Отражение в глубине

Закружило. Плыву по течению Я слеп. Я глух. Нем. Снова рождение? В моих белоснежных волосах запуталось несколько водорослей и палочек, они свисали ниже пояса, влились как клубок змей и спадали на глаза, закрывая детское, мягкое, но необычно измученное лицо. Совсем не по возрасту. Дышать почему-то совсем тяжело, будто грудь мне придавил огромный валун. И воздух был тяжелый, густой, влажный. Я проснулся только что. Берег. Совершенно незнакомый мне берег моря, усыпанный самой-самой разной галькой. Где-то она совсем маленькая, кое-где яркая, гладкая почти похожая на самоцветы или другие драгоценные камни. Я почему-то долгое время рассматривал еë не в силах оторваться. Волны накатывали на берег, смеялись морским шумом, пенились, плакали солëными брызгами, гладили камни, качали малюток-медуз и пели им колыбельную. Водную гладь ласкали лучи солнца и лëгкий, игривый бриз. Мне прохладно. Наверное, потому что я стою прикрытый только мокрыми длиннющими волосами. Подняться тяжело. Несколько раз упал, разбил о камни все коленки. Неприятно, неуютно. Солëная вода попадала в ранки и сильно-сильно щипала. —Эй, чего-ж ты это, сорванец, такое делаешь, а? —я слегка вздрогнул от неожиданно возникшей фигуры и меня за спиной. Голос был мужской, раскатистый и напомнил мне последний раскат грома, после которого обычно стеной обрушивается ливень. Крепкая рука схватила меня и рывком вытащила из воды. Передо мой стоял мужчина. Двуногий. Крепко сложенный. Совершенно незнакомый мне мужчина. Его густые и светлые брови — колосья пшеницы на распаханном поле. Однажды мне удалось из далека, одним глазком, но увидеть такое. Глубокие овраги-морщины выдавали его годы, хотя показалось, что в совсем уж в преклонном возрасте он не находится. Веки, отяжелевшие возраста и работы, грозно нависали, словно скала, под которой страшно ходить. Но вот его глаза...Серые, выцветшие от времени смотрели строго, но при том почти по-доброму. Я точно видел его впервые. Он напугал меня, но кричать и бежать я не стал. Мамочка ведь никогда меня не учила такому. Да и куда? —Зачем же ты в воду один лезешь, а? Где родители твои? Я даже не задумался. —Там, — и перевëл взгляд на море, но старик, кажется, понял это как-то по-своему, резко помрачнел, какое-то время молчал и, наверное, не поверил мне. А они ведь и правда в море! —И как же? Тебе совсем не страшно? —Не страшно. Я ничего не помню. Помню только что мамочка говорила мне ничего никогда не бояться. Она сказала что мне должны помочь здесь... — Я посмотрел на него с абсолютно серьëзным выражением лица. Возможно даже чересчур для ребëнка лет шести. Скорее всего понимая, что нормальный ответ который к тому же его устроит он от меня вряд ли получит, дед даже не спросил, а просто поставил перед фактом. —Ладно... Со мной пока пойдëшь, а потом что-нибудь сообразим– он снял с себя кажется какой-то предмет одежды без рукавов и опустился на корточки. — Давай, надевай. А что это такое у тебя? - он коснулся моего плеча и что-то смахнул. Оказалось, от него отпала пара чешуек. Не то чтобы больно, а скорее неприятно, но на их месте ничего не осталось. Он удивлëнно посмотрел на меня. Но так скорее смотрят на кошку, которую пустил переночевать в грозу в сарай, а на утро обнаружил четырëх котят, чем на биологические признаки водного обитателя у только что найденного ребëнка, которого ты к тому же собрался вести домой. Странно. Не сказать что желательно. Но не оставлять же его на улице в самом то деле. Да и не бывает же людей с рыбьими признаками! —Ох ты! Это ещё что за дела? Прилипло может.. Чем ты там вообще занимался то... беда с тобой одна, — он поднялся, обдумывая то, что мальчик наверное что-то подхватил или просто сильно испачкался, — Пошли. Звать то тебя как хоть? —Не знаю... —Вот те раз! Это как же так получилось? Может ты головой ударился и памяти лишился? Не помнишь ничего да молчишь... Меня вот Агвид звать, сынок.    Небо затянуло тучами и теперь оно напоминало  бесформенную белую простыню, накинутую на небольшую деревушку, уютно примостившийся на самом берегу моря. Домишки были самыми простыми по стоению, но расположены и выстроены так красиво и аккуратно, что я бы вечность провëл вот так гуляя и рассматривая их. Перед нашими глазами выросла небольшая, но скорее всего главная в этом поселении вымощенная улица. Она была относительно больше тех что мы проходили только что. Но на удивление людей на ней не оказалось. Интересно, тут всегда так? Я раньше часто думал о том, что раз у людей есть постоянная возможность находится на суше, они ей постоянно пользуются. Разве это не так? В воздухе резко пахло морем и сыростью, а дорожные ямы были доверху заполнены водой. В одной я даже заметил плавающий кусок водоросли. Что-то здесь произошло. Окончательно не по себе стало, когда я заметил тревогу на лице Агвида. Я шëл смотря себе под ноги. Изучал взглядом мокрую траву, камни, стены домов. Несмотря на всю красоту этого места, напряжение почему-то наростало. Слева от нас скрипнула дверь и оттуда показалась голова мальчишки. Всего на год или два старше меня. Он удивлëнно уставился в нашу сторону через образовавшуюся щель, но сзади него незамедлительно послышался голос женщины. —А ну куда пошëл, сорванец?! Ты к нему подходить не смей! Заразит тебя ещё чем или что похуже! —она выглянула из-за двери и окинула меня и моего спутника таким недобрым взглядом, что стало почти жутко, — Агвид, выкинь его там где подобрал. Не простой это ребенок, пожалеешь. Ты же знаешь кого к себе домой ведëшь, вспомни мои слова, — дверь за ней с грохотом захлопнулась, так что дед даже рот открыть не успел. Он сказал что мы почти на месте. Меня должны были отвести его с женой дом. А больше-то и некуда было. Я никого не знал на суше. Совсем никого. Сдаëтся, что теперь мне предстоит провести немало времени здесь. Мы прошли мимо пышной женщины, старательно выметавшей уже другую улочку какой-то самодельной метëлкой из небольшого количества прутиков. Оперевшись на метлу, она одарила меня таким тяжëлым взглядом, что в нëм почти читалось "Что это ещё за выродок?" На талии был завязан грязный передник придерживаемый сверху поясом. Кажется, настроение еë и так было не слишком радостным, а окончательно его испортил мальчик выбежавший откуда-то из-за угла и едва не к нам под ноги. Ничуть не смутившись он остановился, с пару секунд полупал глазами и оглядел меня с ног до головы. После задержал взгляд где-то на моей ноге —Мамочка, это что, чешуя? Совсем как у рыбы? —А ну что тебе ещё надо тут?! Нечего, нечего! Марш домой! Да.. вот уж правда чудище.. Не знаю уж сколько ещё его отчитывали и что из этого всего было адресовано парню, а что мне, но были мы уже далеко. Волны что слезы Хлынут внезапно Штормом и грозами Спасение рядом ​