4 dads

Было раннее утро, около восьми. Ники только вернулся с ночной смены в райских сумерках. Он зашёл домой, лениво снял куртку и обувь. Смена в баре оказалась на удивление тихой: без драк и ни одного торчка в туалете, за которым пришлось бы убирать. Он перебирал глазами счета: счёт за свет, за воду, письмо от страховой, где они покрыли поход Аарона к стоматологу, что, конечно, очень порадовало Ники. Пару купонов на бесплатную туалетную бумагу и скидка 10% на пиццу в заведении, что открылось на соседней улице. Николас улыбнулся: мелочи, но после шести месяцев адаптации к новой жизни, ссор, привыкания к новой ответственности и многого другого было здорово для Ники наконец-то ощутить спокойствие. В его новой жизни были он сам, только что потерявший мать наркозависимый кузен с просто невыносимым характером, и появившийся из ниоткуда брат-близнец, который, кстати, ещё меньше года назад сидел в колонии для несовершеннолетних. Ники до сих пор не совсем понимал Эндрю: тот толком не говорил, дрался и выглядел как исчадие ада, на удивление имея идеальные оценки и неплохие успехи в учёбе. Хоть поначалу Ники казалось, что он не справится — все эти ночные звонки Эрику и слёзы о том, что он точно не сможет быть хорошим опекуном… Но полгода прошли. Близнецам исполнилось 18 в ноябре, а через два с половиной месяца они закончат школу. Ники не знает, что будет после, но сейчас он доволен. У них есть дом за ипотеку, которую он исправно платит, близнецы помогают и подрабатывают посудомойщиками в баре, и им на всё хватает. Ники взял с холодильника пиво и, наконец-то, плюхнулся на диван, включая телевизор. Сегодня суббота, поэтому, вероятно, близнецы спят. Он наконец-то может отдохнуть и позвонить Эрику. Он думал, что же ему приготовить на ужин. По телевизору говорили о Пасхе, которая будет на днях. Для Ники Пасха была особым днём: он и его мать любили искать яйца, он ходил в церковь с отцом, а на обратном пути отец покупал ему мороженое. Только жаль, что сейчас его родители даже не заговорили бы с ним. Лютер Хэммик ненавидел мужчин-омег и считал их происками дьявола. Но Ники не мог изменить то, кто он есть. Он сидел и прокручивал каналы, пытаясь найти что-то интересное, когда услышал, как кто-то спускается по лестнице. Это был Аарон. — Хей, — сказал тот. — Ты сегодня рано. — Да, перед Пасхой люди обычно не пьют слишком много. Кстати, а ты чего рано встал? — Готовился к зачёту по химии. — Может, тогда позавтракаем вместе? Эндрю ещё не проснулся? — Его нет. — В смысле — нет? Где он? — Не знаю. Посреди ночи куда-то уехал, — Аарон вытащил молоко из холодильника и налил его в стакан. — Вчера ему кто-то позвонил, и он вылетел из дома, сел в машину и уехал. — Боже, надеюсь, он не встрянет в какие-нибудь проблемы, — Ники опрокинулся на изголовье дивана. — Думаешь, у него кто-то появился? — Кто его знает. Никогда не видел, чтобы он засматривался на омег. Да и когда Роланд флиртует с ним, тот лишь игнорит его. Так что, вероятнее всего, нет. От резкого шума мотора, припарковавшегося во дворе, они поняли, что Эндрю вернулся. Через минуту дверь открылась, и вошёл Эндрю с большим рюкзаком в руках, а за ним зашёл рыжий парень, держащий небольшое одеяло, завернутое как буррито. — Эм… — сказал Ники, указывая на парня. — Ты привёл друга, Эндрю? — Это Нил. И он будет жить с нами, — Эндрю закрыл за ними дверь и положил рюкзак на землю. Аарон и Николас переглянулись. — П… по… подожди, что? Эндрю, объясни нормально! — Ники встал с дивана, подходя к ним ближе, пока не заметил, что одеяльце в руках паренька немного двигается. Эндрю, проследив взгляд Ники, указал на одеяло: — Это наш ребёнок, — сказал он с самым спокойным лицом. Глаза Аарона и Ники полезли на лоб. — Что?! — в унисон спросили они. — Что ты имеешь в виду под «ваш ребёнок»? — То и значит, — спокойно ответил Миньярд. — Но что? Почему? Как это произошло, если