки, увлекая Бартоломью за собой. Пока они шли, Барт не удержался. Взяв девушку за запястье, он зубами счесал небольшой кусочек ее кожи, вызвав тем самым несильное кровотечение. На это девушка отреагировала лишь слабым писком, что немного удивило Бартоломью. Впрочем, это было ему на руку. Следуя за девушкой, Барт то и дело прикладывался губами к её руке, точно в поцелуе. Со стороны это должно быть выглядело очень мило. Только вот девушка была уж слишком безучастной, что внимательному зрителю показалось бы крайне странным. Шли они не особенно долго, минут тридцать. И вот, наконец, перед Бартом выросла панельная многоэтажка с потрёпанными лавочками и неухоженными дворами вокруг. Здесь Барт почувствовал привычную для себя обстановку свободы и разрухи. Не было здесь никакой охраны, не было вычурного лоска, присущего районам богатеев. И всем было искренне плевать друг на друга. На дребезжащим лифте Барт с Лисси поднялись на пятый этаж. Достав из сумочки ключи, Лисси пропустила Барта вперёд, открыв перед ним дверь собственной квартиры. – Мой дом – моя крепость, – хмыкнул Барт, проходя в прихожую. Квартирка оказалась небольшая, но достаточно уютная. Во всей её обстановке чувствовалась заботливая женская рука. И Бартоломью с особой нежностью приложился к ране Лисси губами. – Кроме нас никого? – Вкрадчиво поинтересовался он, обнимая Лисси сзади и кладя голову ей на плечо, продолжая слизывать капельки крови. – Да, тут только мы, – Лисси застыла куклой в руках Барта. Ни то, что он ее обнял, ни то, что положил голову на плечо, казалось, не вызывало у нее отторжения. Хотя, внутри Лисси, конечно, испытывала совершенно другие чувства. Ее разум находился словно в тумане, но сквозь него пробивалась паника. Она привела в дом незнакомого парня, он расковырял ей руку и слизывал кровь, и она не могла не делать то, что он говорил. Как такое могло быть? Все также стоя с вялым выражением на лице, Лисси начала плакать. Беззвучно и не пытаясь это как-то прекратить. Так пробивались наружу ее эмоции. – О-о, детка… – Произнёс Барт с сочувствием. Развернув Лисси лицом к себе, он улыбнулся ей, пальцами собирая слёзы. Сунув затем палец в рот, он с видом гурмана отметил: солёно. А потом всё с той же мягкой сочувственной улыбкой он с размаху отвесил Лисси увесистую пощёчину. Тряпичной куклой девушка повалилась на пол, и присев перед ней, Бартоломью жёстко развернул её лицо к себе за подбородок. Впиваясь пальцами так сильно, что казалось челюсть вот-вот треснет. – Что ты чувствуешь? – С любопытством спросил Бартоломью, заглядывая в глаза жертвы. Лисси коснулась щеки рукой и, продолжая плакать, глухо, будто через силу заговорила. – Я… в панике. Я не знаю, кто ты и не понимаю, как ты мной управляешь и зачем делаешь больно. Я боюсь тебя и того, что ты можешь сделать, но еще больше я боюсь за Лиама, который придет и увидит все это. Я чувствую отчаяние от того, что он может начать делать и что ты сделаешь в ответ. И я не хочу все это говорить! Но я не могу не… Я хочу, чтобы ты пытал и убил меня, чтобы удовлетворился мной и ушел до прихода Лиама… Лисси заплакала еще сильнее, но – все также беззвучно. В ответ Бартоломью расхохотался. Слова Мелиссы показались ему действительно забавными. А её наивная надежда вызывала искренне умиление. Но вскоре его хохот оборвался. Коротко замахнувшись, он ударил девушку в живот, обрывая её дыхание. – Не понимаешь, зачем делаю тебе больно? – Наклонившись к скорчившийся девушке, спросил Бартоломью. – А дерьмо случается с каждым, дорогая. И мало кто удостаивается чести знать, почему именно он страдает… Он снова ударил Лисси, на этот раз по щеке. После чего резко поднял её с пола, с силой припечатывая к стене. – Может я вор и пришёл вас ограбить. А может… – Бартоломью бесцеремонно положил свою руку девушке между ног, шепча слова в самое ухо. – Просто хочу тебя трахнуть. Отстранившись, он расплылся в широкой улыбке, не сдержав глумливого смешка. Затем отбросил девушку дальше по коридору. – Видишь ли, – продолжал он, быстро приблизившись к своей жертве. – Пока ты жива, у тебя есть возможность узнать, почему и за что ты страдаешь. Но-о… Бартоломью замолчал, беря театральную паузу. – Если ты вдруг умрешь, то уже никогда не узнаешь, верно? Подойдя к девушке вплотную, он размашисто пнул её в бедро. Потом, дёрнув за руку, провёл языком по ране на руке. – А кто такой этот Лиам и что же он может сделать, интересно? – Чиркнув по ране ногтем, спросил он. После того, что сказала, Лисси могла только вяло защищаться. Незнакомец стал бить ее, она же пыталась закрываться руками и ногами, пыталась сжаться в комок, но все эти действия получались вялыми, нерасторопными… незнакомец, наверное, даже не замечал их. Но даже так Лисси держалась. То, что с ней делал этот парень не было хуже того, что творил в свое время с ней Лиам. И раз она вытерпела все тогда, то вытерпит и сейчас. Правда, тогда постепенно все происходящее стало приносить ей удовольствие, теперь же Лисси передернуло от отвращения, когда парень вздернул ее и запустил руку ей между ног. И по синякам, которые ей пару дней назад оставил Лиам, удары приходились больнее. Лисси уже приготовилась к худшему, но незнакомец отпустил ее, снова сбил на пол. Удар выбил из груди девушки воздух, но она восприняла это как короткую передышку. Парень нес какую-то чушь, в которую Лисси не вслушивалась. Она просто пыталась хоть немного собраться перед следующими побоями, которые, конечно, будут. Но собраться не успела – парень пнул ее в бедро и Лисси тонко пискнула от боли. Затем ее дернули за руку, стали облизывать на ней ранку… Зачем? Этот парень что, как Лиам когда-то хотел ее шокировать своей кровожадностью? Но после Лиама это уже не впечатляло. Услышав следующий вопрос, Лисси попыталась закусить губу, чтобы не говорить, но куда там. – Лиам – это мой парень. Мой любимый, – хрипло сказала она. – И он может тебя ранить или убить… Он точно захочет это сделать… – Хм… – Лицо Барта приняло задумчивое выражение. – Но как же он это сделает, дорогая? Лимочка и на меня банду гопарей натравит? Ой! Кажется, я проговорился. Вот незадача… Разрушил всю интригу. Бартоломью сокрушенно покачал головой, всплеснув руками. А потом схватил Лисси за волосы. И, рванув вверх, приблизил её лицо к своему. – Понимаешь теперь, сука, – без тени улыбки глухо проговорил он. – Что так, как хочешь ты, не будет? И я с нетерпением буду ждать твоего Лиама. Как тебе такой расклад? – Гопарей...? – Лисси широко распахнула глаза, тут же все понимая. Ну, не все, но как минимум то, что все происходящее связано с Нейтаном. Нейт подослал этого парня или что? Он не выглядел такой мразью, но на него напали в конце концов… Это могло и изменить того доброго и спокойного парня, которого знала Лисии. – Это Нейтан… он тебя послал сюда? Расправиться за то… нападение? – Лисси скривилась, когда парень дернул ее за волосы, заставляя встать. – Это не Лиам их подослал, а я. Я им заплатила, чтобы они его избили. Чтобы и думать забыл обо мне. Потому что… Лиам болен и он мог бы попытаться убить Нейтана. Я же хотела обойтись малой кровью. Я не знала, что его попытаются зарезать… Но в любом случае, вина только на мне. Лиам ничего не знает об этом. Лисси не пугали ни смены настроения незнакомца, ни его угрожающий вид. С Лиамом ее нервы закалились похлеще стали. И потому сейчас Лисси просто хотела отвести беду от любимого. И потому врала напропалую. – Именно поэтому ты прибежала как послушная псинка по первому же его зову, попутно заскочив в аптеку? Ах да… – Барт чуть помедлил, не сводя тяжёлого взгляда со своей жертвы. – Малой кровью ты называешь два ножевых ранения? Когда идут кого-то избить, хотя бы как я сейчас, не идут впятером с ножами и битой. Или ты забыла уточнить детали? Говоря это, Бартоломью медленно шёл вперёд, тесня девушку, пока спина её не упёрлась в стену. Тогда, дернув Мелиссу за волосы на себя, он затем с силой впечатал её в стену. – Видишь сколько неточностей в твоём рассказе? – Похлопав девушку по щекам, мрачно произнёс он. – А теперь говори правду. Поразмыслив, он всё-таки добавил: – И, нет, Нейтан не в курсе. – Конечно побежала! Мне же с ним еще работать! – Запищала Лисси, когда незнакомец вновь схватил ее за волосы, а затем стал бить по щекам. – И не знала я про ножи, говорю же. Да, не уточнила детали!.. Лисси отчаянно врала, пока не услышала приказ говорить правду. Она не хотела! Всем своим существом она противилась необходимости говорить, но… – Да, это Лиам их подослал, – каким-то чужим голосом сказала Лисси. – Он им заплатил, сказал забить Нейтана до смерти. Потому что… я принесла цветы, которые мне Нейтан подарил и Лиам приревновал. Он пообещал мне, что не тронет Нейтана. Но я не думала, что он таким образом обойдет обещание… Я же правда хотела сгладить всю эту ситуацию. И мне очень жаль... Это все из-за меня! Так что убей меня, я заслуживаю смерти! Лисси вновь стала просить об этом, ведь лучше уж она, чем Лиам. Она ведь… должна была умереть еще давно. Жаль только, что это теперь может произойти не так, как хотелось. А еще у Лисси немного потеплело на сердце, что это не Нейт подослал этого парня. Но кто же он тогда? В кадрах в новостях был, вроде, с Нейтом какой-то парень. Друг? Родственник? – Убить, значит? Бартоломью приблизился к девушке почти вплотную. Внимательно глядя ей в глаза, он затем приподнял уголок рта в подобии улыбки, обнажив острые зубы. – А что, это идея. Спасибо. Холодной рукой он нежно коснулся щеки Лисси, успокаивая разгоряченную кожу. Рука медленно скользнула ниже, сжимая шею. – Лиам придет и увидит твоё мёртвое изувеченное тело. Он уже ничего не сможет предпринять, как-то изменить ситуацию. Он даже не будет знать, кто и за что убил тебя. Догадается может… я ведь догадался. Но… Барт сильнее сдавил горло Лисси, давя на болевые под подбородком. Впрочем, он следил, чтобы девушка его слушала. И, когда она теряла нить происходящего, он чуть ослабевал хватку, кулаком ударяя то по бедру, то под ребра. – Но-но-но… Какой смысл в мести, если ты будешь мертва? Если Лиам тебя сильно любит, как ты его, скорее всего он вскроет себе вены. Сразу после мести. Это если он сможет хотя бы к нам приблизиться. Он хмыкнул, вновь ударяя Лисси. Отведя взгляд в сторону, он затем картинно зевнул. – Я хочу видеть твои истинные эмоции. Давай, покажи их мне. Но не забывай при этом во всём меня слушаться. У Лисси вновь округлились глаза, когда она увидела клыки во рту незнакомца. Нарастил он их, что ли? Нарастил клыки и стал хорошим гипнотизером. Или был вампиром. Что из этого было более реально? Вампиров же не существовало, разве нет…? Но, впрочем, Лисси сейчас это не так сильно интересовало. Вампир так вампир, черт с ним. Не тронул бы Лиама! Лисси думала обо всем этом, пока незнакомец сжимал ей горло. Также, как иногда делал Лиам. Прожимал какие-то болевые точки и одновременно не давал дышать. Что ж, Лисси не раз уже теряла сознание таким или похожим образом и потому сейчас, чувствуя, что уплывает, не противилась этому. Впрочем, незнакомец, увы из раза в раз возвращал ее в реальность ударами и болью. – Как мне уговорить тебя не трогать его? Неужели тебе мало меня? – Лисси рассказала все под влиянием странного гипноза и теперь не видела иного выхода, кроме как просить. Умолять, да что угодно, только бы парень оставил Лиама в покое. Ведь, если они сцепятся, Лиам вряд ли выйдет победителем. А потом Лисси услышала очередной приказ. Показать свои истинные эмоции. Ее тут же затрясло от паники и напряжения, из глаз не засочились, а потоком хлынули слезы и Лисси с отчаянно-яростным воплем рванулась к обидчику и впилась зубами ему в руку. Ту, которой он держал ее за шею. Лисси заливала руку слезами, но впивалась все сильнее и сильнее. Просто потому, что ненавидела этого человека, ненавидела за его угрозы в сторону Лиама, за то, что он ломает их, наконец, наладившуюся жизнь, за его издевки. Прижавшись к Лисси, Барт почти упал на неё, вдавливая в стену. Он закатил глаза. И из груди его вырвались сдавленные стоны. Свободной рукой, он стал поглаживать Лисси по волосам. – Такой ты мне больше нравишься, – прошептал он, издевательски облизывая её за ухом. А затем, Бартоломью вонзил клыки в плечо Лисси, одним укусом прокусывая кожу. Лисси совсем взбесилась из-за такой реакции парня. Она ожидала, что он хотя бы вздрогнет от боли, но он... наслаждался? И это, эти его стоны звучали настолько издевательски, что просто доводили девушку. Коротко вскрикнув сквозь зубы от ответного укуса, Лисси сильнее впилась зубами, принявшись трепать плоть незнакомца, пытаясь отгрызть от него кусок. При этом она зарычала и забилась всем телом, пытаясь выбраться из-под тяжести навалившегося на нее парня. Но параллельно всему Лисси думала. Думала, как попала под гипноз. Потому что, когда Лиам придет, он обязательно должен будет этого избежать. Так что Лисси каким-то уголком сознания прокручивала события в сквере. Разговор начался нормально, но парень постоянно привлекал к себе ее внимание, заставляя на себя смотреть. Лисси же поначалу мало ему уделяла внимания, но потом, когда он ее позвал, вскинулась и… И вот тогда все и случилось. Значит, дело было в зрительном контакте? В общем-то не удивительно, гипнотизеры, вроде, так и делали. – Ты моя крошка… – Прошептал Бартоломью, целуя Лисси в макушку. – Но советую тебе не пить мою кровь. Если ты не хочешь превратиться в древнее существо, питающееся человеческой кровью. Сказав это, он ударил девушку в солнечное сплетение, по стене поднимая вверх, так, что тело её повисло, удерживаемое одной лишь его рукой. – Ублюдок, – прохрипела Лисси, когда снова смогла дышать и говорить после удара. К тому времени она уже болталась над полом на одной только руке незнакомца. И хоть она весила не много, она оценила его силу. Одной рукой вот так на весу удерживать человека… ничего себе. – Какое ты нахрен древнее существо! Совершенно современный придурок… Лисси продолжала активно вырываться. И хоть она больше не могла кусаться, зато лягаться ей стало удобнее. И она с силой постаралась зарядить парню в пах.

