Я выбираю... тебя...

      Этим утром, когда Макс меня подвёз в редакцию «Сверхъестественное», он пригласил меня на свидание, а я же пообещала подумать. Когда рабочий день подошёл к концу, за мной приехал Виктор. У него дома мы разговорились. Он не давал мне заскучать. — «Стоило бы принять приглашение Макса. Или… нет?» — я смотрела на руки Виктора, что продлили мне ароматный китайский чай. — «Может всё-таки попробовать с Виктором? Так… Надо, наконец, определиться, интересует меня кто-то из них…»       Выбор был непростой, они оба нравились мне. Я была запутана. Моё сердце разрывалось между двумя мужчинами — Максом и Виктором. Они были привлекательны по-своему: Макс — страстный, смешной, сильный, а Виктор — спокойный, рассудительный, властный.       Я решила дать себе ночь на раздумья и направилась в комнату для гостей, которую Виктор любезно мне выделил. После контрастного душа я думала, что быстрее усну от усталости. Но эта ночь оказалась бессонной. Я ворочалась с боку на бок, атласная серая простынь приятно холодила кожу. Пытаясь заставить свои мысли утихнуть хоть на минуту, я стала считать до ста, но это не помогало.       В голове крутились образы обоих мужчин: Макс, с его озорным взглядом и заразительной улыбкой, и Виктор, с его спокойной уверенностью и внимательным взглядом. Каждый из них был особенным, каждый дарил мне что-то своё.       Макс за короткое время знакомства наполнил мою жизнь яркими красками, страстью. С ним я чувствовала себя живой, свободной, готовой на всё. Виктор же давал мне чувство безопасности, стабильности, уверенности в завтрашнем дне. Рядом с ним я ощущала себя защищённой, нужной.       Я понимала, что от этого решения зависит многое, и мне нужно быть честной как с собой, так и с ними.

***

      Сердце колотилось в груди, словно испуганная птичка, отчаянно пытающаяся выбраться из клетки. Прохладный пот покрыл кожу, а дыхание сбилось, превратившись в учащенные, прерывистые вдохи. Шорох, тихий, едва уловимый, разбудил меня посреди ночи. За панорамными окнами царила непроглядная тьма, окутанная таинственным, темным лесом.       Я резко села на кровати, напряглась, словно пружина, готовая в любую секунду сорваться. Зрение, мутное от сна, пыталось пронзить тьму, найти источник странного звука. И вдруг, прямо рядом со мной, сел… он. Тень, очерченная лишь лунным светом, сдвинулась на кровать, и я, не раздумывая, бросилась вперед, пытаясь защитить себя.       Кулак, сжат до предела, пронесся мимо его лица всего в нескольких сантиметрах. — Осторожней, — он перехватил мою руку, крепко, но не больно. Голос был хриплым, словно он только что проснулся от долгого сна. — Это я, Макс. — Макс? Ты что здесь делаешь? — он был лишь в одних чёрных брюках с голым торсом. Мужчина не отпустил мою руку, продолжая смотреть мне в глаза.       Я заметила, что на мне не моя синяя ночная рубашка, а изумрудная, полупрозрачная, кружевная сорочка и под ней ничего больше не было. Она была легкой, воздушной, и немного просвечивала, открывая миру очертания моего тела. Под нами красовалась атласная красная простыня. Разве она не была серой?       Паника сжала мне горло. Я инстинктивно потянулась к простыне, пытаясь найти что-нибудь, чем бы прикрыть свою полунаготу, но рядом ничего не было. Моя кожа горела от некомфортности и чего-то ещё. Что происходит? Где я? И главное — что делает Макс здесь, в моей спальне, посреди ночи, одетый лишь в брюки? Виктор бы точно не пустил его к себе домой, да и ещё в таком виде. — Я узнал, что ты не можешь выбрать между мной и вампиром, — его свободная рука нежно прошлась по щеке к волосам, — Поэтому помогу тебе сделать выбор… — Макс наклонился к мне, шепча прямо в губы. — в мою пользу…       По другую сторону от меня, кто-то сел. Он мягко развернул к себе за плечо, во тьме сверкнули янтарно-медовые глаза. Виктор… — Ты будешь принадлежать только мне, девочка моя… — его губы оставили лёгкий поцелуй на тыльной стороне руки, медленно поднимаясь к плечу. Холодные уста наконец нашли шею, от чего тело непроизвольно дрогнуло. — Тебе холодно?       