ты меня никогда не забудешь.

Незаметно пролетели зимние каникулы. Настолько быстро, что казалось, будто их и не было. Возвращаться на учебу Олегу совсем не хотелось. Снова ранние подъемы, скучные уроки, горы домашних заданий, которые его друг так охотно делал, будто от выполнения зависит его жизнь. Одноклассники бурно обсуждали прошедшие каникулы. Кто-то хвастался подарками, кто-то рассказал о путешествии с семьей, а кто-то, как Олег и Сережа, тихонько сидел в ожидании учителя. Разумовский, как всегда, рисовал чей-то портрет, а Волков наблюдал, не отводя глаз от аккуратно выведенных линий. За все то время, что они знакомы, рыжий подарил другу огромное количество своих творений, которые Олег не смог оторвать от сердца даже спустя много лет. — А что ты делаешь, Олеж? — раздался вдруг женский голосок, и Волков почувствовал, как чьи-то руки мягко легли ему на плечи. Обернувшись, он увидел довольную Анну Архипову. Та уже привычно склонила голову к его плечу, заглядывая в тетрадь. — Да нечего особо... — начал он. Однако договорить ему не позволили. — Ой, тебе что, интересно смотреть, как этот конопатый свои каракули чиркает? Только бумагу изводит, — фыркнула она, кивнув в сторону Сережи, и в следующую секунду ухватила брюнета под локоть. — Пойдем лучше в столовую? Я конфет принесла. Тебе понравится, ну! Не дожидаясь ответа, девочка потянула парня за собой. Тот, опешив, посмотрел на друга еще раз, будто желая что-то сказать. Но, так и не решившись, вышел из класса вместе с Аней. Сережа молча смотрел им вслед, рукой сдавив карандаш с такой силой, что тот треснул. Костяшки пальцев побелели, а короткие ногти врезались в кожу, оставляя на ней ранки. Казалось, еще немного, и он сломает предмет на пополам. Опустив глаза в тетрадь, ему самому стало казаться, что рисунок получился ужасно уродливым. Линии были неровными, глаза разными, нос огромным, а губы кривыми. — Дурак, лучше бы вообще не рисовал, — пробубнил он себе под нос и, вырвав листок, смял его.

***

Следующие два месяца Аня крутится вокруг Олега, словно земля вокруг своей оси. И по наблюдениям Сережи, другу это очень даже нравилось. Сначала он сел с ней на пару уроков, потом на весь день. Теперь они всегда за одной партой, что-то мило обсуждают. Так им хорошо вместе, что совсем учителей не слушают и получают свои заслуженные колы. А хуже всего, что в школе рыжий теперь совсем один, так как друзей, кроме соседа по комнате, у него нет. Однажды Архипова попросила Олега проводить ее до дома, ведь: — “На улице так темно и страшно. А ты такой смелый и сильный, Олеженька." Теперь Волков провожает ее каждый день, иногда оставаясь в гостях допоздна. Что, безусловно, злит Разумовского. Ведь раньше они вечерами играли в карты, шахматы или обсуждали прошедший день. А теперь брюнет приходит уставший и засыпает чуть ли не у порога. На выходных Олег, разумеется, тоже с любимой Анной гуляет. Будто мало им будней в обнимку друг с другом. Хоть бы с другом немного времени провел... Теперь все, что Сережа мог — это не показывать свое явно заметное отвращение к подружке брюнета. Однако удерживаться от колкостей он не мог. Каждый раз, стоит Олегу подойти, как он слышал: — А чего ты не с Аней? Беги к ней скорее, вдруг ее, бедненькую, украдут! В ответ Олег лишь огорченно смотрел и уходил. Он предпринял уже сотню попыток поговорить с другом, но рыжий не желал идти на контакт. Честно говоря, Волков сам был не в восторге от времяпровождения с Архиповой. Девочка порой его сильно раздражала, постоянно что-то требовала, не отпускала и очень много говорила. Стоило Олегу отойти от нее на метр, как та закатывала истерику и говорила, как ей плохо и одиноко. Брюнету оставалось только терпеть и делать вид, что ему интересно слушать про ее очередное новое платье или лак для ногтей. На уроках он то и дело засматривался на рыжую макушку Разумовского, следил за его движениями и ловил каждый обиженный взгляд блестящих голубых глазок. Парень тогда даже не подозревал, каким брошенным и не нужным чувствовал себя его сосед.

***

Тусклый свет солнца освещал опустевшие коридоры школы. Уроки давно закончились, и все разошлись по домам. Один лишь Сережа сидел допоздна в библиотеке, сливаясь с книгами. Кроме них у него никого не осталось. Наконец, дочитав, он встал и отнес интересную литературу на полку стеллажа. Попрощавшись с доброй библиотекаршей, Разумовский вышел и тут же встретился с поджидающим у двери Олегом. Удивление быстро сменилось раздражением и, нахмурившись, он фыркнул: — Маньяк. Чего тут забыл? Аня, как я помню книгами не увлекается. — Я с тобой поговорить хотел. — Нам не о чем говорить. С Архиповой пообщайся, если скучно, — холодно ответил рыжий и направился к выходу. В глазах у него от чего-то защипало, а в горле словно ком застрял. — Да стой же ты! — крикнул Волков, хватая беглеца за руку — Выслушай меня, прошу! — Получив одобрительный кивок, юноша продолжил уже спокойнее. — Слушай, ты злишься, я знаю. Мне очень жаль, что так много времени провожу с Аней, но пойми, у меня нет выбора! Она покоя мне не дает, все время рядом, много требует. Но ее тоже ведь можно понять, знаешь? У нее ведь друзей нет совсем, тяжело, наверное... — А мне не тяжело? — Что? — А мне по твоему не тяжело? — вскрикнул рыжий, повернувшись к другу. — Ты бросил меня! Променял на нее! Знаешь же, что кроме тебя у меня никого! Я все эти два гребанных месяца места себе не находил, думал, что больше тебе не нужен! Неужели не понимаешь... — Серый, я понимаю, просто... — начал было Олег. — Нет, ни черта ты не понимаешь, Волче! Для тебя есть только она. Только ее ты любишь и только она тебе нужна. И наверное, это нормально — влюбляться в девочек, общаться и гулять с ними, но... Меня всего от чего-то трясет при мысли, что она может тебе нравится. Я, наверное, сошел с ума... — его голос дрожал, а на глазах проступила влага. — Олег, я... Разумовский рывком притянул парня, вцепившись в его рубашку, и, посмотрев прямо в ошалелые карие глаза, впился в его губы своими. Поцелуй был совсем неумелый и невинный, но даже этого было достаточно, чтобы Олег все понял. Он не отталкивал и не сопротивлялся, просто ждал, положив руку Сереже на щеку. Разорвав поцелуй, парень напугано посмотрел на брюнета, осознавая произошедшее, и, схватив упавший рюкзак, убежал.