В логове Мышки

5 Призрак Прошло пять часов. Лорна первой пошевелилась. Сначала тихо протянула сонный стон, перевернулась на другой бок, а затем медленно приоткрыла глаза. Несколько секунд она лежала неподвижно, будто слушая что-то только ей одной слышное, потом широко зевнула, прикрыв рот ладонью. Лорна: "М-м..." — протянула она, сладко потягиваясь. Её тело вытянулось, спина выгнулась, грудь приподнялась, а бёдра лениво повернулись, прежде чем она села на краю кровати. Волосы спутались, слиплись в пряди и падали на лицо, но её это нисколько не смущало. Она поднялась, босые ступни коснулись холодного бетонного пола. Лорна лениво разминает шею, снова зевает, хрустнув плечами. Лорна: "Ну и духота..." — пробормотала она себе под нос. Потом, не торопясь, она потянулась к стулу, где висела её пижамная кофта. Тонкая, чуть растянутая, с длинными рукавами, она пахла Лорной - её потом, её теплом, её ночными сновидениями. Мышка накинула её на голое тело, оставив пуговицы расстёгнутыми. Ткань мягко скользнула по её меху, скрыв плечи и грудь, но оставив бедра и ноги открытыми. Она потянулась ещё раз, сладко выгибаясь, будто нарочно. Лорна ещё раз сладко зевнула, потянулась, выгибая спину. На мгновение она просто сидела на кровати, прислушиваясь, тишина. Ровное дыхание Дамма подтверждало: он всё ещё спал, голова чуть свесилась, тело обмякло в верёвках. Она усмехнулась про себя, посмотрев на него с лёгкой насмешкой, и встала. Она медленно направилась к углу комнаты, где стоял электрический плиточный модуль. Наклонившись, она щёлкнула выключателем. Плита зажужжала, и вскоре воздух наполнился запахом нагревающегося металла. Лорна достала из ящика пару жестяных банок и пакет с сухим пайком. Разорвала зубами край, вытряхнула содержимое в небольшую кастрюльку с водой. Лорна: "Тссс..." — шепнула она себе под нос, чтобы случайно не разбудить его. Постепенно из кастрюли повалил лёгкий пар. Запах грубый, солоноватый, с привкусом дешёвых специй заполнил комнату. Лорна склонилась над кастрюлей, помешала содержимое ложкой и удовлетворённо кивнула. Её волосы падали на лицо, но она даже не пыталась их поправить. Краем глаза она снова посмотрела на Дамма. Он спал, или может быть, пытался изо всех сил не выдать, что проснулся. Его дыхание было размеренным, губы слегка приоткрыты. На лице оставались следы усталости ночи, но сейчас он выглядел... мирным. Почти беззащитным. Улыбка скользнула по её губам. Лорна: "Спи, мой хороший мальчик..." — прошептала она так тихо, что только сама могла услышать. Лорна тихо перемешивала содержимое кастрюли. Пузырьки поднимались на поверхность, редкие, ленивые, шипя и лопаясь. Запах солоноватой похлёбки стал гуще, прилипчивей, он наполнил комнату и потянулся к спящему Дамму. Он сначала пошевелился во сне, тихий вдох глубже обычного, потом лёгкое движение головой. Через пару секунд его веки дрогнули, и глаза приоткрылись. Дамм сонно моргнул, будто не понимая, где находится. В первое мгновение ему даже почудилось, что он дома... но холод под ногами и верёвки на запястьях быстро вернули реальность. Он повернул голову. Лорна стояла у плиты боком к нему, сосредоточенно размешивая похлёбку. Её кофта едва прикрывала бёдра, и с этого ракурса она выглядела так, будто вообще ничего под ней не носит. Тёплый пар стелился по комнате, и в животе у Дамма предательски заурчало. Лорна сразу обернулась, заметив его пробуждение. Её губы тронула ухмылка: Лорна: "А вот и мой сонный мальчик. Проснулся по запаху? Ммм, как мило." Она сняла кастрюлю с плиты, поставила на тряпку. Достала из ящика две миски, старые, с потёртыми краями, но ещё целые. Аккуратно зачерпнула половником и вылила дымящуюся похлёбку в одну, потом во вторую. Пар поднялся густой струёй, осел на её лице капельками. Она провела ладонью по щеке, стряхнув влагу, и поставила миски на стол. Лорна: "Вот, завтрак готов" — протянула она с ленивым удовлетворением и обернулась к Дамму. — "Для