Код: неон

      Пьяные тела и громкая музыка, будто бьющая по мозгам с каждым битом всё сильнее — заполнили клуб. Со сцены, где был размещён диджейский пульт, слепили софиты разных цветов, окрашивающие искусственный дым, кружащий по танцполу.              Их цели поблизости видно не было. Точнее — вообще ничего видно не было. Леви шёл к бару, боком пробираясь через толпу. Грёбаные выходные. По-любому пацан сидит в вип зоне, куда ещё нужно придумать, как пробраться. Рин шла следом за ним, держась за его локоть, чтобы не разминуться и не потеряться. Аккерман периодически бросал взгляд назад, чтобы убедиться, что она всё ещё следует за ним. Нервные окончания, вживлённые с бионики в его ЦНС, пока еле различали прикосновения, он не мог доверять собственным ощущениям, интегрированным с протезом, целиком и полностью.              — И где нам, блять, искать эту милашку, — выругался Леви, цитируя Рин, когда они приблизились к лестнице на второй этаж, где находился бар.              — Что ты там бубнишь? — Рин пыталась перекричать музыку.              — Сам с собой, — ответил он, повернув голову на мгновение, чтобы напарница услышала.              — Шизофрения?              Они миновали пролёт и поднимались на второй этаж.              — Находясь в одном обществе с тобой и не такое начнётся, — парировал Аккерман.              Рин фыркнула ему чуть ли не в ухо, когда он остановился и она врезалась в его плечо.              — Бармена надо спросить, — крикнула она.              Леви резко повернул голову, врезаясь носом в её щёку. Мазнувшее движение заставило Рин оступиться и запнуться назад, отчего Аккерману пришлось её ловить.              — Не лучшее время для танго, — отшутилась она, оказавшись пойманной за талию.              — Отпускаю? — Леви, хмурясь, хватку всё же не ослабил.              — Да пожалуйста, — Рин закатила глаза.              Тем не менее, Леви выпрямился и, только когда напарница тоже крепко стояла на своих двоих, отпустил её.              Клуб «Райот», находящийся в квартале Маленького Китая района Уотсон, сегодня находился в стадии аншлага. Охранники бы и вывели кого, да вот только было не пробраться. Возможно, это было только на руку Рин и Леви.              — Кто пожаловал! — донеслось со стороны бара.              Леви думал, что это было сказано не им. Рин сразу поняла, что это приветствие предназначалось ей.              — Ра-а-а-альф, дружище, — Рин протолкнулась к бармену, который приветственно махал рукой, — сто лет не виделись!              Аккерман, удивившись лишь на секунду, подошёл следом.              — Погоди минутку, сейчас вернусь, — мужчина по ту сторону стойки отошёл к посетителю, который изрядно начинал буянить.              Аккермана толкнули в спину и, так как ничего больше не оставалось, он упёр ладони в бар, прижимаясь к Рин. Он закусил щёку изнутри и уронил лоб ей на плечо. Сама Рин будто держалась спокойнее некуда. Это его раздражало ещё больше.              — Почему ты сразу не сказала, что знакома с барменом?              — Откуда я могла знать, что он всё ещё тут работает? — её слова, сплетаясь с дыханием, ворошили его волосы.              Леви дёрнулся, но отстраняться было некуда.              Ёбаное стадо баранов.              — Не ёрзай, меня лично всё устраивает, — чуть погодя, добавила Рин.              — А меня нет, — он приподнял голову и быстро поискал бармена глазами.              Чем скорее вернётся Ра-а-а-альф, тем скорее он сможет отлипнуть от спины напарницы, толкнув стоящих позади них.              Когда напротив них снова появился бармен, терпеть толкучку стало легче. Рин, ухмыляясь, перекинулась парой фраз со старым другом, который, почесав затылок, наклонился к ней и что-то прошептал на ухо. Аккермана и этот расклад не устроил: ему деться было некуда, пока она наклонялась.              Услышав достаточно, Рин кивнула и, ловко перемахнув через стойку, исчезла за дверью с надписью «Staff Only». Леви закатил глаза, но Ральф мотнул головой, глядя на него, и он принял решение последовать за ней.              — Ты вообще предупреждать планируешь? — проворчал он, догоняя её в узком коридоре.              — А что тут планировать? — Рин пожала плечами, нажимая кнопку вызова лифтов. — Випка пустует, там только один посетитель.              — Чё с камерами?              — В том зале их не врубают, когда милашка тут, — хмыкнула Рин. — По его личной просьбе. С доплатой.              — Я про те, что над баром, — они зашли в лифт.              — Ральф выключил их на пару мгновений, пока мы не пропали с поля зрения, — она поправила волосы, глядя в зеркальную стену лифта, — если спросят – скажет, что замкнуло и отрубились.              Леви сжал губы в тонкую линию, но промолчал. Рин поймала его взгляд в отражении.              — Красивый, да? — она подмигнула.              — Ты опять про мальчишку?              — Нет, про тебя.              Лифт остановился, когда система издала «дзинь» и двери раздвинулись, открывая вид на полумрак вип-зоны. Приглушённый свет, низкие диваны и ни тени персонала. Либо их объект больший параноик, чем они предполагали, либо это ещё одна уступка от бармена.              — Почему этот Ральф вообще тебе помогает? — спросил Леви, пока они осматривали вип зал.              — Ревнуешь? — хмыкнула девушка.              — Рин, блять…              — Ладно, ладно, — она подняла ладони перед собой, — просто помогла его отцу выехать из страны.              Рин застыла, глядя куда-то мимо Леви.              — Бинго, — прошептала она.              Армин Арлерт сидел, уткнувшись в бокал с чем-то прозрачным, за дальним столиком. Так, что гостю танцпол был виден, а вот танцполу гость — нет. Его пальцы барабанили по столешнице, а глаза — устремлены в никуда.              Рин и Леви выглядывали из-за ближайшего диванчика, снова оказавшись слишком близко друг к другу.              — Он, похоже, не в себе, — заметил Аккерман.              — Идеальный момент, — Рин уже собиралась сделать шаг из укрытия, но Леви схватил её за запястье.              — Подожди. Что-то не так.              Как будто в подтверждение его слов, Армин резко встал и, пошатываясь, направился в сторону туалетов. Напарники переглянулись.              — Идём за ним? — она посмотрела на Леви через плечо.              Ему это не нравилось. Пацан вёл себя уж слишком странно и нетипично для представителя «золотой молодёжи», которая раскидывала деньгами успешных родителей направо и налево. Где куча друзей и выпивки? Полуголые девки? Ладно, если он по парням, то хотя бы одного-то мог себе обеспечить на вечерок-другой? А тут пусто, сидит себе один…              — Нет, — Леви мотнул головой, — это может быть ловушка.              — Не понимаю, кто из вас двоих бóльший параноик. Пойдём, сыграем заботливых маму и папу, вдруг расскажет чего?              Выкрутившись, Рин двинулась в сторону уборных. Он тяжело вздохнул, думая о том, что весь сегодняшний день она ведёт себя как заноза в заднице и брыкается на каждое его слово. Леви последовал за ней, надеясь лишь на то, что пацан не проходит одну из стадий киберпсихоза. Этих им пока достаточно.              — Я знал, знал… — слышался сдавленный голос парня из приоткрытой двери. — Они следят… Всегда на хвосте…              Послышался глухой звук удара и осколков, осыпавшихся на кафельный пол — Арлерт разбил зеркало. Рин приоткрыла дверь ещё немного и тихо вошла.              Прекрасно, чтобы избавиться от неё в случае чего, даже делать ничего не придётся. Она с самоликвидацией и сама идеально справляется.              Тусклое освещение туалета, — выполненного по ремонту явно побогаче, чем тот, что находился в общей зоне, — едва давало рассмотреть лицо Арлерта.              — Я… Знал, что вы тут… — поза Армина была похожа на то, что он что-то сжимал в кулаке, одновременно свободной рукой хватаясь за грудь, будто задыхался.              Возможно, у него действительно был приступ паники, — частое дыхание, дрожь в конечностях, взгляд не останавливался на чём-то дольше, чем на секунду. Чип, реагирующий на угрозы, прервал размышления Аккермана.              

