Hot revenge

      Вдруг всё изменилось. Мальчишка лип к нему, ластился. Сынмин уже был возбуждён от его неловких действий. Впервые вот так быстро загорелся. Руки обвили тонкую талию дрожащего подростка, прижимая ближе к своему телу. Он боялся напугать его. Но и терпеть больше не мог. Движения стали резкими, поцелуй перерос в голодный. Руки шарили по стройной фигурке. Внезапный стон младшего немного отрезвил. Стало немного противно от самого себя. Что он творит?       — Чонина, постой! Я так не могу… — прошептал Ким. — Ты… для тебя это впервые и я не хотел бы спешить.       — Хён… — хрипло отозвался Чонин. — Я… я не нравлюсь тебе?       — Нравишься… глупый… очень нравишься… только…       — Только что? Ты не хочешь меня? Я чувствую, что ты возбуждён… и я тоже…       — Дело не в этом! — воскликнул Мин. — Давай так: до выходных я дам тебе время одуматься.       — А потом? — тихо спросил мальчишка. — Если я не передумаю?       — Потом я сделаю всё, что ты пожелаешь. А сейчас я отвезу тебя домой. Да и… там за сиденьем тебе подарок.       Сынмин отвёз мальчишку до дома и, напоследок чмокнув его в нос, умчался прочь. И ему сейчас было тяжело, как никогда до этого. Хотелось кричать и биться головой об стену, потому что он уже ничего не понимал. Это тихое «люблю» напоследок просто снесло крышу. А что, если Чонин и правда не передумает?       Может, бросить его? Закончить всё, что не успело начаться. Или довести всё до конца? Нет, он не отступит! Мин не должен забывать о своём унижении. Нужно отомстить, облегчив свою душу. Иначе не сможет жить дальше. Просто совесть не позволила бы ему. ***       Несколько дней они не виделись. Но всё же продолжали переписываться. Простые сообщения. Пожелания сладких снов и приятного аппетита. Это затягивало… проникало под кожу. Это мучило его.       В пятницу вечером, когда Сынмин уже ждал очередных слов на ночь, телефон завибрировал на тумбочке, оповещая о входящем звонке. Думая, что это Тэ, свайпнул по экрану, но вместо привычного голоса брата услышал чуть хриплый расстроенный говор Чонина. А вокруг звуки улицы и машин.       — Хён, я не могу больше ждать! Я не передумал и очень хочу тебя увидеть прямо сейчас!       — Чонина, ты где? — удивленно спросил Ким.       — Я у школы, — отозвался младший. — Забери меня… прошу…       — Стой там! Глупый ребенок! Я буду через пятнадцать минут!       Сынмин вскочил на ноги и понёсся к двери. Ну что за неразумное дитя! Думать ещё не научился, а лезет в койку к парню! Но… разве не этого добивался Мин? Разве, не этого так хотел? Вот он шанс! _____________________________       Чонина трясло от ночной прохлады. На улице середина апреля, а он в одной футболке и джинсах. Осознание своих чувств так внезапно ударило по голове, что ждать больше не мог. Папа уже давно спал, а Ин просто больше не мог терпеть. Ещё утром перед школой выкрасился в рыжий, следуя за зовом сердца. Хотел удивить Сынмина. И одеваться начал также, как и старший. Было огромное желание быть похожим на него. Сынмин сильный и смелый. Сынмин ответственный и благородный. Другой бы взял его там на обрыве, воспользовавшись его слабостью. Или ещё раньше. Моментов для этого было предостаточно. Но теперь всё изменилось. Теперь уже Чонин чувствовал в себе силы для того, чтобы дойти до конца.       Просто вышел из дома в порыве желания. Сбежал и не хотел возвращаться. Жаль, что не знал его адреса, иначе поехал бы сразу к нему. Пока ждал — присел на тротуар, обнимая себя за плечи, пытался согреться. Внезапное рычание красной ракеты взбудоражило сознание. Визг тормозов и быстрые шаги. Его ладони на плечах, тёплая толстовка с его запахом.       — Вот же глупый! Решил тут замёрзнуть? Почему не оделся? — праведная отповедь, которая окутала тёплыми волнами.       — Я просто соскучился, — прошептал Чонин.       