меня... и для тебя." Её взгляд скользнул по нему, по спутанным волосам, полуоткрытым глазам, по его связанным рукам. Улыбка стала чуть шире. Лорна взяла миску и, держа её в руках, снова посмотрела на Дамма. Его плечи были сведены, кожа на запястьях фактически стёрлась от верёвок, он слегка поёрзал, пытаясь устроиться удобнее, но верёвки только сильнее впились в кожу. Она прищурилась. "Верёвки... всё же не то. Они натирают, оставляют следы, и сидение на месте, это скука и морока. А он же не всегда будет сидеть неподвижно, как сейчас. Может рыпнуться, дергаться, изматываться..." Она задумчиво провела пальцем по краю миски, улыбка скользнула по её губам. "Цепь... Да, цепь куда надёжнее. Я могу привязать его к стене, к трубе, хоть к ножке кровати. И тогда он всегда будет там, где я захочу. Убежать? Даже думать не будет. Сразу ясно, кто хозяин, а кто питомец." Картина вспыхнула в воображении, Дамм сидит у стены, с металлическим кольцом на шее, цепь звенит при каждом его движении. Его взгляд растерянный, но при этом покорный. Лорна прикрыла глаза, будто смакуя эту картину, и выдохнула короткий смешок. Лорна: "Мой хороший мальчик" — прошептала она почти нежно, глядя на него. — "Скоро я сделаю тебя ещё послушнее." Она поставила миску на стол, взяла ложку и направилась к нему, ухмыляясь, уже прикидывая в голове, где в комплексе можно раздобыть цепь покрепче. Лорна взяла миску, прихватила ложку и вернулась к Дамму. Он сидел прямо, но глаза всё ещё были сонные, ресницы слиплись, дыхание тяжёлое. Взгляд блуждал между её лицом и миской, будто он никак не мог решиться, радоваться завтраку или ненавидеть сам факт того, что даже есть ему придётся по её правилам. Лорна остановилась перед ним и, вместо того чтобы просто протянуть миску, опустилась на корточки. Так близко, что её колени коснулись его ног, а из-под распахнутой кофты мелькнула полоса бледной груди. Она ухмыльнулась и зачерпнула первую ложку похлёбки. Лорна: "Открой ротик" — протянула она мягко, с интонацией, которой обычно говорят с детьми или с домашними питомцами. Дамм поморщился, но живот предательски заурчал снова. Он отвёл взгляд в сторону, губы сжались, но Лорна поднесла ложку ближе и коснулась кончиком его нижней губы. Горячая капля скатилась вниз, оставив мокрый след на подбородке. Он вздохнул, нехотя приоткрыл рот и впустил ложку. Горячий, слишком солёный бульон обжёг язык, но в животе мгновенно стало теплее. Он сглотнул, и Лорна довольно мурлыкнула: Лорна: "Вот умничка... вот так" — она убрала ложку и снова зачерпнула. Теперь она нарочно тянула время. Медленно подносила ложку, задерживала её перед его лицом, позволяя пару обдавать его губы и нос. Иногда делала вид, что вот-вот накормит, но в последний момент убирала чуть в сторону, словно дразнила. Лорна: "Потерпи" — прищурилась она. — "Хорошие мальчики умеют ждать." Дамм скрипнул зубами, но снова открыл рот. И снова получил ложку похлёбки. Она кормила его так же тщательно, как будто это был обряд. Иногда специально капала на подбородок или уголок губ, а потом вытирала сама. Лорна: "Знаешь" — тихо сказала Лорна, зачерпнув очередную ложку, — "Мне уже надоели эти верёвки" — Она остановилась и чуть наклонила голову набок. — "Может, посадить тебя на цепь? Ошейник, звено, всё как положено..." Ложка коснулась его губ, и он сглотнул вместе с едой её слова. В глазах мелькнуло напряжение. Лорна уловила это и хищно улыбнулась: Лорна: "О, а ты сразу напрягся. Нравится мысль, да? Ты и цепь... ммм. Может, так будет удобнее для нас обоих" Она зачерпнула ещё, поднесла ближе, почти вплотную. Пар поднимался, щекотал его нос, и он вынужден был открыться снова. Лорна: "Ешь, милый" — тихо сказала она, глядя ему прямо в глаза. — "Пока я добрая." Лорна поднесла ему последнюю ложку, чуть качнув её, будто ещё раз проверяя, выдержит ли он паузу. Дамм сжал губы, но открыл рот, впустил еду и проглотил. Горячая похлёбка растеклась по горлу, оставив