***

Между тем Нейт досмотрел кино и в приподнятом настроении поехал домой. Придурка Барта он планировал игнорировать и заняться уборкой разрушенной ванной комнаты. Там ведь все так и оставалось после их драки – осколки, кровь. И Барт убираться сам не торопился, дважды придурок.

***

А Лиам доиграл свою последнюю игру и, прихватив сидевшего целый день с ним на работе Пятнистика, пошел к метро. Ему до дома ехать было достаточно далеко, минут пятьдесят.

***

Бартоломью выставил вперёд колено, предотвращая удар. – Хорошая попытка, – похвалил он. А затем он стряхнул тело Лисси на пол. Наклонившись к ней, он коленом надавил ей на грудную клетку. И покосившись на капельки крови, натекшие из её плеча, досадливо покачал головой. – Ну что же ты, Лисси? Полы лежишь пачкаешь… Нехорошо! Слизывай. Бартоломью убрал колено, позволяя своей игрушке вдохнуть. И поднялся, пальцем указывая на кровавые разводы. Не сильно он пнул её мыском ботинка, подгоняя. Лисси скорчилась, оказываясь на полу, а затем захрипела, хватая ртом воздух. Этот незнакомец, по сути, не так сильно ей вредил, но так долго и так по-разному, что ее силы уже были на исходе. Лисси слишком много дергалась и нервничала и потому сейчас начинала выдыхаться. Ну и задыхаться из-за ноги на ее груди. А потом последовал новый приказ и Лисси, побледнев еще больше, медленно поползла к пятнам крови. И стала слизывать их. Молча, уже без слез, только тело ее сотрясала крупная дрожь. А еще скоро уже должен был прийти Лиам, что раз за разом доводило Лисси до внутренней паники. – Хорошая девочка… Не спеши, делай это медленно. Бартоломью стоял рядом, наблюдая. Вид девушки, беспрекословно выполняющей его приказы, дрожащей и униженной, возбуждал, буквально снося крышу. И присев, он сунул руку ей между ног надавливая и лаская через одежду. Обняв её сзади водил ладонями по грудям, легонько сминая. Наклонившись, он дотянулся до раны на её плече, водя по ней языком. Лисси резко дернулась при первом же прикосновении к себе. Да, она продолжала слизывать кровь, даже медленнее, чем до этого, но при этом старалась отстраниться от хватающих ее рук. Лучше бы незнакомец ее бил, а не так. Она принадлежала Лиаму! И быть хотела только с ним. Сейчас же было просто мерзко... и еще более унизительно, чем до этого. Лисси резко приподнялась, пытаясь сбросить с себя парня, но куда там… такую тушу то. И все же Лисси продолжала стараться. Отстраняться от каждого прикосновения.