Сынмин что-то продолжал бурчать, пока вёл авто к нужному адресу. А Ин укутался в его вещь, улыбаясь, как придурок, всю дорогу. Феррари затормозило у какого-то дома в два этажа. Старший помог ему выйти и повёл к двери, брелоком закрывая авто на сигнализацию.       Какие же у него руки тёплые! Просто волшебные… Сынмин провёл его через тёмный холл и увлёк наверх по ступеням. Наконец, они оказались в комнате, где пахло его парфюмом. Сынмин потянул его к себе, увлекая в свои объятия, нежно поцеловал, в процессе чего снял с его плеч свою толстовку. Старший был таким ласковым, так бережно прижимал к себе, что Ин решил не сдаваться. Он податливо тянулся к нему, пытаясь поспевать в поцелуе, и почти не испугался, когда почувствовал его горячие пальцы на своей коже под футболкой. Наслаждался его осторожными действиями.       — Ина, ты уверен? Малыш… мы можем не торопиться и отложить, если ты вдруг передумал, — тихо прошептал Сынмин ему на ухо. — Я могу остановиться в любой момент…       — Нет! — упрямо ответил Чонин. — Я очень хочу… уже давно… Прошу, не оставляй меня сейчас!       — Ну что ты такое говоришь! Я здесь и я с тобой…       От его слов так приятно на душе! Чонин и подумать не мог, что между парнями бывает такое. Старший скинул с себя весь верх, оставаясь только в серых спортивных штанах. Его бледная кожа светилась в полутьме комнаты и это было просто великолепно! Чонин скользил взглядом ниже по его обнажённому торсу: острая линия ключиц, подкачанные мышцы груди, плоский живот… Как же он прекрасен! Внимание вернулось к лицу Сынмина. К его внимательным тёмным глазам, к его пухлым губам, которые были чуть тронуты улыбкой. Чонин протянул руку и пальцами аккуратно коснулся его бархатной кожи.       — Не стесняйся! Ты можешь трогать всё, что понравится, — протянул Ким.       — Ты такой красивый, хён! — смущённо улыбнулся Ин.       Сынмин опустил руки к краю его футболки и, потянув выше, тоже оголил его торс. Ин немного стеснялся своего худого тела, но полной страсти взгляд старшего вселял надежду. Мин прижал его к себе, вновь увлекая в поцелуй, гладил его, аккуратно подталкивая в сторону кровати. Немного развернувшись, осторожно уронил его спиной на расправленное одеяло и навис сверху. Короткий взгляд глаза в глаза, после чего Сынмин наклонился ещё ниже к его шее, прихватывая губами чувствительную кожу. Чонина тянуло к нему, как магнитом. Охваченный пламенем, которое скручивало пах до приятной боли, приподнял задницу, когда старший потянул вниз его штаны вместе с бельём.       Через минуту между ними больше не было ненужных преград. Кожа скользила по коже — так нежно, гладко. Незнакомый звук заставил приоткрыть глаза, которые Чонина закатил от восторга и непривычных ощущений. Он увидел, как Сынмин что-то выдавил себе на пальцы и нырнул ими между разведенных ног. Точно! Смазка…       Разряд тока пронзил позвоночник, когда подушечка пальца Кима коснулась сжатого колечка мышц, аккуратно массируя. Краска стыда залила щёки Ина, когда он представил всю картину со стороны. Это невероятно смущало! Было немного приятно и в то же время больно. Пальцы надавливали все сильнее, вызывая небольшое жжение и странную заполненность. Но он забыл обо всём, когда язык коснулся головки его члена. Чонин выгнулся, из-за чего губы старшего скользнули по стволу, а два пальца сразу до конца вошли в горячее нутро. Ян затрясся всем телом и кончил, совершенно этого не ожидая. Не вынимая из него пальцы, Сынмин поднялся выше по его телу и обнял свободной рукой, прижимая к себе, поцеловал в висок.       — Тише, мой мальчик… Мы начнём сначала! — прошептал Мин, добавляя третий палец.       А Чонин почти не реагировал. Просто кивал его горячем шёпоту и постанывал от болезненных действий в своём анусе. Даже не заметил, когда Сынмин закончил подготовку. В какой-то момент он приподнялся и отстранился на добрую минуту, а потом вернулся, устраиваясь между его разведенных коленей. После почему-то зажал ему рот рукой и вошёл одним плавным толчком до самого основания. Адская боль пронзил всё тело Ина от макушки до пят, слёзы брызнули из глаз. Он кричал и дёргался под застывшим сверху Сынмином, но ничего не мог сделать. Как же было больно!       