в животе уютное тепло. Он даже невольно выдохнул с облегчением, и это не ускользнуло от её внимания. Лорна: "Вот и всё" — мягко произнесла она, убирая пустую миску. — "Умничка. Поел за обе щёки." Она провела пальцем по уголку его губ, стёрла невидимую каплю и с ухмылкой облизала. Затем поднялась и взяла вторую миску. В отличие от того, как она кормила его, медленно, театрально, с паузами и игрой, теперь Лорна действовала совсем иначе. Она присела на край кровати, закинула одну ногу на другую и стала есть быстро, жадно, шумно втягивая горячий бульон. Ложка за ложкой исчезали, и в её движениях не было уже ни капли игры. Только голод, только простое насыщение. Лорна: "Ммм..." — удовлетворённо протянула она, вычерпывая последние остатки со дна. Она громко чавкнула, облизала ложку, поставила миску на стол и с довольным видом выдохнула: Лорна: "Вот это другое дело." Затем снова перевела взгляд на Дамма. Он смотрел на неё с каким-то странным смешением чувств, усталость, облегчение, раздражение и ещё что-то глубже. Лорна хищно прищурилась, села поудобнее и облизала губы. Лорна: "Ну что, мальчик, все сыты?" — произнесла она, будто нарочно во множественном числе. — "Теперь можно и на 'Работу' идти." Лорна отставила пустую миску, поднялась и медленно потянула завязки на пижамной кофте. Ткань сползла с её плеч, мягко скользнув по меху, и упала на пол. Она осталась стоять обнажённой посреди комнаты, даже не смущаясь ни на миг, словно её тело часть униформы, которую она просто меняет. Она открыла шкафчик у стены, достала белый медицинский халат. Ткань была чуть грубая, с запахом хлорки и крови, въевшимся так, что его уже невозможно было вывести. Лорна встряхнула халат и накинула его прямо на голое тело. Запах меди и стерильности мгновенно сменил интимный уют спальни. Застёгивая пуговицы, она обернулась к Дамму. Он поднял на неё глаза, и в этот момент она посмотрела так, что у него внутри всё похолодело. Тот самый взгляд, прожигающий, будто она видит его насквозь. Лорна: "Я позже вернусь... не скучай без меня" Она задержала паузу, приподняла голову и замерла. В тишине, за стенами комнаты, проскользнул едва уловимый шорох. Металлический, отрывистый, как будто что-то тяжёлое передвинули или скользнуло по трубе. Глаза Лорны чуть сузились. Она прислушалась внимательнее, шаг, другой... и снова тишина. Лорна: "Хм" — она усмехнулась сама себе — "Наверное, показалось..." Мышка поправила ворот халата, подхватила ключи и без лишних слов направилась к двери. Перед тем как выйти, она ещё раз окинула Дамма взглядом. На этот раз долгим, словно ставила невидимую печать. Лорна уже почти вышла. Щёлкнул замок, дверь чуть приоткрылась, полоска холодного света из коридора легла на пол. И тут за её спиной раздался голос. Тихий, хриплый, но в этой мёртвой тишине он прозвучал более чем отчётливо слышно. Дамм: "Удачи... Лорна" Она замерла. Её пальцы легли на дверную ручку чуть крепче. Имя. Он назвал её по имени. Не "ты", не "мышь", не "мутант", а именно Лорна. Она медленно повернула голову, бросив взгляд через плечо. На губах появилась кривая ухмылка, но в глазах промелькнуло что-то иное. Лорна: "Лорна, значит?" — протянула она — "Мм..." Она вышла из комнаты, щёлкнув дверью. Часы потянулись вязкими, мучительно долгими. Казалось, каждая минута растягивается в десятки. Дамм сидел привязанный, опустив голову на грудь. Спина затекла, плечи ломило, а запястья ныли от натёртых верёвками ран. Верёвки врезались глубже с каждым его неловким движением, и казалось, что они уже приросли к коже. Тишина комплекса была давящей. Шумоизоляция в комнате Лорны была на уровне, раз не было слышно абсолютно ничего... ну, или просто нечему издавать звуки здесь. Иногда он почти засыпал, но тут же его настораживал новый звук. Будто... дыхание. Тихое, сдавленное, почти незаметное. Сопение, приглушённое металлом. Он приоткрывал глаза, замирал, прислушивался, и ничего. Только тишина и