Love Conflict

Ритмичные звуки лезвий, царапающих лед, звучали как захватывающая дух фоновая музыка интенсивной тренировки Тутберидзе за закрытыми дверями. Посреди огромного ледового катка, работая в полной изоляции от хаоса внешнего мира, Этери и Женя словно создали свою собственную вселенную. Этери со всем своим профессионализмом кружила вокруг Жени, не прощая ни малейшей ошибки в совместной хореографии для предстоящего шоу. «Расслабь плечи немного больше», — пробормотала Этери, ее голос был достаточно теплым, чтобы растопить холод льда, но в то же время властным. Ее руки с выработанной годами привычкой легли на талию Жени, пальцы слегка надавили сквозь тонкую ткань, чтобы поправить безупречную осанку молодой женщины. Однако взгляд Этери на мгновение оторвался от глаз Жени. Он зацепился за небольшую группу, собравшуюся у самого края катка, за прозрачными бортиками. Дудаков, Даниил, директор академии и главный хореограф Игорь склонили головы над экраном одного смартфона. В то время как брови Дудакова удивленно поползли вверх, по губам Даниила расплылась широкая улыбка, которую он не мог сдержать. Там происходило что-то скрытое от них, и контролирующая натура Этери мгновенно почувствовала эту неизвестность. Этери внезапно перестала скользить. Ее руки, обнимавшие талию Жени, отдернулись, словно провалившись в пустоту. Почувствовав это внезапное напряжение в ее теле, Женя изящно завершила свое вращение и остановилась. Слегка наклонив голову, она посмотрела в ту сторону, куда смотрела Этери, а затем перевела свои знакомые медовые глаза на любимую женщину. «Что случилось, милая?» — спросила Женя, ее голос был тихим, чтобы слышали только они вдвоем, полным любви и таким же искренним. Этери слегка покачала головой, не отрывая взгляда от группы на краю. Непоколебимая маска на ее лице оставалась на месте, но Женя видела за ней тонкую линию беспокойства. «Ничего», — пробормотала Этери. «Просто стало интересно, что там происходит». Как раз в этот момент Даниил поднял руку и подозвал их. Этери и Женя, разрезая лед с идеальной синхронностью, подъехали к краю и остановились прямо перед бортиком, не сходя с катка. Дыхание у обеих слегка участилось. Директор академии с взволнованным выражением лица протянул им телефон. «Только посмотрите на эти похвалы», — сказал он, его голос эхом разнесся по огромному залу. «Аудитория продолжает расти. Они уже несколько дней не спускают это с повестки дня, и скоро почти не останется тех, кто этого не видел!» Взгляд Жени зацепился за быстро прокручивающиеся на экране твиты. С каждой прочитанной строчкой светлая улыбка на ее губах становилась все шире. Люди говорили об их гармонии, о той неоспоримой химии между ними. Однако, чем больше Женя улыбалась, тем тяжелее становился невидимый груз на плечах Этери. Челюсти женщины сжались, в глазах появилась та знакомая защитная тень. Когда Женя заметила это внезапное оцепенение в теле Этери, ее улыбка на мгновение угасла. Повернувшись к ней, она слегка нахмурила брови. «Только тебя это не радует?» — спросила она. Ее голос был хрупким; она была задета, словно дискомфорт Этери от этой ситуации означал отрицание их связи. В тот момент, когда Этери увидела обиду в глазах Жени, все ледяные горы внутри нее разбились вдребезги. Как бы сурова она ни была к миру, она не могла вынести ни одного грустного взгляда этой женщины. Не обращая внимания на остальных людей в группе, камеры или статусы, она медленно обняла Женю за талию и с нежностью притянула к себе. Она прижалась губами ко лбу молодой женщины; это было невысказанное извинение и непоколебимая клятва. «Все в порядке», — прошептала Этери, ее губы все еще касались кожи Жени. «Просто... я беспокоюсь, что то, что мы так у всех на виду, привлечет к нам внимание не той аудитории. Я боюсь, что не смогу тебя защитить». Тело Жени расслабилось в объятиях Этери после этого признания. Этери протянула изящные пальцы, коснулась экрана телефона и остановила поток сообщений на одном из них. «Посмотри на это», — сказала Этери, ее голос слегка дрожал. На экране было короткое видео, вырезанное из последнего шоу. 