Из плоти и крови

      Зачарованные часы на стене библиотеки объявили о приближении комендантского часа. Буквально. Из маленького окошка в часах выглянула крошечная печенюшка и пропищала своим тоненьким голоском:       – Динь-дон, динь-дон! До отбоя остался один час!!! – и тут же скрылась.       Библиотекарь раздражённо фыркнула, закатывая глаза, и вновь уткнулась в свои каталоги. Похоже, эти часы уже давно стали действовать ей на нервы, только непонятно, почему она от них за столько лет так и не избавилась.       Ванилла потянулся, хрустнув спиной. Ему всего тридцать лет, а ощущение – будто все шестьдесят, и его тесто вот-вот должно засохнуть и обратиться в крошки. Хотя, начать обращаться в крошки оно может и из-за вечного недосыпа. Мешки под его глазами с каждым днём становились только больше, а голова начинала гудеть всё сильнее. Он вновь склонился над книжкой, стараясь вникнуть в написанное, но получалось так себе. Буквы расплывались, не желая складываться в слова.       Ванилла шумно выдохнул сквозь сомкнутые зубы, отодвигаясь. Скрежет ножек стула о половицы неприятно резанул слух, заставляя лицо скривиться. С момента, как он навещал Лили, прошла, может, неделя, но работа с места так толком и не сдвинулась. Отчасти из-за того, что их библиотекарь наотрез отказалась выдавать Ванилле книги. Всё же стоило аккуратнее обращаться с имуществом академии…       Ещё одной причиной стало его состояние. С каждым днём становилось только хуже, а Укрепляющего раствора уходило всё больше. Только вот помогать он стал не слишком-то сильно. Похоже, что Ванилла чрезмерно часто начал прибегать к его использованию и лекарство постепенно переставало на него действовать…       Но сейчас особого выбора не было. Пусть немного, но Укрепляющий раствор должен был помочь!       Рука потянулась к внутреннему карману мантии, доставая оттуда флакончик с лекарством и… Ванилла замер. В его в руках оказалась стеклянная пробирка с остатками зелья на дне. Это была та самая пробирка, которую он отобрал у Кэнди Эпл чуть больше месяца назад на уроке травологии. Ванилла совершенно забыл про неё. Проблемы валились словно снежный ком. Вечные кошмары и просто странные сны, деканство, расследование, культ Соли, Лили, Шедоу, что в последнее время словно с цепи сорвался, доставая его с каждым днём всё чаще и чаще, – это давило, мешая спокойной жизни.       А ещё эти вечные письма в министерство… Когда Ванилла пересказал содержание письма с ответом от секретаря Дарк Какао Бризельстару, тот лишь расхохотался.       – Строгий выговор? – старик утирал выступившие от смеха слёзы. – Флаг ему в руки. Я хочу посмотреть, что же такого он желает выговорить мне и нашей академии. Можешь продолжить писать ему, Пьюр Ванилла?       И он продолжил. Изо дня в день посещал совятню, забирал письмо с ответом и отправлял новое. Это уже стало своеобразным ритуалом начала его дня. Но если Бризельстара забавляли ответы секретаря с угрозами, то Ваниллу всё происходящее начинало потихоньку раздражать. Всё-таки это не директор слушал громовещатели, что прилагались почти к каждому ответному письму.       Ванилла вздохнул, растрепав светлые волосы, и поглядел на пробирку. Жидкость внутри больше не переливалась на свету – теперь она оставалась серо-бирюзовой всегда. Видимо, оказавшись в руках Кэнди Эпл, зелье недостаточно настоялось.       Он ещё около минуты сидел и смотрел на жидкость внутри, будто от его пристального взгляда она могла начать разговаривать и дать ответы на все интересующие вопросы. Он быстрым движением пальцев откупорил её, заодно оповестив об этом всю библиотеку – практически гробовая тишина была нарушена звонким «чпоком» вылетевшей пробки. Ванилла огляделся по сторонам – все присутствующие были заняты своим делом и, похоже, не обратили совершенно никакого внимания на звук.       Ванилла аккуратно поднёс пробирку к носу, принюхиваясь. Он точно чувствовал запах слизи мармеладного флоббер-червя – уж его он ни с чем не спутает, – что-то рыбное и, вроде бы, имбирь – в целом, стандартный набор для зелья Гербицида. Но был ещё один запах, еле уловимый, но такой знакомый. Пахло чем-то сладковатым, почти медовым, но при этом чувствовались пряные нотки.       Ванилла отстранился, слегка покачивая пробирку из стороны в сторону. Он точно уже где-то чувствовал подобное, причём неоднократно.       Вдруг из дальнего угла библиотеки раздался яростный скрежет ножек стула о пол и чей-то громкий и вопль:       – Какой- же я дурак! Из-за этого наше зелье и взорвалось в прошлый раз! – а после со всех ног бросился прочь из библиотеки, проигнорировав все замечания рядом сидящих.       