собственное сердцебиение, отдающееся в висках. "Показалось... или?.." Он уже не знал. Усталость и голод спутали чувства, и граница между воображением и реальностью становилась зыбкой. Каждый раз, когда ему казалось, что он слышит странные звуки, он заставлял себя поверить, что это просто шум вентиляции. Но мысль возвращалась снова и снова: там кто-то есть. Дамм поёрзал, вздрогнул от боли, верёвки рвали кожу сильнее, чем прежде. Он зажмурился, вцепившись пальцами в пустоту, и сжал зубы, чтобы не застонать. Часы тянулись. Тело болело. Дамм сидел, опустив голову на грудь. Веки тяжелели, и он изо всех сил боролся, чтобы не уснуть. Но тело предательски сдавало. Боль в руках, затёкшие ноги, ноющая спина, всё это не мешало сонливости накатывать. Он моргнул. Ещё раз. Мир плыл, растворялся в вязкой полутьме. Где-то капнула вода. Где-то глубоко за стеной загудела труба. И тогда он ощутил это. Не звук, не движение. А взгляд. Леденящий, тяжёлый, будто прожигающий его изнутри. Откуда-то сверху, из темноты вентиляционной решётки. Взгляд, полный холода. Ненависти такой острой, что сердце сжалось. Ему показалось, что само дыхание в груди остановилось. Он медленно, очень медленно поднял глаза. В потолке решётка. Там, где сквозь пыльные прорези мог бы кто-то смотреть. Но там ничего не было. Только тьма. "Показалось..." — подумал он, но от этого не стало легче. Тяжесть век снова придавила его к земле. Дамм выдохнул и позволил сну затянуть его. Последней мыслью стало то, что он всё ещё чувствует чужой взгляд, даже с закрытыми глазами. Прошло в общем счёте восемь томительных часов. Тишина уже давила на уши, и Дамм почти перестал различать, где заканчиваются его собственные мысли и где начинается реальность. Он вздрогнул, когда дверь скрипнула, и в комнату вернулась Лорна. Её вид сразу пронзил его воспоминания. Белый медицинский халат был забрызган свежей кровью, тёмные пятна и брызги тянулись по ткани от груди до локтей. Но это была не её кровь: движения уверенные, дыхание ровное, походка лёгкая. В руках тяжёлый мешок, изнутри которого при каждом её шаге раздавался звон и лязг металла. Она бесшумно опустила его у стены, даже не взглянув на Дамма. Он отвёл глаза. Внутри всё болезненно сжалось. Перед мысленным взором снова вспыхнула арена. Тот же самый запах, те же брызги на одежде... Он сжал челюсти, не позволяя себе ни звука. Но теперь было иначе. Её движения, её взгляд, даже то, как она ставила вещи на место, всё было другим. В этом не было прежней холодной жестокости. Она выглядела так, словно это была всего лишь рутина, тяжёлая работа, которую она отбыла. Лорна скользнула по комнате взглядом, будто проверяя, всё ли на своих местах. Потом, не тратя времени, потянулась к пуговицам халата. Ткань мягко разошлась, оголяя плечи и спину. Она равнодушно стянула его с себя и повесила на крюк у двери. Лорна стянула халат и повесила его на крюк. Она повернулась к тумбочке, доставая чистую одежду, и начала одевать свою пижамку, и именно в этот момент Дамм, сам не веря, что открывает рот, выдавил: Дамм: "Тебе... идёт" Он сам удивился этим словам. Голос дрогнул, но прозвучал достаточно чётко, чтобы она услышала. Лорна замерла на секунду, голова чуть дёрнулась в его сторону. В её глазах мелькнула искра непонимания. Лорна: "Чего?" — хмыкнула она, прищурившись. Дамм сглотнул, опустив взгляд вниз, но уже было поздно. Слова прозвучали, их не забрать обратно. Дамм: "Я сказал... тебе идёт. Даже... так" Тишина повисла на пару ударов сердца. Лорна уставилась на него, губы дёрнулись, будто она не знала, то ли расхохотаться, то ли зашипеть. На мгновение в её глазах промелькнуло что-то смущённое, неуловимое, словно он застал её врасплох. Она быстро нахмурилась, чтобы скрыть это. Лорна: "Ты серьёзно?" — с издёвкой протянула она Она дёрнула ткань на груди, поправила её резко, словно пытаясь сбросить с себя это странное ощущение. Лорна: "Дурак" — добавила она вполголоса, и