Убить Сибира

Костя шёл по усыпанной листьями тропинке, лениво пиная камушек по тротуару. Для конца сентября день выдался на удивление солнечным и даже тёплым. Однако Костя в упор не замечал красоты осеннего Кракова, ибо мысли его были совсем не там... Последние несколько дней, а может, и недель прошли одинаково. Приходя вечером домой, Костя открывал YouTube, заваривал чай и включал видео Сибирского, подолгу вглядываясь в экран, будто надеясь, что Кирилл вылезет из него или, ещё лучше, заберёт Костика с собой — прямо в очередной выпуск «Веб-шпиона». Однако Костик понимал, что шансы оказаться перед камерой рядом с другом для него почти равны нулю. Не обладая опытом в блогерстве, особенной харизмой или уникальным чувством юмора, Костя не годился в напарники блогеру-миллионнику. А ведь когда-то он был обычным фанатом. Смотреть Сибирского он начал ещё давно, даже до его переезда в Польшу. Ещё тогда он не мог даже представить, что не только своими глазами увидит своего кумира, но и станет одним из ближайших его друзей. Одним из. От этого статуса его коробило. Он сам не понимал почему, но от одной лишь мысли о том, что на первом месте кто-то другой, у него внутри закипала такая смесь эмоций, что пальцы непроизвольно сжимали стол до такой степени, что казалось он вот-вот оторвёт кусочек. Он хотел быть первым. Лучшим. Единственным. Он наворачивал по комнате круги, раз за разом прокручивая в голове обрывки разговоров, встреч, выражений лица. Как подобраться ближе? Как проникнуть под кожу, пустить корни и остаться навсегда? Ловя себя на такого рода размышлениях, Костя обычно матерился себе под нос, резким движением захлопывал ноутбук и топал на кухню — налить себе водички или чего покрепче. Пивные банки собрались около мусорки в большую стопку, и Костик не был уверен, стоит ли их вынести или проверить, как скоро они достигнут потолка. В любом случае, смочив горло и проветрив помещение, а с ним и голову, Костя, как обычно, шёл спать, желая, чтобы следующий день поскорее наступил. И вот сейчас, неспешно прогуливаясь вдоль узеньких улочек, он вдруг осознал: ему надоело. Надоело часами смотреть на кнопку создания канала, но не решаться. Надоело шутить про близость, прекрасно понимая, что он и не шутит. Надоело оставаться за кадром. Ясно было одно — так продолжаться не может. Он должен — нет, обязан — что-то изменить. Ему нужен был план...