pride and prejudice (starchaser's version)

Лето в этом году с самого первого дня было настолько жарким, что не только уставшие студенты отказывались учиться в душных аудиториях, а даже преподаватели торопились поскорее закончить лекции и отпустить их в общежития пораньше. Немногочисленные владельцы вентиляторов собирали в своих комнатах целые толпы, бассейны и фонтан в саду были переполнены, и лишь немногие стойкие к жаре проводили свободное время на улице в тени раскидистых деревьев. Джеймс не назвал бы себя стойким к жаре. Но ежедневные тренировки в любую погоду приучили его игнорировать внешние факторы, поэтому палящее в небе солнце и душный воздух не отвлекали его от сиденья на краю прохладного фонтана и увлечённой переписки с другом — Питер, чёрт его дери, улетел с семьёй на море и уже неделю присылал в общий чат фото с пляжа. Сириус и Римус устроили из их комнаты общий сбор страдающих от жары, потому что только у богатых Поттера с Блэком были деньги не просто на вентилятор, а на целый кондиционер, поэтому Джеймс в одиночку жаловался Питеру на погоду и кидал сердечки в ответ на его селфи. Совсем скоро, однако, Питер попрощался, и, сославшись на желание ещё поплавать, вышел из сети, оставив Джеймса скучать, разглядывая переливающуюся под солнцем воду в фонтане и раскидистые деревья в саду. Под одним из них сидела знакомая фигура, пришлось чуть напрячь глаза, чтобы рассмотреть в строгих чертах и коротких кудрях младшего брата его лучшего друга, — Регулус сидел на траве с книгой на коленях, увлечённо читая. Время от времени, он приподнимал уголок губ, находя в тексте что-то смешное, или сосредоточенно шевелил губами, цепляясь пальцами за травинки. Джеймс невольно улыбнулся, это выглядело мило. Особенно учитывая, что, по словам Сириуса и собственной наблюдательности, он ещё давно выяснил, что Регулус не из тех, кто открыт в проявлении эмоций. Не дав себе и пары минут размышлений о том, что именно он собирается сделать, Джеймс встал с мраморной поверхности фонтана и сел рядом с Регулусом, не пошевелившим и бровью о таком наглом действии. — У тебя есть весомая причина прерывать моё чтение, Поттер? — Спросил тот, приподнимая аккуратную бровь. Не торопясь, он потянулся за одним из маленьких цветочков, растущих повсюду, используя его вместо закладки перед тем, как закрыть книгу и поднять холодные серые глаза на Джеймса. — Ничего весомого, мне было интересно, что ты читаешь, Реджи, — Джеймс усмехнулся и в его глазах замерцали тёплые хитрые искорки. Он опустил глаза на обложку книги в руках Регулуса, — «Гордость и предубеждение»? Мило. Лицо Регулуса всё ещё не выражало эмоций и только чересчур внимательный взгляд мог заметить лёгкий оттенок румянца на щеках. Эту форму его имени использовали только друзья и неугомонный Сириус на пару с кузинами, он не привык, чтобы его мягко звал «Реджи», кто-то вроде… придурка Поттера. Не собираясь тратить время и связываться с ним, он отвернулся, открывая книгу, планируя вернуться к чтению, но язвительный ответ всё же сорвался с губ: — Иронично, что ты смеёшься над моим чтением классики, когда сам едва заглядываешь в книги. Джеймс только рассмеялся. — Туше, Блэк. Регулус молча продолжил читать, полностью игнорируя непрошенную компанию и у Джеймса появилась прекрасная возможность рассмотреть его вблизи. Аристократичная поза, прямая спина и сложенные вместе ноги… тёмные, почти чёрные кудри, светлая кожа и глубокие серые глаза — наверное, первый раз за всё время, что он знает Регулуса, Джеймс первый раз задумался, насколько тот красивый. Конечно же, не могло быть иначе, Джеймс прекрасно знает насколько красив его лучший друг, а они с Регулусом родные братья, Джеймс несколько раз видел их кузин и красота явно отличительная черта их семьи, но впервые Джеймс увидел Регулуса не Блэком-младшим, братом Сириуса, а просто… Просто Регулусом. — У меня что-то на лице, Поттер? — Недовольный голос прервал его напряжённые размышления. Джеймс поднял голову, встречаясь со строгим взглядом