***

Нейт тем временем доехал до дома. Зашел внутрь и сразу понял, что дома никого. Нейт на всякий случай обошел комнаты, но только убедился, что один. На кухне он нашел окровавленный нож – видимо, Барт перекусил полицейским, а потом отпустил. Нейт надеялся, что в более-менее целом виде. Но куда, собственно, мог пойти Барт? Нейт не хотел его никуда одного отпускать, так как брат был в его нынешнем состоянии опасен для людей, даже сытым. Поэтому его нужно было найти. Первым делом, Нейт решил Барту позвонить. Набрал номер и стал ждать ответа.

***

В ответ Бартоломью тихо рассмеялся, сильнее сжимая грудь Лисси. Выкручивая податливую плоть. И расстегнул ширинку, касаясь ненадёжной преграды в виде лёгкой ткани трусов. – Что такое, тебе не нравится? – Поинтересовался он, затем дёргая девушку на себя. Усадив её сверху, он плотнее притянул её к себе, лишая возможности лягаться и хоть как-то пытаться отстраниться. Проведя языком по её ране, он поднялся выше, скользя по девичьему горлу, измазывая его липким следом слюны и крови. И тут у него зазвонил телефон. – Ты пока полижи тут, котенок. Я, вижу, что тебе этого сильно хочется. А я пойду, отвечу на звонок. С этими словами, Бартоломью оттолкнул от себя Лисси, хлопнув её по заднице со всей силы. И взялся за телефон. Кто звонил он был уже в курсе, догадывался. – Захлопни свою пасть, милая, – бросил он Мелиссе, прежде чем ответить. – Привет, Нейти. – Нет, – Лисси решила поговорить. С Лиамом когда-то это сработало. Впрочем, не при таких обстоятельствах и не так быстро… – А тебе понравилось бы, если бы с тобой делали что-то подобное против твоей воли? Как бы ты себя чувствовал? Лисси попыталась свести ноги, напрягшись до предела и будто окаменев в руках незнакомца. И при всем при этом – как будто мало было унижений! – ее тянуло долизать с пола кровь. И она пыталась туда потянуться, против собственной воли. Хотя… она вообще все сейчас делала против воли. А потом у незнакомца зазвонил телефон. И он оттолкнул ее. Приказав два взаимоисключающих приказа. Вылизывать пол и захлопнуть пасть. Что ж. Захлопнуть – было последним приказом и потребность лизать отпала. И поэтому Лисси сразу же, едва парень ответил на телефон, вскочила и, выскочив в незакрытую входную дверь, бросилась наутек.

***

– Барт! – Нейт выдохнул, радуясь, что брат ответил. – Где тебя черти носят? Скажи, я подъеду.

***

– Оу, Нейти…секундочку я тут отойду, связь глючит, – с этими словами Барт сбросил вызов, устремляясь за Лисси.

***

Нейт же посмотрел на замолчавший телефон и нахмурился. Не нравилось ему все это. Может Барт вышел охотиться в город… да, точнее наверняка вышел охотиться. И, может, именно в этот момент его жертва стала вырываться, и он сбросил… Или… В общем, Нейту надо было знать, где Барт и что делает. Надо было. Так как Барт был слишком неопытным вампиром и в дополнение к этому еще и придурком. Так что Нейт стал думать, как его найти без телефона. И ощутил аромат своего одеколона. Нейт вышел за дверь, на лестничную клетку. Там этот аромат тоже был. Значит, Барт надушился им и куда-то пошел… А мог ли Нейт пойти по следу, как собака? Что ж, стоило попробовать. Так что Нейт закрыл дверь в дом и, постоянно принюхиваясь, медленно пошел по следу. На улице запах наверняка ослабнет, но… Нейт очень надеялся, что все же сможет по нему идти.

***

– А теперь смейся так, будто напилась, – прошептал Бартоломью, хватая Мелиссу и нежно целуя её в щеку. – Пока мы не придем домой представляй себя пьяной и делай вид, будто мы пара. И Бартоломью обнял Лисси за талию, увлекая за собой. – Дорогая, всё хорошо, я здесь, я с тобой… Сейчас домой придём, – нежно и нарочито громко говорил он, целуя девушку. Когда они пришли в квартиру и за ними захлопнулась дверь, тяжёлой рукой Бартоломью толкнул Лисси, снова опрокидывая ее на пол. И, взяв телефон в руки, наступил девушке на живот, сильно надавливая, едва не ощущая под ногою пол. – Ни звука, лапочка. Чуть позже я накажу тебя за твой побег. Хотя… на твоём месте я поступил бы так же, – он набрал номер Нейтана, нажимая на вызов. – Так что я сделаю всё, чтобы тебе было хорошо, уж поверь. Лисси не успела убежать далеко. Незнакомец ее мгновенно – действительно мгновенно – нагнал и схватил. А в следующую секунду Лисси громко пьяно засмеялась и прильнула к нему, про себя обливаясь слезами, подчиняясь очередному приказу. И они пошли домой. Дома Лисси тут же оказалась на полу. Парень надавил ей на живот, так, что опять перехватило дыхание, и Лисси стала извиваться под ногой, хватая ртом воздух и снова в открытую рыдая. Но при этом она, увы, не издавала ни звука.

***

Нейт уже спустился к выходу из дома и тут зазвонил телефон. С облегчением, он увидел, что это Барт. – Да? – Нейт поднес телефон к уху.

***

– Слышишь меня? – Бартоломью говорил так, будто бы связь ловила действительно плохо, продолжая надавливать Лисси на живот и запуская пальцы ей в ширинку. – Нейтан? Ну… в общем, не одному тебе нужно развеяться… Лисси попыталась пнуть незнакомца в голову коленом. То, что он полез ей между ног она едва чувствовала. В голове плыло от недостатка кислорода. *** – Где ты? Вместе развеемся, – Нейт так и знал. Вот так и знал! Что Барт пошел развлекаться. А где его развлечения, там и проблемы. Нейт знал это по многолетнему опыту, да и сейчас интуиция его буквально вопила о том, что Барт наломает дров. Если уже не наломал.

***

Лиам между тем доехал до дома, немного прогулялся с Пятнистиком и уже ехал на лифте на свой этаж.

***

– Эм… Я тут с девкой, вроде как. И немного сейчас занят, если ты понимаешь о чём я, – Бартоломью глупо рассмеялся. – Часа так через два освобожусь, плюс минус… Всё, давай, меня тут ждут вообще-то.

***

– А-а, понятно. Ну, хорошо, – Нейт сбросил вызов. Постоял с минуту, размышляя, а затем фыркнул и, вновь принюхавшись к запаху своего одеколона, пошел по следу.

***

Лиам вышел из лифта и первое, что ему бросилось в глаза – это неплотно закрытая входная дверь. Буквально чуть-чуть, но Лиам видел, что она не заперта. И из-за нее доносился мужской голос, вроде. Достав нож, который Лиам всегда носил с собой, и привязав Пятнистика на лестничной клетке, Лиам крадучись пошел к двери, едва слышно ее открывая и заглядывая в щелку. Бартоломью бросил трубку и прислушался к звукам, доносящимся с лестничной клетки. Звуки приблизились к двери и Бартоломью с легкостью сгреб Лисси в охапку, обнимая сзади и придерживая ее голову под подбородком. – Лиам, надо полагать? – С некоторой долей радости осведомился он у дверной щелки. – А мы тебя уже заждались! Лиам распахнул дверь, когда услышал обращение к себе, и поудобней перехватил нож. Обвел взглядом открывшуюся ему картину. Посмотрел в глаза Лисси, пытаясь это сделать ободряюще, перевел взгляд на удерживающего его девушку незнакомца. – Не смотри ему в лицо! – Тут же закричала Лисси, едва увидела Лиама. – И лучше уходи! Лиам непонимающе нахмурился такому повороту событий, но прислушался. Отвел взгляд. – Ну, и что тут происходит? – Глухо спросил он. – Сантехник я, трубы пришёл прочистить, – глумливо хмыкнул Бартоломью, недвусмысленно трогая девушку между ног. Сделав шаг назад вместе с Лисси, он добродушно посоветовал Лиаму. – Ты ножик убери, тогда и поговорим. Затем он обратился уже к Лисси. Не сводя взгляда с её кавалера, он нежно потерся щекой о её щёку. Рукой он с силой надавил ей между ног, точно мог раздавить орган. – Не мешай мне, дорогая. Лиам дернулся вперед, когда незнакомец тронул Лисси там, где ни один другой человек, кроме него, не смел. – Руку убери от Лисси, – процедил он сквозь зубы. – Иначе я тебе ее отрезать буду дольше, чем решил на данный момент. С лестничной площадки послышался грустный скулеж Пятнистика, но Лиам не обратил на него внимания. Он смотрел на Лисси, пытался оценить, что незнакомец уже успел с ней сделать. Вроде, девушка пока была цела. Кроме плеча... плечо было в крови. И на шее были какие-то следы крови. Лисси же на действия парня дернулась, ойкая и пытаясь приподняться на ногах, чтоб тот ее не трогал. И попыталась пнуть его в колено. Но потом послушно замерла, слыша приказ.

