The Devil's

Нил часто наблюдал за ним издалека. Прямые эфиры, которые он смотрел из разных частей города — будь то дома, в общественном транспорте или же прямо на работе, воткнув в одно ухо беспроводной наушник, параллельно смешивая алкогольные напитки под качающий бит группы «Devil’s» с их зазнавшимся солистом Кевином Дэем. О, да. Кевин был вишенкой своей музыкальной группы, по которым на самом деле можно было бы собрать целый айсберг, но этот вариант только для тех, кому есть до них хоть какое-то дело. Хэтфорда же интересовала только музыка — агрессивная, кричащая о мирской несправедливости и внезапно переходящая на спокойный тембр, возвращая слушателю потерянное равновесие, — и солист этой маленькой шайки «отбросов общества». Изредка Нил улавливал разговоры клиентов, изредка участвовал в них сам, или делал вид, что участвовал, молчаливым слушателем кивая на все заявления в духе «ой, а вы слышали, какой там пиздец у «Devil’s» опять происходит?» Кивок. «Слышали, что на сонграйтера напали прошлой ночью? Говорят, он гей…» Кивок. «И солиста угашенным застукали». Кивок… Стоп, что? — Да я сама в шоке, — клиентка хмыкнула. Хэтфорд поставил перед ней алкогольный мохито, возможно слишком резко, ведь несколько капель всё же пролилось на барную стойку. — И чего ему в жизни не хватает? Богатый, знаменитый, разок посмотрит — и любая девушка сама к нему в постель прыгнет. Не понимаю этих звёзд. Вас, кажется, тоже эта новость задела? Нил нахмурился. — Они максимально проблемные. Абсолютно все. И почему их вообще слушают? — возможно, девушка неправильно расценила взгляд, которым на неё смотрел Хэтфорд, ибо продолжила: — Кобейн был тоже не сахар, и всё равно он культовый. Я его не оправдываю, просто говорю, что он внёс огромный вклад в культуру. Это неоспоримо. Это другое. Дальше Нил уже не слушал. Все слова девушки превратились в обыкновенный фоновый шум, неважный и внимания не стоящий. Он глянул на часы — с минуты на минуту должен прийти Роланд. Это недолго, но ноги чесались сорваться на бег в сторону остановки, а ледяные пальцы неприятно покалывало, пока Хэтфорд протирал капли пролитого мохито с керамической стойки. — Ох, чёрт… — раздался голос клиентки, чем-то огорчённой, возможно даже испуганной. Она смотрела в экран своего телефона, но желания продолжать диалог Нил не испытывал. Всё, что его интересовало — это белобрысая макушка, мелькнувшая в толпе и приближающаяся к нему с приветственной улыбкой. Не дожидаясь, когда Роланд дойдёт до рабочего места, Хэтфорд рванул к выходу из бара. — Аккуратно! — крикнул Роланд ему вслед, но Нил всё равно задел какого-то мужчину плечом, однако тот не успел даже возмутиться. Его как ветром сдуло.

