Criteria of love / Критерии любви

***

3 месяца спустя

      Какой идиот придумал собрания в такую рань?       Ольга Сергеевна, конечно.       Не идиот. Но абсолютно несносная женщина.       Вадим с тяжелым вздохом поднялся по ступенькам, оказываясь на третьем этаже университета. Он огляделся, замечая несколько знакомых лиц из преподавательского состава, и направился к конференц-залу, стеклянные двери которого были открыты нараспашку.       Внутри уже сидело несколько человек, со скучающим видом наблюдая за птицами за окном. Проректор, кивнув головой, поспешил сесть на своё место – справа от ректорского. Остальные участники стали подтягиваться за несколько минут до назначенного времени.       Наконец в дверях появилась Москвина. Вадим, на мгновение задержав на ней взгляд, осмотрел женщину: она была одета в черный классический комбинезон с широким поясом на талии. Цоканье каблуков разрушило тишину, пока Ольга шла к своему месту; Казанцев наблюдал за ней, каждый раз с ещё большим интересом, чем прежде.       – Добрый день, коллеги. Рада всех видеть, – её голос – строгий, четкий и властный – заставил всех ожить, выйти из раздумий и подключиться к работе. Женщина бросила взгляд на подчиненных за круглым столом, усаживаясь на своё место. – Итак, какие-нибудь важные вопросы, прежде, чем я начну обсуждение?       – Извините! – ректора привлек тонкий голос Надежды Владимировны, преподавателя по общей экономике. Ольга кивнула, подталкивая продолжить. – Тут возник вопрос, причем не только у меня.., но и у некоторых моих коллег. Проблема в нашей новоиспеченной хоккейной команде.. Понимаете, в чем дело: ребята безбожно пропускают девяносто процентов лекций, а после бегают за нами, чтобы закрыть пропуски и умоляют допустить к сессии. Это порядком..       – Вы не можете разобраться с кучкой студентов? – Москвина перебила её, вскидывая бровь. Острый взгляд пригвоздил женщину к месту.       – Могу, просто.. Вадим Юрьевич иногда мешает разбираться с этими самыми студентами!       Ольга бросила недовольный взгляд на проректора, поджимая губы. Она прекрасно знала о каждом шаге этого мужчины, но предпочла не делать замечаний, сама до конца не понимания – почему. Пару месяцев работы с ним под одной крышей, в соседних кабинетах, позволили ей привыкнуть к его существованию, даже проникнуться, заинтересоваться им.       – Вы хотите сказать, что у проректора по молодежной политике дел других нет, кроме как бегать за вами и мешать работать со студентами? – проговорила ректор, по-прежнему неотрывно глядя на Казанцева.       – Ольга Сергеевна, но.., – Надежда запнулась, встретившись с осуждением на лице Москвиной.       – Если у вас есть доказательства, то прошу. Если нет, то это бессмысленно. Не думаю, что Вадим Юрьевич может опуститься до такого. Впрочем, дела хоккейной команды и всё, что с ними связано, решает он и только он.       Казанцев ухмыльнулся, совершенно пораженный подобным выкидом со стороны женщины, которая, казалось, избегала его всеми возможными способами.       – Думаю, что этот вопрос закрыт. Теперь я перейду к тому, зачем я здесь всех собрала. Неделю назад к нам поступил приказ об участии в Съезде союза ректоров. Прошу всех заведующих кафедрами и отделами приготовить в течении этой недели отчеты о проделанной за прошлый год работе и прислать мне на почту. Методические приложения уже были высланы вам, коллеги, – она звучала уверенно, без капли смущения, словно читала текст по бегающей строчке.       Но, несмотря на внешнюю стойкость, внутри бурлила кровь от захлестнувших эмоций. Она потянулась к бутылке с водой – и первое, что увидел Вадим – это то, как её пальцы дрожали на весу. Он нахмурился, наконец, обращая внимание на осунувшееся лицо, на глаза без прежнего мерцания, на отсутствие той стойкости, которой женщина покорила его в первый день.       – Но это ещё не всё, – продолжила ректор, вновь привлекая внимание слушающих. – Командировка туда означает моё отсутствие в университете. В это время меня будет заменять София Андреевна – наш нынешний проректор по учебной части, которая, к сожалению, сейчас отсутствует здесь. Поэтому по всем вопросам будете обращаться к ней.       Ольга шумно и раздраженно выдохнула, когда попытка открыть бутылку не увенчалась успехом. Она с грохотом поставила её в сторону, пытаясь внимательно слушать говорившего коллегу. Женщина заметила движение, кидая взгляд на Вадима: тот, сидя с бесстрастным, скучающим лицом, потянулся за её бутылкой. Она возмущенно открыла рот, чтобы спросить его, но замерла, когда он протянул её обратно – теперь открытой.       Что за акт безвозмездной помощи?       – Спасибо, – всё же тихо прошептала она, слегка улыбаясь уголками губ. Интерес к его действиям был практически неотвратим для неё теперь, поэтому остаток собрания она, то и дело, бросала в его сторону легкие взгляды, встречаясь с его бездонно голубыми глазами.