Ванилла вздрогнул от неожиданности и наклонил пробирку сильнее, чем стоило. Несколько капель зелья попали на книгу, лежавшую сбоку от него, и тут же начали прожигать обложку и страницы. Ванилла выругался, схватил её и принялся стряхивать жидкость на пол, чуть не расплескав оставшееся зелье и не проделав сквозное отверстие.       Зелье, оказавшись на полу, зашипело. Полностью впитавшись, оно оставила после себя жёлто-коричневое пятно. Ванилла прожигал его злым взглядом, закупорил пробирку и убрал её себе обратно во внутренний карман. Он попытался оттереть пятно носком своего ботинка, но у него ничего не вышло. Поэтому Ванилла просто подвинул стол так, чтобы ножка встала ровно на это пятно и скрыла его. Он ощущал себя нашкодившим ребёнком.       Похоже, зелье действительно настоялось, и очень хорошо. Странно, что оно ещё раньше не прожгло пробирку, а вместе с тем и карман мантии.       Ванилла взглянул на испорченную книгу в своих руках. Зелье прожгло наверное одну четвёртую её часть. Пролистав несколько страниц, он понял, что… их библиотекарь его точно прибьёт! Испорченные страницы теперь практически нельзя было прочесть – там красовалась огромная дыра и расплывшийся текст. Ванилла перевернул книгу обложкой к себе, чтобы узнать, чьи труды он только что испортил.       «Сборник волшебных сказок со всего Хлебоземья. Д. Р. И. М. Куки и Л. Бриз Куки»       Что за странные имена? Или это такие псевдонимы? Ванилла не помнил, чтобы брал подобную книгу. Должно быть, она попала к нему по ошибке. Что ж, это радовало – у него всё ещё был шанс выполнить задание Бризельстара. Но что теперь делать с этим сборником…       – Чем занят? – над ухом раздался приторно сладкий и до боли знакомый голос.       Ванилла негромко вскрикнул от испуга, развернулся к нарушителю своего спокойствия и, пряча испорченную книгу за спину, отшагнул назад. Шедоу в новой мантии тёмно-фиолетового цвета, расшитой золотыми нитками, стоял перед ним и с интересом рассматривал кучу литературы на столе.       – «Новая История Хлебоземья», «Сайлент Солт Куки. История падения», «Философия культа Соли» и… – Шедоу приподнял край раскрытой книги, чтобы узнать её название, – «Тысяча и одно тёмное проклятие. Самые редкие и опасные заклятья». А ты настоящий фанат, Ванилли! С головой погружаешься в историю культа Соли. Ещё не надумал вступить в их ряды?       На него смотрели два саркастичных разноцветных глаза. Ванилла сделал шаг назад, продолжая прятать книгу за спиной. Он не знал, куда смотреть: сначала пробовал рассматривать мантию Шедоу, затем стену, пишущих эссе студентов, в итоге остановился на разглядывании пола и своих ботинок. Пятно, кстати, всё-таки чуть-чуть выглядывало из-под ножки стола.       – Ты знаешь, зачем я это читаю, Шедоу Милк, – Ванилла проговорил это как можно мягче, но натянутая улыбка выдавала его нервозность.       Шедоу фыркнул.       – Какой же ты скучный. Как и эти книги, кстати говоря. Но знаешь… Есть более весёлый способ получить информацию! – его глаза заблестели, он горделиво задрал голову и положил себе руку на грудь. – Ты можешь спросить у меня! Что конкретно тебя интересует?       – Шедоу, нет, – Ванилла оторвал глаза от своих башмаков и перевёл их на подбородок печеньки напротив. – Я уже говорил тебе это, и своего решения не изменю.       Шедоу Милку оставалось только страдальчески простонать и закатить глаза. Он сложил руки на груди и присел на стол, исподлобья глядя на мужчину перед ним.       – То есть ты выбираешь занудное чтение, на которое потратишь не одну неделю, вместо того чтобы воспользоваться возможностью, великодушно предоставленной тебе самим Источником Знаний? Что за глупец… – он экспрессивно взмахнул руками, показывая, насколько был возмущён.       Ванилла приподнял одну бровь. Великодушно? Он с долей скептицизма осмотрел уже полностью сидящего на библиотечном столе и закинувшего ногу на ногу Шедоу Милка. И…       – Источник Знаний…?       – Именно. Это имя отражает мою недюжинную мудрость и то, с какой щедростью я готов ею делиться. Даже с такими ванильными глупышками, как ты, – на последней фразе он прищурился, по-лисьи глядя на него.       Ванилла лишь глаза закатил, слегка расслабляясь. Опять Шедоу паясничал и привлекал к себе ненужное внимание. Он ещё несколько минут назад заметил, что взгляды половины библиотеки были прикованы к ним двоим.       Ванилла набрал в лёгкие побольше воздуха и сурово посмотрел в сторону своего коллеги по работе.       – Шедоу, прекращай этот фарс. На нас смотрят дети. Подумай о том, какой пример мы им подаём, – Шедоу фыркнул, отворачивая голову и прикрывая глаза. – Я сам со всем разберусь. Мне от тебя ничего не нужно.       – А я-то думал, что ты у нас весь такой занятой, в делах, – протянул Шедоу. – Хочешь получить всю информацию как можно скорее. А тебе только дай побездельничать! Что, так сильно нравится получать письма от секретаря главного аврора? Ты в него влюбился, что ли?       