[ОБНАРУЖЕНА СИСТЕМА: А?ЛЕ?Т]

[РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПРОТОКОЛ ОТСУТСТВУЕТ]

[ОЦЕНКА ВЫЖИВАЕМОСТИ: ???]

             В мгновение произошло то, чего ни Рин, ни Леви не ожидали: пацан выкинул из зажатого кулака какую-то мелкую железяку в раковину, вынул из внутреннего кармана пиджака пистолет, выстрелил поочередно: в угол у потолка туалета и в раковину. Арлерт тяжело дышал, опуская пистолет.              — Ёб твою… — Леви осмотрел масштабы разрушений. — Слушай, мы тебе не…              — Я знаю кто вы, — спокойно, но все ещё прерываясь на вдохи ртом, проговорил Армин. — И хотел бы поговорить.              — Нахера дымовой датчик то обнулил, герой? Красная мигающая пимпа заебала? — Рин смотрела в угол на потолке.              — Там камера была… — понурив голову, ответил пацан.              — А раковина за что получила? — она склонила голову в бок.              — Жучок… уничтожил…              — Какой жучок? — Леви глянул на то, что осталось от раковины. — Ты уверен, что попал?              — Да, — Армин выудил пальцами то, что осталось от маленькой микросхемы. — Я её уже месяц на себе таскаю. Либо отец считает меня настолько поехавшим, что я не замечу жучок, либо он никогда и не верил в мои умственные способности.              — Так, — Аккерман потёр нос указательным пальцем и упёр кулаки в бока, горбясь. — По порядку: ты изначально знал, что мы придём…              — Не знал, — опроверг Армин. — Этого я не говорил.              — Ладно, знал кто мы такие, да? — Леви дождался кивка и продолжил: — Знал про камеру, жучок и приставленную слежку. Уничтожил всё, кроме последнего. У меня есть смутное ощущение, что сейчас начнётся тупой торг, на который нам соглашаться совсем уж, блять, невыгодно.              — Вполне выгодно, — с рвением ответил Армин, но тут же осёкся. — Понимаю… Я в ваших глазах просто сынок богатенького папаши, но выслушайте меня, пожалуйста.              Леви посмотрел на Рин. Она глядела на него с выражением, которое он ещё никогда не видел, но уже начинал ненавидеть — синдром женщины с тридцатью кошками.              Армин резко поднял голову, пальцами сжимая край соседней уцелевшей раковины.              — Возьмите меня с собой.              Леви замер, уставившись на него.              — Чего?              — Я сказал – возьмите меня с собой, — голосовые связки Арлерта сбоили, выдавая дрожь, но его взгляд выражал то, что Леви предпочёл бы не заметить – так смотрят только обречённые, те, кому больше терять-то и нечего. — У меня нет другого выхода. А на свободе, с вами, я смогу протянуть. У меня есть доступ к внутренним серверам корпорации: данные обо всех их операциях за последние пять лет и могу получить к будущим. Контракты, база чёрных бюджетов, списки на ликвидацию… — Армин нервно облизнул губы и кивнул в сторону Леви. — В том числе и о вашей команде.              Аккерман онемел, пытаясь не выдавать явной реакции на сказанные пацаном слова. Он чувствовал нервные окончания, соединенные с бионикой: плечи напряглись против воли. В висках резко застучало.              — Что ты знаешь об их смерти? — наперекор поднявшейся волне эмоций, уточняет Леви.              Армин резко выдохнул, собираясь с мыслями, и выпалил:              — Они их не просто убили, это была казнь. Показательная, со всеми ритуалами, — он бросил нервный взгляд на дверь. — Я покажу всё, но не здесь.              — Леви, — Рин позвала его без обычной шутливости в интонации, постукивая пальцами по прикладу пистолета, — мы его берём.              — Ни за что, — Аккерман резко развернулся к выходу.              Рин преградила ему путь, совсем уж не по игривому, а с натянуто холодным выражением на лице.              — Он знает много полезных вещей, которые сами мы будем добывать неделями.              — И поэтому должен умереть прямо сейчас, — Леви дёрнул Рин к себе, выдёргивая нож из потайного отсека её джинсовки. — Чтобы мы не тащили всю эту помойку в мой дом.              Армин даже не шелохнулся, когда Леви обернулся. А вот у Аккермана наоборот — поджилки скукожились и скрипеть начинали. Арлерт держал в руках голопроектор, который голубым свечением озарял разгромленную уборную. Перед ним всплыли документы с логотипом Уробороса, приправленные подписями нескольких офисных крыс из Арасаки.              Сука, нашли начальничков повыше.              Арасака была страшнее. Могущественнее, беспощаднее, дальновиднее. Уроборос казались по-сравнению с ними мелкой букашкой, пока Арасака была титаном в их реалиях.              Леви нахмурился, разглядывая знакомые лица на одном из снимков: Петра, Оруо, Гюнтер, Эрд. Все. И подпись, такая простая и короткая для корпоративной эпитафии: «Операция «Молчание»: успешна. Ликвидированы. Способ: не публично. Огласка: успешно».              Аккерман ненадолго зажмурился. Причастность Арасаки меняла всё. Арасака в целом всё меняла, и без приобщенности к делу, которое не давало Леви покоя и лишило его спокойного сна на многие дни.              — Мы теряем время, — Рин не спускала глаз с Леви. — За ним уже по любому кого-нибудь выслали. Да и выстрелы эти…              — Едем к Ханджи, — буркнул он.              Рин перестала стучать по пистолету пальцами, но рука так и осталась у приклада. Её глаза сощурились, всё ещё не выдавая ни намёка на прежнюю дурашливость.              — Ворчун сдался, — она подошла к Армину и хлопнула его по спине так, что тот кашлянул. — Шуруй на выход, пока он не передумал.              Арлерт неуверенно зашагал к двери, чуть ли не спотыкаясь об осколки. Его дорогущий пиджак смотрелся теперь на нём инородно.              Леви решил выйти последним, но отчего-то замешкался и глянул в разбитое зеркало. Меж трещин его отражение распадалось на десяток кривых осколков, — усталых и злых. Таким он сейчас и был. Таким он, наверное, и останется.              Они пропетляли по коридорам, к которым вели чёрные выходы от бара, танцпола и гримёрок. Задворки клуба встретили их мусорными баками, каким-то оборванцем, роющимся в ранее упомянутых, лужей машинного масла и квадрой, на которой Рин и Леви приехали в Райот за час до этого.              — Ты, — Аккерман ткнул пальцем в Армина, — садись на заднее. Рин, ты с ним.              — Я нянька что ли? — протянула она.              — Ты уговорила — твоя и забота теперь. Или хочешь, как наглые детишки — щеночка выпросила, а ты, мам, авось, сама приглядывай? Хера с два, давай за ним.              Рин обиженно надула губы и всё-таки уселась на заднем пассажирском. Армин, словно пытаясь сжаться до размера молекулы, прильнул к окну. Леви поправил зеркало заднего вида так, чтобы было видно нового пассажира.              — Правила озвучить в дороге или потом? — уточнил он у пацана, в состоянии которого сомневался. — Я понимаю, может, тяжело прошлое зарывать, время надо…              Леви завёл двигатель.              — Он хотел меня убить, — тихо сказал Армин. — И он мне не отец.              — Ну что ты так сразу… Мой вот тоже конченая скотина, но я не отрицаю его отцовства… — начала Рин.              — Он мне буквально не отец, — прервал её Арлерт.              Рин уставилась на него прямо, а Аккерман поглядывал через зеркало, хмуря брови. Оба ожидали продолжения, с которым Арлерт тянул. Либо было настолько тяжело, либо пытался сформулировать.              — Я незадолго до этого всего нашёл доки, — пацан помедлил, — на усыновление. Девятнадцатилетней давности, — вздохнул следом и замолк.              — Тебе же двадцать пять по документам, — Леви выруливал на дорогу. — Разве сам не помнишь, что приёмный?              — Мой возраст в ваших сведениях – подделка, — признался Армин. — И, если честно, вся информация, которую вам дали в Посмертии – сочинение.              — Папа скрывал и твой возраст? — влезла Рин.              