Тени исчезнувших кланов

Два дня спустя. Утро выдалось солнечным, но в воздухе ещё витала прохлада ночи. У ворот Конохи скучали двое знакомых стражей – Изумо и Котецу. Они лениво переговаривались, разве что иногда бросая взгляд на дорогу, ведущую к деревне. — Слушай, — Котецу зевнул и почесал затылок, — слышал уже, что этот Узумаки вроде как в Кумо умудрился что-то там разрулить? — Ага, — хмыкнул Изумо, скрестив руки. — Говорят, чуть ли не войну предотвратил. А этот парень что-то умеет, если не считает нужным даже доложить командиру? — Эй, да он же вечно чудит, — фыркнул Котецу. — Ему хоть что-то поручишь — обязательно найдёт способ всё перевернуть вверх дном, но при этом ещё и победить. Они не успели договорить, как вдали показался силуэт в оранжевом. — Помяни чёрта... — пробормотал Изумо, поднимаясь с лавки. Наруто шёл к воротам быстрым шагом. На его лице было выражение лёгкой усталости, но глаза горели — он явно был доволен собой. Ветер растрепал его алые волосы, а голубые глаза парня сверкали радостью. — О, Изумо, Котецу! — он улыбнулся. — Ну что, скучали без меня? — Скучали? — Котецу закатил глаза. — Слушай, тебе бы хоть раз вернуться в деревню тихо и незаметно. То ты с жабами на гору Хокаге прыгаешь, то теперь слухи про Кумо. — Это всё преувеличения, — Наруто отмахнулся. — Ничего я такого особенного не делал. Изумо усмехнулся: — Ага. «Ничего особенного». Ты хоть понимаешь, что по деревне уже шепчутся, будто Хокаге собирается тебя лично расспросить, что там случилось? — Цунаде-баа-тян? — Наруто замер на секунду, потом почесал затылок. — Ну, наверное, придётся объяснить. — «Наверное», — передразнил его Котецу. — Давай иди уже, герой. Деревня встречала его привычным шумом: смех детей, звон кузнечных молотков, запах свежей выпечки с утренних лавок. Но что-то было иначе — люди действительно смотрели на него с интересом. Шёпот, взгляды, всё было не таким, как раньше. Словно за эту неделю он успел стать кем-то другим. <Серьёзно? Чуть из деревни уйдёшь — и уже легенды о себе услышишь, когда вернёшься> — подумал он, идя по улице. — Наруто! — знакомый голос заставил его обернуться. Сатсуки стояла чуть поодаль, руки сложены на груди. На её лице — смесь облегчения и строгого неодобрения. — Ты, — начала она, медленно подходя, — хоть понимаешь, как глупо исчезнуть на целую неделю без предупреждения? Наруто улыбнулся, явно не собираясь оправдываться. — Ну, зато я вернулся. Целый. Сатсуки прищурилась: — Надеюсь, у тебя есть что-то весомее, чем «зато вернулся». Сатсуки хотела что-то добавить, но сзади раздался знакомый им обоим голос: — Наруто! Сакура подбежала к ним, запыхавшись. Розовые волосы слегка растрепались, а взгляд пылал смесью раздражения и облегчения. — Ты… ты хоть понимаешь, что все тут места себе не находят?! — выпалила она. — Цунаде-сама уже третий день кипит, а Какаши-сенсей молчит, как будто всё в порядке. Наруто поднял руки в защитном жесте: — Эй, ну я же живой и здоровый! И, кстати, я кое-что полезное сделал… — Полезное? — Сатсуки склонила голову, в её голосе проскользнула лёгкая насмешка. — Наверное, ты опять ввязался во что-то, что тебе поручено не было? — Эм… — Наруто замялся, но на лице появилась его фирменная самодовольная улыбка. — Ну, может, чуть-чуть. Но зато Коноха теперь может спать спокойно! Сакура закатила глаза: — Ты хоть понимаешь, что Цунаде-сама собирается тебя «разорвать на части» за самовольство? — Пусть попробует, — хмыкнул Наруто, но в глазах мелькнула тень беспокойства. Сатсуки фыркнула: — Тебя хоть что-то когда-то пугает? В этот момент неподалёку раздался знакомый ленивый голос: — О, так вы все уже тут. Какаши неспешно подошёл к ним, как