Прежде, чем я очнусь

      Майкл       Теперь я мог видеть Джонзи. Я понимал, что в какой-то другой реальности мы были в его доме. Я не мог видеть дом, но подземелье казалось теплее, а свет — ярче. Однако наибольшим отличием был сам Джонзи.       Он был высоким и большим, и носил доспехи, как у рыцаря Гондора. Но он не носил шлема, так что я мог видеть его лицо. У него были короткие волосы, карие глаза и доброе лицо, пускай несколько угреватое и неухоженное. Он сиял и просвечивал, но он определенно существовал.       Страннейшей вещью было то, что Джонзи, которого я видел, никогда не открывал рта, пусть даже я мог слышать, как он говорит, а говорил он все время. Но он был рядом со мной в подземелье, и от этого я чувствовал себя просто несравнимо лучше. Тени едва ли еще высовывались.       Я любил Джонзи. Он был забавным и милым. Я не мог понять, откуда он взялся, поскольку не мог вспомнить, что знал его перед тем, как попал в больницу. Но был отрезок времени, который я забыл, поэтому, возможно, я встретил его тогда.       Может быть, Джонзи был моим парнем? Это было бы потрясно.       Лучшим среди всего было когда я чувствовал его руку в своей. В темноте подземелья моя рука сияла, когда он держал ее. Как-то я посмотрел на себя вниз, и оказалось, что сияла уже не только рука, но и ноги, которые он массажировал. Даже мой член сиял. Кажется, у меня вставал, когда он мыл меня и, иногда, когда просто держал за руку, но это, похоже, ни к чему не вело. А очень жаль. Как бы там ни было, все ниже пояса теперь сияло. Только верхняя часть тела, начинаясь прямо под ребрами и заканчиваясь подбородком, отказывалась сиять. Я не знал, почему.       Когда Джонзи был со мной в подземелье, мы иногда входили в комнату, которую я никогда раньше не видел. Там была дверь в стене, и ее края светились зеленым. Джонзи смотрел на меня и на дверь, как если бы хотел, чтобы я что-то сделал. Но я не мог, потому что по двери ползали черные змеи. Господи, я ненавижу змей. Сначала я даже не мог находиться в комнате с дверью. Но змеи не покидали двери, поэтому через какое-то время я мог стоять на другом конце комнаты и смотреть на них.       Змеи были холодными и склизкими, и извивались все вперемешку друг с другом. Это было просто омерзительно. Мне пришла в голову странная мысль, что все тени, которые наполняли подземелье, превратились в змей и ползали сейчас по этой двери.       Думаю, Джонзи хотел, чтобы я открыл дверь. И, может быть, если бы я это сделал, я смог бы найти его настоящего. Но. Змеи.       Ну почему это должны быть именно змеи?