Регулуса, вопросительно приподнявшего бровь в ожидании ответа Джеймс медленно моргнул, чувствуя странную неловкость и желание поскорее отвернуться подальше от пронзительных глаз, прожигающих его насквозь. Он нервно откашлялся и пробормотал: — Н-нет, — рука сама собой потянулась к беспорядочно уложенным волосам, растрёпывая запутанные кудряшки ещё сильнее. — Просто, ммм, вообще-то я разглядывал вон то дерево, — он указал на первое попавшееся дерево, растущее за спиной Регулуса. Кажется, это ясень? Или клён? Да уж, в ботанике он явно не сведущ. — М-м, — Регулус повернулся, разглядывая ярко-зелёные листья, прежде чем вернуться к Джеймсу с плещущимся на дне глаз весельем, — Да, эта рябина хорошо выросла за последние пару лет. Чуть приподнявшись, удобнее устраиваясь у выпирающих из земли корней, он снова открыл книгу, молча погружаясь в чтение, снова оставляя Джеймса без внимания. Тому, в принципе, оно было и не нужно. У Джеймса была прекрасная возможность вернуться к внезапно заполонившим всё сознание мыслям о том, что он ни разу действительно не смотрел на Регулуса. Хотя, лучше сказать он никогда не смотрел на Регулуса. Он видел только младшего брата Сириуса, о котором друг рассказывал ему с первого года их совместного обучения, когда, ещё в средней школе, Сириус пробирался к Джеймсу в спальню и рассказывал истории об их семье. Регулус нечасто фигурировал в этих историях в хорошем свете, они с Сириусом много ссорились и мало разговаривали, мирясь и ссорясь по кругу много лет, пока, поступив в один университет, наконец не решили прийти к окончательному перемирию. Джеймс знал эту историю только со стороны лучшего друга и никогда не видел Регулуса так, как внезапно увидел его сейчас. Перед ним сидел удивительно очаровательный парень, погруженный в книгу, время от времени перелистывая страницы изящными тонкими пальцами, на которых блестели серебряные кольца. В аккуратных локонах чёрных волос отражались солнечные лучи… О Боже, он прямо сейчас действительно сидит и самым внимательным взглядом разглядывает читающего Регулуса. Джеймс резко тряхнул головой, пытаясь остановить закручивающийся ураган мыслей, зацепиться за что-то другое, только бы не рассматривать мягкие губы, беззвучно шепчущие что-то. — Если ты собираешься так смотреть на меня, Поттер, хотя бы имей смелость заговорить первым, — язвительный тон Регулуса снова вывел его из размышлений. Тонкие пальцы перевернули страницу, кольцо, змеёй обвивающееся вокруг указательного пальца, блеснуло зелёным. Джеймс резко выпрямился, ощущая себя нашкодившим ребенком, которого поймали родители, и, пытаясь отделаться от странного чувства, он выпалил первое, что пришло на ум. — Эм-м-мм, а… А о чём книга? Регулус, наконец, поднял взгляд от текста. — Она о гордости, предубеждении и сложности отношений между людьми. — Он закрыл книгу, поворачиваясь к Джеймсу, — Ты когда-нибудь её читал? — Кажется, нет. — Он покачал головой, — никогда не был, знаешь, большим книголюбом. — Рука снова потянулась к волосам, перебирая кудряшки, — Так она о любви? Романтика? Лицо Регулуса стало мягче, когда он приподнял уголки губ в слабой улыбке. — Вроде того. Она не только любви, но и об общественных ожиданиях, о классовой разнице и самое главное, о недопониманиях, которые могут стать большой проблемой в отношениях. Джеймс медленно кивнул, задумываясь. Он был не из тех, кто любит тратить время на глубокий анализ и поиск скрытых смыслов в книгах, но что-то интересное было в том, как Регулус говорил. — Звучит… интересно, — сомневающимся голосом протянул он. — Удивлён, что тебя заинтересовало что-то кроме журналов о футболе? — Регулус усмехнулся, открывая книгу, но, вместо того, чтобы снова погрузиться в чтение, спросил, — прочитать тебе пару страниц? Джеймс никогда так быстро ни на что не соглашался. Моментальное «да» выскочило из удивленно приоткрытого рта. Регулус, кивнув, тихо кашлянул, открыл книгу на первой странице и принялся читать. Его сосредоточенный голос, негромкий и спокойный, стелился