Он приоткрыл один глаз, самодовольно улыбаясь, словно улучил своего ученика в какой-то постыдной вещи.       Лицо Ваниллы тут же скривилось.       – Ты опять залез ко мне в голову?       – Ну что ты! Я не нарушаю личные границы других печенек, – Шедоу замолчал на время, отводя задумчивый взгляд в сторону и начиная постукивать указательным пальцем по столу. – Просто прочитал твои письма.       Ну, если так, то ничего страшного…       – Ты сделал что?! – Ванилла подскочил на месте, ошарашенно посмотрев на самодовольную улыбку. – Когда ты вообще успевал?!       Ещё больше печенек начали посматривать в их сторону. Кто-то смотрел с интересом, кто-то – с недоумением, но в основном, конечно, с интересом. Ведь это два декана враждующих между собой уже не первый год факультетов! Вдруг они сейчас ещё и подерутся?       – Долго спишь, медленно ходишь, – ответил Шедоу, улыбаясь всё шире и шире. – Я, кстати, ещё и некоторые твои письма прочёл. Добывать информацию ты совершенно не умеешь.       Ванилла не знал, что на это ответить. Он уставился в одну точку, то открывая, то закрывая рот, словно рыба, выброшенная на сушу.       – Но не переживай, навыки всегда можно улучшить, – Шедоу похлопал Ваниллу по плечу. – Если что, я всегда готов…       – Жаль, что ты не готов соблюдать правила поведения в библиотеке, – позади них раздался строгий женский голос, а затем последовало два звонких шлепка. Один подзатыльник книгой – для Шедоу Милка, второй – для Пьюр Ваниллы. – Вот ведь расшумелись!       Удар отрезвил Ваниллу, и он виновато посмотрел на мадам Фолиант Куки.       – Прошу прощения, – тихо проговорил он.       Шедоу же только цокнул языком, закатывая глаза. За что схлопотал ещё один подзатыльник.       – Столько лет прошло, а вы двое какими были такими и остались, – начала причитать женщина.       – И какими же это? – прошипел Шедоу, потирая голову.       – Невыносимыми. В особенности ты, – она ткнула пальцем мужчине в грудь. – Как только вы двое появляетесь в моей библиотеке, всё всегда идёт наперекосяк.       Ванилла огляделся по сторонам. Редкие студенты уже начинали перешёптываться между собой. Возможно, мадам Фолиант и отчитывала их за дело, но не при детях ведь…       – Не припомню, чтобы я когда-то делал что-то противозаконное в библиотеке, – заключил Шедоу, слезая со стола и направляясь к выходу.       Ванилла удивлённо смотрел ему вслед. Как это не помнит? А как же тот раз...?       Остановившись в дверном проёме, Шедоу повернул голову к Ванилле. Между разноцветных бровей залегла морщинка, а взгляд и вовсе был отсутствующим. Словно он был где-то далеко в своих мыслях.       – Профессор Пьюр Ванилла Куки, не забудьте про наше сегодняшнее дежурство, – и, не дожидаясь ответа, пошёл прочь.       Ванилле оставалось только глупо моргать, глядя на пустой дверной проём.       – Д-да, я помню… – тихо пробормотал он.       Когда Ванилла опомнился, около него уже никого не было – их библиотекарь вернулась к своей стойке и принялась перебирать книги. Он взглянул на часы – без пятнадцати десять. До отбоя оставалось совсем немного времени. Ванилла собирался было сложить книжки в аккуратную стопочку, но остановился, глядя на сборник в своих руках. Он повертел его, думая, что же теперь делать.       Просто сознаться?       Тогда мадам Фолиант его вообще большее в свою библиотеку не пустит. Женщина всё ещё злилась на Ваниллу за то, что тот помял страницы в книгах, которые взял для своего расследования.       Попросить выдать ему этот сборник?       Тогда она сразу заметит дыру и с позором прогонит Ваниллу из своей библиотеки.       В таком случае ничего другого не оставалось.       Ванилла аккуратно огляделся по сторонам – студенты давно занимались своими делами, а мадам Фолиант – книгами. Он быстро сунул сборник себе во внутренний карман. По лицу стекали мелкие капельки пота, а сердце готово было выскочить из груди.       «Но я ведь ничего плохого не делаю!» – так он убеждал себя. Ванилла просто подержит этот сборник у себя, пока не купит новый такой же. А затем тихо поставит уже новую, неиспорченную книжку на библиотечную полку.       Всё ради общего блага!       Продолжая прокручивать эти мысли в своей голове, он сложил все четыре книжки в не самую аккуратную стопку и понёс их к стойке.       Когда мадам Фолиант увидела его натянутую, нервную улыбку и поставленные перед ней книги, она строго произнесла:       – Тебе я их не выдам.       – Ох, нет! Я не прошу их мне выдавать. Можете просто сохранить эти книги до моего следующего визита в библиотеку, – Ванилла засуетился, размахивая руками.       Библиотекарь скептически осмотрела его.       – Хорошо, я придержу их. Но только на неделю!       – А… А можно чуть больше…       – Я сказала неделю – значит неделю! – она прищурилась, глядя на стушевавшегося мужчину, а затем взяла четыре книги и поставила их себе под стойку.       Ванилла поблагодарил мадам Фолиант и уже собирался покинуть библиотеку, как вдруг раздался звук бьющегося стекла.       – Ох, Ведьмы… – послышался тяжёлый вздох позади.       Ванилла развернулся и увидел у своих ног разбитую стеклянную вазу. Рядом лежали два цветка белой лилии. Он сам не понял, что на него нашло, но уже в следующую секунду его рука тянулась к одному из них. Сжав хрупкий стебель между пальцев, Ванилла тут же отдёрнул руку. Он уставился на свою ладонь с таким выражением на лице, будто у него там тёмная метка появилась. По пальцу стекала тоненькая струйка кровавого сиропа.       Быстро опомнившись, он достал волшебную палочку и заклятьем убрал осколки с пола, собрав их в целую вазу, и поставил на прежнее место. Цветы около своего ботинка Ванилла буравил хмурым взглядом ещё около минуты, а затем подобрал и поставил обратно в вазу один из них. Второй же вертел у себя между пальцев.       – Чётное количество цветов обычно символизирует завершение жизненного цикла, – тихо проговорил он, улыбнувшись. – Если вы не против, то я заберу эту лилию?       – Как хочешь, – ответила мадам Фолиант, нахмурив брови. – Сегодня утром я заметила, что одна из лилий завяла, поэтому их осталось две.       – Вот оно что. Понятно.       Ванилла попрощался с женщиной и покинул библиотеку. Он быстро шагал по коридорам академии, сжимая в руке цветок, – перед дежурством ему ещё хотелось зайти к себе в комнату переодеться и отыскать какую-нибудь вазу для лилии.       

***

      – Вам стоит лучше воспитывать своих учеников, профессор Пьюр Ванилла! Опоздать на целых пять минут, ай-яй-яй, мисс Блэк Рэйзин Куки. Может, мне стоит снять пару десятков баллов с вашего факультета? – сейчас Шедоу Милк был будто ещё бодрее, чем во время их встречи в библиотеке. И, разумеется, его фирменное ехидство и едкий сарказм также были при нём. – Хотя о чём это я, если декан вашего факультета и сам не отличается особой пунктуальностью? Яблоко от яблони…       Блэк Сапфир Куки рядом с ним тихо хихикнул в кулак, но тут же взял себя в руки.       Ванилла практически физически слышал, как скрипели зубы Блэк Рэйзин от злости. Он аккуратно завёл руку ей за спину и дёрнул за мантию, слегка помотав головой. Девушка тут же поубавила пыл, но два самодовольных лица напротив будто специально старались вывести её из себя. Так что, задрав нос, она повернула голову к своему декану и громко объявила:       – Два первокурсника что-то не поделили и почти затеяли драку, поэтому мне пришлось их разнимать и отправлять по комнатам. Из-за этого я опоздала!       – Не можешь справиться с детьми, Блэк Рэйзин? Может, тебе слишком рано выдали значок старосты? – ехидно заметил Блэк Сапфир.       Глаза девушки тут же недобро блеснули. Она сжала руки в кулаки и уже было двинулась в сторону слизеринца, но Ванилла перегородил ей путь.       – Хватит, не ведись, – шикнул он.       – Прекратите оба, немедленно! – раздражённо рявкнул на детей Шедоу Милк, так что от испуга замерли и перестали дышать все, даже Ванилла.       Блэк Сапфир опомнился первым, слегка кланяясь и виновато опуская глаза к полу.       – Простите, мастер, больше такого не повторится, – его взгляд вновь был спокоен, а на губах играла лёгкая, непринуждённая улыбка.       Мастер? Серьёзно?       – То-то же, – фыркнул Шедоу, а затем обречённо застонал. – Но так дальше продолжаться не может. Слизерин и Гриффиндор с каждым днём ссорятся всё больше и больше, теперь даже старосты не скрывают своей неприязни друг к другу… Вы со мной согласны, профессор Пьюр Ванилла?       – А-ага… – Ванилла с долей скептицизма смотрел на него.       Чтобы Шедоу и завёл об этом разговор… Что он задумал?       – Поэтому я предлагаю обмен опытом! Сегодня будем дежурить парами – слизеринец с гриффиндорцем, – объявил Шедоу, горделиво сверкнув глазами.       Повисла тишина, нарушаемая лишь свистом сквозняка.       Пока Ванилла с Рэйзин в шоке смотрели на декана Слизерина, Блэк Сапфир задумался.       – Если профессор Шедоу Милк считает, что так будет лучше – я не смею противиться.       Шедоу усмехнулся, похлопав старосту своего факультета по плечу. Учитывая, как Блэк Сапфир приосанился и как засветились его глаза – это была высшая форма похвалы.       – И как вы предлагаете нам разделиться, профессор Шедоу Милк? – аккуратно поинтересовался Ванилла, хотя ответ он уже и так знал…       По правде говоря, по изначальному плану каждому из них отводилась своя зона, которую они должны курировать и искать нарушителей. Это было чем-то вроде негласного правила между деканами факультетов и их старостами. Порой правила менялись, и деканы дежурили вместе со старостами. Ванилла, например, делал так первое время, пока Блэк Рэйзин запоминала все нюансы своих новых обязанностей.       