Volens — nolens

Предисловие от автора: Скорее всего, я еще буду добавлять сюда какие-то главы, идеи, зарисовки (вероятно, порнографического толка))), так как не готова пока расстаться ни с фанфиком, ни с персонажами. Но основная сюжетная линия (если тут был какой-то сюжет, ха-ха) закончена, так что статус останется "Завершен". _________________________________________________       Стоял поздний вечер, когда обычные люди уже расходятся по домам и по своим теплым постелям, но в кругу Похоти ночь была особенным временем, когда демоны только пробуждались и выходили на улицы в поисках новых приключений. Расцветал, вдыхая жизнь полной грудью, в это время и ночной клуб «The Eagle Saloon», где король Ада предпочел провести сегодняшнее свидание. Уговорить спутника на такое времяпрепровождение оказалось не самой простой задачей, едва тот услышал, в какой круг его намерены спустить, но оно того стоило. Едва переступив порог и встреченный изумленными и шокированными взглядами завсегдатаев, Аластор преобразился.       — О, неужели мои глаза меня не обманывают? — радио-демон с восторгом окинул взглядом зал, чуть не утонув в ностальгических воспоминаниях о своей смертной жизни. Лучистый голос Люцифера тут же вернул его в реальность:       — Мой дорогой, я подошел к выбору места со всей ответственностью, — улыбнулся Люцифер, вспоминая, как долго он донимал Асмодея, выясняя, есть ли в его владениях заведение, способное прийтись по вкусу его спутнику. И как же он был рад узнать, что такое место существует, созданное по образу и подобию одного из самых известных джаз-клубов 30-х годов в Новом Орлеане, и даже носящее то же название. Теперь он нисколько не жалел о потраченном времени (в основном, Асмодея), глядя в глаза Аластора, полные неподдельного восторга.       — Это был мой любимый клуб при жизни, — воскликнул радио-демон, крепче вцепляясь в предплечье Люцифера и затягивая его вглубь зала. — Вы не представляете, сколько ночей я провел там, слушая музыку, танцуя, заливаясь виски и высматривая новых жертв, — на мгновение его улыбка стала маниакально-безумной, а в глазах защелкали тумблеры.       — Ха-ха, — левая бровь ангела нервно дернулась, — надеюсь, сегодня мы никого убивать не будем. А против танцев и виски ничего не имею, — они проследовали за официантом, проводившим их к уединенному столику и предложившим винную карту.       — У вас есть «Сазерак»? — даже не читая ассортимент, выпалил Аластор.       — Лучший в семи кругах, приготовленный по старинному рецепту, с ржаным виски и биттером Peychaud’s, — инкуб-официант изобразил хитрую улыбку, игриво стреляя глазами то в короля, то в его необыкновенного спутника.       — Тогда проследите, чтобы наши бокалы оставались полными весь вечер, — Аластор расплылся в самом довольном своем оскале, возвращая карту официанту, а свое внимание — серафиму.       Люцифер, усмехнувшись, кивком подтвердил заказ, отпуская официанта. Он прекрасно знал страсть Аластора к этому напитку, как и ко всему, отсылающему к его земной жизни. В этом была какая-то трогательная, почти невинная черта, которая забавляла и умиляла Люцифера.       — Рад видеть тебя таким счастливым, — едва инкуб отошел, чтобы выполнить заказ, Люцифер протянул руку через столик. Радио-демон склонил голову набок и принял протянутую ладонь, переплетая их пальцы.       В этом клубе сохранилась его особенная атмосфера, какой помнил ее Аластор. Легкий полумрак, клубы сигаретного дыма, терпкий аромат пряного алкоголя... И главное сокровище — живой джаз, рождающийся под пальцами музыкантов на сцене, и силуэты танцующих... демонов, скользящие в полумраке танцпола. Он прикрыл глаза, вдыхая аромат знакомой атмосферы. Музыка проникала под кожу, вызывая приятную дрожь. Он неосознанно начал покачивать ногой в такт мелодии, улыбаясь все шире. Он чувствовал себя дома, снова живым. И, что важнее всего, больше не одиноким.       Вскоре вернулся официант, неся два запотевших бокала, наполненных янтарной жидкостью. Аластор тут же отпустил руку Люцифера и жадно потянулся к своему бокалу. Сделав первый глоток, он прикрыл глаза от удовольствия.       — Идеально, — прошептал он, смакуя вкус «Сазерака». — Просто идеально.       Люцифер тоже пригубил свой напиток. Он не был таким ценителем, как Аластор, но должен был признать, что коктейль был действительно хорош. Они молча сидели, наслаждаясь музыкой и компанией друг друга. Аластор то и дело прикладывался к своему бокалу, а его глаза блуждали по залу, выхватывая знакомые детали интерьера и лица танцующих демонов. Люцифер же не сводил глаз с Аластора, любуясь его умиротворенным выражением лица.       Неожиданно Аластор резко поставил бокал на стол и посмотрел на Люцифера с озорной улыбкой.       — Не желаете ли вы пригласить меня на танец, мой король? — спросил он, протягивая руку.       — Очень желаю! — ангел с неподдельным энтузиазмом принял протянутую ладонь, вставая с места...       Аластор, словно рыба в воде, скользил по танцполу, увлекая за собой Люцифера в вихре страсти и безумства. Его движения были грациозны и отточены, а улыбка — хищной и манящей. Люцифер поддавался напору, наслаждаясь близостью и энергией, которая исходила от радио-демона. В танце Аластор становился воплощением свободы и раскрепощенности. Он прижимался к Люциферу ближе, позволяя их телам слиться в едином ритме. Его дыхание опаляло шею ангела, заставляя того невольно вздрагивать. Люцифер отвечал на ласки, обвивая талию демона руками и притягивая его еще ближе. В какой-то момент, поддавшись порыву, Люцифер запустил пальцы в мягкие волосы партнера, слегка оттягивая их. Аластор лишь сильнее прижался в ответ, позволяя себе наслаждаться каждым прикосновением.       Дьявол чувствовал на себе десятки жадных взглядов, но его интересовал только один — наполняющийся желанием и томлением взгляд алых глаз напротив. В этом клубе, как и во всем кругу Похоти, у всего вокруг было главное предназначение: пробуждать. Пробуждать самые темные, самые сокровенные желания, дремлющие в глубине души. Аластор чувствовал, как эта атмосфера проникает в него, разжигая пламя внутри.       Музыка стихла, но они не сразу разомкнули объятия. Аластор прислонился лбом ко лбу Люцифера, тяжело дыша. Его щеки покрылись легким румянцем, а в глазах плясали черти.       — Благодарю за танец, мой король, — прошептал он, слегка отстраняясь.       Люцифер улыбнулся в ответ, не в силах оторвать взгляд от лица запыхавшегося демона.       — Вся честь тебе, дорогой. Ты танцуешь восхитительно, — он нежно коснулся щеки демона кончиками пальцев. — Мы можем продолжить в более... уединенном месте.       Взгляд демона потяжелел, когда он, прикусив губу, кивнул, в тот же момент утягиваемый куда-то дьяволом. Он думал, что Люцифер откроет портал обратно во дворец, но вместо этого тот провел его по длинным пустынным коридорам и распахнул перед ним дверь с табличкой «Lux».       Аластор прошел внутрь, рассматривая интерьер в полумраке номера. Успев отметить только лишь огромную кровать едва ли не в центре комнаты, застеленную красно-золотым бархатом, он услышал звук захлопнувшейся за ним двери, а в следующую секунду две руки властно обхватили его талию, разворачивая.       Аластор не сопротивлялся, подставляя губы и шею под горячие поцелуи, позволяя чужим рукам блуждать по его телу, освобождая от одежды. Он почти зеркально проделывал все тоже самое с одеждой серафима. Жар его тела передавался Аластору, заставляя дыхание срываться от предвкушения, а колени позорно подгибаться. Люцифер аккуратно подтолкнул его к кровати, опрокидывая на нее и стягивая с демона последнюю одежду.       Уперевшись одним коленом о матрас, он навис над Аластором, скользя по обнаженному телу голодным взглядом. По телу пробежала дрожь, когда король оскалил зубы в игривой, плотоядной ухмылке. Аластор ухмыльнулся в ответ, попытавшись изобразить бегство и отползая от края кровати. Но дьявол не позволил ему сбежать, обхватив рукой лодыжку и потянув на себя. Не желая так просто сдаваться, Аластор перевернулся на живот, освобождая ногу из захвата и предпринимая еще одну попытку ненастоящего побега, когда горячая рука с силой надавила ему на поясницу, вынуждая полностью упасть на постель. В следующее мгновение матрас прогнулся сильнее. Рука скользнула ниже, ловя мелко дрожащий пушистый хвостик, сжимая и пропуская между пальцами мягкий мех.       — Куда же ты, мой олененок, — ушко дернулось от хриплого шепота рядом. Аластор повернул голову набок, чтобы краем глаза наблюдать за действиями любовника. Впрочем, очень скоро он все почувствовал: тяжесть горячего тела на спине и невесомое прикосновение острых зубов на загривке, прижимающиеся к ягодицам бедра короля и его сильные руки, по-хозяйски гладящие и сжимающие уже откровенно дрожащее от возбуждения тело.       В таком положении Аластор почувствовал себя пойманной дичью, но это не внушало страха, лишь растущее предвкушение овладевало его сознанием, пока поймавший его дьявол ласкал его, страстно и влажно выцеловывая шею, лопатки, чувствительную поясницу, позвонок за позвонком, спускаясь ниже и прихватывая зубами хвост, вырывая полустон-полувсхлип.       Руки обхватили его бедра, приподнимая и вынуждая принять коленно-локтевую позицию, что уже не была Аластору в новинку, но все так же вызывала ощущение смущения и неловкости, как и в первый раз. Он зажмурился, утыкаясь лицом в бархат одеяла и сминая его пальцами.       — Ты такой милый, когда стесняешься, — ухмыльнулся король, оглаживая ладонями стройные бедра и скользя пальцами по ягодицам, яичкам и надавливая большим пальцем на чувствительную промежность, упиваясь приглушенным стоном. — Вот так хорошо, да?       Одной рукой приподняв дрожащий хвост, он пальцами другой руки с легким нажимом огладил колечко сжимающихся мышц, влажно и гладко скользнув внутрь. Аластор вздрогнул, инстинктивно отдаляясь, но тут же подаваясь назад, когда пальцы умело нашли чувствительное место внутри и начали его массировать. Он сильнее прогнулся в пояснице, стараясь глубже насадиться на руку Люцифера, шире разводя ноги в стороны и прикусывая губы в попытках сдержать стоны. Маленький хвост выразительно стоял торчком, словно приглашая... и Люцифер не мог долго сдерживаться, с тихим утробным рыком сменив пальцы своим членом.       Руки Аластора подкосились, и он упал грудью на постель, выгибая поясницу так, как может сделать далеко не каждый, чувствуя, как горячая плоть наполняет его. Люцифер крепко держал его бедра, не давая сдвинуться ни на дюйм, вынуждая двигаться в своем ритме — глубоко, размашисто, с пошлыми шлепками, заглушаемыми лишь непрерывными стонами, издаваемыми радио-демоном, наслаждаясь и упиваясь видом стройного тела, покорным изгибом шеи, длинными тонкими пальцами, судорожно сжимающими одеяло.       Аластор утопал в ощущениях, отдаваясь им без остатка, чувствуя, как его король берет его, присваивает себе, утверждает свои права над ним — властно, сладко, неотвратимо. И он был единственным во всей вселенной, кому хотелось подчиниться и отдаться, под кем хотелось стонать, произнося его имя снова и снова. Он чувствовал, что вот-вот кончит просто от ощущений его плоти в своем теле, просто от осознания, что это с ним делает именно он...       — Люцифер, — едва ли не взвыл он на пике ощущений, содрогаясь всем телом и изливаясь в накатившем оргазме. Сделав еще несколько толчков в расслабившееся и обмякшее тело, дьявол замер, войдя до предела и кончая следом, в горячую, обволакивающую тесноту, с тихим стоном неземного блаженства, которое доступно только с тем, кому хочешь принадлежать без остатка.       — Могу поспорить, такого ты в земном клубе не делал, — ухмыльнулся дьявол, наслаждаясь послеоргазменной негой и лениво почесывая ногтями основание маленьких черных рожек на голове Аластора, лежащего у него на груди.       Радио-демон фыркнул в ответ, прекрасно зная, что Люцифер, в свою очередь, знает, что до него Аластор был нецелованным девственником.       — К сожалению, нет, — усмехнулся он.       — Ах, так ты сожалеешь? — наигранно обиженным голосом возмутился серафим.       — Конечно, ведь я вас там ни разу не встретил, — лукаво добавил Аластор, потягиваясь и целуя довольного ответом короля в щеку.