ты всё время был тут?! — Ники рассыпался в вопросах, держась за голову. А Аарон спросил: — Тебя предохраняться не учили? — Заткнись, — Эндрю посмотрел на Нила так, будто говорил ему: «Я же говорил, что они так отреагируют». Ники держался за голову и снова пытался усмирить панику, кидая одни и те же вопросы. — Дыши, Ники, — приказал Эндрю спокойным голосом. Аарон подозрительно и бесстыдно начал рассматривать Нила. Тот стоял посередине гостиной с ребёнком в руках и впервые в жизни не знал, как себя вести. — Эндрю, скажи, что ему есть восемнадцать, — обратился близнец, всё ещё разглядывая Нила и немного пытаясь рассмотреть ребёнка. Ответ, конечно, был очевидно — нет. В это же время у Николаса в голове шла самая настоящая ментальная война. Он ведь только наладил быт, всё только начало идти по плану — и тут неизвестный подросток с новорождённым в руках. А ему самому ещё нет двадцати двух. — Мне семнадцать, — заговорил Нил. — И я… — он посмотрел на младенца и добавил: — Мы не будем обузой. Но если наше присутствие будет для вас чем-то непосильным, то мы уй… Не успел он договорить, как Эндрю прервал его: — Ты никуда не пойдёшь. — О господи… — сказал Ники. — Ладно, Ники, возьми себя в руки, — бормотал он себе под нос, вызывая неоднозначные переглядывания между Эндрю и Нилом. Ребёнок в руках Нила издал писк, на что Эндрю сразу подошёл. — Мне нужно многое купить для него: памперсы, ещё кроватку и некоторые вещи. Ну и достать кое-что, — сказал Нил. — Можем сейчас поехать и купить. — Не думаю, что он выдержит вторую поездку за сегодня. А оставлять его на них я не хочу. Может, ты им доверяешь, но я — нет. У того сейчас вообще припадок будет, — он кивнул в сторону Ники. — Я сам могу поехать, если ты посидишь с ребёнком. — У тебя нет прав, — заявил Эндрю. — Я и раньше без прав ездил, — Нил не унимался. Эндрю, разумеется, это заявление не понравилось. — Хочешь оказаться в тюрьме за езду без прав? Как мы выяснили, ты очень везучий, — было неясно, на что намекал Эндрю, но Нил явно понял. Ники, который только отдышался, предложил — ему всё равно нужно проветрить голову: — Я могу его отвезти. Нил и Эндрю переглянулись, раздумывая над предложением. Вскоре Нил кивнул и передал ребёнка Эндрю. Ники немного неловко улыбнулся, указал в сторону двери и вышел. Нил кивнул Эндрю, ещё раз проверил малыша и последовал за Ники. Когда ребёнок всхлипнул, Эндрю направился к дивану и, положив малыша, развернул одеяльце. Аарон подошёл и с любопытством рассматривал его: он был просто крохотным, вероятно, ему не было и месяца. Эндрю смотрел на него так, будто и сам впервые его как следует разглядел. Взгляд Аарона метнулся на лицо брата. Тот выглядел взволнованным. Он и подумать не мог, что когда-нибудь увидит у него такое выражение. Это оказалось для него неожиданностью и даже немного позабавило. Взор Аарона вернулся к ребёнку. На малыше была шапочка, которая явно ему мешала. Он молча спросил взглядом разрешение снять её и получил одобрительный кивок. — Я думал, он рыжий, — нарушил тишину Аарон. — Как твой заморыш. Эндрю лишь хмыкнул. Аарон не понял — это было согласием или упрёком. Когда ребёнок открыл глаза, они оказались голубыми, как у того рыжего парня. Но даже так малыш всё же больше походил на Эндрю: светлые волосы, та же форма бровей и носа. Только цвет глаз отличал его от их третьей копии. Аарон не совсем мог осознать всего, что происходило. У его невыносимого брата есть ребёнок. Что ещё он о нём не знает? И что будет дальше? Да, у них были сложные отношения после смерти мамы. Возможно ли, что этот ребёнок поможет брату смягчиться и, наконец-то, наладить отношения? Или, наоборот, совсем лишит Аарона того брата, которого он недавно снова обрёл? Из этого потока мыслей его вывел голос Эндрю: — Подай ту сумку, — попросил он. — Чего? — переспросил Миньярд-младший. — Сумка. Вон та. Подай её, — Эндрю указал на