Шедоу посмотрел на Ваниллу, как на дурака.       – Это бессмыслица какая-то, – подала голос Блэк Рэйзин. – Мы только больше времени потратим на обход. Тем более Слизерин с Гриффиндором меньше ссорились, если бы…       Она осеклась, отводя взгляд. Ванилла был благодарен всем Ведьмам, что она не озвучила свою мысль до конца. Впрочем, Шедоу Милка это не остановило…       Он наклонился к ней и приторно-сладко протянул:       – Минус десять очков с Гриффиндора. За то, что перечите учителю, мисс Блэк Рэйзин Куки.       – Плюс десять очков Гриффиндору. Я согласен с мыслью Блэк Рэйзин Куки – это бессмысленно и займёт слишком много времени, – решительно ответил Ванилла.       Шедоу оскалился. Ох, похоже, сейчас начнётся…       

***

      Ванилла шёл с вытянутой вперёд рукой и держал волшебную палочку. С её концы вырывался поток белого света, который освещал стены и пол из сахара впереди. Над ухом у него непрекращая жужжал Шедоу. Если задавался вопрос – Ванилла сдержанно мычал в ответ. Но в основном, конечно, слушал.       Слушал, как Шедоу провёл выходные, как он возмущён сахарными гномами, плохо выполнявшими свою работу, по его мнению, учениками-остолопами, неспособными сложить дважды два… В общем рассказывал о своей непростой жизни в замке. Ванилла слушал его, что-то запоминал, что-то пропускал мимо ушей, при этом какая-то его часть радовалась, что Шедоу находился в здравии и относительном спокойствии. Всё-таки это по его вине он…       – Эй, ты меня слушал? – Шедоу щёлкнул пальцами у носа коллеги, обиженно глядя на него.       Они встретили на секунду взглядами, и Ванилла замер. Его до мурашек пробрала синева глаз напротив. Он быстро отвёл взгляд, продолжив шагать.       – Я тебя слушал, не переживай.       Шедоу лишь весело хмыкнул, нагоняя его.       – Тогда о чём я говорил? – протянул он, огибая Ваниллу и будто специально заглядывая ему в глаза.       Хотя почему будто? Он делал это специально.       Ванилла быстро отвернул голову.       – Ты говорил про третьекурсника с Хаффлпафф, который принёс на пару по ЗоТИ тортобаку и убеждал тебя, что она проклята, потому что у неё был лишний палец на лапке.       Шедоу хихикнул, наконец поравнявшись с ним, и молча пошёл дальше.       Ванилла покосился на него, продолжая свой шаг. С недавних пор Шедоу стал докучать ему всё больше и больше. Вечно навязывал своё общество, ходил по пятам, намеренно сталкивался в коридорах, предлагал свою помощь...       Да даже сейчас!       Тогда в коридоре Шедоу нашёл тысячу причин за что мог бы снять баллы с Гриффиндора. И отыскал бы ещё примерно столько же, не согласись Ванилла, наконец, на его авантюру по «обмену опытом». На деле же Шедоу просто навязал свою компанию. Снова.       Ванилла задумчиво поглядел себе под ноги. Шедоу старался завести с ним разговор о всяких пустяках, расспрашивал про преподавание и деканство, шутил и ехидничал… На самом деле, довольно редко заикаясь о расследовании и культе Соли. Верить в это, конечно, было глупой затеей, но может… Просто может быть, он хотел вернуть их прежнюю… дружбу?       Не вслух, но хотя бы самому себе Ванилла был готов признаться, что скучал по тому Шедоу Милку, с которым они вместе проводили время в годы его обучения в академии. С которым они вместе устраивали беспорядки. С которым болтали и шутили. С которым…       Если бы не случившиеся в конце пятого курса, могло ли всё сложиться иначе?       Губы тронула лёгкая, немного грустная улыбка. Ванилла часто думал о прошлом, обо всём, что случилось. Не мог не думать. Практически каждую ночь перед сном его голову переполняли мысли. Они, словно рой надоедливых конфетных ос – жужжали то тут, то там и больно жалили. Мог ли он изменить что-то словом или действием? Это уже не имело никакого значения, и Ванилла понимал это, но никак не мог избавиться от противного, липкого и мерзкого чувства, смешенного с виной. Но может именно сейчас настал момент искупления? Раз уж Шедоу Милк сам шёл на контакт, то и он мог бы…       – Чего лыбишься? – раздался голос рядом.       Ванилла повернул голову, и улыбка тут же пропала с его лица. На него внимательно смотрели два разноцветных глаза. К горлу подступил ком, во рту пересохло. Он запнулся, вызвав смешок у своего спутника.       – Как же легко легко пошатнуть твоё мироощущение, Нилли, – протянул Шедоу, щурясь. – Всё продолжаешь корчить из себя великого страдальца. Тебе ещё не надоело?       Ванилла остановил себя, буквально заставил смотреть в глаза напротив и никуда более.       Отчасти Шедоу Милк был прав. Сколько он ещё будет бегать от своего прошлого?       