уголок губ всё-таки дрогнул, едва заметно. Её хвост нервно качнулся, выдавая смятение. Лёгкая злость в голосе была, но не настоящая, не глубинная. Лорна начала застёгивать пуговицы медленно, почти демонстративно, одна, вторая, третья. Каждое щёлканье казалось громким в гулкой тишине комнаты. Закончив, она прошлась по комнате: подняла с пола пустую банку, убрала её в ящик, поправила стул, будто кто-то мог его сдвинуть, заглянула на стол, где стояли миски. Она делала это всё слишком тщательно, как будто искала предлог не смотреть на него напрямую. Лорна: "Чего уставился?" — бросила она через плечо, стараясь, чтобы голос прозвучал холодно. Дамм осторожно улыбнулся. Его руки болели от верёвок, тело ныло, но в этот момент он чувствовал странную лёгкость. Может, оттого, что видел её... смущённой. Дамм: "Тебе идёт, когда ты злишься" — произнёс он тихо, но достаточно, чтобы она услышала. Лорна дёрнулась, как будто он щёлкнул по её нерву. Хвост резко ударил по ноге, уши чуть прижались. Лорна: "Ты что, охренел?" — нахмурилась она, резко обернувшись. Но в её глазах не было настоящей ярости. Там мелькала растерянность, и, может быть, интерес. Дамм продолжил, уже чуть увереннее, осторожно играя на её реакции: Дамм: "Я серьёзно. Даже когда ты приходишь вся в крови... всё равно красивая." Она прикусила губу, будто сдерживая улыбку, и фыркнула: Лорна: "Прекрати, пока я не решила заткнуть тебе рот..." Дамм склонил голову набок, взгляд мягкий, но с едва заметным вызовом: Дамм: "А если я не хочу, чтобы ты затыкала?.." На этот раз она не выдержала: её уши дрогнули, а в глазах мелькнул настоящий жар. Она отвернулась снова, будто отмахнулась, но слишком резко, и это только выдало её смятение. Она шла по комнате, будто проверяла углы и вещи, но шаги стали быстрее, движения чуть резче. Лорна резко закрыла ящик с банкой так, что металл брякнул внутри. Она нарочито громко выдохнула носом и повернулась к Дамму, глядя на него сверху вниз прищуренными глазами. Лорна: "Ты, кажется, слишком разошёлся" — процедила она. — "Я тебе что, девчонка из деревни, которой можно нашёптывать глупости?" Дамм поднял голову, в уголках его губ дрогнула осторожная, но упрямая улыбка. Он видел, что её злость не настоящая, что под ней прячется что-то другое. И решил рискнуть. Дамм: "Нет" — ответил он мягко. — "Ты куда красивее. Даже когда злишься... особенно когда злишься" Лорна замерла, прищурилась ещё сильнее. Хвост дёрнулся в сторону, уши прижались. Лорна: "Ты издеваешься, да?" — голос её стал тише, но в нём слышалось раздражение, смешанное с... напряжением. Дамм чуть наклонил голову набок, глядя прямо в её глаза. Дамм: "Может быть" — сказал он. — "Но скажи честно... тебе ведь нравится, когда я так говорю?" Она фыркнула, скрестила руки на груди, обернулась и сделала пару шагов прочь, будто собиралась уйти в другой угол комнаты. Но плечи её дрогнули, и по тому, как дёрнулся кончик хвоста, было ясно, попал в цель. Лорна: "Ты... невыносим" — бросила она, стараясь звучать уверенно. Дамм: "А ты прекрасна" — спокойно ответил он. Её спина напряглась, и на миг показалось, что она сейчас сорвётся, кинется на него. Но Лорна лишь тяжело выдохнула, отвернувшись, чтобы он не видел, как уголки её губ предательски дёрнулись вверх. Лорна развернулась к нему так резко, что подол её кофты взметнулся. В два шага она оказалась рядом, наклонилась и схватила его за подбородок когтистой лапкой, сильно сжав. Её голос зазвучал низко, почти рыча: Лорна: "Ещё одно слово, Дамм..." — она наклонилась ближе, так что её дыхание горячей волной коснулось его губ. — "И я затрахaю тебя до смерти. Понял?" Она специально сделала паузу на последних словах, выговаривая их медленно, обжигая их намёком. В её зрачках горело не только раздражение, но и опасное обещание. Дамм, несмотря на то что сердце билось как сумасшедшее, не отвёл взгляда. Уголки его губ дрогнули. Дамм: "Звучит... как неплохая смерть" — выдохнул он