С улицы донёсся запах уличной еды, проезжали мимо рынка.              — Нет, я сам всё подправил, чтобы у вас не возникло вопросов.              — Мы ещё и ребёнка спиздили, — проворчал Леви.              — Мне девятнадцать.              — Ты ребёнок.              — Господи, да помолчите вы! — Рин грохнула ладонью по водительскому креслу. — Во-первых, во многих странах совершеннолетие наступает с восемнадцати лет. Во-вторых, ты Ханджи предупредил вообще? Может мы в пустую клинику сейчас припрёмся.              — На, — Аккерман дал ей свой мобильник, — напиши ей сообщение.              Армин расслабился и, вроде даже, оживился, двигаясь ближе к Рин и пытаясь заглянуть в телефон, по которому Рин клацала ногтями.              — А кто такая Ханджи? — тихо спросил Арлерт.              — Рипер, — ответила ему Рин, — к ней тебя и везём. Вдруг у тебя где-нибудь припрятаны секретики.              — Я проверялся…              — Так и с ЗППП говорят, а потом оказывается, что внутри целый букет, — снова принялась шутить она, — знаешь… — но её прервал звонок. — Ханджи перезванивает!              Рин подняла трубку и спустя пару секунд уже поставила на громкую, поднося трубку ближе к водителю.              — Леви, я так понимаю эту херотень мне писал не ты?              — Это Рин писала. Ты в клинике? — он слегка повернул голову вправо, чтобы голос долетел до микрофона.              — Да, жду вас, — хохотнула Зоэ. — И не давай ей больше свой телефон, а то у меня приступ случится. Я уж думала тебя обнулили, а телефон подобрали малолетки, — уже без тени насмешки проговорила она и сбросила звонок.              — Что ты ей написала? — Леви сменил тон голоса сразу, как послышались гудки.              — «Привет, это я. Мы везём тебе подарок – бледного блондинчика с возможными потайными отсеками. Будь готова», — процитировала она сообщение.              — По нормальному нельзя было?              — Ага, как? «Дорогая Ханджи! Мы нашли несчастную сиротку, пожалуйста, не убивай его, когда привезём»?              — Она может меня убить? — влез Армин.              — Нет! — в один голос громко ответили Леви и Рин.              Последняя от такого совпадения рассмеялась. Леви же сместил фокус внимания на дорогу, пока они не съехали с моста в реку из-за его неаккуратности в вождении.              На полпути Армин уснул, потому, когда они подъехали к клинике, которая находилась недалеко от дома Леви и Рин, они принялись спорить: будить пацана или пускай Аккерман донесёт его на руках. В общем-то, под перебранку Арлерт и проснулся, проворчав что-то вроде: «Сам дойду».              Только они оказались на пороге, никто даже не успел за ручку взяться, дверь отворилась и показалась Зоэ, с суетливо бегающим взглядом по гостям.              — Приплыли, — она развела руки в стороны, — это кто?              — Я… — Армин уже хотел протянуть ладонь для рукопожатия и представиться, но Леви шлёпнул его по руке и прошёл вперёд, слегка толкая Ханджи с прохода.              — Осмотри его на всякие маячки, — Аккерман на ходу доставал пачку сигарет и кивнул Моблиту, показавшемуся в коридоре. — И оптику как у меня поставь, чтоб рожа на камерах расплывалась, пригодится.              — А страховку на него заводить? — крикнула ему вдогонку Зоэ.              Леви замер, не зная, нужна ли мелкому страховка. Надолго ли он с ними? Да и с кем – «ними»? Он обернулся, глядя на то, как Рин аккуратно подталкивает Армина к подобию операционной, куда им вытянутой рукой указывал Моблит. Ханджи подошла ближе.              — Леви, ты же помнишь, от тебя ничего не требуется, — вкрадчивым тихим тоном начала она, — бюджет проходит из-под полы, да и…              — Чёрт с вами, — он махнул рукой, вздыхая, — заводи.              