***

Нейтан тем временем дошел до остановки транспорта. И испугался, что, если Барт им воспользовался, то Нейт его уже не найдет. Запах на остановке был… а вот вокруг… Нейт искал минут десять, прежде, чем вновь поймал след. К счастью, Барт продолжил путь пешком. *** – Неужели? Бартоломью приподнял бровь, наклоняя голову вбок. Рука его поползла вверх, останавливаясь на грудях девушки. – Но прежде, чем ты это сделаешь, я сверну шею твоей подружке. Выждав немного, Бартоломью лизнул шею Лисси, убирая с неё кровавый развод. А потом, он тяжело глянул на Лиама. – Так что не надо, Лимочка, не горячись. Ты сейчас не в том положении. Пни свой нож ко мне и поживее. Я ждать долго не буду, знаешь ли, да и рука дрогнуть может… С этими словами он резко крутанул Лисси за подбородок. Ещё немного и помещение огласил бы хруст ломаемых шейных позвонков. Но Бартоломью остановился, делая это лишь для большей убедительности. Лисси была в руках парня послушной куклой и не дернулась даже, когда он сделал вид, что сворачивает ей шею. В глазах Лиама же в этот миг промелькнула ненависть, смешанная со страхом. Он сам Лисси планировал убить. Когда-нибудь. Потом. И Лисси сама говорила, что хочет этого. А этот мудак влез туда, куда его вообще не просили! И хотел поговорить. А разговоры были, пожалуй, единственной не сильной стороной Лиама. – Ну... – осторожно сказал Лиам. – Свернешь и дальше что? Если бы ты ее хотел убить, уже бы убил. А ты, видимо, какие-то претензии имеешь ко мне? И через нее пытаешься надавить и сделать это, плохо мне. Но, если она умрет, ты больше не сможешь так делать. И меня больше ничто не будет останавливать от того, чтобы убить тебя ножом. А у тебя нет ножа, вот. У меня преимущество. Лиам склонил голову набок и хмуро искоса глянул на незнакомца. Не в глаза. – А ты забавный. Бартоломью окинул Лиама оценивающим взглядом, продолжая поглаживать по груди Лисси. Наклонившись к её уху, он шепнул. – Не забывай показывать эмоции, милая. Только не мешай при этом моим действиям. И не пытайся спасти Лиама. Всё поняла? Моя ты умница… Затем, он снова направил всё своё внимание на стоящего в дверях парня. – На самом деле мне насрать убить её или нет. Жизнь Лисси полностью зависит от тебя. Если ты будешь послушным мальчиком, я отпущу вас обоих. Если же нет… что ж, оставлю тебя с её трупом. Ты можешь попытаться меня убить, я буду не против, но исход не изменится. – Да кто ты такой вообще, чтобы кого-то тут отпускать или нет?! – Тут же взъерепенился Лиам. – Нашелся тут тоже! Приперся какой-то неизвестный непонятный… Что тебе надо вообще от меня?! Лиам зло рыкнул и сильнее сжал нож. Неизвестный мудачина стоял за Лисси, но, может, он сможет его как-то достать? Метнуть в него нож? В глаз? Эх, если б Лиам такое умел. Лисси же услышала про эмоции, но их у нее сейчас не было. Она рада была видеть Лиама и не важно было, умрет она или нет. – Уходи, Лиам. Пусть убивает. Я хотела, чтобы у меня была настоящая жизнь, где я смогу сама принимать за себя решения и выбирать свою судьбу. И у меня был такой год с тобой. Этого хватит. Лисси сама подняла руку и схватив парня за его, нажала ей на свое горло. Пошел он нахер. А Лиам его потом уже без всякий препятствий убьет. – Я?.. Хм… – Бартоломью картинно задумался, возводя глаза к потолку. – А, точно! Я тот, кто в любой момент готов свернуть твоей бабе шею. Пока говорила сама Лисси, Бартоломью переминался с ноги на ногу, пытаясь сдержать позыв к зевоте. Но в конце битва была проиграна. И Бартоломью зевнул во всю мощь своих лёгких. – Очень трогательно, спасибо. Если Лимочка не против так и поступим, – Барт поцеловал Лисси в макушку, затем выкручивая ей грудь. – Так что ты решил? Вообще, знаешь, а я не удивлюсь, если ты сейчас уйдёшь. Вполне в твоём стиле, мне кажется. Вряд-ли ты сам хоть что-то можешь… Лисси в ответ на поцелуй дернула затылком, ударяя парня в подбородок, и зашипела от того, как он выкрутил ей грудь. Как же ей было мерзко! Хотелось пойти в ванную и провести там часа три, стирая под горячими струями воды воспоминания о прикосновениях. Тереть мочалкой хоть бы и до крови, только бы избавиться от противных ощущений… Лиам же искренне удивился. Удивился так, что даже чуть меньше стал кипятиться. – В каком это смысле я не могу? Чего это я не могу?! Знал бы ты, сколько я всего могу, черт бы тебя драл! Лиам действительно был такого мнения о себе. Он стольких человек убил, он имел на это столько воли. Он был волком в конце концов. И тут ему какой-то хер что-то еще выговаривал. – Мне скучно, – жёстко оборвал парня Бартоломью. – Принимай решение сам или это сделаю я. Сильно сдавив челюсть девушки, Бартоломью угрожающе прошипел. – А ты, сучка, не сопротивляйся. Лиам замолчал. Что ж, вот так терять Лисси он не хотел. Прогибаться под какого-то мудака, впрочем, тоже. Но Лисси за год уже стала какой-то совсем привычной. Лиам ее видел каждый день, она с ним говорила, всегда было, кого трахнуть или избить… А без Лисси будет скучно как-то. Да и право убить ее все еще оставалось за ним. Поэтому, кажется, они были в тупике. Лиаму ну очень сложно было пойти против себя, очень. Но Лисси… – И… чего ты хочешь? – Спросил он после долгой паузы. – Так и не понял.

***

Нейт же дошел до небольшого скверика с фонтаном. Там запах был особенно силен. Видимо, Барт был тут какое-то время. Встретился с кем-то? Он сказал, что он с девушкой же… Нейт потянул носом воздух. Был еще один запах, знакомый. Но пока Нейт не мог вспомнить, у кого встречал такой парфюм.

