Красные звёзды.

Из всех людей, собравшихся вокруг костра, взгляд Тео непрестанно останавливался на девочке четырнадцати лет со спутавшимися кудрями цвета вороного крыла и большими карими глазами. Девочка старательно косила под мальчика: давила голос, вела себя вызывающе, но в то же время пыталась не выделяться. До нее Тео не должно было быть никакого дела, но он спас ее с неделю назад и теперь чувствовал что-то вроде ответственности, совсем неожиданно для себя. Вот уж что должно было повеселить его старших: забота о детишках никогда не была его сильной стороной. Тео и выстрел сделал лишь из необходимости избавиться от опасного демона в третьей стадии, а оказалось, что от демона этого отбивался теряющий надежду ребенок, эта девочка. — Шерри. — позвал ее Тео и протянул шоколадный батончик, припасенный на самый крайний случай. Тео не знал, зачем прибился к этой явно безнадежной группе парней, но они выглядели ненамного старше него и, похоже, были одной с ним масти. Шерри не казалась своей среди них, поэтому у Тео появился вопрос, по какой причине эти недоумки оставляли ее подле себя. Ответ лежал на поверхности: она девочка, как бы ни пыталась скрыть. Шерри робко улыбнулась и приняла шоколадку. Костер развели ради тепла, но поддерживать огонь всю ночь никто не хотел: решили, что лучше не привлекать внимание, находясь на открытом пространстве в пригороде. Ни один из парней не знал, кому принадлежал этот город, так как вглубь не заходили, но Тео забавляло, как он, обогнув практически всю страну, снова оказался неподалеку от Хьюстона. Чертова судьба не отпускала. Хосе — широкоплечий бородатый мужчина — потрепал Шерри по голове и посоветовал поскорее идти спать. Хосе, их определившийся лидер, казался Тео слишком смелым по отношению к Шерри, когда она совсем избегала смотреть на него; тем не менее, стоило всем улечься спать, как Шерри подползла к Тео и легла возле него спина к спине. Тео отвык от такого тепла, от этого доверия, оно ему не нужно, но против Шерри ничего не имел. Ответственность за братьев наших меньших и всё в таком духе… Тео раскрыл глаза в середине ночи. Что-то было не так, он чувствовал себя будто бы не в своей тарелке. Шерри тихо сопела позади, чей-то храп раздавался чуть поодаль — они расположились в небольшом одноэтажном домишке и улеглись кому как повезло: Тео и Шерри заняли ковер, не блиставший чистотой, но выбирать не приходилось. Каким-то образом близость с девчонкой делало Тео на ранг ниже остальных, а значит никаких диванов и кроватей ему не светило. Тео бросил взгляд на прислонившегося к стене болванчика-блондина — Тео не утруждал себя запоминанием всех имён — который матерью своей клялся, что отлично отслужит полночи на дозоре; однако изо рта его доносилось вполне характерное сопение. Надо же, уснул стоя. Наверное, не очень любил свою маму. Не дело. Тео поднялся, аккуратно прикрывая Шерри своей измазанной кровью курткой, и тихо приблизился к болванчику-блондину. Тот дернулся и полусонно потер глаза. — Чувак, какого хуя? — Тео был крайне заинтересован ответом, пока болванчик-блондин другой рукой поднимал винтовку с пола. Он пробормотал что-то невнятное, видимо, извиняясь, но в тот момент, когда он выпрямился, стрела пригвоздила его светлую голову к стене. Раздался свист. Тео моментально пригнулся, ощутив, как над его макушкой пролетела новая стрела. Мужчины повскакивали со своих мест, толкая друг друга. — Блядские серафиты! — выкрикнул Хосе, оказавшийся за диваном рядом с Тео. Большое окно прямо за спинкой выходило на задний двор, огороженный вполне надежным деревянным забором, и Тео, осторожно выглядывая, уловил копошившихся в кустах людей. Места для маневра было катастрофически мало, но он плюхнулся на пол и направил дуло винтовки в окно. Где-то позади, со стороны кухни, прогремело разбившееся окно, и серафиты оказались в доме. Кто-то