Неоновые слёзы

      — Отец? — Александр вышел из-за стола, глядя, как Финн Сайфер приближается к нему, и с каким-то несвойственным ему родительским дружелюбием треплет его по плечу, точно нерадивого школьника.       — Должен признать, не ожидал от тебя: вот так обвинить со сцены «Genesis Project» в информационном терроризме… это было смело. Теперь осталось нашим накопать на них дерьма — и дело сделано. Неужто ты, наконец, становишься тем, кем я всегда мечтал тебя видеть? — он шутливо прищурился, но светло-голубые, как и у Александра, глаза, теплее не стали. Однако, юноша смешался: он никак не ожидал, что, помимо привычного кислого скептицизма, в нём ещё и поднимет голову ребёнок, всегда мечтавший услышать от родителя в свой адрес нечто подобное. Он знал, что отец легко лгал, когда ему это было выгодно — даже собственному сыну, но нелепое, детское желание быть лучшим для своей семьи в тот миг захватило его и заставило смутиться, покраснеть самым постыдным образом.       — А это что за бугай? Твой новый телохранитель? — отвернувшись, он, заложив руки за спину, нарочито медленно, вразвалочку, направился к окну, надеясь, что никто из визитёров не успел заметить его мимолётной слабости.       — Нет, Александр… — вздохнул Финн, садясь на кожаный диван неподалёку от стола, — …это твой телохранитель. Теперь ты будешь под его присмотром двадцать четыре часа в сутки.       — Что?! — не удержавшись, фыркнул Александр, оборачиваясь и глядя на отца с нескрываемым удивлением и насмешкой. — Надеюсь, ты пошутил. С какой стати ты вдруг решил приставить ко мне… — он мельком скользнул взглядом по высокой фигуре у дверей, которая с момента появления, кажется, даже ни разу не пошевелилась, — …этого бота? То, что на нас совершили кибер-атаку, ещё не повод сажать меня под замок!       — Придержи язык! — вдруг жёстко оборвал его Финн. — Во-первых, ты не знаешь, о чём говоришь, а во-вторых, этот человек — не бот. Он... живой. Поэтому прояви уважение. В случае опасности, его жизнь будет под угрозой — не твоя.       — Живой… — не унимался Александр, сверля ненавидящим взглядом чёрные очки потенциального надзирателя. — Да я даже не вижу, как он дышит! Живые организмы без воздуха не функционируют! Очередной киборг, которых… — он осёкся, чуть было не сболтнув того, о чём обещал больше никогда не упоминать при отце. — …которых на каждом шагу тьма!       «…которых я ненавижу!»       — «Genesis Project» гораздо опаснее, чем ты себе представляешь, — терпеливо промолвил Финн. — Они не смогли переманить тебя к себе, мы — но, в частности, ты — отказали им в заключении контракта о совместных проектах. И сегодня ты во всеуслышание заявил, что они пытаются подорвать репутацию компании. Фактически, ты объявил им войну. А знаешь, что ещё произошло?.. — глава вздохнул, однако, на светлом, едва тронутом следами старения лице, не отобразилось даже намёка на тревогу. Александр знал, что это заслуга нейро-импланта: когда-то отец был совсем иным — живым и чувствующим. Но стрессы, которым неизбежно подвергался человек на высоком посту СЕО, закономерно начали разрушать его организм. Финн Сайфер не мог позволить себе покинуть компанию так скоро. Поэтому он принял решение кибернезироваться настолько, чтобы без проблем выдерживать рабочие нагрузки. Да, он был жив, но для Александра всё равно что умер — это был уже не тот человек, которого он помнил в детстве. Финн изменился безвозвратно, и Александр не знал, как смириться с этим и перестать испытывать чувство потери. Ведь кроме отца и Сена у него в жизни не было больше ничего, чем он бы всерьёз дорожил. Единственная цель, которой он жил последние семь лет — это осуществление мечты отца о создании технологии, способной искоренить несправедливость и бедность. Чтобы больше никогда не было потребности в войнах за ресурсы. Александр знал, что отец так и не смог смириться с тем, что его родные погибли в нищете, в трущобах, потому что не имели нужных способностей, средств и связей для того, чтобы подняться к той жизни, о которой они всегда мечтали.       Теперь же эти мечты были возложены на их плечи — Финна и Александра. Финн был беспринципен и умён, умел делать деньги буквально из воздуха — благодаря этому он и сумел выжить когда-то, уйдя из семьи в тринадцать лет и начав зарабатывать дилерством имплантов. Мать Александра, будучи специальным советником по безопасности в «Aurora Technologies», погибла на начальных этапах разработки «Геи». Александр же с детства выказывал все задатки технологического гения, что несказанно воодушевляло Финна, и в дальнейшем легло в основу «Aurora Technologies».       Потому Финн и берёг его столь исступлённо — в Александре было всё, что он потерял, и всё, чего никогда не имели его мёртвые.       — Вчера вечером мне на почту посыпался спам с угрозами, — сказал Финн. — И там упоминалось, что нас обложили со всех сторон. Только вот, когда мы это заметим, станет уже слишком поздно. Поэтому я принял решение не проверять, насколько эти угрозы совпадают с реальностью.       — То есть, ты всерьёз думаешь, что, наняв мафиозника-вышибалу, сможешь обойти «Genesis»? — Александр не удержался и закатил глаза, после чего исподтишка взглянул на человека у дверей: коротко стриженные черные волосы, рост около двух метров, глухой темный костюм — такой же, как и у охраны компании, сшит из высокотехнологичных материалов, защищающих от жары и холода. Под костюмом, наверняка, обнаружился бы бронижилет с кевларовыми вставками. И, судя по тому, что незнакомец не нравился Александру с каждой секундой всё больше, он был буквально напичкан имплантами — что особенно характерно для головореза-наёмника, стремящегося максимально увеличить свою силу и уменьшить уязвимость.       — Влад — не просто «вышибала», — парировал Финн. — Он — высококвалифицированный специалист по безопасности. Я не стал бы приставлять к тебе бездарь, уж это, я думаю, ты и сам понимаешь. — Александр с сомнением и уже не скрываясь, окинул взглядом безмолвно стоящего охранника.       — А «Влад» разговаривать умеет? — подойдя к нему, с несвойственной ему заносчивостью, граничащей с развязностью, ехидно поинтересовался Александр. — Или ему удалили язык, чтоб тайны не разбалтывал?       — Удаление языка не требуется, когда есть нейро-имплант, — вдруг отозвался тот — совершенно бесстрастно и до такой степени отстранённо, будто говорил не о собственном теле. Александра продрал мороз. — Он запрограммирован на блокировку конфиденциальной информации.       — Нет, это совершенно невозможно! — отрезал Александр и, в отчаянии подняв руки, отвернулся. — Я не стану держать подле себя эту машину!       — Прости, Александр, но это вопрос решённый, — с усталым вздохом потирая висок, отозвался мистер Сайфер. — Времена настали неспокойные, и я не могу потерять тебя — как своего сына и как главный источник разработок. Никто из ныне живущих специалистов тебе и в подмётки не годится. Считай это профессиональной необходимостью. На этом разговор окончен. Влад, расскажи ему, насколько он «в безопасности» на самом деле.       — Я провёл предварительный анализ вашего офиса и системы безопасности… — начал тот, на что Александр демонстративно развернулся и отошёл к окну, из-за которого доносился гул транспорта, сирен и обрывков голографической рекламы. Обоняние улавливало запах синтетических материалов и озона, — …и выявил ряд недостатков.       — Кто бы сомневался… — прошептал Александр, невидяще пялясь вдаль. Его разрывало от гнева и протеста. Как он и думал — его желания для отца ничего не значат. Он — лишь средство, и всегда был им, с того момента, как обнаружились его способности.       — …Первое — физическая безопасность: окна вашего офиса не имеют достаточной защиты от взлома. Стеклопакеты стандартные, легко разбиваются. Рекомендую заменить их на многослойные бронированные стекла с полимерной пленкой, устойчивой к высоким температурам и давлению. Также стоит установить датчики разбития стекла, подключенные к централизованной системе охраны.       Дверь в ваш кабинет обладает недостаточной степенью защиты. Замок устаревшей модели, легко поддается взлому отмычками или силовому воздействию. Рекомендую установить многозапорный замок с биометрической идентификацией, а также усилить дверную раму и петли.       Камеры видеонаблюдения в коридоре имеют слепые зоны. Необходимо установить дополнительные камеры, чтобы обеспечить полный охват периметра. Также стоит рассмотреть возможность установки тепловизионных камер, способных обнаруживать людей в темноте…       — Хватит! Достаточно! — зажмурившись, отрезал Александр. У него больше не было сил слушать эту синтетическую, автоматизированную речь. — Я понял.       — Я разработал подробный план по устранению этих уязвимостей, — продолжил Влад, — и готов приступить к реализации немедленно, — голос низкий, с тёплыми нотками жизни, но тон до того сухой, что становилось ясно — ему абсолютно всё равно. Он не пытался впечатлить Александра, не пытался доказать, что все уверения Финна о нём — правда, он просто излагал факты и предлагал решения — и это было невыносимо. Невыносимо тревожно.       Сигнал наручного компьютера.       — Что ж, знакомьтесь дальше, а мне пора на конференцию, — взглянув на выскочившую голограмму с оповещением, промолвил Финн. — Уверен, со временем ты поймёшь меня, — после чего поднялся и, одёрнув пиджак, покинул офис. Его охрана, ожидавшая в приёмной, поднялась с диванов и отправилась вслед за ним.       Александр и Влад остались одни.       — Как бы ни были хороши твои компетенции, ты — не более чем машина… — процедил предельно ровным от раздражения тоном Александр, по-прежнему будучи не в силах оторваться от окна. — Мне не нужны бездушные железяки вроде тебя рядом. Точно не за пределами офиса. Мне не важно, как ты это сделаешь, но я не желаю тебя ни видеть, ни слышать. Я хочу забыть о твоём существовании. Это понятно?       — Да, мистер Сайфер, — отозвался всё тем же серым тоном телохранитель. — Я буду выполнять свою работу.       — Что ж, отлично, — хмыкнул Александр, но тот ничего больше не ответил. Обернувшись, юноша обнаружил, что офис опустел.       «Как он…» — он, стараясь не выдать своего удивления на случай, если за ним наблюдают, обошёл все помещения, но охранника так и не обнаружил.       Влад исчез.