будто только что случайно оказался рядом. Его книжка торчала из кармана жилета, а вид был, как всегда, расслабленный. — Сенсей! — Наруто расплылся в улыбке. — Ну ты же всё понимаешь, да? Какаши приподнял бровь (или это просто показалось?). — Понимаю, что тебе нужно бежать к Цунаде-саме. — Незавидую… — протянула Сакура, предчувствуя расправу над сокомандником. — Ну, удачи, герой. — сказала Учиха, похлопав Узумаки по плечу. — Чувствую, мне она понадобится, — сглотнув, ответил парень. Резиденция Хокаге. Наруто распахнул дверь кабинета Хокаге. Цунаде, окружённая стопками документов, подняла взгляд. — Наруто… вернулся? — в голосе промелькнуло облегчение. — Говорят, ты избежал войны. Хорошая работа. — Эй, ну я ж говорил, что справлюсь! — с широкой улыбкой ответил Наруто. — Справился? — Цунаде встала, её взгляд потемнел. — Ты один ушёл в Кумо, без приказа! Если бы что-то пошло не так, у нас бы уже был конфликт с целой страной! — Ну-у… — Наруто попятился, но тут же хитро прищурился. — А я тебе подарок привёз. Цунаде нахмурилась. — Подарок? — Ага! — из белой дымки, в руках Наруто появился запечатанный кувшин. — Саке! Высочайшего качества, только в Кумо делают! Цунаде прищурилась и подошла ближе. Наруто протянул кувшин, стараясь выглядеть невинным. — Вот, специально для тебя. Чтобы… ну, за мир. Цунаде разглядела метку на горлышке и слегка приподняла брови. — «Драконье дыхание»… 25 лет выдержки? — Угу, — Наруто кивнул. — Даже в Кумо его не так легко достать. Цунаде медленно выдохнула, осматривая кувшин. — Ты хитрый, чёртов Узумаки. Думаешь, отделался подарком? — Ну, я надеюсь на это. — чуть нервно улыбнулся Наруто. — Ха! — Цунаде резко поставила кувшин на стол. — Подарок приму. Но слушай сюда: если ещё раз самовольно уйдёшь — этим же кувшином по голове получишь! Наруто нервно улыбнулся. — Значит, не злишься? — Я в бешенстве, идиот! — взревела Цунаде. — Но… — она снова бросила взгляд на кувшин. — Ладно. На этот раз прощаю. Выдохнув, Наруто поспешил убраться из кабинета. Он разминулся с Шизуне, которая в следующий момент застала свою наставницу за очень странным занятием. Брюнетка наблюдала, как Сенджу обнимает кувшин с саке. — Моя прелесть… чёртов Узумаки знает, как подкупить. Мой хороший, я тебя в особенное место спрячу, где никто, никто тебя не найдёт. — Цунаде-сама… вы сейчас разговариваете с кувшином? Поняв, что она не одна, блондинка поставила кувшин возле стола и грустно взглянула на ученицу и на кипы документов, которые она притащила. Выйдя из резиденции, Наруто застал интересную картину. Перед резиденцией полукругом, в центре которого был Киба, собрались четверо сенсеев, весь его выпуск, а также команда Гая. — Ну что, ставки принимаются! — оживлённо заявил Киба, ухмыляясь. — Я ставлю на окно! Она его туда выкинет максимум через пять минут. — Ставлю на стену, — лениво протянул Чоуджи, жуя чипсы. — Хокаге не любит мелочиться. — А я думаю, что его вынесут вперёд ногами… — задумчиво протянула Тен Тен. — Я думаю, он сбежит через окно, — спокойно протянул Неджи. Сатсуки, скрестив руки, тихо добавила: — Он выйдет через дверь, сам, целым и невредимым. — Ты серьёзно? — Шино едва заметно приподнял бровь. — А я тоже так думаю, — подал голос Шикамару, лениво почесав затылок. — Он слишком упрямый, чтобы дать себя вышвырнуть. Поставлю на это. Хината, краснея, стояла чуть поодаль и украдкой поглядывала на дверь. — М-м… я просто надеюсь, что с ним всё будет в порядке… но всё же думаю, он вылетит в окно. Все, кроме Какаши и Ассумы, шокировано уставились на Хинату. Асуму и Какаши всё это время слушали молча, переглядываясь. — Что скажешь, Какаши? — ухмыльнулся Асуму, прикуривая сигарету. — Я