***

Бартоломью смерил парня взглядом. Но, кажется, тот действительно не понял. И вот он, Бартоломью, вынужден был общаться… Нет, хуже того, он вынужден был жить с такими как этот! Какие же идиоты его окружают… – Что ж… Спишем это на твоё волнение, – вслух сказал он. – Я хочу, чтобы ты закрыл за собой дверку. И медленно, очень медленно положил свой нож на пол. А потом пнул его ко мне. Опять же – медленно. Если я увижу или даже мне просто покажется… – Бартоломью опустил руку, сжимая шею Лисси и чувствуя, как гортань проминается под его пальцами. – Что ты собираешься сделать какую-то глупость… – После небольшой паузы продолжил он, буквально прожигая внимательным взглядом Лиама. – Я убью её, – убрав руку, уже буднично произнёс он. Лиам послушался и закрыл дверь. Это было и не в его интересах – светить все происходящее на публику. Пятнистик, правда, оттуда совсем уж горестно завыл, но лучше пусть воет, чем будет в опасности. А вот с ножом Лиам все еще не спешил расставаться. – А какие гарантии, что, если я отпущу нож, ты ее не убьешь? – Пожал плечами он. – Этим же ножом, что ты хочешь получить. Ты можешь убить ее так и так, а я останусь без оружия. Давай уж я тебе нож, а ты мне – ее. После чего поговорим, как ты и хотел. Лисси же, хоть и хотела погибнуть за Лиама, чуть улыбнулась себе под нос. Она ему, значит, действительно была важна. Впрочем, она и так давно это уже знала. – А давай, – легко согласился Барт. – Насчёт «три» тогда ты толкаешь нож, а я возвращаю твою принцессу. Какая жалость… я ведь успел к ней привязаться. Бартоломью развернул голову Лисси на себя, целуя в краешек губ. Покосившись на Лиама, он подмигнул ему, разрывая поцелуй. – Считай ты, всё-таки я на твоей территории. – Ладно, – Лиам дверь-то закрыл, но не на ключ. Так что, если Лисси будет у него, она сможет спастись. Другое дело, что с чего бы было верить незнакомцу, что он отдаст девушку за нож? Может, он захочет остаться в итоге и с ней, и с ножом. Или Лиам может не давать нож и получить Лисси. Или… – Лиам, нет! Не соглашайся, – тут же подала голос Лисси. – Я вынуждена делать все, что он скажет. То, что он меня отпустит, мало что изменит. Я не смогу ни сбежать, ни помочь тебе. Это не выход… – Ах, вот оно как… – Лиам снова крепко сжал в руке нож. – Тогда дополнительное условие – верни ей ее волю. – Ребята, вы меня удивляете, – Бартоломью разочарованно покачал головой. – Я разве говорил, что отпущу Лисси и ничего вам не сделаю? Я сказал, что не убью ее. И не убью. Если вы и дальше ебаться не продолжите. Так что, Лиам, убить мне её или как? – Я-асно-о… – Протянул Лиам. Что ж, значит, вот почему незнакомец так легко согласился. Потому что Лисси невольно сейчас на его стороне. И по его приказу может сделать все, что угодно. Например, кинуться на него. Что ж… действительно, дальше уже тянуть смысла не было. Надо было что-то решать. И у Лиама родился какой-никакой план. – Меняемся, ладно. На счет «три». Лиам медленно опустился и положил нож на пол. Бартоломью ослабил хватку, теперь придерживая Лисси за одни только плечи. Но то была лишь видимость. Он ведь по-прежнему полностью контролировал сознание Лисси. Так что ни дернуться, ни оттолкнуть его, почувствовав свободу, она не могла. Но Бартоломью хотелось, чтобы у Лиама оставалась иллюзия того, что он может как-то противостоять ему. Что может спасти свою возлюбленную. А потом он, Бартоломью, эту возможность отнимет. Как отняли у него надежду, проткнув Нейтана ножом. Ведь то, что он оказался вампиром, что вообще был в тот день рядом с братом… было не более чем везением, волей случая. А сколько шансов у него было остаться без брата! И узнать, что он погиб, только спустя время, когда стало бы действительно слишком поздно. Впрочем, возможно, не наседай на Нейта и не подтрунивай над ним сам Бартоломью, брат бы не назначил Лисси того злополучного свидания. Свидания, исход которого был предрешён и хорошо известен Лисси. При мысли об этом Барт невольно впился пальцами в её плечи. Она знала, действительно знала. Он не ошибся. Как она сказала? «Лиам болен» – интересно, что бы это ещё значило?.. Однако, Нейтан никогда не был нюней. И рано или поздно он пригласил бы Лисси и сам. И, как и сейчас, девушка бы согласилась. И история бы повторилась. С одним исключением – Бартоломью бы его не спас. В общем, получалось, что виноваты были оба – и Лиам и Мелисса. И они за это ещё ответят. – Считай, – согласно кивнул Барт. – Три… Два… – начал Лиам. – Один. Досчитав, он честно толкнул нож в сторону незнакомца. Оскалившись, Бартоломью толкнул Лисси вперёд, продолжая держать за плечи. А потом резко оттолкнул её в сторону, заставляя повалиться на пол. Отбросив от себя Лисси, он бросился на Лиама. Наконец-то они переходили к основной части! Лиам ожидал не совсем этого. Не думал, что Лисси упадет, да еще и на бок. Ну ладно. Пока незнакомец двигался к нему, Лиам рванулся к девушке. Быстро и коротко он ударил ее носком ботинка в висок, вырубая, чтобы она не могла исполнять чужие приказы. Это было опасно для здоровья, даже очень, но так Лисси хоть выживет. После этого Лиам развернулся к противнику, собираясь драться с ним до последнего. До победы или своей смерти. И поэтому он также кинулся на него, запрыгивая и пытаясь своими руками прижать к бокам его руки, а затем тянясь зубами к его шее. Покрутившись вместе с Лиамом подобно двум влюбленным в бешенном ритме танца, Бартоломью стремительно рухнул на пол. Падал он с тем расчетом, чтобы хорошенько приложить повисшего на нем парня спиной и затылком. И после глухого удара, оповестившего о приземлении двух тел, Бартоломью занял удобную позицию сверху. Быстро оседлав противника, он дёрнул руками, освобождая и их. После чего сильно надавил коленом Лиаму на грудь. Лиам охнул от удара об пол. До шеи он так и не дотянулся. А потом противник и вовсе оказался сверху, надавливая коленом на грудь. Лиам снова охнул, дыхание перехватило, потому как ощущение было таким, будто ему на грудь давит бетонная плита. Но Лиам никогда с самого приюта не сдавался, даже в безвыходных ситуациях. А эта уже начинала казаться таковой, потому что если незнакомец настолько силен – а он был гораздо сильнее Лиама, будто какой-то чемпион по борьбе или типа того – то у Лиама шансов, конечно, не было. И нож лежал далеко, вот же досада! Лиам закашлялся от попытки нормально вдохнуть и поморщился. А затем придумал. У незнакомца была довольно открытая позиция, поэтому Лиам дал ему ногой между ног. Без замаха, так как лежал, но уж как мог. И тут же попытался спихнуть его вместе с его коленом с себя. Выставив руку вперёд, Бартоломью застонал сквозь стиснутые зубы, тяжело валясь на Лиама. Впрочем, он довольно быстро пришёл в себя, радуясь, что удар из-за позы оказался не особо сильным. Поняв, что малость просчитался, он поспешно сменил своё положение. Теперь Барт оказался сидящим между бёдер парня, одним коленом давя на живот. Глаза его наполнились яростным азартом, и он сомкнул пальцы на шее Лиама, начиная душить. Лиам коротко зло хохотнул, когда незнакомец согнулся и упал на него. Лиам за это время успел ему зарядить в бок кулаком. Но тоже не очень сильно из-за позы. А вот потом противник стал его душить и ноги при этом блокировал. Лиам напряг мышцы шеи, но знал, что это не сильно поможет. У него было не очень много времени прежде, чем он отключится. Минута, может чуть больше, если повезет. Что ж, Лиам быстро выбросил вперед обе руки, схватил парня за голову и стал большими пальцами со всей силы выдавливать ему глаза. Ну, и в таком положении… кто быстрее, тот и победит. В ответ на действия парня Бартоломью зарычал, ударяя Лиама коленом прямо в солнечное сплетение, вскидывая голову, чтобы убрать руки. При этом давление на шею возросло вдвое, нужно ведь было ему на что-то опереться. И Барт даже немного испугался, а не сломает ли он сейчас ненароком парню шею? Это было бы весьма некстати хотя бы потому, что цель его заключалась в ином. Некстати, но не так уж и критично, если уж подумать. Лиам так замечательно выдавливал парню глаза. Но так недолго! Получив в солнечное сплетение, он на пару секунд потерял восприятие реальности и расслабил руки, позволяя парню вырваться. А давление на шею между тем увеличилось. Лиам не мог дышать, но не это было самым страшным. Сейчас вместе с дыхательными путями нападающий уже пережал ему и вены, а это значило, что… Лиам не успел даже додумать, как вырубился. Его сознание заволокло тьмой, его руки резко упали на пол, и он весь расслабился.

***

А Нейтан все шел. Шел и шел. По каким-то улицам, дворам… Он явно заходил не в самый благополучный район. Запах постепенно становился сильнее, так как, видимо, его обладатель был тут не так давно. И все же… Нейтан полагал, что он еще не совсем близок к своей цели.