тихо. Лорна замерла. На долю секунды её губы дрогнули, будто она сама не знала, ударить его, поцеловать или рассмеяться. Хвост хлестнул по воздуху, выдавая напряжение. Она резко отпустила его подбородок, выпрямилась и отступила на шаг, фыркнув: Лорна: "Дурак" Лорна стояла с каменным лицом, будто полностью проигнорировала его слова. Но по лёгкому дрожанию хвоста и тому, как уши дёрнулись назад, было ясно, она слышала. И это её задело. С шумным выдохом она развернулась, подошла к электрической плитке и с раздражённым щелчком поставила на неё чайник. Металл зазвенел пустотой, вода внутри зашуршала, а спустя пару секунд донёсся гул нагревающейся спирали. Лорна присела на корточки, вытянула из нижнего ящика два брикета дошика. Сухая лапша хрустнула в её пальцах, когда она распаковывала упаковку. Она аккуратно бросила их в две глубокие миски, насыпала приправу. Дамм следил за ней, сперва молча, потом едва заметно прищурился. В её движениях была странная смесь: холодная деловитость и скрытая торопливость, будто она пыталась заглушить мысли. Чайник свистнул. Она быстро схватила его, открыла крышку и залила кипятком лапшу. Пар взвился к потолку, обдав лицо горячей волной. Лорна зажмурилась, но не отстранилась. Она смотрела, как лапша поднимается, мягко разворачиваясь и поглощая воду. Её голос прозвучал глухо, но всё же тише, чем обычно: Лорна: "С грибами" — Она поставила миски на стол, не оборачиваясь. Она не добавила ни слова больше, но когда ставила перед ним миску, её глаза на секунду встретились с его. Пар от лапши всё ещё вился над мисками, наполняя комнату запахом дешёвых грибных специй. Лорна встала из-за стола и направилась к шкафчику у стены. Там, на самой верхней полке, стоял небольшой пульверизатор. Она сняла его, встряхнула, и в тишине послышался плеск, вода внутри. Её жёлтые глаза скользнули к Дамму. Он напрягся, уловив в её руках предмет, от которого у него похолодело внутри. Она вернулась к нему и поставила пульверизатор рядом, так, чтобы он всё время его видел. Потом Лорна наклонилась к нему и впервые за почти неделю потянулась к верёвкам. Она возилась с узлом дольше, чем нужно, словно намеренно растягивая процесс. Наконец верёвка поддалась, и его правая рука оказалась свободной. Дамм ощутил, как кровь приливает к пальцам, затёкшие суставы заныли, но вместе с этим нахлынуло странное чувство, непривычная лёгкость. Он сжал кулак, потом разжал, проверяя, насколько послушны мышцы. Лорна хмыкнула и чуть прищурилась: Лорна: "Вот так. Одна рука. Остальное пока оставим... чтобы ты не вздумал глупостей." Она кивнула на миску: Лорна: "Ешь сам. Считай, это... доверие" Она уселась напротив, скрестила ноги и принялась за свою порцию, ловко наматывая лапшу на вилку. При этом её глаза то и дело поднимались на него, быстрые, короткие взгляды, будто она проверяла, как он воспользуется новой "свободой". Дамм взял ложку, пальцы ещё дрожали после долгого онемения. Он поднял первую порцию лапши к губам, вдохнул запах, и желудок предательски заурчал. Дамм: "Спасибо" — пробормотал он, почти машинально. Лорна замерла на долю секунды, потом быстро спрятала реакцию за холодной маской, только хвост дёрнулся чуть резче обычного. Лорна ела быстро, уверенно, не глядя на него, только на свою миску. Лапша исчезала у неё с пугающей скоростью, и вся её фигура излучала что-то спокойное, но одновременно настороженное. Как будто даже трапеза была для неё частью привычного ритуала выживания. Дамм держал ложку в освободившейся руке осторожно, словно боялся спугнуть этот редкий момент. Его движения были медленными, почти нарочито тягучими. Он задерживал лапшу на весу чуть дольше, чем нужно, дул на неё, хотя она уже давно остыла. Он медленно жевал, глядя в миску так, будто изучал каждый кусок. На самом деле он тянул время. Пока он ел, его левая рука отдыхала от верёвок, кровь возвращалась в пальцы, и боль от натёртых запястий чуть отступала. Это был единственный