сумку, лежавшую недалеко. Аарон встал и принёс её. Эндрю достал оттуда пачку памперсов и убрал одеяльце, собираясь сменить малышу подгузник. — Ты умеешь менять подгузник? — Аарон немного удивился. Эндрю молчал, но через минуту кивнул. *** В это время Нил и Ники сели в машину и уже ехали по направлению к младшему. После десяти минут неловкого молчания Ники всё же спросил: — Так… Нил, да? Твои родители знают, что ты здесь? Они, вероятно, волнуются. Ники держал руль двумя руками и иногда поглядывал на него, стараясь не показывать неловкости. После долгого молчания Николас уже подумал, что ответа он вряд ли дождётся, но Нил всё же заговорил: — У меня их нет, — сказал он и безмятежно уставился в окно, подперев подбородок рукой. — Оу… — неловко ответил Ники. — Мне жаль. Снова повисла тишина на пару минут. Но её нарушил уже Нил: — Ты ведь омега? — впервые он посмотрел прямо на него. От этого взгляда у Ники по коже пробежали мурашки: синие глаза будто смотрели сквозь него. — А?! Да… я омега, — Ники немного не ожидал такого вопроса. На самом деле, он совсем не выглядел как омега: рост выше среднего, телосложение не такое, как у большинства омег. Наверное, поэтому ему и удавалось долго скрывать это от родителей. От неожиданного воспоминания на него нахлынула волна образов: крики отца, истеричный голос матери, звон бьющейся посуды и его собственные мольбы… Из этого потока его снова вывел голос Нила: — По тебе не скажешь, — спокойно заявил он. — Как и по тебе, — ответил Николас. Хоть Нил и был невысоким парнишкой, это легко можно было списать на то, что он ещё подросток, который продолжает расти. По плечам тоже не скажешь. Но дело было даже не во внешности, а скорее во взгляде. Омег, по мнению Ники, можно было узнать именно по глазам. Обычно они смотрели чуть снизу вверх — либо озлобленно, либо со страхом, либо так, будто благодарны уже за то, что с ними вообще заговорили. Это происходило потому, что омеги встречались нечасто и чаще всего подвергались далеко не самому лучшему отношению. Пусть сейчас всё стало прогрессивнее, многое менялось и налаживалось, но следы прежних гонений ещё оставались в менее развитых местах. А Нил смотрел совсем иначе. В его взгляде не было запуганности. Он был скорее похож на тихого хищника, который нападёт, если нападут на него. И, вероятно, победит. Нил промолчал и снова уткнулся в окно. Ники не понял, сказал ли он что-то не то или этот мальчик просто такой же, как и Эндрю. — Я не знал… — вдруг сказал Нил, всё ещё глядя в окно. На глупое «а?» Ники он снова повторил: — Я не знал, что омега. Мне всегда говорили, что я бета. — Что-то внутри Ники сжалось. Он прекрасно понимал его, сам он был в похожей ситуации, поэтому лишь понятливо кивнул. Всё же в нём и Ниле было куда больше схожего, чем он думал. На мгновение он увидел в нём себя — напуганного, потерянного, без какой-либо поддержки. — Наверное, было страшно, — наконец смог выдавить из себя Николас. — Да нет, наоборот многое встало на свои места, — равнодушно пожал плечами Нил. — Я про ребёнка. Наверное, было страшно, — Ники сжал руль. Нил молчал какое-то время, переваривая вопрос. — Возможно, немного, — согласился он, — но это уже не имеет значения. То, что произошло — то произошло. Сожаление — бессмысленное занятие. — Ха, говоришь точно как Эндрю, — удивился Ники. На это Нил не ответил, и Хэммик лишь улыбнулся. — Так куда мы едем? — Туда, где можно купить детские вещи: кроватку, люльку и всё для малыша. — Ники кивнул. Он не знал, есть ли у Нила деньги на всё это, и не собирался спрашивать. Сам он только что получил немного наличных из клуба, и ещё у него была кредитка, которую он мог использовать. Он кинул взгляд на Нила и на его одежду. Ужасные лохмотья, подумал он: старые джинсы, старая растянутая чёрно-серая футболка и почти выцветшая чёрная худи. Николас решил, что надо бы купить и ему что-то, раз он