Карп в клетке

Ночь. Вернее поздний вечер. В комнате с бассейном для карпов голубоватые сумерки из-за света в бассейне для рыб и голубой плитки на дне. На верхней ступеньки лестницы в искусственный водоём сидит девочка лет семи. В руках она держит мёртвое тельце карпа, а по её щекам катятся слёз. Этот карп почти такой же синий, как и все, кто плавают в бассейне, но некоторые синие пятна переходят в зеленые и единственный глаз тоже зелёный, хвост оборван. И этот карп лежит в руках девочки, бездыханный. Она не видела, как он умер, пришла только, когда его тельце всплыло вверх брюхом. И сейчас она плакала, плакала потому, что потеряла лучшего друга. Самого лучшего. - Баку... Открылась дверь. Стук гето и рядом с девочкой села её мама - Что случилось, малышка? - Баку... он... умер!! Девочка опять ударилась в слезы. Мама встала и ушла, но ненадолго. Она вернулась с коробкой. - Киоко, смотри. Положи его сюда. Девочка послушно убрала рыбку в коробку. Мама обняла дочку. - Баку был очень твоим хорошим другом? Киоко кивнула - Помнишь мы с тобой говорили о том, что у каждого существа, у каждой вещи есть душа? - Помню - Так вот. И каждая душа после смерти отправляется и рождается заново. И любой человек после смерти станет бабочкой, собачкой или просто камнем в лесу. - А Баку? - А Баку тоже станет кем-то ещё. И если он действительно тебе дорог и действительно считал тебя своим другом, то вы ещё обязательно встретитесь. - Правда? - Правда-правда. Киоко прижалась к маме. Женщина погладила её по голове. - Давай я тебе расскажу сказку про карпов? - Давай Девочка приготовилась слушать. - Жил был на свете карп Куро. Его звали Куро.... *** - Его звали Куро, потому что он был серый. Его пятна были такими блеклыми, что его могли и не заметить другие карпы или даже другие рыбы. Поздний вечер. Киоко сидит в своей клетке. Сегодня днем её впервые взяли на задание. Это было ужасно. Мафия убивала. А она должна была смотреть на Акутагаву. Его же так зовут? Этого монохромного больного. Киоко не любила три вещи: толпы, собак и смерть. Жестокую смерть. Сейчас, она сидела и пытаясь успокоится громко вслух повторяла мамину сказку - Ты карп? Да, я карп. И я тоже карп. Давай дружить? Давай. После этой строчки она ничего не помнила и потому принялась повторять её, расиягивая и распевая на все лады - Ты каааарп? Дааааа, я каааарп Где-то за стеной все спали - И яяяя тооооже каааарп Послышался раздраженный шёпот, а шаги - Дааааавааай друууужиииить? Даааааваааай Тыыы кааарп? Грохнула железная дверь - Может ты заткнешься? Задолблбала выть тут. Завались. Дверь снова грохнула. Это был Акутагава. Киоко замолчала и легла на пол. - Я хочу домой... Серые стены давили на девушку. Из решечетого окна падал белый свет фонаря. Тут даже не на чем спать, да и штор нет. Оставалось завязать глаза плотной тканью и пытаться уснуть. Она здесь уже три дня. Вчера закончилась надежда, что кто-то ей поможет. Никому нет дела, что где-то пропала девушка. Когда её забрали прямо с улицы, прохожие не помогли. Да и мафия не слишком добра, но деваться некуда. Бежать не имеет смысла. Киоко не умеет драться, стрелять. Она умеет только смотреть и как-то делать людей сильнее. Слёзы покатились из её глаз. За три дня она не успела выплакать все. Ей захотелось разрыдаться в полный голос, закричать, но она знала, что за этим последует. Снова будут бить по железной двери, от грохота которой страшно, как от грозы. Если после этого она не перестанет плакать, то придёт кто-то из мафии и будет бить. В прошлый раз это были удары кулаков.