ставлю на… — Какаши задумался, — на окно. — Поддерживаю. — ответил после затяжки Сарутоби. Гай, размахивая руками, торжественно выкрикнул: — Я верю в юного Наруто! Даже если им проделают дыру в стене, он встанет. — Ну-ну, посмотрим, — хмыкнула Ино, передавая Кибе горсть монет. — Я ставлю на стену. — Ну ладно. Осталось только ждать. — протянул Киба, как вдруг ему на плечо легла рука. — Какой интересный список. А можно и я ставку сделаю? Когда все услышали знакомый голос, каждый взгляд устремился на аловолосого. — Наруто?! — вскрикнули все, кроме Сатсуки и Шикамару. Сатсуки и Шикамару синхронно вскинули руки: — Мы говорили! — Целехонек… Да ну нафиг… — протянул Киба, отдавая Шикамару и Сатсуки их деньги. — Хах, неплохо, — лениво заметил Шикамару, подсчитывая выигранное. — Какое-то это… слишком предсказуемое счастье для самого непредсказуемого шиноби Конохи. — Хо! — Гай сиял. — Вот это настоящая сила юности! — Ответь, как? — синхронно спросили его Асума и Какаши, выпучив глаза. — У меня свои секреты. — чуть загадочно улыбнулся старшим коллегам аловолосый. Ещё немного поболтав, толпа постепенно рассеялась, и Наруто остался рядом с Сатсуки, которая чуть расслабилась и улыбнулась, глядя на него. — Рада, что ты вернулся невредимым, — тихо произнесла девушка так, что только Узумаки мог не услышать. — Спасибо. Хотя не ожидал, что ты будешь беспокоиться, — с лёгкой, но ехидной улыбкой, приблизившись почти вплотную к лицу Учихи, ответил Наруто. — Кстати, к твоему переезду я всё уже подготовил. Ещё неделю назад, правда, но не суть, — продолжил парень, вновь установив дистанцию между ними. Сатсуки посмотрела на него с лёгким удивлением, но пожав плечами, пошла вместе с аловолосым домой, вещи собирать. Вечер. Закончив разбирать вещи, Сатсуки пришла на кухню, где Наруто готовил ужин. — О, уже закончила? — Ага. Да уж. Ну и воздвиг же ты над кварталом защитный барьер. — Спасибо, вон той рыжей морде скажи, который влил свою чакру в создаваемый барьер без предупреждения. — ответил Узумаки, указав большим пальцем на лежащего в лежанке маленького лиса с девятью хвостами. Рядом с его лежанкой стояла миска, в которой совсем недавно было горячо любимое рыжим хвостатым мясо. — Зато к тебе хрен кто вломиться сможет. — ответил лисёнок, не открывая глаз. Сатсуки приподняла бровь, осторожно подошла ближе к лежанке. Лисёнок лениво разлепил один глаз, чуть скосив его в её сторону. — Значит, это и есть та самая рыжая морда? — она слегка наклонилась, разглядывая его. — Можешь звать Курама. Ты невеста этого раздолбая у плиты, так что несмотря на мою нелюбовь к вам Учихам за ваши глазки, я тебе разрешаю. Гордись. — сначала лениво, но после уже с лёгким негодованием ответил Курама. — И да, вся моя величественность ныне в компактной форме, — буркнул лис. — И вообще, не мешай спать. — Он всегда такой? — шепнула она Наруто, став рядом с парнем. — Это он ещё ласковый, — усмехнулся Наруто, вытаскивая из духовки жареную рыбу. — Когда злится — дрожит всё внутри подсознания. — Я всё слышу, — лениво произнёс Курама. — Так что подбирай выражения, партнёр. Сатсуки тихо усмехнулась, впервые с начала вечера позволив себе улыбку. — Идиоты, — в слух произнесла с улыбкой Учиха, но после шёпотом добавила — чертовски милые, идиоты. Не подав виду, что услышали девушку, и лис, и Наруто тихо улыбнулись комплименту. Некоторое время спустя аловолосый накрывал на стол, пока Сатсуки пила чай. — Выглядит аппетитно. Не знала, что ты умеешь готовить. — Ну, недавно не умел. Спасибо маминой книге рецептов и Кураме. — Понятно. Ну, выглядит хорошо, а значит и на вкус неплохо должно быть. — Я тоже надеюсь. На столе уже стояли аккуратно