момент за долгие часы, когда он мог чувствовать хоть каплю свободы. В животе урчало от голода, но он заставлял себя жевать медленно, с паузами. Каждый кусок был как отсрочка приговора. Он чувствовал на себе её редкие взгляды, быстрые, острые, как укол. Лорна молчала, но он знал: она видит, что он тянет. В её глазах такие мелочи не ускользали. Воздух между ними был густым, тяжелым, и в нём витало ощущение странного равновесия: он ел, чтобы хоть немного почувствовать себя живым, она наблюдала, чтобы помнить, что он всё ещё её пленник. Лорна первой нарушила тишину: Лорна: "Ты чего так долго ковыряешься?" — её голос прозвучал лениво, но в нём было что-то цепкое, как будто она в любой момент могла превратить это в допрос. Дамм не сразу ответил. Он доел последние куски лапши, задержал их во рту чуть дольше, и только потом тихо выдохнул: Дамм: "Просто... хотел, чтобы не так быстро закончилось" Она прищурилась, словно взвешивая каждое его слово, но не стала развивать тему. Лишь коротко фыркнула и, дождавшись, когда он наконец опустошит миску, поднялась. Лорна собрала посуду, его и свою, и вместе с уже накопившейся горкой грязных мисок и кружек загрузила в посудомойку Лорна захлопнула дверцу, нажала кнопку. Машина глухо загудела, наполняясь водой, и в комнате сразу потеплело от пара. Она даже не взглянула на Дамма, не проверила его руку. Та оставалась свободной, странно, почти тревожно. Обычно она не позволяла себе таких «слабостей». Но сейчас... будто забыла. Или намеренно проверяла, что он будет делать. Дамм сидел, чувствуя, как кровь всё ещё циркулирует в освободившейся кисти. Запястье зудело, там где верёвка натёрла. Он осторожно потёр пальцами место, где остались следы, и поймал себя на мысли, что она видимо начала доверять ему чуть больше... Лорна щёлкнула выключателем, мягкий щелчок, и свет в комнате угас, сменившись тёплым, тусклым сиянием подсветки, которое едва озаряло комнату. Тени поползли по стенам, потолок словно опустился ниже, и стены стали казаться ещё холоднее. Она не торопилась. Медленно и лениво потянувшись, залезла под одеяло. Ткань шуршала, словно укрывала её в кокон. Она свернулась на боку, притянула край одеяла к груди и прикрыла глаза. Дыхание её постепенно стало ровным, спокойным. Ушки чуть подрагивали, когда она устраивалась поудобнее, но вскоре затихли. Милое лицо, ещё недавно суровое и сосредоточенное, теперь выглядело по-детски беззащитным. Пара минут, и она уже будто спала. Дамм же остался сидеть, в полумраке, с одной свободной рукой, глядя на её спину и слушая тихое мерное дыхание. Он не мог понять, она действительно доверилась или это проверка. Но от этой мысли становилось только тяжелее. ______________________________________ Влажный запах металла и пыли стоял в воздухе электрощитовой. Тусклые лампы под потолком мигали, отбрасывая дергающиеся тени на стены, заставленные рядами трансформаторов и панелей. У одного из шкафов стоял механик. Его рабочий комбинезон был запачкан маслом, руки в толстых перчатках держали инструмент. Он возился с трансформатором, который уже несколько дней «барахлил», то искрил, то уходил в перегрузку. Механик: "Ну и дерьмо..." — пробормотал он, снимая крышку. Металл заскрежетал, и он осторожно отложил панель в сторону. Внутри трансформатора потрескивали кабели, слышался лёгкий запах гари. Механик нахмурился, прислушиваясь к негромкому жужжанию. Механик: "Ещё немного, и этот ящик накроется..." — бормотал он сам себе, доставая фонарик и освещая тёмные углы корпуса. Механик как раз протянул руку к щитку, собираясь подтянуть контакт, когда за его спиной раздался резкий лязг металла. Воздух дрогнул, и что-то тяжёлое, глухо ударившись о бетонный пол, выпрыгнуло из вентиляции. Он дёрнулся, резко обернувшись. Свет фонаря выхватил из тьмы тёмный силуэт, чёрный, с тускло отсвечивающими элементами. Глаза механика округлились, губы успели только выдохнуть: Механик: "Чт.." И в ту же