Зоэ одобрительно кивнула и направилась следом за скрывшейся компанией. Леви прошёл в подсобку, оборудованную под комнату отдыха, и открыл оконную створку. Почти свежий воздух ударил в лицо, и он присел в ближайшее кресло. Он затянулся сигаретой, запрокидывая голову и выпуская дым через нос. Из соседнего помещения доносились обрывки разговоров:              — Моблит, ты можешь держать сканер, а не тыкаться в телефон? — нервно просила рипер.              — Вы же сказали будет не больно!              — Так это и не будет больно, — это точно была Рин.              — А зачем тогда руки ремнями к подлокотникам закрепили?              — Чтоб ты спросил! Боже ж ты мой, ты никогда у рипера не был? — возмущённо ответила ему уже Ханджи, — Рин, иди к нашему хмурому другу, мы тут дальше сами.              Леви услышал шаги, приближающиеся к его импровизированному укрытию. Аккерман продолжал курить и гипнотизировать потолок, когда дверь скрипнула и тихо прикрылась. В поле его зрения появилась голова Рин и её ладони с двумя банками пива.              — Дееспособная открывашка? — неловко улыбнулась она.              — Они же с крышкой, — недовольно пробормотал он, — ногтём поддень и всё…              — Хочу, чтобы ты открыл, — Рин протянула ему банки.              Сначала он посмотрел на банки, потом на Рин, следом шумно вздохнул и поочерёдно открыл каждую, оставляя одну себе.              — Чего скис?              Он вернулся в исходное положение, молча делая затяжки до тех пор, пока не почувствовал горечь фильтра. Щелчком откинул окурок в окно и сел ровно, отпивая пиво большими глотками. Снова достал пачку, взял новую сигарету.              — Понятно, — Рин вздохнула. — Хочешь расскажу кое-что из прошлого?              Леви недоверчиво покосился на неё, вкладывая пачку в её вытянутую руку.              — Меня на прошлой… работе, — начала она, — называли «мышь», из-за фамилии.              — Ну, точно не из-за внешности, — Леви усмехнулся. — Какая у тебя фамилия?              — Мао.              — Мао? — Леви приподнял бровь. — Как у якудз из этих древних сериалов про мафиози и прочую хрень?              — Ой, да ладно тебе, — она фыркнула, откидывая волосы со лба. — Просто совпадение. Хотя… — её глаза блеснули. — Может, я и правда потомок какого-нибудь якудзы, м? Только не говори Ханджи, а то она мне ещё японские корни припишет.              Леви хмыкнул, снова затягиваясь.              — Так вот, — Рин продолжила, откинувшись на спинку кресла, — меня мышью-то звали не только из-за фамилии. Я умела пролезть куда угодно: вентиляция, серверные, даже в сейф однажды залезала.              — И как? — Леви бросил взгляд на неё: она обеими ладонями обхватывала банку, как чашку.              — А вот так, — она щёлкнула пальцами, — тихо и быстро, без лишнего шума. Пока все ищут крутых наёмников по периметру или на худой конец амбалов, вломившихся к ним, я уже внутри и ворую их драгоценные данные.              — И зачем тебе понадобилось лезть к самому хмурому человеку в этом городе? У тебя фетиши такие? Дети и ворчащие мужики? — он кивнул головой в сторону двери, намекая на себя и Арлерта.              — Ну, нет, — Рин скривила губы, постукивая ногтями по банке. — Я же не дура. Просто… Я когда тебя увидела там, в тот вечер… — было видно, как Рин подбирает слова, пытаясь перешагнуть какую-то тему. — Да и потом… В общем, я поняла, что с тобой хоть куда. Даже в самую беспросветную жопу, — она отвела взгляд.              Дым от сигареты Леви вился в воздухе, образуя причудливые узоры, которые тут же растворялись, сталкиваясь с ветерком из приоткрытого окна. Он наблюдал за этим процессом с каким-то отстранённым интересом, будто пытаясь в этой хаотичности найти хоть какую-то закономерность.              — Значит, ты мышь, — произнёс Леви после долгой паузы уже мягче. — А я тогда кто? Кот?              Сначала Рин тихо фыркнула, а после коротко рассмеялась, почти нервно, словно сама не ожидала, что сможет засмеяться в такой момент.              — Ты больше на ежа похож, — ответила Рин, поднимая глаза на него. — Колючий со всех сторон, и в клубок сворачиваешься, если тебя тронуть.              Он нахмурился, но не стал спорить. Вместо этого он сделал ещё одну затяжку, чувствуя, как противный ядовитый дым заполняет лёгкие.              — И что, мышка с ежом решила подружиться? — спросил Аккерман с иронией в голосе.              Рин замолчала. Её пальцы сжали банку так сильно, что алюминий слегка прогнулся и издал короткий треск. Она смотрела в стену мимо него, будто где-то там была дыра, ведущая прямиком в её прошлое.              — Я не умею дружить, — призналась она неуверенно. — И оставаться где-то надолго… Тоже не входит в список моих талантов.              Леви знал это чувство, знакомое, как запах пороха после выстрела или вкус дешёвого виски на губах. Ему захотелось выпить чего-то покрепче тёплого пива.              — Но с тобой… — продолжила Рин, отпивая пиво и морщась, — хочется попробовать. Так, чтоб до конца.              — Мы не в дешёвом боевике, где все красиво подыхают под оркестр, — Леви резко фыркнул, тоже делая глоток. — До конца – это когда тебя выворачивает от пулевого в жизненно важные, а не когда героически падаешь с крыши, обнявшись с врагом.              — Господи, — она закатила глаза, — я же не предлагаю тебе синхронно прыгнуть в винты корпоративного реактора. Хотя, идея неплохая.              — Вот дура, — Аккерман потянулся к ней и щёлкнул по лбу.              Они просидели в подсобке ещё час, пока рипер и её помощник возились с Армином и настраивали его новую оптику.              До конца.              Леви мысленно повторял эту фразу множество раз за эти шестьдесят минут. Глупо звучало. В городе, где «навсегда» означало «пока не подстрелят», такие слова пахли дешёвым пафосом.              — Кстати, — Аккерман прервал затянувшуюся тишину так внезапно, что Рин дёрнулась, — предлагаю после того, как пацана прооперируют, сходить тебе за телефоном. Жнец же уже перекинул деньги за те спизженные чипы, значит хватит. Куплю со своих, раз идея моя. Не хочу, чтобы кто-нибудь ещё получил сообщение со странным наполнением.              Рин натянуто улыбнулась и кивнула, пробормотала благодарность под нос. Леви этот почти молчаливый жест напряг, но голову забивать им не стал.              Дверь в подсобку распахнулась, и на пороге появилась Ханджи, вытирая руки о какую-то тряпку, которая позже присоединилась к остальному медицинскому мусору в урне около двери.              — Мы там закончили, — она подпёрла плечом дверной косяк, — оптику заменили, трекеры вырезали и перепрограммировали последнюю геолокацию, страховку открыли и записали на тебя, — Зоэ повела рукой, согнутой в локте. — Хотя, зачем я вам это рассказываю? Вы тут так мило устроились, что, наверно, и забыли, зачем вообще пришли.              Рин поднялась, оставляя пустую банку на столе, и потянулась.              — Пойдём, посмотрим на нашу бледную сиротку?              Леви нехотя встал, следуя за Ханджи и Рин в операционную. Армин сидел в кресле, часто моргая и нервно щёлкая суставами пальцев.              — Ну как, герой? — спросила Ханджи, скрестив руки на груди.              — Голова немного кружится, — признался Армин, потирая виски. — Но в целом, нормально.              — Отлично! — Зоэ хлопнула в ладоши. — Тогда можешь рассказать им, что ты там нарыл, пока мы тебя ковыряли, — она обернулась на Рин и Леви, объясняя: — Я разрешила ему пользоваться серверным выходом в сеть через терминал, чтобы не ёрзал во время имплантирования.              