Тень дружбы

Майкрофт знал с самого начала, игра с Мориарти закончится новой проблемой. Поэтому придумал варианты отхода. Инсценировка была его. Отвлекающие манёвры, фальшивые документы, замена тела, кровь — всё его. Шерлок превосходно сыграл. Звонок Джону. Прыжок. Смерть. Тишина. А потом — тень. Сквозь щели. По подвалам. Через агентов. В камере наблюдения пару раз мелькнуло его лицо. Жив. Уже у Майкрофта в особняке. Спит. Майкрофт Холмс не крутил в руках брелоки, не щёлкал ручками, не отращивал ногти, чтобы отгрызать в моменты стресса. Он просто смотрел. Это у него называлось «анализировать». Он сидел в своём кабинете — классическом раю для педанта. Ровные стопки папок, идеально отцентрированный экран, викторианские часы, которые всегда шли на полминуты вперёд, потому что это был единственный способ обогнать время. На столе перед Майкрофтом стоял монитор. Левый экран — улицы Лондона. Центральный — квартира Лестрейда. Правый — отражение лица Холмса, чтобы не забыть, как выглядит отчаяние, когда снимаешь пиджак и галстук. Если бы у него спросили, как именно выглядит моральное разложение, Майкрофт показал бы сегодняшнего Грега Лестрейда. Впрочем, никто не спрашивал. Всем было плевать.. На экране Грегори лежал на диване. А под ним расположилась тетка в леопардовых лосинах и с размазанными синими тенями, будто она целый день слушала Адель в подвале. Только что Лестрейд плакал и называл себя "убийцей друга" , а леопардовая девица утешала его, поглаживая по голове, как щенка, которого не взяли на выставку. Шерлок появился внезапно, как приступ мигрени. - Смотришь реалити-шоу, братец? Новый сезон "Крах уважаемых людей". В главной роли: Грегори Лестрейд. Режиссёр — твой комплекс спасателя. - Он деградирует, - ответил Майкрофт - А ты не Бог, — ухмыльнулся Шерлок. — Хотя, спорно. Он пододвинул кресло и уселся в него, глядя на экран. — Всё тот же Лестрейд. Помнишь, как он на первом курсе пытался отговорить тебя от написания эссе про структуру государственного контроля через архитектуру станций лондонской подземки? — Он был слишком практичен. - Скорее, слишком восхищён тобой. Майкрофт не отреагировал. Смотрел, как Лестрейд поднимается с дивана, пытается налить виски из пустой бутылки и в отчаянии целует леопардовую девицу в лоб. Та при этом мурлычет, как старый кот с больными почками. — Я убил друга, — прошептал Грег на ухо собутыльнице . — Зачем ты записываешь это? — спросил Шерлок, подсматривая в блокнот брата. — Это не блокнот. Это рапорт. — А я-то думаю, с каких пор ты стал дневник вести. — Я отслеживаю состояние Грега. — Его состояние — четыре бутылки "Ballantine's" и моральный суицид. Анализ завершён. — Я должен понимать, когда он дойдёт до точки невозврата. — Ты её уже проспал. В прошлый вторник, когда он пытался перепутать свою обувь с утюгом. Майкрофт сжал челюсть. — Я не могу вмешаться. — Потому что боишься за конспирацию? — Потому что я уже засветился. — А ещё потому, что боишься, что он тебя пошлёт. Или ударит. Или — о, ужас! — скажет спасибо. На экране Лестрейд танцевал что-то между полькой и сердечным приступом. Майкрофт отодвинул клавиатуру. — Я должен ехать. — Вперёд, герой. Только не забудь зонт Оставшись один Шерлок с сожалением смотрел, как Лестрейд изображает Энди Рурка. — Господи, Грег. Ты же когда-то арестовал меня. А теперь танцуешь с бывшей швеёй из Бирмингема под The Smiths. Он усмехнулся. — Живи, чёрт тебя побери. У нас ещё впереди второй акт этой мыльной трагедии.