'Только посмотрите, как они подходят друг другу. Они точно встречаются. У этого взгляда не может быть другого значения', — было написано над твитом. А на видео была запечатлена та опасная, пылающая секунда в самом центре хореографии, когда Женя смотрела на Этери так, словно та принадлежала только ей, а Этери отвечала на этот взгляд так, будто стерла весь остальной мир. Это было неопровержимое доказательство. Главный хореограф Игорь вмешался, словно желая разрядить повисшее в воздухе напряжение. «Эй, не волнуйтесь. Они думают, что это просто часть шоу. Отличный пиар, никаких проблем не будет». Несмотря на слова Игоря, глаза Этери все еще блуждали по лицу Жени. Заметив, что молодая женщина все еще немного обеспокоена исходящей от нее негативной тревогой, на этот раз она прижалась губами к обнаженному плечу Жени. Этот нежный, маленький поцелуй вырвал с корнем все сомнения внутри Жени. «Надеюсь», — сказала Этери, глубоко вздохнув. Затем она полностью сосредоточилась на Жене, добавив в голос мягкую, игривую нотку. «На сегодня тренировок достаточно. Давай, иди собирайся, я тебя кое-куда отвезу». Облако грусти в глазах Жени мгновенно рассеялось, сменившись детской радостью. «Правда?» — спросила она, хихикнув. Когда Этери кивнула, Женя, с порхающими в сердце бабочками, повернулась и зашагала к раздевалке. Чтобы не испортить сюрприз, она не стала спрашивать, куда именно. Хотя ей было безумно любопытно узнать об этом сюрпризе, о котором Этери упомянула еще утром перед выходом из дома, она стиснет зубы и будет ждать. Пока Этери с любовью смотрела ей вслед, она заметила Алину, которая только что вышла на каток. Алина спускалась по лестнице с коньками в руках, и Этери тихо подошла к ней. «Ты все уладила?» — спросила Этери, ее тон внезапно стал похож на тон секретного агента, строящего планы. Алина улыбнулась, ее глаза блестели. «Да, Этери Георгиевна. Надежно лежит у меня в багажнике. Я выйду вместе с вами, тогда и отдам». Этери удовлетворенно кивнула, а подошедший сзади Даниил не удержался и спросил. «Что это? Что ты опять задумала?» Этери, слегка пожав плечами, обернулась. В ее глазах была та неописуемая нежность, которая появлялась только тогда, когда речь заходила о Жене. «Женя слишком сильно пострадала от всей этой суматохи, стресса из-за шоу и сплетен. Она очень устала», — сказала она смягчившимся голосом. «Она даже не помнит, что завтра у нее день рождения». Глаза Даниила и Дудакова расширились, лица озарились пониманием. «Невероятно!» — сказал Даниил, хлопнув себя по лбу. «В этой огромной суматохе даже мы забыли!» Этери посмотрела на них с хитрой, но полной любви улыбкой, затаившейся в уголках губ. «А вы продолжайте вести себя так же. Пока мой сюрприз не будет полностью готов, я не хочу, чтобы она вспомнила». Дудаков, скрестив руки на груди, слегка наклонился к Этери. В его глазах читались уважение и изумление, рожденные многолетней дружбой. «Я знаю тебя много лет, Этери... Я бы никогда не подумал, что под такой непреодолимой ледяной глыбой, как ты, скрывается такая трепетная и утонченная женщина, которая готовит сюрпризы для своей любимой». Этери перевела взгляд на пустой каток, на те линии, где они только что катались с Женей. Выражение ее лица было таким мягким, таким светлым, словно все войны внутри нее закончились. «Любовь», — прошептала Этери, словно благословляя это слово. «Значит, любовь меняет человека». ———————— Холодная металлическая тишина лифта совершенно растворилась в густой, теплой ауре, окутавшей двух женщин внутри. Одна рука Этери была крепко сплетена с рукой Жени. Их пальцы переплелись так естественно и безупречно, словно годами принимали нужную форму, дожидаясь именно этого мгновения. Большой палец Этери мягко и ритмично поглаживал руку девушки. Ее другая рука медленно поднялась и легла на теплую щеку Жени. Пока ее длинный, изящный большой палец нежно скользил по линии подбородка, словно касаясь произведения искусства, взгляд Этери поднялся от полуоткрытых губ Жени к ее глазам. В ее глазах светилась огромная любовь, которая еще никогда не сияла так ясно, так беззащитно. Накопленная годами усталость, попытки скрыться и страх ушли; их место занял тот глубокий, непоколебимый покой, который