Макс настойчиво повернул ладонью моё лицо к себе, носом проведя по щеке. — Я тебя согрею…       Он настойчиво поцеловал меня в губы, покусывая и играя с языком. Виктор прервал наш поцелуй, повернув к себе, нежно накрыл мои уста. Он целует, покусывает, играет языком, а я тону в этом водовороте чувств, не зная, как выбраться. Они вместе стали целовать мою шею поцелуями, создавая яркий контраст холода и жара. Щёки горели, дышать стало тяжело, что закружилась голова.       Это так странно, так не правильно… Но от этого становилось ещё страшнее, потому что я не могла отрицать, что мне это безумно нравится. Мужские губы касались каждого дюйма кожи шеи, ключиц, плеч… Из меня вырвался стон, когда Виктор оставил первый засос. — Ты такая сладкая…       Макс, вцепился в меня своими губами, грубо, срывая поцелуй, который начался так нежно. Я зарылась в его волосы, сжимала их, заставляя его приоткрыть рот.       Виктор с холодным спокойствием щекотно спустил лямку сорочки, обнажая правую грудь. Его холодные пальцы слегка коснулись бугорка, от чего он затвердел ещё больше. Он полностью обхватил грудь рукой, массируя мягкими движениями. Макс оторвался от моих губ, но Виктор не дал мне передохнуть. Его губы снова захватили мои истерзанные, жадно и властно. Моё тело плавилось под его прикосновениями, разум терялся в лабиринте страсти и страха.       Руки блондина гуляли по моему телу от ног до груди и обратно. Приспустил вторую лямку, обхватил зубами левый сосок, что я простонала в рот Виктора. Макс был настолько горячий, что даже мелкое прикосновение вызывал ожог. Он напорист, не сдержан, силён, что я словно бабочка, зачарованная его огнём, летела не боясь обжечь крылья.       Ван Арт же напротив был холоден, но его касания на коже казались лёгким морозом. В отличии от Макса, он мягок, нежен, аккуратен. Он обращался со мной, как к самому хрупкому в мире минералу. Не желая, оставаться безучастной, я оттягивала их волосы, гладила шеи, крепкие груди касаясь затвердевших сосков. Проведя вниз по торсу, случайно задела возбужденную плоть Виктора, от чего тот тихо застонал.       Я чувствовала себя зажатой в тисках противоречий. С одной стороны, тянулась к Максу, к его страсти, к его жару. С другой — боялась потерять контроль, утонуть в этом океане чувств. Виктор же казался мне спасательным кругом, холодным и твёрдым, но надёжным. Неожиданно, мои руки сами собой потянулись к нему, я хотела прикоснуться к его лицу, почувствовать его холодную кожу. Но Макс, словно почувствовав мою отвлечённость, усилил напор, сжал меня в своих объятиях, оставляя на моей коже следы от ногтей.       Макс хотел полностью завладеть моим телом, вытеснить своего соперника в лице вампира из игры, сжимая правую ягодицу и оставляя засосы на ключице. Он наклонился, заставляя меня лечь спиной на прохладную ткань, практически нависая надо мной. Виктор лёг рядом, снова взялся ласкать грудь не забывая играть с другой. Пальцы оборотня спустились вниз и приподняв сорочку, пальцами провёл по клитору массируя и размазывая смазку, от чего я приподняла таз от удовольствия. Он медленно вставил в меня пальцы во всю длину. — Ах… — я закусила нижнюю губу, выгнув шею, полностью делая её доступной и блондин не упустил шанса этим пользоваться. — Ну как, приятно? Ты уже так сильно намокла, — Виктор стиснул зубы и повернул моё лицо к себе, поцеловал по-французски. О, я не знала что он так чертовски невероятно владеет своим языком. Посасывая нижнюю губу, он с резко и коротко вводит язык в рот, что невероятно возбуждает. Мне показалось, он с вызовом посмотрел на Макса, от чего тот тихо зарычал. — Я тебе не проиграю.       