Опять. Опять Ванилла видел картинки минувших дней: обгоревшая трава, пепел, покрывший землю с одеждой, и глаза, свирепо смотрящие на него снизу вверх. В них плескались злоба и ярость, но было там ещё кое-что, на самом дне зрачков – печаль и боль.       Ванилла медленно моргнул, сглатывая ком. Слова, настолько тихие, что даже опытный музыкант не смог бы их расслышить, покидали сдавленное горло и смешивались со звенящей тишиной тёмного коридора:       – Прости… Прости меня, Шедоу! Я… я не хотел…       Шедоу резко отпрянул от него. Его взгляд до этого озорной и весёлый, стал острее ножа. Всё тело напряглось, волосы зашевелились, извиваясь словно змеи, с их кончиков даже что-то капало, но пола оно не достигало, растворяясь по пути в воздухе. Шедоу был похож на хищника, готового в любой момент броситься на свою добычу. А может… он был похож на загнанного в угол и уязвлённого зверя?       – Зря я предложил этот обмен опытом, – буркнул он, быстро зашагав дальше по коридору, зажигая свет на конце своей собственной волшебной палочки.        Ванилла ещё какое-то время стоял, уставившись в стену, и глупо моргал. Во-первых, он выдержал взгляд разноцветных глаз. Даже смог выдавить что-то из себя. А во-вторых… Что это было?       Опомнившись, Ванилла нагнал Шедоу Милка, поравнявшись с ним в шаге. Тесто печеньки рядом так и кричало о раздражении, к тому же длинные потемневшие волосы скрывали лицо своего хозяина, а глаза в них сердито поглядывали на Ваниллу. Похоже, Шедоу более не желал с ним общаться.       Взвесив все за и против, Ванилла всё-таки решил разговорить печеньку рядом. Если Шедоу и правда был готов идти на контакт, то он хотел хотя бы попытаться наладить общение. О прежних их отношениях Ванилла и мечтать не смел, но, если бы у него получилось хоть немного сгладить острые углы и избавиться от недопониманий… Уже было бы неплохо.       Он очень тосковал по минувшим дням, а Шедоу Милк – один из немногих, кто связывал его с тем беззаботным прошлым.       – Шедоу, послушай, я… – начал было Ванилла, но подняв взгляд замер в оцепенение.       На него смотрели две пустые глазницы с пульсирующим нечто внутри. Рот, уши да и всё лицо в целом, как и тело, были прозрачными. В нос ударил запах скисшего молока.       Позади раздался знакомый хохот. Ванилла медленно повернул голову на звук – Шедоу согнулся пополам и схватился одной рукой за выступавший из стены сахарный кирпич. Другой – он держался за живот, умирая со смеху.       – Видел… Видел бы ты своё лицо, Ванилли! – Шедоу постарался успокоить себя, но безуспешно – зашёлся в новом приступе смеха.       Ванилла стоял и растерянно глядел на хохотавшего мужчину.       – Прекрати, Шедоу Милк Куки, это некрасиво, – раздался хриплый голос рядом, от него дрожь прошлась по всему телу. – К тому же, Пьюр Ванилла Куки хотел сказать тебе нечто важное…       Ванилла искоса посмотрел на стоявшего около него Безглазого Джо – йогуртового призрака их академии. Если хорошенько присмотреться, то можно было заметить залёгшую между прозрачных бровей морщинку. Но Ванилле не очень-то хотелось это делать.       Шедоу, наконец, перестал хохотать. Утирая выступившие слёзы, он поочерёдно смотрел то на напряжённого Ваниллу, то на по-смешному – по-смешному только для Шедоу Милка – сердитого Безглазого Джо.       – О, и что же такого важного хотел сказать мне Пьюр Ванилла Куки?       Теперь на Ваниллу смотрели два пристальных взгляда – ну, формально один, – от которых он предпочёл бы избавиться.       – Я… Н-ну… – собрать мысли в кучу было трудно, в основном из-за двух бездонных пульсирующих отверстий в метре от него. – Я хотел кое-что спросить у тебя, Шедоу Милк…       Шедоу тут же встрепенулся. На лице растянулась хитрая улыбка. Был бы у него хвост – точно завилял им.       – Иди куда шёл, Джо. У нас тут намечается важный разговор.       Призрак издал гудящий, похожий на мотор звук.       – Это невежливо, Шедоу Милк Куки, – строго произнёс Безглазый Джо. – А ведь раньше ты был таким милым мальчиком. Помню, когда встретил тебя первокурсником. Ты тогда…       Шедоу цокнул языком, закатывая глаза.       – Да что ж вы все сегодня решили повспоминать прошлое? Мало ли каким я был в детстве? Печеньки вырастают и меняются. Ванилли, например, раньше ел свои козявки!       – Что?! Это не правда! – Ванилла в шоке смотрел на пожимавшего плечами Шедоу.       Плечо вдруг пронзили тысячи маленьких ледяных игл. Они тут же распространились по всему телу, пробирая до самых костей и заставляя тесто покрыться мурашками. Ванилла повернул голову к своему плечу – на нём «лежала» прозрачная рука. Подняв взгляд чуть выше, он увидел печальные пустые глазницы призрака.       – Тётя с дядей плохо кормили тебя в детстве, поэтому ты их ел, так? Бедное дитя…       Ванилла не знал, что на это ответить.       