секунду разряд. Электрошокер впился в грудь, разливаясь по телу синей вспышкой. Металл в руках механика зазвенел, выскользнул и грохнулся на бетон. Его тело выгнулось дугой, мышцы судорожно свело, челюсти сжались, чуть ли не раскалывая зубы. Запах палёной ткани и кожи ударил в нос. Процесс длился довольно долго. ЯО крепко держал его за спину, сильнее вдавливая его в выдвижной электрошокер на его запястье второй руки. Через пару минут дёрганий механика на шокере, всё наконец закончилось. Механик рухнул на пол мешком, глаза остекленели, изо рта вырвался хриплый стон, и он обмяк. ЯО стоял над ним неподвижно. Вентиляция за его спиной тихо колыхалась от удара, ещё несколько секунд дребезжа. Красный индикатор на маске мигнул один раз и погас. Тишина снова вернулась в электрощитовую. Тело механика ещё подёргивалось лёгкими посмертными судорогами, когда ЯО опустился рядом. Из подсумка на поясе он вытащил ампульный шприц, вонзил иглу в вену на руке жертвы и неторопливо втянул немного крови. Красная жидкость наполнила прозрачный цилиндр, и шприц щёлкнул, фиксируя порцию. Он достал компактный анализатор и вставил ампулу, после чего прибор зашуршал, сканируя состав. На дисплее замелькали строки данных, затем индикатор сменился на ровное зелёное свечение. Сигнатура биоматериала зафиксирована. Без единого слова, он вынул шприц, аккуратно убрал его обратно и поднял тело за ворот. Лёгким усилием перетащил механика ближе к трансформатору. Разложил его так, будто тот пытался починить устройство и схватило током: одна рука на панели, инструмент рядом. Он отошёл на шаг, окинул взглядом сцену, всё выглядело убедительно. Несчастный случай. Никто не будет искать его там, где электричество давно барахлило. Теперь к делу. Из рюкзака он достал узкий футляр с инструментами сапёра. Внутри блеснули кусачки, зажимы, изоляционные полоски, тонкие отвёртки. Диверсант присел перед распределительным шкафом, аккуратно снял защитную панель и включил фонарь Жгуты проводов уходили вверх, к системе камер. Цветные маркировки, тонкие кабели связи и толстые кабели питания. Его пальцы методично водили по ним, проверяя маркировку, считывая направление. Пальцы медленно перебрали провода, найдя с надписью: "Video surveillance". Он медленно поднял руку с кусачками, на секунду завис над нужным жгутом. Тишина была настолько густой, что слышалось его собственное дыхание под маской. Лезвия кусачек сомкнулись с сухим хрустом, и жгут, идущий к системе видеонаблюдения, оказался перерезан. Несколько искр мелькнуло внутри панели, короткий запах гари, и всё стихло. Он аккуратно сложил инструмент обратно в футляр, защёлкнул его и убрал за спину. Затем огляделся: помещение всё ещё было залито тусклым светом единственной лампы под потолком. Он придвинул к стене низкий стол, шагнул на него тяжёлым сапогом. Металл глухо заскрежетал под весом брони. Подняв руку, он ухватился за цоколь и провернув его несколько раз, выкрутил лампочку. Комната погрузилась в мягкий полумрак, остались лишь тусклые контрольные огоньки на трансформаторах. ЯО проверил последний раз "сцену". тело у трансформатора, отключённые камеры, полумрак. Всё выглядело так, будто здесь и вправду произошёл несчастный случай. Он двинулся к стене, где зияла выбитая решётка вентиляции. Поднял руки, подтянулся и беззвучно скользнул внутрь. Металл чуть скрипнул под весом брони, но он двигался осторожно, мягко, избегая резких ударов. Прежде чем исчезнуть окончательно, он вернулся к решётке. Попробовал поставить её на место, металл встал, но не плотно. Край был вмят, фиксатор погнут. Он подтолкнул сильнее, но щель всё равно оставалась, едва заметная. ЯО: "Scheiße..." — тихо выругался он сквозь зубы, прижимая решётку ладонью. Он замер, оценивая. Снаружи в глаза не бросается. В темноте комплекса никто и не заметит. ЯО: "Geht schon" — пробормотал он наконец, отстраняясь Развернулся и пополз дальше по шахте, растворяясь в темноте вентиляции.