Он вскочил, и куда-то подвинулся, мне было плохо видно, ведь язык вампира полностью овладел моим сознанием. Я резко посмотрела вниз, когда Макс раздвинул мои ноги, удобно устроившись между ними. — Раз верхние губы заняты, — он облизнулся, заправив прядь за ухо. — пожалуй займусь нижними.       Его губы, горячие, влажные, блуждали по моей коже, оставляя за собой огненный след. Я чувствовала, как его язык скользит по самому чувствительному месту, вызывая в моем теле бурю страстей. Стоны, рвущиеся из груди, — это всё, что я могла выдавить из себя. Сильные руки сжимали мои ягодицы, бёдра, гладили по животу, мягко царапали рёбра оставляя розовые полосы. — Вот гад… — Виктор снова поцеловал меня, но уже с напором. Он целовал меня с такой жадностью, будто хотел поглотить мою душу. Целоваться и в тоже время чувствовать, как мне лижут внизу… Это и вправду невероятно возбуждает! Я прижалась к вампиру обвив шею, углубляя наш поцелуй.       Незабываемые чувства, что сейчас испытываю не описать никакими словами. Череда ласк этих дразнящих пар рук, губ, прикосновений вызвали у меня непрекращающиеся стоны. Горячий язык Макса был так быстр и проворен, что нахлынувшее на меня наслаждение было таким острым и неистовым. Дыхание, голос и вся эта ночь слились воедино и стали уплывать куда то. Очень тщательно, ни на секунду не отрываясь от своего занятия, он исследовал подвижные складки кожи, ощупывал языком гладкие лепестки, впитывая в себя эссенцию. Моё тело изогнулось, когда я подошла к пику и меня забила мелкая, приятная дрожь.       Прокладывая дорожку коротких касаний губами вверх, Макс уткнулся в ложбинку между грудями, стал исследовать её губами и кончиком языка. Виктор прикусил мочку уха и томно прошептал. — Мия, разреши мне войти в тебя? — его рука пробралась вниз, погладила живот направляясь ниже, где возбуждение ещё не прошло. — Позволь это сделать мне, я доставлю тебе яркие эмоции, — оборотень коснулся носом моей щеки, оставляя поцелуй на уголке губ. Я повернулась к вампиру. — Вик…       Одно имя, всё ясно без слов… Это прозвучало как мольба, нежели просьба. Он чуть улыбнулся, поцеловал напоследок в губы, перебрался ниже. Макс грозно проследил за его действиями, но смирился с моим выбором. Послышался звук расстегивающейся молнии, кровать продавливалась под весом обоих мужчин, что снимали раздражающие меня брюки.       Головка члена Виктора терлась об влажное лоно, медленно вошёл внутрь, следя за моей реакцией, не желая делать мне больно. Одним движением бёдер плавно, глубоко проник в меня, полностью овладев.       Я вскрикнула от наслаждения. Я приняла его в себя, призывая взять всю. Я хотела его, хотела безумно. В момент наивысшего блаженства мы слились в едином движении, едином порыве. Тихие, страстные и гортанные, хрипловатые звуки несказанного наслаждения вырывались из наших уст.       Рука Макса взяла мою, положил на свой возбужденный член, не желая оставаться вне игры. Приблизившись к моему лицу, я взяла в ротик его головку посасывая и облизывая. Я втянула его так глубоко, насколько смогла, чувствуя его пульсацию, его жаркий огонь, который разгорался всё сильнее с каждым моим движением. Я знала, что он желает большего, и я готова была дать ему всё.       