***

В голове заиграл победный гимн, едва Бартоломью почувствовал, как тело под его пальцами обмякло. О том, что тело всё ещё принадлежит Лиаму, а не пустоте, именуемой смертью, свидетельствовала продолжающаяся пульсация на шее. Подержав Лиама ещё немного, Бартоломью наклонился, прислушиваясь к дыханию. Ровное. Ничего, жить будет. Снисходительно глянув на поверженного противника, он поднялся. Нужно было подготовить его к незабываемому пробуждению. Стянув с себя ремень, Бартоломью перевернул парня на живот, фиксируя руки сзади. Вновь развернув Лиама, он стянул ремень и с него, обмотав ноги. После чего, оттащив, усадил его в сидячее положение, прислоняя спиной к стене. Потом он несколько обеспокоенно наклонился к Лисси, проверяя пульс. Но, слава богу или кому бы там ни было ещё, он был. Вообще, насколько хватало медицинских познаний Барта, удар в голову был чреват серьезными последствиями. И то, что Лиам так спокойно вырубил девушку подобным образом несколько обескураживало. Хотя… Бартоломью тоже подобное прилетало часто. И ничего, он оставался жив-здоров. Так что, может, не так все было и опасно. Правда, для чего Лиам вообще это сделал, Барт понял слабо. Однако, как бы там ни было, девушку пора было приводить в чувство. Потому, сходив в ванную и перевернув стаканчик с щетками над раковиной, вытряхивая содержимое, Барт до краев наполнил его водой. Вновь подойдя к Лисси, он набрал воды полные щёки. Орошая затем девушку холодными брызгами. Лисси довольно быстро стала приходить в себя от холодного душа. Голова дико раскалывалась, во всем теле была слабость. Лиам ударил ее ногой по виску, она это помнила. И она понимала, зачем. Но также понимала, что то, что сейчас ощущает – это последствия этого удара. Едва приоткрыв глаза, она увидела перед собой их мучителя. А за ним связанного Лиама у стены… без сознания, наверно. Труп-то связывать не было бы нужды. При виде этой картины Лисси снова заплакала. Навзрыд, мгновенно теряя контроль над собой и своими эмоциями. Сейчас ей было все равно, что будет ей за плач, ей было так плохо… Лиам тоже стал приходить в себя, просто потому что кровоток к голове восстановился. Первые секунды он не понимал, где он и что происходит, но картина незнакомца и рыдающей Лисси быстро вернула его в реальность. А еще Лиам тут же ощутил, что связан. И вот это все уже стало перебором. С Лиамом это целый год не происходило, но теперь, будучи избитым и связанным, и видя, что не способен помочь Лисси, у него в голове что-то щелкнуло. Взгляд Лиама опустел, он наклонил голову и замер. Для его психики это было слишком и потому для него все исчезло. И он сам. И Лисси. И незнакомец. Наблюдая счастливую картину всеобщего пробуждения, Бартоломью хмыкнул, поднимая с пола нож. Который так удачно принёс с собой Лиам. Барт хотел было приступить уже к заключительной части затянувшейся пьесы, но повнимательнее приглядевшись к Лиаму, понял, что с ним что-то не в порядке. Подойдя к нему, Бартоломью заботливо побрызгал тому воды в лицо. – Эй, что с тобой? Есть контакт? – Небрежно поинтересовался он, легонько пихая мыском ботинка ногу Лиама. Впрочем, вопрос был чисто риторическим. Барт примерно догадывался, что сейчас должен чувствовать этот парень. Парень, благодаря которому он чуть не лишился брата. Интересно, а он бы также выглядел?.. Лиам никак не отреагировал. Он на автомате стал бы защищаться от чего-то болезненного, так как так с ним случалось и в приюте, но сознание в этом уже не участвовало. Лисси тоже уже не смотрела ни на Лиама, ни на незнакомца. Она поняла, что произошло с ее любимым, и хотела бы, чтобы она тоже так могла. Но у Лиама это было следствием болезни – какой именно они так и не выяснили, – а она была здорова, так или иначе. Но ее спасала от ужаса ситуации истерика. Неконтролируемая, жуткая истерика. Пусть бы незнакомец их уже убил, только бы ее первой. А Лиам… сколько еще он должен был страдать в жизни?.. – Хм… интересно. Бартоломью задумчиво склонил голову набок. После чего плеснул остатки воды Лиаму в лицо. – Лисси, детка, – обратился он к девушке. Барт видел, что та находится в истерике и панике. Поэтому решил её несколько успокоить. Подняв руки, он медленно опустил нож, оставляя его лежать на полу. Разумеется, в стороне от них обоих. Приблизившись, он присел перед Лисси, беря ее обеими руками за лицо и заглядывая в заплаканные глаза. – Что с Лиамом? Скажи мне, – участливо, но требовательно попросил он. Уже себе под нос он пробормотал: – Может… можно на этом и закончить? Барт задумался над этим, после чего встрепенулся. Вновь обратив внимание на Лисси, он повёл глазами. – Закончить не значит убить. Лисси продолжала биться на полу в истерике. Даже, когда незнакомец отпустил нож, она не сделала попыток что-то предпринять. И когда он приблизился к ней тоже. От слишком большого эмоционального напряжения совсем не было сил. Парень взял ее за лицо, но Лисси на это не обратила внимание. Она продолжила плакать, уже в его руках. Он мог чувствовать, как ее при этом бьет крупная дрожь. На нее не произвели впечатления слова ни про закончить, ни про убить. Лисси уже к этому моменту потеряла возможность бояться или на что-то надеяться. Просто что-то происходило и все. Но на вопрос она все же после долгой паузы ответила. – Я говорила, что он болен. Это что-то типа кататонического приступа… я так читала… Лисси висела в руках парня тряпкой и, если бы он выпустил ее голову из рук, она безвольно упала бы на пол. Истерика после ответа продолжилась. – Ага… ясно, – сказал Барт, хотя яснее особо-то и не стало. Он оглянулся на Лиама, напоминавшего теперь больше причудливую статую, слепленную безумным скульптором-авангардистом. Парень всё также оставался безучастным, находясь в позе, в которой оставил его Бартоломью. Должно быть, подобная реакция была у него на сильные эмоциональные события. И раз уж Бартоломью сумел ее вызвать, действительно пора было заканчивать. Развернувшись к Лисси, он отвесил ей слабую пощечину. – А теперь, – заговорил он серьезно, мрачно на неё глядя, – прекрати истерику, и слушай. Внимательно слушай, Лисси. Потому что потом ты должна будешь обо всем рассказать своему Лиаму. И уж поверь, я узнаю, если ты об этом не расскажешь. А ты ведь не хочешь снова меня видеть на пороге вашего дома, верно? В конце Бартоломью соврал, не поведя и бровью. Причем дважды. Он бы, конечно, ничего не смог узнать. Да и виделись они уже точно в последний раз. – Я же правильно понимаю, что он нас не слышит? – Уточнил он на всякий случай. Голова Лисси слабо мотнулась от пощечины. Плакать она не перестала. – Мне сейчас все равно, – честно сказала она в ответ на очередные угрозы. – Придешь, не придешь… И я не знаю насчет Лиама. Может и слышит, если это именно кататония. А может нет, если что-то другое. Лисси устало смотрела на незнакомца красными опухшими глазами и по ее виду действительно было понятно, что уже все. Ей без разницы.

***

Нейт зашел в очередные какие-то дворы и запах стал существенно усиливаться. Он повел его к одному из домов, к определенному подъезду. И вместе со знакомым запахом одеколона все это время продолжал следовать другой, тоже знакомый. Но Нейт так и не понял, чей. И место не узнавал – то есть у знакомых или друзей он тут не бывал.