Шедоу тихо подкрался к ним, выдёргивая своего напарника по дежурству из ледяной хватки призрака.       – Всё-всё, сейчас Ванилла не ест козявки, иди отсюда, – он жестом показал привидению проваливать.       Безглазый Джо только помотал головой, медленно продолжив свой путь дальше по коридору, чем вызвал у Шедоу ещё большее раздражение.       – А можно как-нибудь побыстрее? – бросил он отдалющейся тени. – Иди через стены, как все нормальные привидения.       Безглазы Джо остановился, оборачиваясь к ним. Пустые глазницы были направленны в сторону Шедоу Милка.       – Я не могу, – сказал он через какое-то время пристальных «гляделок».       – А? С каких это пор?       – Никогда не мог, – ответил Безглазый Джо, разворачиваясь к ним спиной, а затем добавил: – Ты лучше всех знаешь причину, Шедоу Милк Куки. Больше не ссорьтесь. Подумайте, какой пример вы подаёте подрастающему поколению своим поведением!       Шедоу показательно громко фыркнул ему вслед.       Дождавшись, когда Безглазый Джо завернёт за угол ,Ванилла поинтересовался у продолжившего свой шаг Шедоу Милка:       – А почему он не может проходить сквозь стены?       – Понятия не имею! Мне кажется, он просто вредничает.       Ванилла промычал в ответ. Может, так оно и было. В конце концов, он ни разу не встречал призрака неспособного проходить сквозь стены.       – Так что за вопрос ты хотел мне задать? – лицо напротив засветилось от счастья, на нём не было и тени их предыдущего разговора.       – Ох, вопрос! Да, эм…       По правде говоря, Ванилла не собирался задавать ему никакой вопрос. Просто хотел с ним поговорить, но не рассказывать же об этом безглазому призраку…       Взгляд зацепился за длинные, слегка извивающиеся волосы с множеством глаз в них. Как и их хозяин, они, не моргая, смотрели прямона Ваниллу.       Ещё прежде, чем он успел хоть что-то обдумать, один вопрос сорвался с его губ:       – Почему в твоих волосах появились глаза? Раньше ведь их не было. Там было множество белых точек-звёздочек.       Шедоу резко остановился. Ванилла испугано обернулся на него. Опять он сказал что-то не то? Но лицо напротив скривилось в призрении.       – И это тот вопрос, который ты хотел мне задать? Серьёзно?       Ванилла вдруг почувствовал себя виноватым и отвёл взгляд в сторону, начав подёргивать рукава мантии. Наверное, таким тоном и с таким выражением лица, Шедоу отчитывал студентов, сморозивших на его паре несусветную глупость.       – Ну, я… Эм… – а Ванилла сейчас был тем самым студентом сморозившим глупость.       Шедоу фыркнул, огибая его и идя дальше.       – Я-то думал, ты наконец одумался. Решил больше не тратить время и обратился к самому надёжному источнику – правой руке главы культа Соли. Но ты продолжаешь понапрасну тратить бесплатные вопросы.       – Ты ведь ничего не говорил про бесплатные вопросы! Это же не честно, – Ванилла нагнал его, хмурясь всё сильнее и сильнее.       Шедоу усмехнулся.       – А как ты хотел? Мог бы и сам догадаться. У всего есть своя цена! Твой пробный период, кстати, почти истёк – осталось всего два вопроса.       – А остальные вопросы я на что потратил тогда?       Шедоу принялся загибать пальцы, перечисляя:       – Первый вопрос – почему Безглазый Джо не может проходить сквозь стены. Второй вопрос – почему в моих волосах появились глаза. Третий – про бесплатный период. Этот вопрос про количество вопросов, кстати, тоже считается, так что у тебя остался всего один. Эх ты, глупая ванильная черепушка! Ведь мог получить столько полезной информации, а главное правдивой…       – Ты не ответил.       – М?       Ванилла нахмурился, повторяя свои слова:       – Ты не ответил на мой второй вопрос, – разноцветные глаза блеснули. – Я жду правдивый ответ, как и было заявлено.       Шедоу тяжело вздохнул, глядя куда-то вдаль коридора. Вот так молча они шли несколько ужасно томительных минут. Ванилла уже и не надеялся получить ответ, как вдруг:       – Иногда то, что ты видишь – всего лишь иллюзия.       Глаза Ваниллы расширились от удивления. Он задумался, уставившись туда же, куда и Шедоу.       – Это не ответ.       – В смысле?! – взревел Шедоу Милк, поворачивая голову. – А что тогда?       – Ты увиливаешь, говоришь абстракциями. Так не пойдёт, – Ванилла задумчиво покачал головой.       – Да ты! Ты!!! – Шедоу больно ткнул пальцем ему в грудь.       Ванилла остановился, задрав голову, по лицу расползалась предательская улыбка. Давно он не подшучивал над Шедоу Милком.       – Ты ещё и лыбишься, засранец! Кто же виноват, что твоя ванильная голова наполнена крошками, раз ты банальных вещей понять не можешь? – зашипел тот.       – Ну-ну, нужно уметь находить подход к любому, даже самому глупому ученику.       