Макс сильно содрогнулся от удовольствия, и я круговыми движениями провела языком по его набухшему чувствительному кончику, потом плотно сомкнула губы на верхушке и пососала его, сильно поднимая, увеличивая его удовольствие лаской губ. Он стонал, прикрыв глаза и сжимая мою грудь, теребя сосок.       Я чувствовала себя сильной, желанной, свободной. Никаких угрызений совести, никаких сомнений. Только чистый, необузданный инстинкт. Вспышка удовольствия ударила во мне с новой силой, когда я выпустила член Макса из своего рта. Тело мое вздрогнуло, объятое свежей волной дрожи. Виктор и Макс мгновенно поменялись местами. Блондин перевернул поставил меня на колени, прижался своей грудью ко мне спиной, грудью к моим плечам, и вошёл в меня без лишних слов, заставив меня крикнуть от ощущения заполненности. Одна рука сжимала грудь, а другая ласкала клитор. Губы целовали шею, оставляя новые метки.       Сердце мое колотилось в груди, а мысли путались в голове. Их руки скользили по моему телу, вызывая мурашки и волны возбуждения. Толчки Макса были резкими, он двигался без остановки, рука умело стимулировала внизу. — Какая ты узкая и горячая, — прорычал он, его слова зажгли мою кожу огнём стыда.       Я покраснела, чувствуя себя словно пойманная в ловушку. Виктор встал передо мной, и я оказалась зажатая между мужскими мощными, опаленным и морозным телами, словно между огнём и льдом. Ван Арт обнажил свои клыки, отодвинул волосы и коснулся ими кожи шеи, облизнул извиняясь и вонзил зубы в изгиб плеча. Я вскрикнула от боли, обняла его шею, сжимая волосы между пальцами. Такое странное ощущение… Возбуждение и боль перемешались в одно целое.       Тройное чувственное нападение рта, фаллоса и пальцев, умело обращающихся с моим телом, разрушило всю мою защиту, и я в третий раз содрогнулась от долгого яростного оргазма. Внутренние мышцы сомкнулись вокруг него, и я часто и тяжело задышала, глубоко втягивая воздух. Мои ногти впились и царапали спину Виктора. С низким, первобытным рычанием, Макс наконец то отдался во власть оргазма. Макс наклонился к моему уху и прошептал. — Мы будем делать это всю ночь… Ты принадлежишь мне… — его слова прозвучали как обещание, как угроза, как сладкая пытка. Я знала, что не смогу противостоять им обоим и другого выхода у меня не было.       Виктор поцеловал меня в шею, его губы оставляли на моей коже горячие следы. — Ты наша, — прохрипел он, и в его голосе слышалась уверенность, которой я не могла сопротивляться. — Ты моя…       Я была захвачена в этой страсти, в этом водовороте чувств. Моё тело принадлежало им, моя душа отдавала им дань. Я была их пленницей, их рабыней, и мне нравилось это…

***

      Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, я с трудом открыла глаз и застонала от тяжести в теле. Низ живота безумно ныл, было невыносимо жарко, что даже часть одеяла отлетела на пол. Подушки разбросаны по кровати, одна едва держалась чтобы не упасть. Простынь вся смялась.       Кожа покрылась испариной, сердце стучало, кровь прилила к щекам, в горле пересохло, а дыхание неровное. В дверь деликатно постучались. — Мия, доброе утро, ты проснулась? — за дверью раздался голос Виктора. — Мне показалось, я слышал стоны, у тебя всё в порядке? — Доброе утро, Виктор. Всё в порядке, просто приснился кошмар, — я закусила губу. — «Это был соблазнительный кошмар… Но об этом говорить не обязательно». — Я жду тебя внизу, приготовлю успокаивающий чай. — Благодарю, — его шаги стали тише, я глубоко выдохнула.       Этот сон… Был ли он ответом на мой вопрос? Возможно. Ведь теперь я точно знаю кого люблю…

Я выбираю… тебя…