***

– Ну же, не кисни, Лисси. Улыбнись, – говорил Бартоломью, по-прежнему сохраняя суровое выражение на лице. – Вы оба живы, вы есть друг у друга. И в этом вам безумно повезло, прямо как нам с Нейтаном. Видишь ли… В голове Барта вновь всплыли картины прошлой ночи. Как он держал тело умирающего брата на руках, как судорожно пытался спасти его, не будучи уверенным в том, что кровь сработает. Вспомнил, как нёс его до дома. Нёс самое свое дорогое сокровище. Боясь потерять, как уже терял однажды. И снова он потерял бы его по своей вине потому, что не спас. Как некстати ворвались в мозг эти воспоминания! Как хотелось их оттуда вытряхнуть!.. Бартоломью сильно сжал челюсти, губы его превратились в тонкую прямую линию. Ведь он не покажет своих эмоций, нет. Только не здесь… Барт молчал, собираясь с силами и глядя в потолок, пытаясь сделать так, чтобы слёзы из глаз текли вовнутрь. Кажется, ему почти это удалось. Только глаза теперь были красными и странно блестящими. – Твой парень… – Глухо произнёс наконец Барт. – Заставил пройти меня через ад. Я ведь был тогда вместе с Нейтаном. На нас напали пятеро. Я видел, как нож входит в тело моего брата. Единственного близкого мне человека! И потому я хочу, чтобы Лиам, эта сука, почувствовал всё тоже самое, что испытал я тогда… Ведь Нейтан умирал, а я мог только надеяться на чудо! Это было так больно! Эта беспомощность… Что касается тебя, то ты во всей этой истории, можно сказать, за Нейтана. Он тоже не заслужил того, чтобы с ним так обошлись. Бартоломью нежно коснулся губами лба девушки. А потом, чуть отстранившись, вытер слёзы с её щёк. – Но… ты только оцени моё великодушие! – Бартоломью всхлипнул, затем нервно засмеявшись. – Мой брат лежал на холодном асфальте, с двумя ножевыми ранениями, истекал кровью, не зная кто, зачем и почему напал на него… Тогда как на тебе ни царапинки. Ну, почти… Он легонько тронул Лисси за раненное плечо. – Да, детка… Ад меняет людей… Брат. Теперь Лисси все поняла. За что им все это было и почему. Что ж… это было довольно ожидаемо. Что хоть кто-то из жертв Лиама должен был ему отомстить, что хоть когда-то должна была восторжествовать справедливость. И раз Нейтана чуть не убили… А Лиам хотел, чтобы убили… Что ж, можно сказать, что сейчас они с ним действительно отделались малой кровью. Синяками, да прочими мелочами. И Лисси теперь не знала, что сказать этому человеку. Жестокому и страшному, доведшему их обоих почти до грани. Она теперь не могла его винить за его действия. Ну, почти. Все же, она была на стороне Лиама, так или иначе. Он облажался, но она любила его, а не Нейтана с братом, так что… Да, жаль было, что все случилось так, но важнее было то, что они выбрались из этой ситуации живыми. Они с Лиамом. Ну и что Нейт был жив, тоже было неплохо. А еще Лисси видела – теперь видела – что брату Нейта очень больно. Видела по красным глазам, слышала по изредка срывающемуся голосу. Да, вчера он наверняка пережил ад. – Д-да… это действительно великодушно, спасибо, – ответила, наконец, Лисси, запинаясь. – Мы… больше не доставим вам с братом проблем. Он обо мне вообще больше никогда не услышит. И… мне действительно жаль, что все так вышло. Я не знала, что Лиам так поступит, иначе бы остановила его. И он… поверь, он тоже успел в жизни пройти через свой ад. Лисси, не отводя взгляда от парня, попыталась отодвинуться от него. Немного, затем еще… а потом рванулась к Лиаму, обнимая его, прижимая к себе и так замирая. Нейт зашел в подъезд, затем пошел по этажам и на одном из них увидел неплотно прикрытую дверь и привязанного перед ней пса, скулящего и нервно туда смотрящего. Запах тут был максимально сильным, да Нейт уже и услышал знакомый голос. Точнее – голоса. И он сразу понял, куда пришел его брат. К Лисси и ее парню. Решил мстить? Нейт с замиранием сердца приоткрыл дверь и увидел ужасную картину. Заплаканная Лисси обнимала связанного… своего парня, видимо. Тот был на вид цел, но без сознания или типа того. И над всем этим стоял Барт. – Какого черта?! – Нейт шагнул в квартиру, разъяренно смотря на брата. – Хотя нет, это потом. Сейчас – пшел вон отсюда. А я… постараюсь утрясти ситуацию. Нейт был в дикой ярости. Он в два шага приблизился к Барту и, схватив его за локоть, поволок прочь из квартиры. Как-то стеклянно и совершенно спокойно Бартоломью отреагировал на появление брата. Возможно потому, что пока тот говорил, ему думалось, что это очередное его чёртово видение, и за этим всем последует что-то безумно плохое, страшное. Однако, видение затем схватило его, выволокло из квартиры, и Барт понял, что это был и вправду его брат. Впрочем, не удивился он и тогда. После всего произошедшего, после его долгой речи, чувства как-то немного угасли. И теперь Барту просто хотелось спать. Ему, вампиру… Забавно. На лестничной клетке на него налаяла и попыталась укусить собака. Наверное, пса нервировал запах крови, или же он понял, что человек, стоящий перед ним, делал его людям плохо. Но Бартоломью, не обращая на грозное рычание и толики внимания, плюхнулся рядом с псом, хватая его за пасть и удерживая до тех пор, пока тот не успокоился. – Нехуй выёбываться, когда хуй уже в жопе, – запуская руку в шерсть на холке животного, бросил он, гипнотизируя лишь одному ему видимую точку, почти не моргая. – Хотел, так перегрыз бы поводок и бросился всех спасать. А сейчас… давай вместе посидим, ладно? Пожалуйста… – Попросил он пса, глотая комок, вставший в горле. – Лиам, Лиам?.. – Звала Лисси, целуя парня в щёки, в губы, в нос и подбородок, пытаясь привести в чувство. – Всё хорошо! Он… ушёл, нам ничего больше не угрожает. Лиам! Пожалуйста! Шумно всхлипнув, Лисси попыталась развязать его руки. Но из-за того, что её саму била дрожь, ничего не выходило. Пальцы соскальзывали, не слушались. – Чёрт! – В отчаяньи воскликнула девушка, проклиная собственную бесполезность и никчемность. Нейтана же она будто и вовсе не замечала. И лучше бы не замечала она его с самого начала, с самого их первого совместного рабочего дня. Ведь тогда ничего бы этого не случилось. А так она снова облажалась. Она была виновата во всём этом. И страдал от этого почему-то её любимый. Ей хотелось развязать его, чтобы он наказал её за это. А, может, даже и убил. Нейтан тоже бросился помогать развязывать парня. Лисси занималась руками, он же стал развязывать ноги. Глаза у парня были открыты, но взгляд был пустым. Что Барт с ним сделал? Сказал представить себя тумбочкой? Просто сказал забыть ему, что у него есть разум? Это было так жестоко… Нейт подавил комок в горле. Он сейчас не думал, что этот парень стоял за тем, что было вчера. Да, это было так, но подобного, что происходило сейчас, не заслуживал никто. Парня надо было судить, по закону. Или разобраться с ним миром. А Барт ему, похоже, образно говоря, выжег мозг. И Лисси укусил… может бил. Нейт все это видел по девушке. По девушке, чувства к которой не могли исчезнуть разом, которую он все еще любил. Развязав парню ноги, Нейт повернулся к Лисси. – Извини меня, Лисси! Что я могу сделать, чтобы помочь? Загладить… произошедшее? И что с ним? – Нейт кивнул на Лиама. – Это… э-э… Барт сделал с ним? При словах Нейтана Бартоломью, сидящий в обнимку с псом на лестнице, закатил глаза, недовольно цокнув. Вину за что он хотел заглаживать, интересно? Впрочем, любой бы человек посчитал всё случившееся перебором. Любой кроме него. Может, в какой-то степени это и было эгоистично, заставлять страдать других также, как страдал ты, но Барту было глубоко насрать. Не верил он во всю эту гуманистическую чепуху с подставлением щек под новые удары, во всепрощение. Он верил в то, что люди должны отвечать за свои поступки, ведь только тогда они хоть немного поумнеют. А в коридоре над Лиамом продолжала плакать Мелисса. Подняв глаза на Нейтана, она неуверенно кивнула, а затем замотала головой из стороны в сторону. – Нет… – Заикаясь, проговорила она. – С ним так бывает из-за сильного стресса. Это не из-за Барта… хотя, стресс-то из-за него… не знаю! А помочь, нет. Ничем. Мы в расчете. Справившись, наконец, с опутывающим руки ремнём, Лисси отбросила его в сторону, беря руки Лиама в свои ладони. Грея и целуя их. Бартоломью связал крепко, потому руки парня онемели, а на запястьях виднелись полосы. – Вам лучше уйти, пока Лиам не очнулся, – она испуганно глянула на Нейтана, опасливо затем косясь на своего парня. Нейт и сам понимал, что они вроде как в расчете. Лиам натравил на него гопников, Барт пришел и в ответ сделал Лисси и Лиаму больно… Но все это было как-то настолько мерзко и нехорошо, что Нейт просто не знал, что делать. Он сам просто не хотел опускаться до уровня Барта или Лиама. И пусть с ним поступили мягко скажем отвратительно… он сейчас чувствовал свою вину за то, что видел. Что не предугадал, не уследил. А, может, это просто в нем говорила любовь к Лисси. Он смотрел на укус на ее плече и хотел хоть с этим помочь. И Лиама этого привести в чувства или скорую вызвать или… Но, кажется, они все вчетвером создали совершенно тупиковую ситуацию. Лучшим и единственным выходом из которой было, наконец, мирно разойтись. Мирно и навсегда. Нейтан посмотрел на Лисси долгим грустным взглядом, пытаясь напоследок насмотреться на любимые черты. Затем поднялся на ноги. – Тогда… я пойду. Барта вы больше никогда не увидите, обещаю. И, Лисси, если все же нужна будет помощь… – Нейт не договорил. Понял, что Лисси никогда с ним больше не свяжется. – Ладно в общем. Прощайте. Нейт закусил губу на пару секунд, затем развернулся и пошел прочь из квартиры. Там отвязал пса, который явно был Лиама и Лисси, и тот стремглав кинулся в квартиру. Нейт же кивнул Барту следовать за собой, по пути вызывая через приложение такси до дома. – Прощай… И, Нейтан! Ты… прости… – Бросила вслед уходящему парню девушка. После его ухода она свернулась калачиком возле Лиама, кладя голову тому на колени и ожидая, когда он выйдет из своего состояния. А вскоре прибежал и Пятнистик, яростно начав лизать то её, то Лиама. Всю дорогу, что Бартоломью шел с Нейтаном, он не проронил ни слова, храня мрачное молчание. Слова тут были неуместны. Даже опасны, способные все усугубить. Хотя бы просто потому, что у них с братом были явно разные взгляды на ситуацию. Наверняка Нейтан сейчас был в бешенстве, но