вокруг, как прохладный утренний туман. «Все знают, что молодой человек, располагающий средствами, должен подыскивать себе жену…» С каждой новой строчкой, Джеймс всё больше погружался в текст. Благодарить нужно было уникальные навыки Регулуса — то, с какими интонациями и настроением он читал, как подбирал голоса для каждого персонажа и изредка поглядывал на увлечённого Джеймса. Тот, с нарастающим интересом, подвинулся ближе, почти касаясь своим плечом чужого. — Вижу, тебе всё-таки нравится, — Регулус остановился, чтобы прочистить горло. — Кажется, ещё не всё потеряно. Джеймс только закатил глаза, невольно отодвигаясь подальше от Регулуса, внезапно оказавшегося слишком близко для стабильной работы его перегревшегося мозга. Он шумел и скрипел где-то в голове, заставляя щёки краснеть и что-то внутри трепетать так же нежно, как трепетали ресницы Регулуса, погружённого в эмоциональное чтение. — Заткнись, — пробурчал он, складывая руки на груди — Просто продолжай. Сам того не осознавая, на его лице отчётливо проглядывалась каждая эмоция, которую Джеймс испытывал, погружаясь в историю. Он раздражённо кусал губы, чесал нос и громко смеялся, находя что-то смешное. Регулус, с незаметной улыбкой наблюдавший за ним, специально старался особенно выделить те части, которые, как он думал, заставят Джеймса улыбнуться. На одной из важных частей, он понизил голос, стараясь звучать особенно драматично и чувственно: «Вся моя борьба была тщетной! Ничего не выходит. Я не в силах справиться со своим чувством. Знайте же, что я вами бесконечно очарован и что я вас люблю!» Джеймс фыркнул, заставив Регулуса отвлечься от текста, чтобы вопросительно приподнять бровь. — Он же просто имеет в виду, что влюблён в неё? Звучит чересчур приторно. Регулус не удержался от смешка. — Приторно? Джеймс, этот роман признан одной из лучших историй любви! Мистер Дарси гордец, а его признание собственных чувств к Элизабет — одна из ступеней роста его персонажа. Джеймс задумался, кусая губы. — Да, да, но почему именно «я вами бесконечно очарован»? Это же просто стародавняя версия «я бы с тобой замутил». — Он широко улыбнулся, не удержавшись от пары смешков над собственной шуткой, пока снова не заметил, насколько близко они сидят. Регулус, не удержавшийся от улыбки, кажется, тоже успел это осознать и поспешил отсесть на «безопасное» расстояние. — Ты не воспринимаешь роман серьёзно, он говорит искренние слова красивым языком, старается быть честным в своих эмоциях…— Он резко остановился, пряча покрасневшие кончики ушей под волосами. — Искренние? Но, Рег, это же просто Дарси, пытающийся вычурным языком сказать, «Я богатый, а ты красивая, поэтому ты должна ответить согласием». Регулус закатил глаза, но его улыбка не могла спрятаться от зоркого взгляда Джеймса. — Ты невыносим. Дело не только в том, что они находятся в разных классах, у них обоих есть недостатки, которые мешают их отношениям. — Он поднял глаза на ухмыляющегося Джеймса. — Знаешь что? Не бери в голову. — Ладно, ладно, — Джеймс поднял руки в качестве примирения. — Что дальше? Элизабет приняла предложение? Регулус перевернул страницу, которая мягко прошелестела под подушечками его пальцев. — Вообще-то нет, она отказала ему, потому что всё ещё полна предубеждений насчёт Дарси. А потом назвала его заносчивым и высокомерным. — Ха, так его! — Джеймс довольно воскликнул. Он выглядел чрезвычайно удовлетворённым поведением Элизабет. — Видишь, она не повелась на его богатство. И что же Дарси? — Сердито уехал, шокированный таким поведением. Он думал, что Элизабет будет рада, как была бы рада любая другая девушка её статуса, и последнее, что он ожидал — такого отказа. Регулус поднял глаза на увлечённо рассматривающего этот момент в тексте Джеймса. Он заглядывал в книгу, которая лежала у него на коленях, и несколько минут Регулус мог свободно разглядывать его, не боясь быть остыженно засечённым. Непослушно уложенные волосы совсем растрепались, а красная рубашка была расстёгнута на одну пуговицу больше, чем позволяли