остаётся с ними. Это ещё один подросток, за которого он будет в ответе, и плюс младенец. Тревожные мысли начали давить на него, и он решил отвлечься. — Так, Нил, вы с Эндрю давно знакомы? Явно подольше нас с Аароном, да, — сам пошутил и сам же рассмеялся он. Нил пожал плечами — кажется, он делает это часто, будто это его привычка. — Года два, может, чуть больше, — сказал рыжий. — Ого, это весьма серьёзно. Так вы с ним любите друг друга или типа того? — Нил не стал отвечать на этот вопрос. Ники ничуть не удивился, два сапога пара. Через минут пятнадцать поездки в тишине Нил подал голос и спросил: — У него кто-то есть? На глупое «а?» Хэммика Нил уточнил: — У Эндрю кто-то был за всё время, пока вы жили вместе? — До Ники наконец дошёл смысл вопроса. — А, нет. Точно нет. Аарон говорил, что Роланд, мой коллега из бара, где мы работаем, флиртовал с ним, но Эндрю его отшил. В школе и подавно никого нет, все его боятся. — Нил принял этот ответ и кивнул. — А что, переживаешь, что придётся соперничать с кем-то? — усмехнулся Ники. — Не переживай. Теперь понятно, почему Эндрю ни с кем не интересовался. Оказывается, вон у него такой рыжий красавчик был всё это время. — Заткнись, — Нил прервал его и снова посмотрел в окно, что вызвало у Ники улыбку. Нил и впрямь был очень даже симпатичным. Ещё бы отмыть его и переодеть — и вообще не отличишь от подростков-моделей из журнала. Они наконец-то доехали и припарковались у торгового центра. Нил тихо шёл за ним. — Нам на третий, там детский магазин, — сказал Хэммик. Нил кивнул. В первую очередь Нил выбрал «кенгуру». Он даже опробовал его, положив вместо ребёнка куклу и побежав от одного конца магазина к другому, чем вызвал недоумение Ники. Он что, собирается марафон с ребёнком бежать? — подумал он про себя. Но на этом странности не закончились. Нил выбирал люльку очень тщательно: насколько сильно крепится, насколько лёгкая, можно ли её использовать как детское кресло. После двух часов покупок детских вещей они наконец-то направились к кассе. — Будете оплачивать наличкой или картой? — спросила кассирша. Когда Ники доставал свою кредитку, он услышал, как Нил произнёс «наличкой» и отсчитал ей несколько купюр. У Нила было очень много налички. Кассирша не видела, но со стороны Ники было видно, что у этого странного рыжего подростка целый рюкзак денег. Ники посмотрел на рыжего и удивлённо таращился. Нил снова пожал плечами. Когда они загружали покупки в багажник джипа, Ники всё же спросил: — Откуда у тебя столько денег? Ты их украл? — Нет, я их не крал, — заверил его Нил. — Тогда откуда у тебя столько денег? — Ники уже предположил, что Нил украл у кого-то деньги, поэтому и выглядит как бездомный: потому что прячется от плохих людей. Ещё хуже, если он украл их у мафии. — Считай, это моё наследство, — спокойно ответил младший. — Столько наследства в наличке? Ты серьёзно? — Можешь мне не верить, но деньги мои. Наследство от покойной матери, — Нил спокойно произнёс, утрамбовывая коробки в багаж. — Тебе не о чем переживать, Ники. Это, конечно, его не успокоило, но из того, что он понял за эти пару часов их знакомства, — ответов он, вероятно, не дождётся. И Николас решил быть счастливым и просто принять его ответ. Разумеется, до тех пор, пока не надавит и не попросит рассказать всё, но, кажется, это будет не сейчас. Ники тяжело вздохнул и присел на бордюр: слишком много произошло за сегодня, хотя ещё и обеда не было. Нил присел рядом. — Слушай, ты мн… нам ничего не должен. Мы приехали только потому, что так Эндрю захотел. Я не собираюсь быть обузой для тебя, я могу и сам со всем справиться. Не думай об этом слишком сильно, — Нил сказал это так спокойно, что Николас ему поверил. Вроде с виду он казался лишь подростком, но говорил словно взрослый. Этот парень явно знал, о чём говорит. — Пойдём, мы купили всё, что нужно. Возвращаемся к остальным. — Нил похлопал его