Барт надеялся это как-то перетерпеть. Так как, по его мнению, он поступил совершенно правильно. Даже слишком мягко. Нейт действительно был в бешенстве. Потому что Барт ему наврал, потому что причинил вред его любимой девушке, лично ни в чем не виноватой, потому что… Да по всему! Барт вел себя как маньяк, как жестокий и холодный человек. И это в мозгу Нейта просто прекрасно дополняло его образ наркомана и алкоголика. Агрессивный, не совсем нормальный (маньяки же ненормальные) алкоголик, наркоман и теперь еще и вампир. А это было все равно, как если бы обезьяне дать гранату. Или сама на ней в итоге подорвется или всех вокруг подорвет. И у Барта пока выходило второе. Но поговорят они обо всем дома. Барт ему все выложит и пусть только попробует что-то утаить. После чего Нейт примет решение. Хотя, кого он обманывал? Он уже принял, теперь слова Барта могли повлиять лишь на какие-то детали. Нейт молча спустился на лифте, молча же вышел из дома, сел в такси и ехал в нем, смотря в окно и полностью игнорируя брата. Он его, собственно, даже и не приглашал следовать за собой. Идет – ладно, не идет – Нейт бы не остановился. Молча он дошел до своего дома и, наконец, до квартиры. Разделся, кинул взгляд на полуразрушенную ванную, которую не смог убрать из-за Барта, и которую не убрал и Барт, хотя должен был. Затем прошел на кухню. И только сев там и заварив себе чай, кинул тяжелый взгляд на брата. – Рассказывай, – сказал Нейт. – Все, от и до. С подробностями, без утаек и лжи. Начиная с того, как тебе эта блестящая идея пришла в голову и заканчивая тем, что ты… – Нейт скрипнул зубами, – делал с Лисси. Бартоломью тяжело подпёр стену, переводя взгляд потухших глаз за толщу оконного пластика. – Мысль сразу пришла, как только я понял кто стоит за этим, – сказал он. – И ничего такого я не делал, не пришлось. Шлёпнул несколько раз, да куснул. Скорее, больше морально давил. Барт вздохнул, чувствуя, как на него накатывает волна дикой усталости. Усталости не сиюминутной, а вообще от всего. А ещё он думал, что теперь Нейтан его прогонит. И, что ж, может так будет даже лучше. Ведь тогда его брату не придется срываться, бросая всё, и тащиться за ним следом. Только, вот, Бартоломью не уедет. Он будет присматривать за младшим, ведь Нейти такой уязвимый… Из-за доброты своей по большей части. – Я не мог оставить всё так. Они должны были почувствовать и пройти то же. Нейт поморщился, не смотря на брата. – Я же сказал рассказывать подробно. Как выследил Лисси, например? И около трех часов или типа того ты ее, значит, «шлепал несколько раз»? Что-то это не похоже на то, чтоб «они почувствовали то же». И что ты сделал с парнем, что он был таким? Я видел на полу нож! Нейт перевел злой взгляд на Барта. – Еще раз – последний – повторяю: рассказывай подробно и без утаек, что ты черт подери делал с ними обоими, особенно девушкой, которую я, напоминаю, люблю. При упоминании Нейтаном того, что он любит Лисси, челюсти Бартоломью непроизвольно сжались. Появилось какое-то очень странное чувство. Кажется, именно так ощущалась ревность. Хотя, откуда Барту было знать? Но чувство было неприятным, словно сверлило изнутри… – Запомнил номер Лисси, когда ты телефон мне дал, и со своего написал ей. Предложил встретиться. Загипнотизировал, домой вести приказал, по пути счесал кожу на запястье и кровь пил. Как пришли, пощечину отвесил. Дальше придушивал, бил по бёдрам и рёбрам. В плечо укусил. Потом она меня укусила. Слегка полапал, чтобы видимость того, что трахнуть собираюсь, создать, – отчеканил, подобно механической машине, Барт. – А с ножом забавная ситуация произошла, – он криво усмехнулся. – Его её парень и принёс. Стояли друг напротив друга: я с Лисси, угрожая свернуть ей шею, а этот с ножиком своим. Потом я предложил обменять нож на Лисси. Естественно, я соврал. По итогу придушил Лиама, связал, а он потом очнулся и в кому как будто впал. Лисси сказала, что он болеет там чем-то. Причем, она это говорила и до его прихода, объясняя болезнью то, что он хотел тебя убить. Ах да, ещё этот Лиам Лисси в висок пнул, из-за чего она вырубилась, – решил нажаловаться Барт. – Ну, когда недообмен произошёл. Вот, а когда ты пришёл, я просто с Лисси болтал. Нейтан слушал и, чем дальше Барт говорил, тем больше темнели его глаза. Но Нейт не прерывал брата. Хотя внутри него все и клокотало от ярости, он выслушал все молча. – То есть, ты воспользовался моим доверием, – начал затем медленно Нейт, – а затем и доверием Лисси, чтобы избить ее… девушку! И… и… лапать. На этом моменте Нейтан снова замолчал. Лисси была не его, но он чувствовал жгучую ревность и ненависть к Барту за то, что он посмел так поступить с любимым им человеком. – Лапал, пугая, что трахнешь… Лисси, мою любимую Лисси, – Нейт сжал кулаки. Они чесались, хотели встретиться с лицом брата. – Вот как ты ее довел до слез… Она была там одна, с тобой, думая, что ты ее или убьешь или изнасилуешь… Мразь. Последнее слово вырвалось против воли Нейта, показывая его эмоции, бушевавшие внутри. – Затем ты напал на больного человека... опасно больного, видимо, но больного. А если он теперь таким овощем и останется? А Лисси его любит! И когда я пришел… – Нейт стал против воли повышать голос. – Ты не просто болтал! Ты их обоих довел. Слабую девушку и больного на голову, а таким вообще нельзя стрессовать. Каков молодец! Отомстил так отомстил! – Нейт уже орал. – Если уж так хотел, то надо было делать все по закону. Лиама бы лечили и судили… а Лисси. Лисси-то за что?! Мразь! – Снова в сердцах повторил Нейт. Затем он замолчал. После такого эмоционального выброса резко накатила усталость и безразличие. И чувство обреченности. Барт был неисправим и его путь шел только по наклонной. – Я ушел три года назад от алкоголика, наркомана и хулигана. Теперь же я вижу перед собой человека еще более худшего. Такого же наркомана и алкоголика, только теперь в плане крови, но уже не хулигана, а маньяка. Да еще и использующего себе на потеху свои уникальные силы. Не ради чего-то нормального, а ради издевательств, унижений и пыток! Нейт поднялся на ноги, бледный, не замечающий, как сжимает и разжимает кулаки. – И я не хочу это видеть. Иди ты вон! Сейчас же. Нейт помнил при этом про свое обещание помочь Барту с его вампиризмом, да и понимал, что должен следить за ним, чтобы он еще чего-то не натворил, но сейчас просто не мог его видеть. – И, если еще раз попробуешь сунуться к Лисси и Лиаму, то я тебя сдам полиции, где ты в камере сдохнешь от солнца в первый же день. Нейт замолк. Сказать ему больше было нечего. Он просто ждал, когда Барт уйдет. И похрен, что через пару часов должен был начаться рассвет. Придумал же братец схему с поимкой Лисси. И тут разберется. Исподлобья Бартоломью посмотрел на брата. Помолчал немного. – А тебя за что ножом? Ты тоже был ни в чём не виноват! Или это, по-твоему, справедливо? Он шагнул вперёд по направлению к Нейтану, раскидывая руки в стороны. Глаза его сверкали, они снова поблескивали влажной краснотой. Бартоломью сорвался, переходя почти на крик. – Да, я подонок, пускай! Но после той ночи мне глубоко насрать на все нормы морали! И мне насрать, слышишь?! Абсолютно насрать на всех в этом ебаном мире. И я сделаю блять всё, чтобы ты не сдыхал больше нахуй на моих глазах просто потому, что ты, сука, добрый!! Глубоко вдохнув, он уронил руки болтаться безвольными плетями вдоль туловища. От крика и напряжения закружилась голова. Нужно было успокоиться. Бартоломью вдохнул ещё раз. – Да. Такая у меня теперь справедливость. И, знаешь, ты поступил бы точно также, будь ты на моём месте… Ради Лисси, во всяком случае. По лицу его прошла болезненная судорога, уголки губ чуть дрогнули. На секунду он опустил глаза к полу. – Я не жду, что ты поймёшь меня или простишь когда-нибудь, – сказал он, вновь поднимая взгляд на Нейтана, говоря теперь спокойнее и безразличнее. После этих слов он молча развернулся, идя к двери. – Да он же больной, за то и ножом. Я не оправдываю Лиама, нет. И Лисси не права, что живет с опасным психом, который ее ногами по голове бьет. Но еще раз – раз так, то нужно было отправить его на лечение и в суд. А не опускаться до его уровня! Нейт не дернулся, когда Барт шагнул к нему. Он видел состояние брата, но и сам был в таком же. – И, знаешь, не надо мне вот такого проявления братских чувств, чтоб люди другие страдали! Ты меня спас, за что я тебе, естественно, благодарен. И вот этим бы и ограничился! И я… не знаю, как бы поступил. Но бить рыдающую девушку я бы не смог. И я не понимаю, как смог ты! Нейт тоже еще раз выкричался, после чего молча последовал за Бартом. Дверь закрыть. Молча Бартоломью вышел и на лестничной клетке, после оглушительного хлопка закрываемой за ним двери, на него обрушилась давящая тишина. И только гул его шагов разносился по лестнице, слегка разбавляя эту непроницаемую тишь. На улице он заказал такси. Куда ехать Бартоломью не знал, не было настроения составлять маршрут. Не знал он и города. Потому спихнул всё на водителя, пообещав накинуть деньжат немного сверху. И прежде, чем водитель довёз его до самого скромного мотеля, они заехали в круглосуточный магазин, где Бартоломью обзавелся двумя пачками сигарет. В номере оказались очень тонкие занавески, так что Бартоломью решил перетащить матрас с кровати в ванную. Запершись там, он, не раздеваясь, рухнул на будто бы почти голые пружины. И вскоре помещение заполнил густой, едкий дым. Бартоломью возвращался к своему привычному образу жизни: одинокому и тоскливому. И, раз уж Нейтан от него отвернулся, ничто не мешало ему пойти завтра и немного закинуться наркотой, устроив затем оргию. Нейт захлопнул за братом дверь и стал собираться спать. Вымыл чашку из-под чая, перебинтовал свои раны, заложив под бинты новую порцию мази, быстро сполоснулся. Потом же устало завалился в кровать. Ночь для него выдалась эмоционально сложной и потому Нейт был сейчас выжат как лимон. Но зато его раны неплохо успели поджить, так что он решил встать завтра на работу. И хоть до того, как на нее надо было вставать, оставались считаные часы, Нейт решил, что работа его отвлечет от проблем с братом, и потому лучше уж пожертвовать сном, чем весь день сидеть и мусолить в мозгах все произошедшее. С такими мыслями Нейт уснул.