из парней уже шел разбираться с атакующими. Тео снял оружие с предохранителя, палец привычно разместился на спусковом крючке. Первый выстрел из огнестрельного оружия в ночной тиши прозвучал почти благословенно. Тео не отвлекался на раздававшиеся позади шаги и выкрики, концентрируясь на тенях за окном: кто-то из отвратительных фанатиков пытался прорваться внутрь со стороны гостиной, но Тео останавливал их выстрелами в голову. У него даже не было времени проверить, где Шерри. Налет на их временное жилище показался тщательно спланированным, и Тео, не понаслышке знающий о тактике серафитов, был уверен, что всё происходящее неспроста. Он допустил только эту мысль, только эту заминку, а в следующий миг один из серафитов пнул ногой его винтовку. Подобрался справа, скотина. Тео перекатился в противоположную сторону от него, выигрывая время на то, чтобы подняться, однако громадный мужик помчался на него с занесенным над головой томагавком, и Тео едва успел уклониться. Хосе что-то прокричал ему, но Тео не стал тратить драгоценные секунды на расшифровку его невнятного ора; вместо этого он схватил вазу с тумбочки в углу и швырнул ее в мудака. Серафит защитил голову вскинутыми руками, и Тео со всей силы вдарил его в солнечное сплетение, а затем кинулся вперед и перерезал горло. Сразу после этого глаза сами собой наткнулись на Шерри, отчаянно сражающуюся с женщиной. Она вдавливала корпус ружья в шею девочки, пока та тратила все силы на то, чтобы ослабить чужую хватку. Тео настиг их всего в несколько шагов и оттащил серафита за волосы, впечатав ее в стену. Патроны — роскошь, решил он, поэтому снова воспользовался ножом. Когда Тео уже хотел вступить в новую схватку с облаченным в коричневый плащ сектантом, Хосе закричал: — Бежим в город! Их дохера! «А что ты хотел?», — спросил бы у него Тео, будь у них время. «Хьюстон у тебя под боком, и ты ожидал, что вокруг не будет полным полно этих мразей?». Он увернулся от оклемавшейся женщины и поднял с пола свой рюкзак. Достигнув отброшенной винтовки, Тео закинул ее за спину и ринулся вслед за Шерри к разбитым окнам. Они выпрыгнули во дворик, Тео помог девчонке перебраться через забор и залез следом. В нескольких метрах от них бежали еще трое, среди которых был и Хосе; остальные четверо из их горе-компании, очевидно, остались позади. Тео не мог понять, как он повелся на ту мнимую безопасность, которую обещала относительно большая группа выживших, но анализировать ситуацию было некогда — Тео начал слышать характерное щелканье. К нему присоединялся свист серафитов, создавая ошеломляющую вакханалию звуков. Они не останавливались. Тео подгонял Шерри, виляние между автомобилями сильно затрудняло бег, но Тео не видел конца затора: видимо, что-то впереди загородило проезд всему городу, когда жители в один момент решили покинуть его в начале эпидемии. — Спрячемся в одном из домов! — Хосе повторил свое предложение, озвученное им же всего несколько часов назад. И куда оно привело? Пространство постепенно будто сужалось: отовсюду появлялись быстрые демоны, заставившие свернуть к домам справа, а позади слышалось бешеное «общение» серафитов. Тео распознавал в свистах приказы избегать встречи с демонами, но останавливаться и вспоминать их язык он не собирался. Серафитские отродья могли в жопу себе засунуть свои переговоры. — Сюда! — крикнул им кто-то из переулка, и в одном из находящихся близко друг к другу домов внезапно распахнулось окно. Тео бежал последним. Он так чертовски последовательно жил, рассчитывая только на свои силы, так старательно избегал схожих ситуаций, не позволяя, чтобы спина была не прикрыта или чтобы впереди были люди, которых он в случае неожиданных ситуаций защитит своим телом. Но Тео проебался. Именно поэтому первым, кто принял помощь человека из дома, был Хосе, а не Тео. Затем последовали двое болванчиков, и только