Близнецы Ким.

Утро не обещало пощады. Свет врывался сквозь шторы, как незваный гость, и рисовал полосы на полу. В комнате пахло телами и всё той же лавандой, но теперь запах казался более тёплым, интимным. Теиль проснулся первым. Его рука лежала на талии Тео, пальцы всё ещё ощущали кожу — тонкую, тёплую, знакомую до боли. Брат спал, уткнувшись носом в его шею, и что-то тихо бормотал во сне. Брат. Это слово теперь будто приобрело другой вес. Странный, непонятный, одновременно тяжёлый и невесомый. Теиль медленно отстранился, стараясь не разбудить Тео, сел на кровать и провёл рукой по лицу. На коже всё ещё ощущался шепот его имени, губы, царапины от ногтей, оставленные в порыве желания. Он опустил взгляд на брата. Тео выглядел беззащитным, почти детским — и в то же время невозможным. Этим утром он казался ещё красивее. Или, может, просто опаснее. "Ты — мой." Вчера это было правдой. А сегодня? — Не думай слишком много, — раздался хриплый голос сзади. Тео проснулся, даже не открыв глаз. Он потянулся, как кот, и, не стесняясь, обвил рукой талию Теиля, уткнулся лбом в его спину. — Ты будешь ненавидеть меня за это, да? — прошептал Теиль. — Нет, — Тео медленно сел, зевнув. Волосы растрёпаны, глаза чуть опухшие от сна. — Я уже слишком глубоко. Назад нет. Он склонился ближе и оставил лёгкий поцелуй на плече брата. — И не притворяйся, будто ты не хочешь того же. — А если мама зайдёт? — с сухим смешком сказал Теиль. — Мы закрыли на ключ. Опять. — Это уже не помогает. Не от того, что творится внутри. Тео поднялся и пошёл к окну. Голый по пояс, он выглядел как что-то из неправильной сказки. Он приоткрыл штору и присвистнул. — Дождь ушёл. Всё стало слишком… ясным. — Ты боишься ясности? — спросил Теиль, натягивая рубашку. — Нет. Я боюсь того, что мы будем делать теперь. Тео обернулся. — А что мы будем делать, Теиль? Они смотрели друг на друга. Не как раньше. Больше не как "один и тот же". — Будем притворяться, что ничего не случилось? — продолжал Тео. — Или… — Или будем жить с этим. Каждый день. Каждую ночь. Теиль встал, подошёл, встал рядом с братом у окна. — Только без лжи. Без игр. Просто ты и я. — И всё, что между нами, — кивнул Тео. — Не братство. Больше. Он коснулся пальцами руки Теиля. — Если ты готов, я не уйду. — А если кто-то узнает? — Они не отличат нас. Никогда. Для мира мы просто два одинаковых лица. Но мы-то знаем, кто мы. Кто ты для меня. Теиль кивнул, прижавшись лбом к его виску. — Тогда я обещаю: никуда тебя не отпущу. И в этот момент где-то в доме щёлкнула дверная ручка. Они оба вздрогнули. — Тео? Теиль? Вы проснулись? — голос мамы звучал слабо, но приближался. — Чёрт! — прошептали они в унисон. Тео прыгнул на кровать, натягивая на себя одеяло, а Теиль метнулся к двери, щёлкнул замком. — Сейчас! — крикнул он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Завтрак готов, спускайтесь, — сказала мама и удалилась. Они замерли. Посмотрели друг на друга. Улыбнулись. — Всё, как обычно, — усмехнулся Тео. — Почти, — ответил Теиль. — Кроме того, что теперь я хочу целовать тебя каждый день. И он сделал это — короткий, быстрый поцелуй, будто прощание. Но на самом деле — обещание.

***

Школа казалась вымышленной декорацией — слишком светлой, слишком шумной, слишком неуместной после той ночи. Тео шёл по коридору первым, держа руки в карманах, волосы чуть растрёпаны, взгляд — наглый, вызывающий. За ним — Теиль, на полшага сзади, спокойный, как обычно. Как щит. Или как тот, кто боится показывать выражение лица на людях. — У тебя губы покусаны, — шепнул он, почти не шевеля губами. — А у тебя след на шее. Как думаешь, заметят? — усмехнулся Тео. — Очень надеюсь, что нет. Они шли молча, пока не услышали голос за спиной: — Эй, Кимы. Вы вообще спите когда-нибудь? Или только дерётесь друг с другом? Это был Чжинён, из параллели. Он всегда любил вставлять нос куда не просят. — Не твоё дело, — бросил Тео, даже не оборачиваясь. — Слушай, я просто спросил, — фыркнул Чжинён. — А то вы какие-то… странные. Всё время вместе, всё время шепчетесь, как будто прячете что-то. Теиль резко развернулся, его взгляд стал холодным. — Займись своей жизнью, Чжинён. Пока тебе есть чем. Тот отступил, прищурившись, но больше ничего не сказал. Когда он ушёл, Тео тихо усмехнулся: — Вот ты и сорвался. Поздравляю. Первый раз? — Это ты сорвёшься, если не сбавишь обороты, — буркнул Теиль.

***

Flashback Было лето. Солнце плавило асфальт, и даже птицы казались вялыми. Тео сидел на крыше гаража, раскачиваясь взад-вперёд, как будто балансируя между жизнью и чем-то другим. Теиль нашёл его не сразу. Он бегал по округе с разорванной в клочья футболкой и замирающим сердцем. Когда он наконец увидел его — Тео сидел, сцепив пальцы в замок, на коленях — порезы, на шее — ссадины. — Тео? — голос сорвался. — Не подходи, — буркнул тот. — Не смотри. — Ты опять бился с теми ублюдками? — Теиль подошёл ближе. — Нет. Это я… сам. Теиль застыл. Его дыхание перехватило. — Зачем? — Потому что иначе я не чувствую. Ты понимаешь? Не чувствую ничего. Он резко встал, подошёл к брату, опустился перед ним на колени. — Не смей так больше. Никогда. Хочешь чувствовать — я сделаю так, чтобы ты чувствовал. — Чем? Своей правильностью? — Своей близостью. Он обнял Тео, сильно. Словно пытался сшить его изнутри. — Если хочешь боли — я рядом. Если хочешь тепла — я тоже рядом. Но не делай себе хуже. Я не позволю. Ты мой, Тео. Это был момент, когда Тео впервые заплакал. И впервые — не от одиночества, а от того, что его держали, и не отпускали.

***

На перемене они сидели в пустом классе — Тео курил у окна, Теиль читал какую-то статью, но глаза не двигались по строкам. — Помнишь тот день на крыше? — внезапно спросил Тео. — Ты думаешь, я могу забыть? Тео затушил сигарету и подошёл ближе. Сел на парту рядом, склонился вперёд: — Иногда мне кажется, что я был сломанным с рождения. — А мне — что ты просто слишком чувствительный. — Ты заставляешь меня чувствовать. Это и пугает. Теиль поднял глаза. Медленно. — Тогда давай бояться вместе. Они не поцеловались. Просто смотрели друг на друга — пока кто-то не дёрнул дверь и вбежал одноклассник. — А вот вы где! Вы чё, тут опять вдвоём залипаете? Странные вы, конечно... Тео улыбнулся. — Мы просто слишком одинаковые. Парень пожал плечами и ушёл. А Теиль и Тео снова остались вдвоём — как всегда.