Очень скоро ладонь заменили ласковые губы, а неприятное жжение вступило место скользящим толчкам. Член старшего почти при каждом движении задевал какую-то точку внутри, от которой расползались приятные мурашки. Вернулось приятное ощущение, сознание заполнило ожидание большего. Наконец по телу разлилось наслаждение в чистом виде, с губ слетел первый стон, полный блаженства. Сынмин шептал ему какие-то нежности и поддерживал так бережно. Ин пытался ему отвечать, пытался двигаться навстречу его толчкам, но получалось очень плохо. Внутри него всё сжималось. Чонин чувствовал, что второй оргазм не за горами. Старший немного ускорился, будто прочитав его мысли. Ин вздрогнул и расслабился, достигнута края, испачкал их обоих. А перед глазами словно тысячи фейерверкоа. Он просто улетел, рассыпаясь на кусочки, прикрыл глаза и утонул в тёмной пучине. ___________________________       Всё поменялось. Его признания… Реакция… Это больше не было чем-то лёгким. Этот мальчик… Сынмин понимал, что теперь не сможет от него отказаться. Это было выше его планов, выше той глупой мести, которую он задумал. Всё полетело прахом! В одно мгновение Чонин стал для него очень важен и безумно дорог.       И теперь стало стыдно. Как он вообще мог подумать о том, чтобы играть жизнью этого мальчика? Как мог умудриться вообще допустить такие мысли? Разве не должен был извлечь урок из поведения его отца? Нет, Мин теперь приложит максимум усилий, чтобы Чонин был счастлив. И конечно, больше никуда его не отпустит.       Сынмин взгляда не мог от него оторвать. Стоял около кровати, затаив дыхание, и смотрел на спящее в его постели прекрасное чудо. Его лисёнок. Такой маленький, нежный, доверчивый, бесконечно добрый… Мин защитит его от всех… и от самого себя тоже. Он решил рассказать ему всё, а потом… Так будет справедливо. Сынмин примет любое его решение. Если Чонин прогонит его, значит, такова судьба. И он сам в этом виноват.       Мин невероятным усилием воли оторвал взгляд, прошёл в душ, где привёл себя в порядок, после чего вернулся в свою постель. Лёг рядом и притянул Чонина к себе ближе, обнимая руками его худенький стан, прикрыл глаза, уплывая в страну Морфея. Утро началось с нежного прикосновения к его щеке. Сынмин открыл глаза и увидел… самое прекрасное, что может быть на свете: сонный взгляд, след от подушки на щеке и растрёпанные рыжие пряди, в которых запуталось солнышко. Он так очарователен!       — Красивый цвет! — улыбнулся Сынмин.       — Спасибо, хён! — смущенно протянул младший. — Я… я хотел быть похожим на тебя! Глупо, да?       — Нет. Тебе очень идет, Йени! Вставай. Нужно позавтракать и отвезти тебя домой.       — Ты такой внимательный… Я люблю тебя… — смотря ему прямо в глаза, прошептал Ин. — Знаю, что рано такое говорить и ты скорее всего скажешь, что…       — Нет, не рано. Я тоже… тоже тебя люблю, Лисёнок! — гордо сказал Мин.       Они поднялись и прошли в ванную, где вместе почистили зубы и умылись, глупо улыбаясь отражению друг друга. А потом поспешили вниз. В столовой обнаружилась мама. Женщина с удивлением посмотрела них обоих, отметив сплетенные пальцы рук.       — Доброе утро, мальчики, — приветливо улыбнулся Джуна.       — Доброе утро, госпожа! — с мягкой улыбкой почтительно поклонился Чонин.       — Мама, рад тебя видеть! Это мой Чонин, — представил его Мин.       — Ну рада познакомиться. Присаживайтесь за стол. Медвежонок, а ты…       — Да, мам. Прости! От меня внуков ты точно не дождёшься!       — Сыночек, главное, чтобы ты был счастлив! — сказала женщина, потрепав его по макушке.       — Я счастлив, — кивнул Сынмин.