***

      Остаток дня прошёл смазанно. Александр старался выполнять привычную работу, болтал с Сеном, вернувшимся с конференции и обсуждал с ним новые уровни защиты системы, которые потребуется разработать, дабы «Genesis» пришлось основательно попотеть, прежде чем они смогут вновь пробить кодовый барьер. Они понимали, что теперь им придётся изобретать новые и новые способы заслона, потому что, очевидно, они недооценивали «Genesis», полагая их лишь очередным конкурентом в белых перчатках. Однако, те оказались куда более способными и беспринципными. И это, в их век холодных войн, было крайним способом проявления агрессии.       Наручный компьютер показывал полдесятого вечера, когда Александр, наконец, решил вернуться домой. Он чувствовал себя уставшим, но нервы гудели от напряжения. Теперь он не мог отделаться от тревожного чувства, что за ним наблюдают.       «Проклятый киборг…» — он вздохнул, спускаясь на подземную парковку. Ему было досадно, что, вопреки заверениям отца, он совершенно не чувствовал себя в безопасности. И, что самое абсурдное — дело было не в осознании угрозы со стороны «Genesis» или сторонних компаний. Ему было не по себе от мысли, что, возможно, в нескольких метрах позади, за ним бесшумно следует металлизированное чудовище.       Он остановился и обернулся.       Никого.       «Он вообще тут?» — с трудом подавив соблазн окликнуть гипотетического охранника, Александр забрался в аэрокар и отправился домой.       Этим вечером он впервые запер дверь в ванную на замок. Это было глупо, но Александр теперь не мог расслабиться даже у себя дома. Его преследовала мысль, что за ним постоянно наблюдают, где бы он ни находился.       — Что за бред… — он не мог отделаться от странного чувства дежа вю, и не понимал, почему оно вообще возникло. У него никогда раньше не было личной охраны, а следовательно — и такого опыта.       «Ничего не понимаю…» — облачившись в красный халат из искусственного шёлка, он вышел из ванной и направился на кухню. Готовил он всегда сам, хотя это мог сделать за него искусственный интеллект, но эта еда не нравилась Александру — она была в точности сбалансированной и до тошноты здоровой. После тяжёлого рабочего дня хотелось чего-то неправильного и далёкого от стерильной идеальности, которой была наполнена каждая его минута в компании.       — Что за… — он остановился и растерянно захлопал глазами: на прозрачном стекле кухонного стола стояла глубокая пиала с куриным супом. Но… разве он отдавал перед уходом команду Айрис приготовить ужин?       Он приблизился и понюхал — блюдо было ещё горячим, и над тарелкой поднимался едва заметный пар. Пахло оно непривычно вкусно и насыщенно — в него явно добавили специи, которые по обыкновению игнорировал ИИ. Тут ему в голову пришла совершенно смехотворная мысль:       «Да ладно? Вы издеваетесь что ли?!» — он огляделся, а после, ещё раз посмотрев на тарелку, пошёл обыскивать пентхаус.       — Сен! Сен, ты здесь? — позвал он, поочередно заходя во все комнаты и ища друга взглядом. Но кроме тишины и рассеянного света неона ничего не обнаружил.       «Этого не может быть», — он вернулся на кухню и нервно сел перед тарелкой, скрестив руки на груди.       — Айрис! — отрезал он, — Это ты приготовила?       «Нет. Запроса на приготовление ужина не поступало», — тут же ответил ИИ.       — Тогда… — он осёкся, после чего напрягся, — …да ну нахрен…       — Влад! — позвал он.       — Да, мистер Сайфер, — вдруг отозвались откуда-то поблизости. Александр так и подскочил на стуле, после чего огляделся, но никого по-прежнему не увидел.       — Покажись.       — Как пожелаете, — из-за угла вышел охранник и остановился в паре метров от рассерженного Александра.       — Это что? — отрывисто выплюнул юноша, указывая пальцем на пиалу.       — Суп, — коротко ответил Влад.       — Твоя работа?       — Да, — от такого ответа Александр окончательно выпал в осадок.       — Т-то есть? — после чего спохватился, видя как уголок рта надзирателя пополз вверх, и натянул на лицо невозмутимое выражение. — А, я понял: ты не успел поужинать, потому что я пришёл сюда. Поэтому спрятался, а суп остался, да?       — Нет. Это для вас, — спрятав улыбку, ответил тот.       — Напомни-ка… — Александр сделал вид, что припоминает, хотя внутренне кипел от абсурда происходящего, — …отец говорил о том, что ты телохранитель, а не горничная. Или я чего-то не понял?       — Вы всё поняли верно, — невозмутимо сказал Влад. — В мои обязанности входит сохранение вашего здоровья и жизни. Но при вашем текущем режиме питания и сна это имеет сомнительные прогнозы.       — То есть, ты теперь моя нянька? — Александр возмущённо скрестил руки, сверля Влада взглядом снизу вверх. — А что, если я не стану есть твою стряпню? Вдруг там яд, а ты — подосланный диверсант?       — Если не верите, можете проверить при помощи ИИ, — равнодушно пожал плечами Влад. — Моему клану нет смысла вас устранять — мистер Сайфер достаточно платит им за верность.       — Откуда ты? — Александр рассматривал его, стремясь уловить хоть малейшую фальшь, но это, при всей безэмоциональности Влада, было непросто: очевидно, он был отлично подготовлен, а его личность изменена до такой степени, чтобы надёжно хранить секреты. Александр был программистом, но не военным, и не бандитом, чтобы разбираться в таких вещах.       — «Кровавая луна», — отозвался Влад. — Уверен, вы слышали.       Да, Александр знал о ней — это один из крупнейших мафиозных кланов в V.A.R.D.A., известный масштабными махинациями в сфере торговли наркотиками и имплантами. Постоянные стычки с другими кланами не давали общественности забыть о них, а потому не проходило и года, чтобы в сводках не появились новости об очередном взорванном складе или погоне с перестрелками. Пару лет назад в одном из гадюшников, специализирующемся на крайне жестоких боях без правил, пришили премьер-министра. Кто был виновен в его смерти, так и «не удалось» расследовать, но Александр подозревал, что и здесь без «Кровавой луны» не обошлось.       — Почему ты в очках? — спросил Александр. В неоновом полумраке ночного пентхауса, чёрные антибликовые очки на мертвенно-землистом лице Влада смотрелись крайне странно.       — Дополнительное видение, — коротко, но, кажется, замявшись на мгновение, ответил тот.       — Сними, — тот послушно снял, и Александр ощутил, как его продирает озноб: за очками не было ожидаемых супертехнологичных визоров, к которым привык Александр, и которыми они снабжали охрану. Это вообще не было похоже на визоры.       — Какие… странные импланты… — он поманил его пальцем и Влад, сделав шаг к нему, опустился на одно колено, чтобы его лицо оказалось вровень с лицом Александра. Тот подался вперёд, вглядываясь в светящиеся, точно алый неон, радужки глаз охранника.       — Что это — гидрогель в муциновой слизи? Силиконовый эластомер? — допытывался он, с жадным интересом разглядывая обрамлённые чёрными ресницами глаза. — Никогда раньше не видел подобного…       — Я не знаю, — просто ответил тот, не шевелясь и давая Александру рассмотреть его полностью и даже потрогать кончиком пальца ресницы и кожу вокруг глаз. Как настоящие…       — Ты — и чего-то не знаешь? — хмыкнул тот, с тревогой отмечая, что его отношение изменилось. — Я понимаю, секретные технологии и всё такое… Но что-то сомневаюсь, чтобы мафия была способна на такие разработки. Это даже нам пока что не под силу… — на что Влад хмыкнул в ответ и растянул губы в улыбке — настолько живой, что Александр даже насторожился: значит, этот монстр всё-таки умеет вести себя по-человечески. Или это какой-то навороченный нейро-интерфейс со способностью к скоростному обучению за счёт имитации зеркальных нейронов?       — У вас будут ко мне какие-то распоряжения? — спросил Влад, надевая очки обратно.       — Будут.       — …       — Не надевай эти очки, когда со мной разговариваешь. Без них ты больше похож на человека.       — Хорошо, — после чего свернул за угол и скрылся — также необъяснимо, как и появился. Сколько бы Александр ни искал его по всему дому, ни перебирал в голове варианты технологий, которые сумели бы обеспечить мгновенное исчезновение столь плотного тела, ничего выудить из памяти и глубин интернета так и не смог.       Остывший суп он всё же съел.