после них забралась Шерри, которую резво втащили в окно. Тео помог ей, подставив руки в качестве эдакой ступени, когда прямо в него влетела туша демона и повалила их обоих на землю. Тео приподнялся на руках, пока демон в неистовстве корчился на земле, но в следующий миг новое тело налетело на него, окончательно сбив с холма. Тео покатился вниз. Появившиеся демоны огородили его от спасительного окна. За крышами домов занимался рассвет, почему-то окрашенный ярко-алым. Тео полетел в бассейн и, едва успев сгруппироваться, больно рухнул на бок. Он увидел, как за ним в бассейн упал демон в ободранной одежде, чья голова уже была изменена из-за кордицепса, и единственным шансом на спасение для Тео было подняться на ноги быстрее, чем противник. Время словно замедлилось, звон в ушах после нелегкого приземления заглушил топот конкретных шагов над собой; до ушей донесся только звук нескольких выстрелов из пистолета, означающих, что голова демона разлетается на сотни ошметков грибка. Тео уже не смотрел на него. Он поднял голову к своему спасителю и встретился взглядом с темной голубизной, показавшейся ему чрезвычайно знакомой. — Какого хе- Что происходит? Тео же не ударялся головой — так что, мать его, происходит? Звуки появлялись постепенно, рывками, и этот человек под громкие выстрелы и крики демонов и серафитов спрыгнул к Тео в бассейн, резко возвращая его в реальность толчком в плечо. — Боже, ты? — у Лиама, кажется, тоже кончился словарный запас. Тео показалось невероятно важным решить всё здесь и сейчас, он даже, поднявшись на ноги, первым делом сделал шаг к парню и раскрыл рот, но внезапно совсем рядом приземлилась Шерри и вскинула пистолет, отстреливая приближающихся демонов. — Чего стоите?! — рыкнула она неожиданно яростно. Лиам отмер первым. — За мной! Тео ничего не оставалось, кроме как следовать совету Лиама. /// Тео наблюдал, как Лиам, суетясь, перепроверял, насколько надежно заколочены окна и придвинута крупная тумба к двери; повзрослевший, в чем не было ничего удивительного, и явно живой — в чем удивительно было всё. Тео чувствовал на себе внимательный взгляд Шерри, привыкшей анализировать обстановку, но сам он не мог смотреть ни на что другое, кроме как на Лиама. Когда Лиам, казалось, закончил, Тео приостановил водоворот крутящихся в голове мыслей, который в итоге привел его к единственно верному действию: Тео резво подошел к своему спасительно и грубо подтолкнул к стене. Лиам впечатался в нее спиной и вскинул на Тео свирепый взгляд. Но Тео не дал начать первым. — Почему ты блять жив? Как? — Не твоё дело! — решил заупрямиться Лиам, и в голове Тео это оказалось сродни красной ткани для быка. — Я жив, а значит могу отстреливать тех лысых ублюдков! — Я же видел, как… Тео не смог выговорить. Молчание между ними затянулось на несколько долгих секунд. — Послушай. — почти угрожающе произнес Лиам. — Забудь. Оставь это, понял? Никогда, ни при каких обстоятельствах не говори этого. Тео стиснул зубы и сильно нахмурился. Волосы Лиама растрепались, он тяжело дышал после активного бега — они пересекли практически весь город, добираясь до библиотеки, а теперь в окружении книг пытались выяснить отношения — Тео на секунду допустил мысль, что после всего пережитого он наконец-то сошел с ума. — Ребят… — позвала Шерри, когда Тео, кажется, окончательно сдулся. Она уже не обращала внимание на их перепалку и прошла вглубь библиотеки, осматривая помещение с опущенным в землю стволом. Она замерла над чем-то, что поначалу было не видно за высокими шкафами с книгами. Когда Тео подошел ближе, то увидел два трупа, сгнившие до костей. В обоих черепах оказались отверстия от пуль, и Тео, следуя интуиции, присел на корточки и двумя пальцами приподнял рукав куртки скелета. Револьвер выпал из рук мертвеца и лежал теперь под ней. Тео попробовал высыпать патроны из барабана, но тот