***

Нил влетел в кабинет дяди, запыхавшийся и растрёпанный, остановился только когда словил на себе взгляд, полный недоумения. Стюарт сидел в своём кресле, вальяжно закинув ноги на стол и попивая кофе. Очевидно, он готовился приступить к работе, и Нил его внаглую отвлёк, но дело отлагательств не терпело. — Ты бежал, что ли? — заметил Стюарт. — Дядя, — проигнорировал его вопрос Нил. — мне нужно к Кевину. Глаза Стюарта округлились. В кабинете повисла гнетущая тишина — никто не торопился её разрушать, понимая, что сейчас прозвучало нечто несуразное. Оно не могло быть сказано всерьёз, но и на шутку не походило. — И… что тебя сподвигло? — вопрос остался без ответа, но и настаивать на нём уже давно смирившийся с молчаливостью племянника Стюарт не стал, вместо этого взял телефон и стал что-то печатать. — Завтра у него концерт в Нью-Йорке. Я не знаю, как ты будешь его ловить, учитывая, что на него ты чисто физически не успеваешь, но удачи тебе. Смотри, чтоб не прибил. Нил сжал поледеневшие руки в кулаки. Это Кевину надо бояться. — Охрану приставить? — спросил Стюарт, на что получил молчаливый отказ. Он неодобрительно покачал головой, но ничего по этому поводу не сказал — понял, что Нил всё равно останется при своём. — Будь осторожен. Нил вышел из кабинета, чтобы скитаться по внутреннему двору — просторному, с искусственным прудом и парой клумб с лавочками, на которые он редко садился, по своему обыкновению предпочитая находиться в движении. Нил старался слушать птиц, но мысли о Кевине всё равно свалились на него снежным комом прямо за шиворот. Не уж то, он действительно увидит его, спустя столько лет? И что он скажет? И куда уйдёт потом, когда осведомится о состоянии Дэя и втащит ему — а именно это и хочется сделать — за то, что он вытворил? Нил не запрашивал у дяди билет в обратную сторону. Стоило бы пойти и сделать это, но ноги не слушались — наверное, придётся снять номер в мотеле, совсем как раньше. «Жизнь циклична, круговорот дерьма и дерьма ещё большего», — вспомнил Нил строчки одной из песен «Devil’s», на что горько усмехнулся себе под нос. Это не совсем то, к чему хотелось бы возвращаться. «И сходить с ума люди начинают с самого рождения». И до самой смерти. — Вылет через три часа, — голос Стюарта вывел Нила из тумана, вернул в реальность жестокую и мрачную, но такую необходимую. — Кристина подбросит тебя до аэропорта. Любое взаимодействие с этой женщиной отдавалось жутким дискомфортом и тремором рук. Нет, она никогда не пыталась причинить вред Хэтфорду, но всё же он предпочёл бы вообще с ней не связываться и даже не смотреть в её сторону — уж больно она неприятная сама по себе, но куда деваться? Нил скрипнул зубами. Либо так, либо никак. — Спасибо, дядя. — Всегда пожалуйста, — одобрительно кивнул Стюарт, и только после этого Нил покинул внутренний двор. В особняке для Нила была выделена целая комната — большая и полупустая. В углу стояла кровать, у окна — письменный стол, барабанная установка располагалась по правую сторону от двери, оставляя более чем достаточно пространства для свободного передвижения. Гардероб стоял напротив. Под малочисленными вешалками находился чемодан, который предстояло набить одеждой и предметами первой необходимости. Пара серых футболок, такая же бесцветная толстовка и джинсы отправились внутрь, следом полетело нижнее бельё и зубная щётка. Сборы много не заняли, а оставшееся до выезда время Хэтфорд решил отвести игре на барабанах. Это был лучший способ отвлечься от гнетущих мыслей, окунуться в мелодию и зажить на короткие мгновения, чтобы после снова угаснуть в ожидании жгучей пощёчины от призрака прошлого, на встречу которому Нил решился пойти. Он даже не заметил, как быстро пролетело время. Дверь в комнату отворилась слишком внезапно, заставив его замереть. — Привет, Нил. — Кристина неподвижно стояла в проходе, длинные тёмные волосы обрамляли её покрытые шрамами плечи. — Я стучала, ты не слышал. Вещи собрал? — Да, — отозвался он. Взгляд старшей метнулся к лежащему на полу чемодану. — Всего один? — Удивилась она. Нил не ответил. — Жду тебя в машине. Кристина вышла из комнаты. С тяжёлым вздохом Хэтфорд посмотрел на барабанные палочки в своих руках. Недолго думая, он закинул в чемодан и их. Выходя в коридор, он запер дверь в свою комнату на ключ, даже если прятаться в этом особняке было не от кого. Просто привычка. На улице начинало темнеть, где-то в траве запели кузнечики. Садовник сидел на лавочке, отдыхая после рабочего дня, а Кристина ждала Нила, прислонившись к капоту своей дорогущей красной тачки. Она отошла и открыла багажник — Хэтфорд закинул в него свой чемодан, после чего сел на заднее сиденье. Долгое время он смотрел в окно, провожая взглядом особняк — место, где он действительно вырос, место, где он провёл восемь лет своей жизни (не путать с существованием) и обрёл шанс, которым так и не смог воспользоваться в полную меру, даже если пытался. Возможно, он просто не знал, как сделать это правильно, или же оно по своей сути настолько сложное для такого, как он, что изначально было недостижимым. И будет дальше.

***

Шла тридцатая минута поездки, следующие десять — последние, но Нилу уже не терпелось разбить стекло и выпрыгнуть из машины прямо на ходу. Дело было даже не в Кевине, а в компании водительницы авто, которая напрягала Хэтфорда одним своим присутствием. Она слишком похожа на неё.

***

«Объявляется посадка на рейс АН-1721, пассажиров просим пройти на борт». До встречи, Британия. Скучать по тебе Нил особо не будет.