правила приличия и он поспешил отвести взгляд, особенно долго задержавшийся на длинной подвеске в виде солнца. — И правильно сделала, — наконец-то заявил Джеймс, отстраняясь от книги, встречаясь с глазами Регулуса. — Как думаешь, на кого из персонажей ты больше всего похож? Признаться, это был последний вопрос, который Регулус мог ожидать, но он всё равно задумался, перебирая кольца на пальцах. — Вот я, наверное… — Джеймс, прерывая неловкую тишину, начал, — я был бы мистером Дарси. Гордым и непонятым, но я обязательно бы исправился ради человека, которого полюбил. Выслушал бы все претензии и постарался стать лучшей версией себя. Регулус поймал себя улыбающимся, представляя Джеймса в элегантных костюмах. Причесать и одеть и он бы отлично выглядел в антураже 19 века. — Я думаю, что похож на Элизабет, — почти прошептал он. — Мне нравится её независимость. И я бы тоже послал куда подальше того, кто мне не нравится, неважно насколько он богат. Джеймс рассмеялся, но ему было достаточно лишь мимолётно представить Регулуса, сердито хмурящего брови, эмоционально восклицающего, что Джеймс высокомерный богатый придурок, как вместо смеха из горла вырвался странный сдавленный звук и он поспешил прикрыть рот рукой. Регулус вопросительно покосился на него, и в рекордные мгновения Джеймс нацепил на себя самый беззаботный вид, запуская руку в волосы. — Я… Спасибо за это, — он неловко покрутил руками в воздухе, под «это» имея в виду всё, что происходило с ними последние пару часов. — Кажется, Римус говорил, что нам нужно прибрать в комнате, и он не собирается делать это сам, поэтому я… Поэтому я пойду. Его щёки покраснели настолько, что Джеймс чувствовал, как они горят. Сердце стучало в груди, а язык заплетался, грозясь не издать больше ни одного внятного слова. Регулус удивлённо осмотрел его с ног до головы, но ничего не сказал, только кивнув. — Спасибо и тебе — Хорошо, тогда… — Джеймс поднялся, отряхиваясь, — до встречи, Реджи — До встречи, Джеймс, — В глазах Регулуса блестели звёзды Вообще-то, никто из них не знал, когда это — «до встречи». Джеймс не знал, почему использовал именно это выражение. Регулус не знает, зачем повторил.

***

Следующие несколько дней были… странными. Наполненными не пойми откуда взявшимися размышлениями, осознаниями и чувствами. Когда Джеймс вернулся в комнату, наткнувшись на вопросительный взгляд Сириуса, лениво жующего третье за день мороженое, он только улыбнулся, объяснив своё отсутствие чем-то вроде «решил искупаться в фонтане, да-да, я не шучу, иди попробуй тоже» и занялся написанием эссе. Мысли решили напасть на него в самый неподходящий момент — перед сном. Стоило Джеймсу закрыть глаза, как перед глазами отчётливо предстал Регулус, умиротворённо читающий под деревом. Тёмные волосы мягко обрамляли резкие черты его лица, а брови чуть нахмурились, несмотря на приподнятый в невидимой улыбке уголок губ. Его улыбки всегда были такими — скрытыми от всех, кто не мог присмотреться внимательно, чтобы поймать её отголоски в теплоте серых глаз. Регулус не позволял себе проявлять эмоции открыто, но позволял рассмотреть их тем, кто действительно хотел. А Джеймс точно хотел, хотел бы рассмотреть всё, что прячется в каждом действии, жесте и взгляде. О Боже, Боже, Боже, о ужас, неужели он… Стоило мыслям невольно скользнуть в сторону мягкости губ, которые Регулус нервно закусывает, размышляя, Джеймс крепко зажмурился, пока манящая картина перед глазами не превратилась в яркие цветные пятна. Он влип. Точно влип. Джеймс никогда не думал о Регулусе в таком ключе. Во-первых, тот был младшим братом его лучшего друга. Во-вторых, несколько лет после того, как они познакомились, Регулус вёл себя так, будто знать его не хочет. В-третьих… Он совершенно не знает, в какой момент что-то внутри щёлкнуло, и к желанию проводить время вместе добавилось смущающее желание Регулуса целовать. А ещё, он точно не мог ни с кем это обсудить. Сириус? Сразу отпадает. Римус? Всё расскажет Сириусу, потому что тот моментально