оказался пуст. — Славное правило: оставлять пулю для себя и для товарища. — мрачно прокомментировал он, в то время как Лиам нахмурился и отвернулся. — Нам нужно переждать несколько часов, пока зараженные разбредутся. Потом я отведу вас к своим. — К «своим»? — переспросил Тео, вставая с корточек. Возможно, вопрос прозвучал слишком резко и будто бы нагло, поэтому Шерри, решив, видимо, что они снова станут непонятно ссориться, отошла в дальний угол и без особого интереса схватила первую попавшуюся книжку. Тео действительно хотел отложить этот разговор, ведь Лиам совсем не горел желанием обсуждать прошлое; тем не менее, не зная ничего об этом человеке, Тео было слишком непривычно. Лиам казался чем-то неестественным. — Да, Тео, есть «мои», а есть «чужие». — словно объясняя шарообразность Земли, сказал Лиам. — Я, знаешь, не веду одиночный образ жизни. Его глаза сверкали недосказанностью. — Я вообще не об этом. Ты… — Так, всё. Понимаю, сидеть рядом с трупами может быть неприятно, но выбора у нас нет: тут относительно безопасно. Как тебя зовут? Он обратился к Шерри, взглядом сверля Тео. Тео поиграл желваками и отступил. Он оценил свои возможности на отдых и скинул рюкзак с плеч, расположившись на потёртом диване и положив руку на лоб. Уснуть снова вряд ли получится, но вдруг повезет увеличить два часа сна в сутки до трех? — Шерри. — меж тем ответила Лиаму девочка. — Ты голодна? В словах Лиама послышалось странное, едва знакомое Тео тепло. Он не хотел открывать глаза, но чувствовал, как парень улыбается Шерри — легко и спокойно, его губы не искривляются в презрении. По всем законам природы Лиам должен быть мертв, и Тео не удивится, если по пробуждении обнаружит себя в полном одиночестве. Расцветающая шиза творит и не такое. Но разрешать возникший между ними конфликт при чужих он не хотел, а значит, придется потерпеть. Теперь Тео его не потеряет. Теперь Лиам, какой бы задницей ни повернулась судьба, от него не сбежит. /// Уснуть Тео не смог. Он чувствовал, как спокойно течет время, слышал тихие разговоры Лиама и Шерри, когда они отошли в читальный зал, чтобы не мешать его отдыху. Тео задавался вопросом, почему Шерри не хочет тоже отдохнуть, но девочка часто так делала: не спала, пока спал он, иногда даже притворялась. Всей концепции ее поведения Тео не мог понять, и всё же мысль о том, что она за него беспокоится, непреодолимо вводила в ступор. Лучше бы о себе позаботилась. За окном небо затягивалось чернеющими тучами, даже в помещении немного похолодало, и он поёжился, скучая по оставленной в том доме куртке. Тео надеялся, что никто из этих двоих не заметит его бодрствования, и всё же спустя несколько часов Лиам позвал Тео, словно точно знал, что тот не спит. Тео поднялся и, поняв, что покидать здание они не собираются, не стал брать с собой рюкзак. Лиам привел их в противоположную часть библиотеки, туда, где окна были не заколочены, а просто заклеены газетами и страницами книг. — Что? — спросил Тео, когда Лиам присел на корточки и протянул руки к нижнему углу. Намеревался, очевидно, отодрать бумагу, поэтому Тео тоже пригнулся и приблизился к Лиаму. Первое, что бросалось в глаза, был неожиданно опрятный вид Лиама. Он не носил огромный рюкзак со сменной одеждой, магазинами, спиртом, бинтами — наоборот, Лиам шел налегке, а из оружия имел при себе только помповый дробовик, револьвер и биту, обмотанную гвоздями. Тео со своим арсеналом, от которого по ночам непрестанно болела спина, до простоты Лиама было далеко. Когда Тео оказался в нескольких сантиметров от парня, то понял, что от Лиама кроме пота пахнет мылом. Какая непозволительная роскошь. — Вы живете неподалеку? — спросил он. Лиам резко дернул несколько пожелтевших страниц газеты. — Почти в сорока миль отсюда находится город Бейкон Хиллс. — сказал Лиам, приблизившись к стеклу. — На лошадях три или четыре часа пути. В