по плечу. Ники сделал глубокий вздох и поднялся. — Нет, мы ещё не купили тебе одежду. Ты выглядишь как бродяга. Нил вопросительно посмотрел на свою одежду. — Да вроде нормально, главное удобно и не бросается в глаза, — Нил неловко снова разглядел одежду. Николас спустил смешок. — Пойдем, горе-подросток. В магазине он заставил Джостена перемерить кучу одежды. К удивлению Хэммика, Нил послушно следовал его указаниям, не без небольшого бормотания, что его одежда не так уж плоха. — Вот и это примерь, — Ники принес еще стопку рубашек. Когда он передавал Нилу вещи, он не смог не заметить его голую спину в отражении. Сердце на миг остановилось, а в горле встал ком: вся спина была в шрамах, и, судя по виду, впереди было не менее ужасающе. Нил забрал вещи, не заметив взгляда Ники. Он был знаком с этим пареньком всего полдня, но уже понимал, что жизнь у него была сущим адом. Это даже было понятно не по шрамам, а по взгляду мелкого — таким же, как у Эндрю, когда Хэммик впервые его увидел: взгляд «бей или беги». И в этот момент он окончательно решил: даже если будет тяжело, но он постарается, чтобы у него был дом. — Ники? Мне кажется, эти рубашки слишком большие, — голос Нила вывел его из раздумий. — Да? Я принесу поменьше… *** — Я могу его подержать? — Это была очень неожиданная просьба от Аарона. Эндрю, который не опускал сына с рук с тех пор, как Нил ушёл, не был уверен, стоит ли…— Я его не уроню. — После раздумий старший Миньярд всё же согласился и кивнул. Аарон приподнял малыша, подправляя шапочку. — Он выглядит точно как на моих детских фотках, — заметил Аарон, чем вызвал осуждающий взгляд брата.— Да брось, твоих-то я не видел, — Аарон усмехнулся, когда ребёнок во сне издал звук, который был похож на одобрение его слов. — Видишь, он тоже так думает. — Хватит, отдай его мне. Аарон дернулся, не давая брату шанса забрать сына. — Эй, я только взял… — Эндрю выглядел недовольно, будто ребёнок собирается забрать свою игрушку, что невольно вызвало у Аарона смех. За эти пару часов его брат открылся больше, чем почти за десять месяцев их совместной жизни. — Отдай мне моего сына, сейчас же! — потребовал Эндрю, снова пытаясь забрать его, но Аарон всё ещё не отдавал малыша. — Мы близнецы, у нас одно ДНК, так что по сути он и мой, — от этих слов старший Миньярд нахмурил брови и снова попытался забрать малыша, сказав: «Хватит нести чушь». У Аарона это вызвало смех. Он бегал от брата по всему первому этажу и даже не заметил, как открылась входная дверь. — Что вы двое творите? — удивленно спросил Ники, стоявший с кучей пакетов. Там же стоял и Нил, который выглядел уже не так убого, как при первой встрече. От голоса кузена оба Миньярда остановились и посмотрели на только что вошедших. Ники был на самом деле очень удивлён такому ребяческому поведению кузенов, потому что с тех пор, как они начали жить вместе, их отношения были либо скандалом, либо полным игнором. Нил опустил покупки и подошёл, забрав ребёнка с рук Аарона. Аарон же не стал противостоять и спокойно отдал малыша. Нил посмотрел на Эндрю, осуждая его поведение, но тот лишь пожал плечами. От того, что Джостен взял малыша на руки, тот проснулся и заулыбался, увидев кого-то знакомого. — Ты его переодел? — спросил Нил, смотря на Эндрю, на что тот кивнул. — Мы ещё подгузники поменяли, — добавил Аарон, делая акцент на «мы». Эндрю закатил глаза на это глупое ребячество брата. Миньярд подумал, что тотальный игнор брата был всё же лучше. — Кстати, как его зовут? — спросил Ники, подходя ближе и наконец внимательно рассматривая племянника. Нил посмотрел на сына, касаясь его щеки пальцем. — Я ещё не думал об этом, — честно ответил он. — Есть идеи? — Будет сложно выбрать, учитывая, что придётся отбраковать 23 имени, — шутка Эндрю не впечатлила Джостена. Ники и Аарон переглянулись, не понимая, что имел в виду их брат. Они перекинулись парой вариантов, но