заподозрит, что его парня гложут какие-то мысли. Питер отдыхает, а Джеймсу хотелось бы как можно скорее разобраться. Поправив очки на запотевшей от жары переносице, он встал с бордюра, на который присел, чтобы побыть наедине с мыслями и стаканом холодного кофе. Следующую пару перенесли на несколько часов и он уверенно собирался направиться в сторону ближайшего торгового центра и тоскливо бродить по магазинам, размышляя о своей шутнице-судьбе, как взгляд упал на что-то знакомое. Прячась от солнечных лучей в корнях раскидистого дерева, Регулус читал книгу. Под тем же самым деревом. Ту же самую книгу. В тот момент, когда тонкие пальцы перелистнули последнюю страницу, Джеймс не выдержал и в несколько больших шагов преодолел расстояние между ними, присаживаясь рядом с удивленно хмыкнувшим Регулусом. В этот раз они оказались ближе, чем несколько дней назад. Их бёдра почти соприкасались, а руки, лежащие на траве, были в считанных миллиметрах друг от друга. — Реджи, — Джеймс сверкнул своей лучшей улыбкой и с удовольствием заметил тёплые огоньки в глазах напротив. — Джеймс, — Регулус кивнул. В этот раз они начали не с «Поттер». Про себя он уже несколько раз довольно крикнул и сделал счастливое воображаемое сальто. Бросив быстрый взгляд на книгу, он улыбнулся, не удержавшись от спонтанного желания спросить: — Чем всё закончилось? Яркий свет бесконечных звёзд ослепил Джеймса — Регулус вопросительно наклонил голову, невольно оказываясь ещё ближе. — Ну, м-м, в книге, — он привычным жестом запустил руку в волосы, широкой улыбкой прогоняя предательский румянец с щёк. — Мистер Дарси всё-таки исправился? — Представляешь, — Регулус кивнул, собираясь открыть книгу, чтобы, наверное, прочитать вслух концовку, как читал пару дней назад, но Джеймс поспешил его остановить. — Расскажи так Спроси кто-то сейчас, почему Джеймсу так хотелось услышать историю словами Регулуса, а не его чтение (насколько прекрасным бы не казался текст всего лишь благодаря его голосу), он бы не получил внятного ответа. Наверное, он был бы готов лечь и слушать Регулуса весь день, пока солнце не закатилось бы за горизонт, сменяемое луной и яркой россыпью звёзд. Но он бы всё равно смотрел на самую яркую среди них, сидящую рядом, только протяни руку и… — Поттер, зачем ты попросил меня рассказать, если витаешь в облаках, — перед глазами блеснули серебряные кольца на пальцах, сердито щёлкающих, чтобы привлечь к себе внимание. Джеймс тряхнул головой, спеша вернуться в реальность. — Прости, прости, я слушаю, — он поёрзал на жёстких корнях, усаживаясь поудобнее. Регулус, хмыкнув, начал рассказ, убрав в сторону книгу. Негромкий голос наполнил умиротворённое пространство между ними, погружая в сюжет. Джеймс изо всех сил старался слушать и вникать, не позволяя смущающим мыслям захватывать всё внимание. Регулус рассказывал так, будто эта история значила что-то для него. Будто это были не просто судьбы персонажей, которые забываются, стоит закрыть книгу. В прошлый раз они мимолетно обсуждали это, может не один Джеймс размышлял на эту тему последние дни… — …и мистер Дарси сказал, что влюбился в Элизабет за её живой ум, — Регулус закончил, чуть кашлянув, чтобы Джеймс поднял на него глаза. — Наверное, мы с ним правда чем-то похожи, — бездумно пробормотал он, потерявшись в беспорядочных рядах чёрных кудряшек. Сегодня волосы Регулуса были в большем беспорядке, чем обычно, так и просясь, чтобы их расчесали, провели аккуратными движениями рук по всей длине, укладывая аккуратными волнами… — Я бы хотел измениться, ради своего человека. Прямо, как сделал он. — И кто был бы твоим человеком? — Регулус хмыкнул, но его голос звучал тише, чем раньше, — Элизабет Беннет? Джеймс задержал взгляд на пронзительных серых глазах чуть дольше, чем должен был, прежде чем усмехнуться, рассматривая плывущие по небу облака. — Не обязательно она, — пальцы, потянувшиеся к одиноко растущему рядом с ним цветку вдруг столкнулись с пальцами Регулуса и он вздрогнул, поспешив закончить мысль. — Кто-нибудь