голове будто что-то перемкнуло. Хорошо, Лиам не принадлежал сектантам — хотя Тео и не сомневался, Лиам ведь спас их от серафитов. — Далеко забрались. — Тео продвинулся ближе. Кончики отросших волос Лиама коснулись скулы. Лиам передернул плечами: — Ищем полезные припасы и осматриваем территорию. Тут каждый год проходит орда, а это, видимо, оставшиеся. Тео кивнул: он знал о миграции огромного количества зараженных с запада но восток, но никак не мог найти причину. — Пару лет назад я проследил за ними до Калифорнии. Лиам вдруг отвлекся от вида на улицу и резко посмотрел на Тео. В его глазах читалось неверие, когда он, подняв брови, сообщил: — Да ну, ты пиздишь! — С чего бы мне пиздеть?! — оскорбился вдруг Тео. — Не был ты в Калифорнии! Это ж пиздец как далеко. — Не матерись при ребенке! Обозначенному ребенку, впрочем, было глубоко плевать на их тихие перешептывания: она расселась на столе, забравшись прямо с ногами, и деловито изучала подобранную книжку. Лиам согласно кивнул. — Лос-Анджелес же в Калифорнии, верно? И как… там? — Город бомбили, Лиам. — медленно произнес Тео. — После этого его никто не занимал, и каждый год рядом проходит орда. Удовлетворенный ответом, Лиам отвернулся от него, теперь полностью концентрируясь на том, что хотел показать. Он тыкнул на демонов, бродящих вокруг библиотеки. — Этих щелкунов надо обойти тихо, не будем привлекать внимание. — затем он понял палец чуть выше, на дорогу. — Дождь вот-вот начнется и скроет звуки наших шагов. Пройдем за машинами к южной окраине города, в одном из участков есть гараж, где мы оставили лошадей. Мы с Айзеком договорились встретиться там, если что-то пойдет не так. — С кем? — С Айзеком. — терпеливо повторил Лиам, будто сумел ответить на вопрос. Тео не доверял незнакомцам, но он доверял Лиаму — настолько, насколько мог, пусть уже не был в нем так уверен, как когда-то. Но Айзек. Много ли Айзеков осталось? В такой близости от Хьюстона? Теперь это не имело значения. Тео едва мог поверить в осязаемость Лиама, так что бередить старые раны он не хотел. — Тебе что-то не нравится в этом имени? — вызывающий голос Лиама вырвал Тео из коротких размышлений, и он посмотрел в голубые глаза, внезапно оказавшиеся слишком близко. Лиам даже не собирался отодвигаться, поэтому Тео оставался на месте несколько секунд, после чего мотнул головой и поднялся на ноги. — А тебе лишь бы доебаться. — ответил он скептично. — Не матерись при ребенке. — строго вернул ему Лиам. Тео подавил возникшую усмешку, приблизился к Шерри и бесцеремонно заглянул в её книгу. Это оказалась манга — Тео и слова-то такого никогда раньше не знал, но Шерри пару дней назад обмолвилась, что практически всегда носит с собой некую «мангу» и листает ее на привалах. Картинки не были разноцветными, как Тео привык видеть в комиксах, и читались они почему-то справа налево. О времена, о нравы. — Скоро выдвигаемся. — сказал он девчонке, когда она чуть возмущенно отодвинула мангу от Тео, и присел перед своими вещами на корточки, вытаскивая закрепленный за лямки дробовик. — Перепроверяй патроны перед каждым своим походом куда-либо, чтобы оружие всегда было заряжено и ты знала, сколько патронов в нём осталось. Иначе не рассчитывай на него. Поняла? Шерри кивнула и быстро убрала своё чтиво в рюкзак, а сама выудила пистолет. Пока Тео щёлкал огнестрелом, считая патроны там, где это было возможно, Шерри глядела на единственный свой Глок миниатюрных размеров с тоской. — Всё в порядке? — спросил Лиам, внезапно приблизившись. — Тут всего два патрона. — высказалась она, поднимая пистолет. — Я не смогу стрелять, если придется. — Будем надеяться, что мы доберемся без перестрелки: нельзя пугать лошадей, они могут бросить нас. «Поэтому я не полагаюсь на животных», — мельком подумал Тео, впрочем, не доверял он не только им. Уже готовясь протянуть Шерри свой магазин, Тео с