Шедоу практически рычал на него. Он топнул ногой, продолжая бранить и отчитывать Ваниллу, параллельно тыкая в него когтистым пальцем. Такими темпами в груди скоро появится сквозное отверстие.       Решив, что хватит беспокоить сон обитателей замка, Ванилла тихо заговорил:       – Всё-всё, я понял. Прости. Просто хотел… – договорить ему не дал палец, приложенный к его губам.       Шедоу шикнул на него, с прищуром глядя куда-то в бок. Ванилла растерянно моргал, глядя на него, а затем посмотрел в ту же сторону. Они дошли до туалета для девочек на втором этаже. Сначала Ванилла не понимал, что происходит и уже собирался возмутиться, как из-за двери послышались шум и чьи-то громкие чихи.       Шедоу убрал палец от его губ, бесшумно, словно кот, двинувшись в сторону туалета. Свет на конце его палочки давно погас, он держал её перед собой, готовый в случае чего бросить пару заклятий. Дойдя до двери, мужчина так же не слышно приоткрыл её, проскальзывая внутрь.       Какое-то время было тихо. Затем из-за двери послышался шёпот:       – Ушли?       – Вроде да…       На несколько секунд вновь стало тихо.       – Фух, пронесло… Представь, что было бы, обнаружь они нас? – облегченно выдохнул чей-то голос, за которым последовало негромкое бульканье.       – И что же было бы? Не стесняйся, рассказывай! Я стою прямо за вами, – раздался громкий голос Шедоу Милка.       Послышались два пронзительных детских крика, а затем взрыв. Ванилла в мгновении ока подлетел к двери, из-за которой уже во всю шёл дым. Он откашлялся, заходя внутрь и махая рукой перед лицом.       – Что случилось? – Ванилла вновь зашёлся в приступе кашля. – Кто-нибудь… Кто-нибудь пострадал?       Когда дым чуть рассеялся, он смог разглядеть три силуэта – два перепуганных третьекурсника с Рейвенкло, сидящих на полу, и возвышавшийся над ними Шедоу Милк. Он держал над головой волшебную палочку, с конца которой вырывался тонкой струйкой сиреневый свет, постепенно расширяющийся и окутывающий их троих. Ванилла облегченно выдохнул – Шедоу успел наколдовать защитные чары. Рядом с ними продолжал дымиться котелок, очевидно ставший причиной взрыва.       – Ничего не хотите объяснить? – зло процедил Шедоу, глядя на студентов.       Оба мальчика шумно сглотнули, переглянувшись. Один из них робко начал:       – М-мы… мы просто…       Шедоу схватил его за ухо, потянув вверх.       – Что мы? Ты хоть понимаешь сколько правил только что нарушил?! И что за дрянь вы тут варили, раз она так легко взрывается? – взревел он, указав палочкой на котёл.       Мальчик захныкал, стараясь вырвать своё ухо из железной хватки учителя. Его полные слёз глаза метнулись к Ванилле, ища хоть какую-то поддержку. Но его встретил не менее хмурый и суровый взгляд. Ванилла подошёл к ним, помогая всё ещё лежащему на полу пареньку подняться.       Он ещё какое-то время буравил взглядом потемневшую сахарную плитку на полу, а дождавшись, когда Шедоу вдоволь накричится и отпустит студента, сказал:       – Вы хоть немного осознаёте к чему могли привести ваши действия? – строгий голос обычно доброго учителя, заставил мальчиков виновато опустить головы. – А если бы вы пострадали? Правила придумали не просто так, вы уже на третьем курсе и чётко должны это осознавать!       – Да что ты с ними сюскаешься? – шикнул на него поуспокоившийся Шедоу.       Ванилла проигнорировал его.       – За нарушение комендантского часа и несогласованные с учителем опыты – минус пятьдесят баллов с каждого из вас. Так же вы будете месяц оттирать котлы для зельеварения. Вручную.       Мальчики слегка помычали, но протестовать не стали.       Шедоу фыркнул.       – Да ты их и не наказал считай! – он оскалился. – Профессор Пьюр Ванилла вас пожалел, но я не буду! Добавляю вам ещё два месяца оттирания котлов, запрет на посещение волшебной деревни до конца года, дополнительные уроки техники безопасности по работе с зельями каждые выходные вместе с профессором Вормвуд Куки, а так же…       Шедоу схватил обоих мальчишек за синие капюшоны и потащил к выходу из туалета. Ванилла даже вставить слова не успел. Ему лишь оставалось догонять этих троих.       – Я приговариваю вас к незамедлительной беседе с директором! – закончил Шедоу, усмехаясь.       Мальчики начали брыкаться, вопя о несправедливости и неимоверной суровости наказания.       Ванилла в последний раз обернулся и посмотрел на злосчастный туалет. В последнее время он стал самым настоящим «притоном», в котором студенты проводили свои сомнительные эксперименты. Раз уж они все дружно идут сейчас к директору, то может предложить, наконец, Бризельстару закрыть туалет для девочек на втором этаже? В конце концов, хорошего в этом месте было мало.       Ванилла развернулся, нагоняя Шедоу Милка и продолжавших свои вопли студентов, так и не заметив, что за всеми ними кое-то наблюдал.