Армин резко выпрямился и посмотрел на Леви, пока Ханджи шла к своему столу с записями. Как только рипер уселась и принялась что-то записывать в журнал, он начал:              — Я искал файлы про налёт, в котором погибли твои люди, — Арлерт обращался к Аккерману. — И наткнулся на новый документ, он совсем свежий, ему пара дней. Вы знаете человека, которого называют Жнецом? Он мелькает в подписях наравне с подписями Арасаки, как исполнительное лицо…              Леви медленно обернулся к Рин. В его голове всё сложилось: как он остался в живых, почему она казалась ему такой знакомой и почему в памяти раз за разом всплывали её черты. Та стояла, уставившись в пол, она нервно перебирала пальцами края рукавов своей джинсовки.              — Ты знала, — констатировал Аккерман.              Это не был вопрос, Леви не нуждался в ответе или подтверждении, но Рин всё же подняла голову. Он смотрел ей прямо в глаза, обычно такие живые, а теперь пустые, как после того заказа, где они ликвидировали киберпсихопатку.              — Да.              — Класс, — Леви состроил маску иронии на лице и пару раз резко кивнул. — Он тебя нанял?              — Да, — уже тише ответила она.              — И что, блять, пошло не так? — он подошёл ближе, делая пару шагов в её сторону. — Почему ты меня вытащила?              Мао ответила не сразу, делая пару глубоких вдохов. Она посмотрела на Армина, затем на Ханджи, которая развернулась в своём кресле и с нескрываемым удивлением наблюдала за развернувшейся картиной. Вернув внимание к Леви, всё же заговорила:              — Потому что, когда поняла, что именно происходит, было уже поздно вытаскивать остальных, — ровно проговорила она. — После того как я тебя выволокла оттуда, фактически из-под носа двух корп, Жнец сказал, что ты сбежал. И что мне нужно выследить тебя, и… убить. В том переулке, когда ты прикуривал, я уже почти настроилась, почти отбросила все сантименты и решилась на спуск курка, но… Ты помнишь, что тогда мне сказал?              — Не помню, блять, я ведь думал куда мне с тобой – ебанутой – бежать, — раздражённо выплюнул он.              — Ты сказал мне выстрелить, — перебила его Рин. — Тебе нечего было терять, как и мне. Это и сделало нас похожими. Терять нечего, за жизнь цепляемся просто “потому что”, — затараторила она.              — Леви, ты мне этого не рассказывал, — влезла Ханджи, на что получила жест рукой от Аккермана, призывающий замолчать. Он так и не повернул головы, ловя каждую эмоцию на лице Рин, пытаясь отследить хоть каплю доказательств тому, что она лжёт.              Но она не лгала.              — И на том задании в порту, — продолжила Рин, не обращая уже ни на что внимания, — я специально подставилась под пулю, чтобы поехать с тобой. Лишь бы не возвращаться к Жнецу. Все те встречи до этого ранения – были моим заданием обнулить тебя. Условие проще некуда: либо умираешь ты, либо умираю я. Только для меня этот выбор стал вообще нихера не простым. Когда стреляешь в зеркало – непременно рикошетит и в стрелка.              Повисло молчание, нарушаемое лишь гудением аппаратуры в клинике. Моблит, который всё это время стоял в углу операционной с планшетом в руках, прокашлялся.              — Так, и… Он тебя разве не ищет? — аккуратно поинтересовался Бёрнер у Мао.              — Ищет, конечно, — Рин выглянула из-за плеча Леви. — Только вот, я тоже в потолок не плевала всё это время.              Она кивком поинтересовалась у Леви, может ли пройти, и он отошёл с пути, не спуская с неё глаз. Рин подошла к столу Зоэ и вынула из разъёма за ухом чип.              — На щепке вся информация, которую я смогла нарыть на Жнеца.              Армин встал с кресла и подошёл к столу.              — Могу посмотреть? — он уже тянул руку к вещице.              — Бери, мне не жалко, — Рин махнула рукой и обернулась обратно к Леви, пока Арлерт возвращался к своему излюбленному месту, — вот поэтому он нам и нужен. Он поможет дополнить мою информацию и скорректировать план.              — Какой ещё план? — наконец заговорил Аккерман.              Со стороны операционного кресла раздался заворожённый шёпот Армина, который уже вовсю разглядывал данные с щепки:              — По убийству Жнеца…