умный и независимый, кто сможет терпеть меня — Кто-то как она, — Регулус облизнул пересохшие губы, но не убрал руку, оставив их пальцы мягко соприкасаться на траве. — Да, наверное, — Джеймс пожал плечами. — Кто-то, кто поставит меня на место, если я буду вести себя, как идиот. И кто заставит меня работать над собой и не просто «упадёт к ногам», потому что я… — Он остановился, поиграв бровями для драматично-абсурдного эффекта, — обаятельный красавчик? Рассмеявшись над собственной шуткой, он хотел было дождаться ответа Регулуса, удивительно задумчиво молчащего, но мысли сами собой высыпались наружу. — И кто сможет бросить мне вызов, заставить меня стать лучшей версией себя, — он машинально договорил, не имея сил оторваться от лица Регулуса, даже не задумываясь, как это может выглядеть со стороны. — Кто-то, как… Кто-то как Регулус. Только что он описывал именно его — неприступного и независимого, но таящего внутри себя целый мир, который так и взывает к себе, рассмотреть и узнать. Щёки вмиг наполнились румянцем, горячим и ярким, как солнечные лучи и как-то тёплое и объёмное чувство, наполняющее грудь. — Гипотетически говоря, конечно, — пробормотал он, надеясь звучать не так очевидно. — Гипотетически, м, — Регулус, наконец подал голос. Джеймс опустил глаза на него и что-то внутри довольно пискнуло, когда он увидел на губах напротив улыбку. Довольную, очень довольную улыбку. То, с каким выражением он смотрел на него, совсем не укладывалось с обычным невозмутимым-холодным образом, который Регулус показывал. Сейчас в его глазах плясали солнечные лучи, а голос отдавал оттенками почти не скрываемого флирта. Всё это вызывало очень странные чувства где-то в животе. — Заткнись, — он кашлянул, пытаясь сохранить ясность ума. Регулус только усмехнулся, усаживаясь ровнее. Их пальцы больше не соприкасались, но Джеймсу было достаточно всего остального, чтобы плавиться под каждым мимолётным взглядом и успокаивать горящие от одного звука голоса щёки. — Заставь меня, — Регулус приподнял бровь, ожидая какого-нибудь оригинального ответа от Джеймса. О каких оригинальных ответах могла идти речь, если всё, что было в его мыслях прямо сейчас — растягивающиеся в хитрой улыбке губы Регулуса. Простые два слова звучали как настоящее заклинание. Впервые, Джеймс почувствовал себя онемевшим, с тихим восхищением любуясь искорками веселья в глазах напротив. — Ты какой-то слишком… болтливый, — он, наконец, нашёлся со словами, подаваясь вперёд, чтобы потянуть Регулуса за рукав футболки. Если он и заметил, как тот вздрогнул, прикусив губу, то решил промолчать. — Я всегда был таким, — хмыкнул Регулус, одёргивая руку. — Просто это ты никогда не замечал. — О, я замечал, поверь мне, — Джеймс опустил голос в дразнящем полушёпоте. Бессовестный взгляд скользнул к чёрным кудрям и розоватым щекам, прежде чем вернуться обратно к глазам. Регулус нервно облизал губы, даже не представляя, каким невыносимо притягательным было это зрелище. О, это было настоящим магнитом для чужих глаз. — М-м, и что мистер Я-Всё-Замечал собирается с этим делать? — Зависит от того, что ты хотел бы, чтобы я сделал Тонкая бровь удивлённо приподнялась и Регулус не удержался от смешка. — Кто сказал, что я хочу, чтобы ты что-то делал? Что-то внутри Джеймса разделилось на две части — разочарованную тем, что он не может взять себя в руки и флиртовать как все нормальные люди, и громко кричащую каждый раз, когда Регулус приподнимает уголки рта в улыбке и облизывает губы в нервной привычке. Он привык всегда знать, что и когда сказать, чтобы получить то, что хочет, но с младшим Блэком никогда нельзя быть уверенным в результате. То, что хочет получит именно Регулус, заставив Джеймса танцевать на границе между интригой и отказом. — Может, потому что я хочу? — И что же ты хочешь сделать, Джеймс? — Регулус наклонился вперёд, оказываясь слишком близко для того, чтобы тот мог размышлять над ситуацией хладнокровно. Лицо Джеймса было краснее, чем букет алых роз стоящих около кровати Сириуса. Внезапно, он