расставленные тарелки, между ними — миска с тушёными овощами, ароматные ломтики запечённого мяса, пар горячего риса в деревянной миске и небольшой керамический кувшин с зелёным чаем. Свеча в прозрачном подсвечнике мягко мерцала, отбрасывая тёплые блики на поверхность стола, создавая уютную атмосферу. Сев за стол напротив девушки, Наруто тихо выдохнул. — Приятного. — И тебе, — ответила девушка. Вместе они начали ужинать, делясь тёплыми взглядами и лёгкими разговорами, пока вокруг плавно сгущалась вечерняя тишина. После того как тарелки опустели, Наруто вдруг достал из кармана небольшой бархатный мешочек и аккуратно положил его перед Сатсуки. — Это для тебя, — тихо сказал он, слегка смущаясь, — думал, тебе понравится. Учиха с удивлением открыла мешочек и увидела половинку кулона — изящную тёмную часть символа Инь Ян, выгравированную тонкими узорами. — Светлая — моя, — продолжил Наруто, показывая свою часть кулона, которая идеально подходила к её — две половинки одной целостности. — Теперь у нас есть что-то общее, что будет напоминать, что даже противоположности могут дополнять друг друга, — с лёгкой улыбкой закончил Наруто. Сатсуки взглянула в его глаза, и в этом взгляде мелькнула нежность. Она подняла руку и надела кулон на шею. — Это приятно. И неожиданно… тепло. — Да не за что, — Наруто почесал щёку, слегка смутившись. — Просто… рад, что тебе понравилось. — Я не сказала, что понравилось, — хмыкнула она. — Я сказала — тепло. — Ну-ну, — он усмехнулся. — Пусть будет «тепло». — Голубки, блин… — простонал Курама, слушая диалог подростков. — Ты спать вроде собирался, нет? — Спал бы уже, если бы не ваше воркование. Всё. Мойте посуду и сваливайте уже. Надоели. — Пушистый бука, — подперев голову руками, сказала Учиха, с улыбкой смотря на лиса. Быстро помыв посуду с помощью клонов, Наруто вместе с Сатсуки ещё немного поговорили в гостиной, после чего Учиха пошла спать, а Наруто ещё некоторое время сидел в теперь уже его кабинете за столом. На следующий день юного Узумаки, на добровольно-принудительной основе, Сатсуки вытащила из дома прогуляться по Конохе. Пока они гуляли, встретили Какаши. — Йо, голубки. На свидании? — спросил пепельноволосый, спрыгнув с крыши. — Сенсей, у вас что-то срочное? — Учиха смотрела на него так, словно он тут не в тему. — Ничего такого. Мы тут решили вечером собраться и отпраздновать триумфальное возвращение Наруто с миссии. К слову, Наруто, ты награду ведь за миссию так и не забрал? — Чёрт, из головы совсем вылетело. Спасибо, сенсей. И куда подходить на эту вечеринку? — Вечеринка — то ты загнул, хотя в чём-то и прав. Мы идём в барбекю. К семи вечера приходите. — Понял. Кстати, сенсей, вы же помните про желания, которые проиграли нам? — Как тут забудешь. Кстати, ты последний, кто ещё ничего не загадал мне. И в честь твоих успехов я готов даже расщедриться на даже самое унизительное. — От последних слов на лице Наруто заблестела ехидная улыбка. — Ну тогда, сенсей… обучи меня кендзюцу и закажи мне катану, самую лучшую, которую только можно достать вообще. Какаши медленно опустил бровь. Его расслабленная поза вдруг стала напряжённой. Он убрал руки в карманы и посмотрел на своего ученика с совершенно серьёзным выражением лица. По крайней мере настолько, насколько эту серьёзность мог передать его единственный видимый глаз. — Катана, значит… — тихо повторил он. — Наруто, ты уверен? Постигать кендзюцу — весьма непростой путь. — Я знаю, сенсей, — Наруто тоже стал серьёзен. — Мне нужно оружие, которое не подведёт. И мне нужен учитель. Мне нужно стать сильнее. — Вот как, — задумчиво протянул Какаши. Он посмотрел на Сатсуки, которая слушала их разговор, не вмешиваясь, и