Нил отказался от них. Ники и Аарон предлагали имена, как Алекс, Крис, Стефан, но ни одно из них не устроило родителей. И спустя какое-то время неудачных попыток назвать подходящее имя Аарон предложил: — Лиам? Нил задумался и в итоге кивнул. — Лиам вроде подходит. Что думаешь? — спросил Нил, не отрывая глаз от сына. Лиам, ему понравилось это имя: оно не было связано ни с одним из его старых имён, ни с кем из прошлого, абсолютно новое имя, имя, которое принадлежало его сыну. Эндрю согласился. — Лиам просто чудесное имя, — защебетал Ники. Аарон же был доволен, что его вариант одобрили. А Лиама стошнило. Нил сразу же поменял расположение ребёнка, чтобы тот не подавился рвотой. — Кажется, его укачало, когда вы носились с ним по комнате, — обвинил Ники близнецов. — Надо его переодеть, — Нил подобрал сумку с вещами Лиама, но Эндрю перехватил её, сказав идти за ним наверх. — Тогда мы с Аароном приготовим обед, — кивнул им вслед Хэммик, уходящим родителям. Комната Эндрю была небольшой: кровать стояла у стены, окно по середине комнаты, с письменным столом. Нил уложил ребёнка на кровать и снимал испачканную одежду. Параллельно он осматривал комнату: на столе лежали книги Эндрю, форма от экси, клюшка. — Ты всё ещё играешь? — спросил он, переодевая сына. — Да, — Эндрю сел рядом, рассматривая Нила. — Не пропадать же тому, чему ты меня так усердно учил. — Джостен усмехнулся. — Ну да, конечно, только из-за этого… — он аккуратно застёгивал новую рубашонку Лиама. — Но я рад, что ты не бросил. — Ты тоже можешь снова начать. — Рука Эндрю поправила сильно заросшую челку Нила. Тот не ответил, его лицо напряглось. — Это слишком рискованно, и ты это знаешь. Если они найдут меня, мне придётся бежать. — Что, хочешь бежать с ребёнком на руках, как твоя мать? Чем это закончилось, Абрам? — Нил вздрогнул, услышав это обращение. — Они не знают о Лиаме, они не должны узнать о нём, я этого не допущу. Поэтому… — Нил не закончил, как Эндрю его перебил. — Поэтому что? Убежишь один? — Нил посмотрел Миньярду в глаза. — Если я смогу защитить его, вас, то мне придётся. — Нил опустил голову и посмотрел на сына. Тревога, преследовавшая его, снова нахлынула: мысли о том, что они могут добраться до них, что мог бы сделать его отец, если бы узнал о Лиаме… Из этих потоков мыслей вывела крепкая рука Эндрю, которая коснулась его шеи. — Дыши… — приказал он. — Никто вас не тронет. Они думают, что ты умер вместе с матерью. — Нил наконец-то смог снова дышать. — Если они всё же заявятся, позвоним твоему бесполезному дяде, понял? — Нил кивнул, наконец приходя в себя. Эндрю, который всё ещё держал Нила за шею, потянул его к себе на плечо. — Ты что-то быстро успокоился, думал, придётся поцеловать. Тебе от панических атак помогало, — сказал он. Нил усмехнул ему в плечо. — Так значит, Ролланд?! — сказал Нил, приподнимая голову, чтобы посмотреть Эндрю в глаза. — Я вырву длинный язык Ники, — Эндрю притянул лицо Нила ближе, дыхание было обжигающим. — Тогда мой кузен рассказал, что мне было плевать на него. — Взгляд Нила скользнул по губам Эндрю. Он всё ещё помнил их последний поцелуй, полный отчаяния и страха, что они больше не увидятся. Эндрю, не думая, сомкнул их губы. До боли знакомые губы, по которым безумно скучал и даже не надеялся снова ощутить. Они целовались так жадно, будто боялись, что им снова придётся расстаться, пока лёгкие не начали гореть от нехватки воздуха. Только отстранившись друг от друга, они поняли, что пара синих глаз смотрит на них с любопытством, от чего стало немного неловко. Эндрю взял Лиама на руки; он всё же был таким крохотным. — Кажется, он к тебе привык, — заметил Нил, судя по тому, что Лиам не плакал и не дергался. Он погладил сына по голове. Никто из них не мог знать, что всё сложится так, когда они впервые встретились; не могли знать, что драка, которая произошла два года назад, изменит всю их жизнь…