почувствовал смелую прямолинейность, распалённую чем-то, что он не мог до конца осознать. Собственная рука, кажется, двигалась сама по себе, когда он мягко обхватил подбородок Регулуса, шепча: — Что-то такое… И прежде чем они оба успели задуматься, Джеймс в момент сократил расстояние между ними, прижимаясь к губам Регулуса в мягком, почти невесомом поцелуе — вопросе, а не утверждении. Секунда, две, три… Несколько бесконечных мгновений прошло, прежде чем распахнутые в шоке глаза Регулуса закрылись и он нерешительно подался вперёд в лёгком прикосновении губ — ответе на вопрос. Джеймс, чуть сильнее сжав пальцы на его подбородке, поцеловал увереннее, с новообретённой смелостью. Регулус в его руках казался сомневающимся, сдерживающим себя и всё, что хотел сделать Джеймс — прижать его ближе, целовать сильнее, заставить его понять… Что именно понять, он ещё не знал. Внезапно, Регулус разорвал поцелуй, подавшись назад. От его обычной собранности и холода не осталось ни следа — удивленно расширенные глаза и учащённое дыхание. Подняв пальцы к губам, он пробормотал: — Какого чёрта… это было, — его голос не был злым или сердитым, скорее неверящим. Джеймс выглядел таким же потерянным, не зная куда деть освободившиеся руки и как объяснить что и зачем он сделал. Он точно не собирался его целовать — точно не до тех пор, как он тщательно всё обдумает, точно не вот так… — Я… Регулус ждал пока тот продолжит, объяснит, скажет хоть что-нибудь, но Джеймс молчал, ошарашенный и растерянный. — Ты что? — Его голос резко разрезал тишину, остро и грубо. В серых глазах, сейчас напоминающих бурю, крутилась злость, пряча за собой что-то ещё, что-то уязвимое. Джеймс открыл было рот, но запертый в плену этих эмоций, не смог найти ни одного подходящего слова. Он смотрел прямо в глаза Регулуса и не знал, что сказать. Поддавшись нервной привычке, он запустил руку в волосы, но Регулус только сильнее сжал челюсти. — Внезапно решил поцеловать меня потому что тебе стало скучно? Или, может, ты решил, что это будет весело? — Нет, ничего из этого… — Наконец, нашёлся Джеймс, — Я поцеловал тебя потому что захотел это сделать. Регулус уставился на него с нечитаемым выражением. Его глаза осматривали лицо Джеймса так внимательно, будто пытались найти скрытые ответы где-то в нервно бегающих зрачках и всё ещё розоватых щеках. Вдруг, плавно, он расслабился, буря в глазах рассеялась, превращаясь в светлые сумерки. — Захотел… — Его голос звучал мягче, спокойнее. — Да, захотел, — Джеймс почувствовал внезапное желание объясниться, заставить Регулуса понять, хоть сам он до сих пор не мог этого сделать. — Не в шутку, не чтобы вывести тебя, а потому что… Потому что захотел, окей? — Хорошо, — удивительно спокойно ответил Регулус. Он остановился, прежде чем опуститься до едва слышного шёпота. — Сделаешь это ещё раз? — Да, — Джеймс издал странный писк, слишком занятый тем, чтобы как можно скорее податься вперёд, в поцелуй. В этот раз Регулус был готов, притягивая Джеймса к себе. Поцелуй всё ещё был мягким и аккуратным, но более уверенным. Целая вечность прошла, прежде чем они оторвались друг от друга, тяжело дыша. — Чёрт, о чёрт, Поттер, — потерянный шёпот Джеймс тихо рассмеялся, любуясь Регулусом. Взъерошенные волосы и припухшие покрасневшие губы — всегда собранный и серьёзный, сейчас он выглядел сбитым с толку от нескольких поцелуев. — Что? — Сердито пробурчал тот, пряча уязвимое состояние за недовольным голосом. В ответ Джеймс только улыбнулся — широко и счастливо, щурясь, будто смотрел на яркое солнце. Он протянул руку, поправляя прядь волос, упавшую Регулусу на лоб. — Ничего, — сказал он, — просто… ты выглядишь по-другому. — Заткнись, Поттер, — покрасневшие щёки были лучшим ответом. Сейчас в его голосе не было прошлых попыток защититься и спрятаться, только смущение. Джеймс изо всех сил сдерживался, чтобы не начать глупо хихикать. Регулус выглядел очаровательно, так восхитительно не похоже на себя, конфликтуя со своей привычной холодной версией, ради