снова перевёл взгляд на Наруто. — Что ж, тогда через два дня после вечеринки найди меня на тренировочной площадке №7. Начну тренировать тебя. С этими словами Какаши исчез, оставив Наруто стоять в лёгком шоке. — Он… согласился? — ошеломлённо пробормотал Наруто. — Похоже, — ответила Сатсуки, еле сдерживая улыбку. — Но я бы на твоём месте не радовалась. Тренировки с ним никогда не бывают лёгкими. Но ты сможешь получить то, что хотел. — Да, я знаю. — Наруто кивнул подруге, после чего они продолжили свой путь. Вечер. Вечерний воздух наполнялся ароматом жарящегося мяса и сладкими соусами, доносившимися со стороны ресторанчика «Юкари». Снаружи – светящиеся фонарики и шум голосов, внутри – уют, звон посуды, аромат специй и лёгкий гул застольной болтовни. Наруто и Сатсуки, как и договорились, подошли точно к семи. Сатсуки была одета в скромное, но красивое тёмное платье с гербом Учиха на спине, а её выражение лица было более расслабленным, чем обычно. Наруто же – в своей новой тёмно-красной куртке, что удачно подчёркивала половину кулона Инь-Ян, висевшего у него на шее. Вторая половинка кулона покоилась на груди Сатсуки. Как только они вошли, их сразу заметили. — Эй, вот и герой вечера! — окликнул Киба, поднимаясь с места и поднимая кружку вверх. — Поздравляю, Наруто! — поддержал его Чоуджи, уже держа в палочках какой-то мясной деликатес. — Рад, что ты вернулся живым, — отозвался Шино. — Привет, Наруто-кун, — коротко кивнула Хината, взглядом невольно задержавшись на кулоне Сатсуки. — О, и Учиха с тобой? Интересно, интересно, — протянула Ино, стрельнув взглядом на их руки, которые они то сжимали, то отпускали. За столом уже сидели Цунаде, Шизуне и Ирука. Какаши, как обычно, стоял чуть поодаль, читая «Ича-Ича» под небольшим углом, но краем глаза наблюдал. — Выглядишь неплохо, Наруто, — заметила Цунаде, осматривая юного Узумаки. — Хех, спасибо. Мне и самому такая больше нравится, — ответил Наруто, проходя с Сатсуки к столу и садясь ближе к Какаши и Шикамару. — Ну всяко лучше оранжевого монстра, который ты носил раньше, — с ленцой заметил Шикамару, кося взглядом на Сатсуки. Та чуть дернула бровью, но ничего не сказала. Появился официант с подносом горячего барбекю, соусов и гарниров. Веселье началось: кто-то поднимал тосты, кто-то болтал, а некоторые слушали подробности того, что Наруто рассказывал о том, как именно он договорился с Райкаге и что было в Кумо с ним. Спустя некоторое время. Когда уже многие взрослые были подвыпившими, да и праздник был в самом разгаре, Куренай вдруг вспомнила то, о чём напрочь забыла аж с неделю назад. — Какаши, слушай. Ты тогда у границы страны горячих источников сказал мне, дай ками-сама памяти, «Невеста жениха усмиряет». Как-то так. Что ты тогда имел в виду? — Услышав эту фразу, Наруто и Сатсуки покраснели в тон волосам Узумаки. Все остальные же, притихли, смотря на Куренай и Какаши. — Ну, пусть лучше Наруто и Сатсуки сами всё объяснят. Я не в праве. Наступила тишина. Все уставились на пару. Сатсуки уже собиралась что-то сказать, но Наруто опередил её. — Ладно, всё равно рано или поздно бы узнали… — он сделал вдох, а затем твёрдо: — Мы помолвлены. — Что?! — почти хором раздалось с нескольких сторон. Чоуджи подавился, Ино вскрикнула, Киба выронил палочки. — Это что, шутка? — выдавил Шино. — Нет. Не шутка. Всё по-настоящему, — спокойно сказала Сатсуки, глядя в глаза каждому, кто переводил взгляд между ней и Наруто. — И да, это было моё решение. — Если вкратце, — начал Наруто, ещё более подробные объяснения. — Из-за недавних событий, связанных с Сатсуки, которые все прекрасно помнят, ей недоверяли, хоть она и была под ментальным контролем проклятой