удивлением пронаблюдал, как Лиам отдал девочке пистолет, а сам снял с плеча дробовик и затолкнул несколько снарядов. — Спасибо… Помповый дробовик явно не сравнится с тем военизированным боезапасом, что был у Тео, и тем не менее Лиам без сомнений лишил себя патронов; а затем направился к черному выходу и поманил остальных за собой, будто в этом мире ничего не стоит — поделиться чем-либо с тем, кто вряд ли сможет оказать сильную помощь и тем более является ребенком. Тео к такому не привык. Ему вдруг показалось, что все эти годы Лиам жил в каком-то обособленном мирке, не встречаясь с настоящей жестокостью современности, а теперь попал в ад и стал белой вороной. Тео пошел следом, пропустив Шерри вперед и решив прикрывать тыл. Он сказал ей: — Пусть Лиам ведет нас, а я проконтролирую сзади. Не отставай от него. Шерри с готовностью кивнула. Снова Тео переступал через свои принципы — но это была Шерри, ради неё можно. На улице действительно начинался дождь: крупные капли барабанили по капотам машин, ветер шевелил высокие деревья и зелень, которой обросло практически всё от фонарных столбов до зданий. Лиам полз в нескольких метрах спереди, иногда вскидывая руку с зажатым кулаком, чтобы остановить их передвижение. Тео старался не обращать внимание, как спокойно он чувствует себя в присутствии прикрывающего спину кого-то. Это могло стать столь же привычным, сколь и опасным, и дважды наступать на одни и те же грабли Тео не собирался. Он стиснул в руках собственный дробовик и отбросил мысли. Он знал, чего стоило ожидать от давних знакомых. Они пересекли примерно половину города — по ощущениям Тео, вполне удачный исход, они продержались слишком долго — когда в нескольких десятков метров вдруг раздался душераздирающий человеческий крик. Лиам сразу дернулся в ту сторону и Шерри не то по инерции, не то в искреннем желании следовать за Лиамом, рванула за ним. Тео остановил ее, схватив за рюкзак. — Что ты творишь?! — зашипела девочка на него, пытаясь вырваться, но Тео приложил палец к губам. Лиам уже скрылся за поворотом, и сердце Тео бешено забилось. Он не мог так рисковать… — Сам разберется! Надо к лошадям!.. — Совсем ебанулся? — Шерри грубо отпихнула его, и Тео увидел ее непонимающий взгляд. Она извернулась и побежала за Лиамом, ступая кроссовками в лужи. — Черт! Тут же раздались выстрелы. Крик прекратился, но демоны, щелкающие своими пастями, стали выползать из домов и нестись на звук, словно это было единственным, что имело значение в их жизни. Тео замер в нерешительности. Он обещал себе всего несколько часов назад, что не отпустит Лиама, а желание защитить Шерри мерзким червяком заползло ему в черепную коробку еще неделю назад. Но он боролся за свою жизнь — он не был трусом, просто не мог им быть после всего с ним произошедшего; а Лиам и Шерри понеслись в совершенно противоположную от спасения сторону, и Тео сжимал и разжимал резко вспотевшими ладонями дробовик в своих руках. — Блять! — Тео заскрежетал зубами, словно демон, и ринулся за теми двумя. Уже на подходе он вскинул дробовик и снес выстрелом грибковый нарост с ближайшего демона. Картина развернулась страшная. Лиам замахивался на ближайшего к себе демона своей битой, Шерри непрестанно тратила патроны на ближайших, Хосе, по невероятному стечению обстоятельств, живой и прижатый к капоту автомобиля, удерживал за плечи рвущуюся к нему тварь. Тео сразу рванул к нему, на ходу закидывая дробовик себе за спину и вытаскивая складной нож. Он вонзил его в дергающуюся черепушку, и на Хосе полилась вязкая кровь, впитавшаяся в темную бороду и попавшая, кажется, даже в рот. — Ебаный пиздец! — ошалело прокомментировал он, сталкивая с себя труп. Времени оценивать словарный запас у Тео не было: он тут же переключился на следующего демона, с которым безуспешно сражался болванчик-незнакомец. Тео назвал бы его неумелым пройдохой, но