той, тёплой и хрупкой, что выглядывала изнутри, стоило их взглядам столкнуться. — Знаешь… — Пробормотал он задумчиво. — М-м? — Регулус буркнул, отводя взгляд на что-то вдалеке. Пара взмахов ресницами и он снова вернулся к невозмутимости и безразличию. Удивительно быстрая смена. Вместо чувственной речи или тихих признаний, Джеймс таинственно опустил голос, придвинувшись ближе: — Для того, кто изо всех сил пытается не смотреть мне в глаза прямо сейчас, ты чересчур активно отвечал на мои поцелуи. Брови Регулуса угрожающе нахмурились, когда он повернулся, чтобы сердито уставиться на дразнящую ухмылку. Несколько мгновений он выглядел так, будто собирается разразиться гневной тирадой, однако, всё, что услышал Джеймс это: — Заткнись. — Заставь меня, — их губы почти соприкоснулись, стоило ему наклониться навстречу, бросая вызов. Регулус сжал зубы и, на секунду, Джеймс был уверен, что тот решит сдаться. В следующую секунду, пальцы Регулуса грубо обхватили его лицо, и их губы столкнулись в резком поцелуе, совсем не похожем на предыдущие: он был отчаянным и неаккуратным — оголённые чувства столкнулись друг с другом в нестерпимом желании оказаться как можно ближе. — Заткнись, — пробормотал он в губы Джеймса, путаясь пальцами в его волосах. Тот целовал его с не меньшей настойчивостью — прикусывая нижнюю губу и жарко выдыхая навстречу. Злость и резкость в движениях Регулуса удивительно заводили, Джеймс даже на задумывался о том, что делает, позволив себе чувствовать. — Думаешь, ты самый умный? — Регулус резко отстранился, тяжело дыша. Он почти забрался на колени Джеймса, опершись руками о ствол дерева по обе стороны от его головы. Прежде чем тот успел открыть рот, чтобы ответить, он продолжил, зло выплёвывая слова. — Думаешь, можешь просто поцеловать меня и все? Быть таким обаятельным, остроумным и думать, что я сразу же упаду к твоим ногам? — То есть ты всё-таки считаешь меня обаятельным? Регулус возмущённо охнул, схватив Джеймса за ворот футболки, притягивая его ещё ближе, сокращая расстояние между их лицами до считанных миллиметров. — Ты… Ты самоуверенный придурок, ты… — Но вместо того, чтобы договорить, он с возобновлённым рвением столкнул их губы между собой. Джеймс не отставал: обернув руки вокруг его шеи, он притянул Регулуса ещё ближе, прижимаясь всем телом. Никто из них не контролировал себя, не желая поддаваться упрямству друг друга. Что-то внутри жарко шептало опасные вещи: «его губы такие мягкие», прежде чем Регулус снова проходился по ним зубами, прокусывая почти до крови, «он такой сильный», прежде чем Регулус снова дергал его за жалобно потрескивающую ткань футболки. Они целовались и целовались, ненасытно и жадно, потеряв счёт времени и здравый смысл, до последних капель воздуха в лёгких. — О чёрт, — Регулус отстранился, тяжело дыша. — Чёрт, чёрт, чёрт… Сделав несколько частых вдохов, он поспешил подняться на ноги, быстро оглядев с ног до головы ошеломлённо сидящего Джеймса, и резко развернулся, почти убегая в сторону общежития. — Твою мать… — Только и вырвалось у него, бессильно наблюдающего за стремительно ускользнувшей от него тёмной фигурой. У Регулуса была самая странная реакция на поцелуи из всех людей, с которыми Джеймс когда-либо целовался.

***

— Дже-еймс, а вот и ты, — Сириус приподнял голову с колен Римуса, читающего книгу. — Чем занимался? — Ничего особенного, читал во дворе. — Джеймс поднял руку, в которой держал оставленную Регулусом книгу. Всё, о чём он думал — каким образом теперь подойти к Регулусу и самое главное, что ему сказать. А может, ничего не говорить, снова встретить его, сидящего под деревом, и— — М-м-м, — многозначительно промычал Сириус, поднимаясь на ноги и в пару мгновений оказался перед ним с удивительно сердитым выражением лица. — Ни разу не слышал, чтобы фразу «целовался под деревом с младшим братом своего лучшего друга» сокращали до «читал во дворе». Твою мать. Судя по нахмуренным бровям друга и сердито выставленным в сторону Джеймса пальцем, это случайно вырвалось вслух.