***

      « Вадим Юрьевич, зайдите ко мне после двух, пожалуйста. »       Она бросила ему вслед, когда мужчина выходил с собрания. На часах было 14.28 – идеально для того, чтобы наведаться к ректору.       Зачем я ей нужен? Всё-таки вздумала ругать?       Вадим ухмыльнулся собственной мысли – чтобы она ругала его? Хотя, не совсем маловероятно, зная её вспыльчивый характер. Он вышел в приемную, бросая взгляд на секретаря, сидящую за своим столом. Что-то щелкнуло в его голове, и он довольно улыбнулся.       – Настенька, можно вас отвлечь от столь интересной работы? – слащаво произнёс Казанцев, опираясь на стол.       – Слушаю, Вадим Юрьевич, – девушка подняла на него выразительные глаза, слегка прищуриваясь.       – У меня тут такой.. деликатный вопрос. Касаемо Ольги Сергеевны, – поспешил добавить он.       – Хм? Ольга Сергеевна? Что-то случилось?       – Нет.. Но, вот, вы на неё долго работаете и наверняка знаете, какие она любит конфеты. Не подскажете? С меня благодарность, – мужчина подмигнул, ожидая ответа.       – О, конфеты.. Знаю.. Там такое название.. Я вам сейчас напишу! – девушка оторвала небольшой кусочек бумаги и быстро набросала там название. – Вот, держите. Только имейте в виду, они очень дорогие, – протягивая листок, произнесла Анастасия.       – Да.. Ради Ольги Сергеевны на любые жертвы, Настенька. Благодарен! – он взглянул на лист, читая название.       «Lindt Lindor»       (шоколадные с фундучной крошкой!)       Поищем.. И обязательно угостим.

***

      Женщина дернулась, услышав скрип внезапно открывшейся двери. Она качнулась на кресле, оборачиваясь, и посмотрела на вошедшего мужчину пустым взглядом.       – Ольга Сергеевна, вы просили зайти.., – он оборвался на полуслове, глядя на неё: яркие лучи зимнего солнца идеально ложились на её профиль – раньше слегка румяные полные щеки теперь казались впалыми, глаза потеряли былое мерцание и выглядели уставшими, брови нахмурены, губы поджаты. Всё в ней было не так – это была не та строгая, непоколебимая Ольга Сергеевна: сейчас перед ним сидела изнурённая и вымотанная Оля – женщина, на чьи плечи неожиданно взмостили такой груз.        – Да, Вадим Юрьевич, проходите, – его голос предательски дрогнул, хотя в лице она оставалась невозмутимой; женщина махнула рукой на ближайший стул, словно приглашая.       Вадим кивнул, закрывая за собой дверь. Он быстро преодолел расстояние и оказался у её стола, неотрывно глядя на женщину с беспокойным интересом.       – Извините, что отрываю вас от работы. У меня к вам.. предложение, если можно так сказать. Я слышала, что вы сейчас в активном поиске спонсоров. На съезде, который я должна буду посетить на новой неделе, также будут присутствовать спонсоры, в том числе и спортивные. Я могла бы и сама договориться, но, честно признаюсь, всё ещё не до конца понимаю суть вашей.. работы. Поэтому.. мы могли бы поехать вместе – я, чтобы решить вопросы по учебной части, а вы – договориться о финансовой помощи своей команде. Как вы на это смотрите?       Вадим склонил голову, внимательно слушая женщину. Это было хорошее предложение, но очень неожиданное. Мужчина слегка прищурился глаза, обдумывая слова Ольги, но призрачное ощущение недосказанности не покидало его.       – Это звучит интересно, Ольга Сергеевна. Не думал, что вы интересуетесь делами команды. Приятно удивлен и даже, наверное, обязан согласиться..       С её губ сорвался судорожный вздох, наполненный облегчением. Это ещё больше укрепило веру Вадима в то, что Москвина тщательно обходит стороной истинную причину своей просьбы.       Что она, черт возьми, скрывает?       – Где проходит это мероприятие? – поинтересовался Вадим, складывая руки в замок на столе.       – В Московском Государственном имени Ломоносова. Там нужно быть к часу дня, значит выехать где-то в восемь утра. Руководство университета предоставляет временное место проживания – небольшой отель, за это можете не переживать.       – Как вы собираетесь добираться?       – Я пока не думала, честно говоря.. Такси, наверное.., – Ольга слегка улыбнулась. – Вообще, не очень хочется туда ехать..       – Привыкаете к должности?       – Пытаюсь, Вадим Юрьевич. Очень пытаюсь.       – Вы – хороший ректор, Ольга Сергеевна, – уверенно произнёс Казанцев. – Я заеду за вами в понедельник, будьте готовы. Поедем на моей машине, вы только напишете мне свой адрес.       – Ну, что вы, Вадим Юрьевич, я как-нибудь сама..       – Ольга Сергеевна, я всё равно поеду на машине, какая разница? – он отдернул её, не желая слушать протесты.       – Ну.. хорошо. Я сброшу смс-кой адрес. Спасибо вам большое, Вадим Юрьевич! – женщина, заправляя выбившуюся прядь за ухо, благодарно улыбнулась.       – Пока не за что.., Ольга Сергеевна.       Когда дверь за ним захлопнулась, женщина откинулась на кресло, прикрывая глаза от усталости. Тугой узел беспокойства сковал грудь, сбивая дыхание, и Ольга потянулась за стаканом воды.       Тишину кабинета разрушило внезапно пришедшее уведомление на её телефон. Лишь мягкий вздох сорвался с губ, когда она увидела отправителя – борьба только начиналась, и Москвина это прекрасно осознавала.