спустя мгновение заметил кровь на бедре — рана неизвестного происхождения заставила Тео направить дуло дробовика на незнакомца сразу, как они расправились с демоном. — Не укус! — сразу понял болванчик-незнакомец явное желание Тео пристрелить обращающегося. Тогда Тео кивнул и выстрелил в тварь рядом с болванчиком-незнакомцем. Тот поднял окровавленные руки, направив пистолет в сторону. — Напоролся на арматуру! Этого Тео было достаточно, проверять в такой экстренной ситуации, как эта, он не собирался. Оглянувшись, Тео увидел застреленного мужчину, которому, видимо, принадлежал крик — это тоже был кто-то из «команды» Лиама. Из знакомых Тео остался только Хосе и оставшийся болванчик. Где потерялся второй, Тео мог только подозревать. — К лошадям! — крикнул Лиам, забивший демона. Оставив активную борьбу, шестеро выживших побежали по переулкам. Демоны наваливались со всех сторон, углы, в которые по неосторожности врезался Тео, сдирали кожу с его оголенных локтей. Впереди Лиам разбил окно, чтобы пробежать чей-то дом насквозь, и в ладони Тео впились осколки, когда он неудачно приземлился. — Давай помогу! — крикнул болванчик-незнакомец с раненным бедром. «Себе помоги», — подумал Тео, но за предложенную руку все-таки ухватился. Шерри не оставляла его ни на секунду: бежала спереди, но тормозила, стоило Тео замедлиться. Он хотел обругать ее каждый такой раз, потому что думать нужно в первую очередь о себе, но попросту не успевал, а гневные взгляды она почему-то не понимала. Наконец, впереди показался заветный гараж. Лиам приказал болванчику-незнакомцу, Хосе и болванчику-другу-Хосе выводить лошадей, пока сам он потянул за цепь и стал удерживать железную дверь гаража на весу; Тео же решил обороняться. — Шерри, держись сзади! — он буквально впихнул ей свою штурмовую винтовку. — Умеешь пользоваться? — Нет! — сосредоточенно ответила Шерри. Ее руки не дрожали, когда она крепко ухватилась за приклад и интуитивно прижала его к себе. Тео похвалил бы ее за стойкость, но вместо этого он быстро щелкнул затвором. — Отдача может быть слишком сильной, так что не делай больше нескольких выстрелов за раз. — быстро произнес он, пока в ушах звенело от какофонии щелканья и криков демонов. — Всё как с пистолетом. Не промахивайся. Шерри резво кивнула, а Тео повернулся к демонам и ударил ближайшего по колену, чтобы тот упал. Вонзив нож в его зараженную плоть, Тео отошел немного назад и дождался, когда приблизится следующий; с благоговением он слушал, как несколько тел падают из-за выстрелов Шерри, но не позволял себе отвлекаться. Руки так сильно устали и болели: пара демонов расцарапала ему кожу в кровь, и теперь она стекала по пальцам и делала нож слишком скользким. Тео выдыхался. Лошади позади него испуганно ржали, ведомые тремя людьми к открытой дороге, чтобы беспрепятственно на них забраться и уехать, и Тео молился всем богам, в которых не верил, чтобы они не удрали без него. Пожалуйста, только не оставляйте. Тео ведь такой молодец: бьет демонов, прикрывает спину, хотя это никогда не входило в его жизненное кредо. Пожалуйста… — Тео! — крикнул Лиам. Лиам, конечно же. Он не мог его бросить. Он не стал бы — он ненавидит Тео, но он, очевидно, слишком добродушен. Он схватил Тео за футболку и попросту потянул на себя, вырывая из бесконечной драки с демонами. — Пойдем! Тео кивнул Лиаму, и они вместе побежали к лошадям. Тео не услышал, в какой момент Шерри перестала стрелять, но она уже сидела на пятнистом коне, обхватывая торс того раненного болванчика-незнакомца. Хосе и оставшийся болванчик ускакали вперед, пока эти двое дожидались, когда Лиам запрыгнет на лошадь и поможет Тео забраться следом. Тео обхватил торс Лиама и ненадолго прижался к его спине. Он закатал свои привычки — не передвигаться на лошади, не передвигаться на лошади с кем-либо — в ковер и выбросил в огромный мусорный бак.