приносит лишь принадлежность друг другу. Обе чувствовали реальность этого момента с каждым вдохом. За мгновение до того, как лифт слегка замедлился, давая понять, что они достигли этажа парковки, Этери слегка наклонилась. Она прижалась губами к губам Жени в легком, как пушинка, но заставляющем трепетать все внутри поцелуе. Она не отстранилась; не отдаляя своего лица от ее лица, пока ее горячее дыхание касалось кожи Жени, она прошептала тихим голосом: — Ты готова исчезнуть вместе со мной? На лице Жени расплылась полная восторга, сияющая улыбка. — Уже много лет как да, — сказала она, специально выделяя этот решительный тон и делая акцент на слове «лет». Этот акцент, этот невинный, но абсолютно истинный бунт разрушил последнюю стену контроля внутри Этери. Женщина запрокинула голову и рассмеялась так искренне, так свободно, что ее смех эхом разнесся в тесных стенах лифта... Женя тихонько положила свободную руку на грудь Этери, прямо на сердце. Она погладила этот грохочущий под ладонью ритм, эту радость. Прошли действительно годы с тех пор, как она видела любимую женщину такой веселой, такой свободной от всех бремен, такой умиротворенной и полностью принадлежащей ей. Она была словно заворожена этим зрелищем. В тот момент, когда Этери с этой широкой, светлой улыбкой на лице снова наклонила голову и посмотрела на Женю, двери лифта раздвинулись в стороны. Но прежде чем шагнуть наружу, Этери не удержалась и, не стирая сладкой улыбки с губ, оставила еще один поцелуй на губах Жени. Держась за руки, все так же крепко сплетя пальцы, они направились к припаркованной машине Этери. Как раз в этот момент открылись двери лифта напротив, и оттуда вышли Лиза и Алина. Увидев их, Алина ускорила шаг, слегка суетливо подошла к ним и, бросив: «Моя машина прямо там», быстро удалилась. Пока Женя с любопытством смотрела вслед девушке, Этери обвила рукой талию Жени и собственническим жестом притянула ее к себе. Переведя взгляд на Лизу, Этери заговорила, не теряя расслабленной улыбки: — Через три дня ваш парный дебют. Ты хоть справилась с волнением? Лиза слегка пожала плечами и улыбнулась. — С Максимом это немного сложно, но... да, можно сказать, справилась. Этери продолжала тепло и ободряюще улыбаться девушке. В этот самый момент взгляд Этери упал на Алину, которая пыталась вытащить огромный чемодан из багажника своей машины. Она убрала руку с талии Жени, подошла к Алине и забрала у нее чемодан. Катя чемодан на колесиках, под удивленный взгляд Жени, так и читавшийся как «что происходит?», она положила его в багажник своей машины. Женя, нахмурив брови и надув губы, спросила: — Что это, любимая? Этери, закрывая багажник и поворачиваясь к ней, кокетливо подмигнула. — Твои вещи. Говорят, на этой неделе ты должна была остаться у Алины, — сказала она, еще раз подмигнула и повернулась к Алине: — Спасибо. Женя застыла на месте. В шоке, но при этом смеясь, она произнесла: «Что ты задумала?» — и направилась к пассажирскому сиденью. Этери, двигаясь параллельно ей с другой стороны машины к водительской двери, крикнула: «Узнаешь, когда приедем». Она помахала девочкам и села в машину. Женя устроилась на соседнем сиденье и с любопытством повернулась к ней. — Этери, ну не надо... — со смехом сказала она и уже собиралась задать вопрос, как женщина, вместо ответа, сократила расстояние между ними. Она наклонилась и оставила теплый поцелуй на кончике носа Жени. — Любопытный мой нос, — прошептала она озорным голосом. — Ты научишься ждать. Этери выпрямилась и положила руки на руль. Но за секунды до того, как завести машину, она снова повернулась к Жене и еще раз разразилась этим своим свободным смехом: — В конце концов, ты же целеустремленная девочка, которая терпела шесть-семь лет! Женя, покраснев, рассмеялась и, со словами «Не издевайся!», в шутку ударила Этери по плечу. Женщина, все еще смеясь, повернула ключ зажигания. Пока звук мотора заполнял салон машины, на лице Жени играла притворно-сердитая улыбка. Пристегивая ремень безопасности, она не могла оторвать глаз от своей возлюбленной, такой веселой и полной жизни. С огромной любовью во взгляде она пробормотала: — Какая же ты вредная...