метки Орочимару. Тогда, на совете, и поступило это предложение от одного из старейшин. Сатсуки согласилась с его предложением. — Ну, теперь многое встаёт на свои места, — задумчиво потер переносицу Ирука. — Даже если бы они не согласились, их бы принудили другим способом. Таковы политические браки, — сухо, но чуть с досадой отозвался Неджи. Хината не закричала, не уронила палочки, не вспыхнула как факел — она просто замерла. На долю секунды её лицо застыло, словно что-то внутри оборвалось. Взгляд, до этого направленный на Наруто, будто помутнел, а пальцы чуть дрогнули. Она отвела глаза, но слишком резко – это сразу заметил Шино, бросив на неё косой взгляд. Чоуджи, Киба — даже они на мгновение уловили перемену. Она опустила руки на колени и слабо сжала ткань юбки. — Поздравляю... — едва слышно прошептала она, слабо улыбнувшись. Но улыбка эта была стеклянной. Больше на вежливую реакцию, чем на настоящее чувство. — Хината… — Киба уже собирался что-то сказать, но Шино молча толкнул его локтем под ребра, не отводя взгляда от Хьюги. — Всё хорошо, — Хината сама тихо перебила, не глядя на друзей. Голос был ровный, но слишком… пустой. Как у человека, который заранее знал, но всё равно надеялся. Взгляд её снова скользнул к кулону у Сатсуки на шее – точно такому же, как тот, что носил Наруто. — Вы подходите друг другу. Правда, — добавила она, чуть громче, чтобы это было не только между собой и стенкой. После чего встала. — Мне нужно немного свежего воздуха, — сказала она уже громче, кланяясь Цунаде и остальным. — Простите. — Хината… — Наруто попытался было встать, но Сатсуки положила ему руку на запястье. — Дай ей… побыть с собой, — сказала она едва слышно, не глядя на него. Хината вышла, не оглядываясь. Только за пределами дверей её плечи дрогнули, но она не позволила себе ни слезинки. Ни одной. Она просто стояла там, под звездами, пока её дыхание постепенно не стало ровнее. В это время в ресторане. — Я сопровожу госпожу Хинату домой. Прошу простить, — поклонившись, произнёс Неджи, прежде чем выйти из ресторана. Наруто в это время сидел поникший, весь как на иголках. Рука Сатсуки всё ещё была на его запястье. Он старался не показывать ту бурю эмоций, которая была внутри. — <Курама. Что со мной? Я ничего не понимаю.> — обратился мысленно к другу Узумаки. — <Даже мне сейчас сложно разобрать твои эмоции, парень, но скажу так. Походу, неровно дышишь ты к обеим девушкам сразу.> — <Что?> — непонимающе переспросил Наруто. — <Что слышал, блин! Ох. Слушай, давай поговорим позже. Тебя уже зовут там несколько минут.> — ответил Курама. У входа в ресторан. Неджи, подойдя к поникшей Хинате, положил ей руку на плечо. — Госпожа Хината. Пойдёмте домой. Тихо всхлипнув, Хината взглянула на брата. — Почему? Почему так? Я, я понимаю. У них не было выбора, но почему? Почему она, а не я? — девушке было тяжело говорить. Каждая фраза сопровождалась всхлипом, а слёзы грозились пролиться наружу. — Я не знаю. Но не стоит отчаиваться, госпожа. Я уверен, что всё будет хорошо. Есть у меня такое предчувствие, — старался успокоить Хинату, Неджи. — А теперь, идёмте домой. Кивнув, Хината вместе с Неджи пошла в сторону квартала Хьюга. На следующий день. Утро Пятой Хокаге начиналось с кофе и кипы документов. Спокойное утро. Именно так окрестила в последние дни Цунаде подобное начало любого рабочего дня. Но как говорится, не было печали. В кабинет Хокаге вбежала её помощница Шизуне с свитком-письмом. На свитке красовался символ Кумо. Открыв его и прочитав содержимое, Цунаде молча откинулась на спинку кресла и подняла взгляд к потолку. — О, ками-сама, за что мне всё это?! — уставше и слегка отчаянно простонала Цунаде.