Бестолковые

Сам того не замечая, Люциус обзавелся привычкой стучаться в дверь капитанской каюты и тут же входить, не дожидаясь ответа. И так продолжалось ровно до тех пор, пока спустя дня три после появления у них Черной Бороды, он не вошел в каюту сразу после стука и не застал этих двоих сидящими лицом друг к другу  на софе, и ладонь Черной Бороды была прижата к животу Стида – сразу над забинтованной раной. — О, про… простите. — Люциус запнулся и начал пятиться обратно к выходу, пытаясь наощупь найти позади себя дверную ручку. Стид посмотрел на него с явным раздражением.  — Ничего страшного, что ты хотел? Люциус перевел взгляд с капитана на Черную Бороду, который полностью проигнорировал его присутствие, продолжая неотрывно пялиться на Стида. — Вы просили набросать кое-какие заметки, но это подождет, раз вы заняты, я пока… — Ах, да, и правда! Пожалуйста, присаживайся. Люциус с опаской наблюдал, как капитан убрал со своего живота ладонь Черной Бороды, пристальный взгляд которого при этом остался на месте. — Эдвард, это займет всего пару минут. Поднимаясь с софы, Черная Борода что-то рыкнул себе под нос и, выходя из каюты, сердито посмотрел на Люциуса. — Он просто очарователен, не правда ли? — улыбнулся Стид. Люциус удивленно вскинул бровь, полагая, что это шутка, но капитан вовсе не собирался смеяться. Судя по всему, он был совершенно искренен, так что Люциусу оставалось только ответить: — Да, капитан… он клевый…   ***** Френчи и Олуванде сидели на баке французского корабля, подсчитывая прибыль от своей финансовой пирамиды, когда из кают-компании, где шла вечеринка, на палубу вылетел злой как черт Черная Борода, за которым по пятам следовал Стид, явно пытавшийся его успокоить. Слышно было плохо, но перспектива с противоположного борта открывалась просто идеальная – Черная Борода угрожающе выхватил пистолет, но Стид положил ладонь ему на руку и надавил вниз, до тех пор, пока его спутник не сдался и не присел на бочку, весь поникший. Стид подошел еще ближе и положил руку ему на плечо, что-то тихо говоря. Черная Борода сидел, уткнувшись взглядом в палубу, но когда Стид завел сбившуюся прядь ему за ухо, внезапно поднял голову. Несколько секунд он смотрел на Стида, будто в нерешительности, а затем осторожно взял его ладонь и прижал к своей щеке. Френчи и Олу переглянулись. — Ты когда-нибудь оставался с Черной Бородой наедине? — спросил Френчи.  Олу взглянул на тех двоих.  — Да, однажды. Детка, он реально странный. В одно мгновение кажется твоим лучшим другом, а в следующее ты уже уверен, что он тебя сейчас за борт вышвырнет – и все это за один короткий разговор. Это сбивало с толку и было так жутко, что я потом еще долго не мог отдышаться. Френчи задумчиво промычал в ответ и тоже покосился на Стида с Черной Бородой. Те теперь стояли бок о бок, глядя на море за бортом, и Черная Борода покачивал ногой так, что иногда невзначай задевал каблуком икру Стида.  — Как ты думаешь, Боннет сейчас так же себя ощущает? Сбитым с толку, испуганным и настороженным? Олуванде громко рассмеялся в ответ.   ***** Джим слегка занесло во время наебалова, учитывая, сколько времени заняла в итоге уборка, и именно они оставались последними в капитанской каюте, когда все остальные уже поднялись на палубу. Джим как раз направлялись к лестнице, когда услышали тихий голос Боннета и, ориентируясь на звук, подошли к приоткрытой двери ванной. Внутри на табурете сидел Боннет, положив руку на бортик ванны, в которой в полном облачении возлежал Черная Борода, прижавшись щекой к его ладони. Джим недоумевали, зачем кому-то принимать ванну без воды и будучи полностью одетым, однако они не настолько страдали любопытством, чтобы спрашивать, так что снова предприняли попытку уйти. Но тут Черная Борода поднялся на ноги, закидывая руку Боннету на шею, и пальцы Джим сами собой сжали кинжал… И тут же остановились, потому что Боннет обнял Черную Бороду в ответ, уткнувшись носом ему в волосы и что-то нашептывая, пока легендарный пират стоял, крепко вцепившись в его рубашку. У Джим было много вопросов, на которые им, пожалуй, не хотелось знать ответа, так что они удалились незамеченными.    *******   Малыш Джон, как правило, просыпался с первыми лучами солнца, как это обычно и происходит при ночевке в гамаке на палубе, однако ночью после наебалова тихие голоса, доносившиеся от мачты, разбудили его еще до рассвета. Когда глаза адаптировались к темноте, он различил Боннета, пришпиленного к мачте шпагой Иззи Хэндса, и Черную Бороду, обхватившего лезвие рукой в перчатке. — Я всего лишь немного потяну на себя, как мы делали прошлой ночью, — успокаивающе прошептал Черная Борода, когда Стид всхлипнул от боли. — Нет, Эдвард, не надо. — Стид попытался вцепиться в его плечо, но пальцы скользнули по кожаной куртке, поэтому он лихорадочно схватился за прядь серебристых волос.  — Прости… Мне… мне надо за что-то держаться. Черная Борода усмехнулся и положил свободную ладонь ему на живот сразу над раной. — Ничего, солнце. Просто дыши. Можешь дергать мои волосы, сколько захочешь, но только не бороду. Готов? Я просто слегка потяну… Стид издал жалкий всхлип и вцепился в его волосы так сильно, что они с Черной Бородой оказались буквально в паре сантиметров друг от друга, едва не соприкасаясь носами. И пока Черная Борода постепенно вынимал из тела Стида шпагу, ни один из них не отводил от другого взгляда. Малыш Джон недоуменно перевел глаза на Шведа и Роуча, но те еще сопели в своих гамаках, так что он оставался единственным свидетелем творящегося перед ним сейчас абсурда. И Боннет, и Черная Борода с облегчением вздохнули, когда шпага, наконец, оказалась извлечена. Черная Борода сразу же прижал ладонь к ране, а Стид накрыл ее своей, помогая остановить кровь. Они все еще стояли слишком близко друг к другу; Черная Борода поднял другую руку и пару раз погладил Стида по щеке, а затем наклонился еще ближе. — Ты отлично справился, — тихо произнес он и чмокнул Стида в лоб, после чего они осторожно направились в сторону капитанской каюты. Малыш Джон снова окинул взглядом палубу в поисках хоть кого-то неспящего, и тут возле перил на полуюте словно призрак из ниоткуда возник Баттонс, который встретился с ним глазами и молча неспешно два раза кивнул.   ***** Обычно Люциус приходил в капитанскую каюту в одно и то же время, (если они, конечно, просто следовали курсу, а не ввязывались в очередное приключение), поэтому в назначенный час он осторожно переступил порог с блокнотом и пером в руке, выискивая глазами Стида. — Капитан? Я вам нужен для каких-нибудь заметок? Или, если вы заняты, я могу… Стена, скрывающая запасной гардероб, приоткрылась, и из-за нее выскользнул улыбающийся и слегка залитый румянцем Стид в изысканном оранжевом камзоле нараспашку (что делало очевидным полное отсутствие под ним рубашки) и кожаных штанах Черной Бороды. Он пробормотал какие-то извинения, которые Люциус не расслышал, потому что его внимание отвлек Черная Борода, появившийся из гардероба вслед за Стидом. Его волосы были убраны наверх в аккуратный пучок, на ногах красовались белые чулки и голубые бриджи – и больше ничего, ни рубашки, ни ботинок. — Куда ты собрался? — спросил Стид, когда Черная Борода протиснулся мимо него и направился к двери. Черная Борода взглянул на Люциуса, а затем на Стида. — Хотел пойти отлить с борта. — Разодетый вот так? — любезно поинтересовался Стид. — Приятель, я же Черная Борода. Никто не говорит мне, что я могу делать, а что нет. Стид закатил глаза. — Эд, ты же не знаешь, как это расшнуровывается.  — И то верно. — Черная Борода вернулся к Стиду, встав прямо перед ним. Тот как ни в чем не бывало положил руки на шнуровку прямо на его ширинке. — Живот, — негромко приказал он, и Черная Борода без единого слова протеста (с ума сойти!) мгновенно втянул чуть нависающий над поясом живот. Люциус деликатно отвел глаза. — Вот так-то лучше, — ласково произнес Стид, и бедному Люциусу против воли пришлось наблюдать, как тот сперва похлопал Черную Бороду по бедру, а затем двумя пальцами ущипнул его кожу возле пупка, добавив: — Классный шрам! — Спасибо, чувак! — Черная Борода провел тыльной стороной ладони по подбородку Стида, а затем развернулся и вышел, кивнув Люциусу по пути.  — Присаживайся, мы можем начинать, — как ни в чем не бывало обратился к нему Стид. — Вам не кажется, что вам стоило бы… что было бы неплохо переодеться, капитан? Стид окинул себя взглядом сверху вниз и вздрогнул. — Пресвятые угодники, я и забыл, как одет, – со смущенной улыбкой сказал он. – Мы с Эдвардом устроили небольшой показ мод… — Эмм… ну да, я так и понял. Лучше бы вам переодеться, капитан, — нарочито небрежным тоном заметил Люциус.   *******   Когда по кораблю поползли слухи, команда начала вести себя куда осмотрительнее относительно этих двоих. Люциус стал заходить в капитанскую каюту не просто постучав, а еще и дождавшись внятного разрешения из-за двери, а также тонко намекнул остальным, что им стоит поступать так же. Френчи в те дни загнал в угол Олуванде и Джим, буквально умоляя их не начинать заниматься сексом в общественных местах, потому что стараться не наткнуться на целых три разных пары на небольшом корабле было бы уже перебором. Буквально двумя днями ранее он застукал за этим занятием Люциуса с Питом и тут же, спустя несколько минут, застал в игровой комнате Стида с Черной Бородой, которые с ленивыми улыбками валялись на полу в нижнем белье. Олуванде и Джим слишком громко протестовали и так же слишком громко смеялись над самой идеей того, что они когда-нибудь будут заниматься сексом, но Френчи только отмахнулся. Швед утверждал, что как-то вечером, когда все уже разошлись спать, он видел, как Стид и Черная Борода целовались. Ну, почти поцеловались. Явно к этому шли. И у обоих был такой вид, что поцелуями они бы точно не ограничились, поэтому Швед забрался в воронье гнездо, чтобы смыться от них куда подальше.  А Клык сказал, будто Иззи, еще до того, как свалил, слышал, как эти двое трахались; во всяком случае, звуки, которые они издавали посреди ночи на главной палубе, были однозначно сексуального характера.   *****   Как-то вечером Баттонс с Карлом принимали лунные ванны, когда рядом  словно из ниоткуда возник Черная Борода. Баттонс краем глаза наблюдал, как тот, не говоря ни слова и даже не взглянув на него, расстегнул ремень, расшнуровал ботинки, стянул с себя майку и в итоге оказался совершенно голым. Похоже, собственного тела он совершенно не стеснялся, так что Баттонс, удовлетворяя свое любопытство, бегло оглядел татуировки, тянущиеся по его груди, рукам, спине и ногам, и шрамы, щедро разбросанные по смуглой коже. При этом он почтительно не стал слишком присматриваться к густым зарослям в паху.  Из двери, ведущей к капитанской каюте, в наброшенном на плечи баньяне вышел Стид. — Эдвард! Какого черта ты творишь? Черная Борода повернул голову и, окинув Стида взглядом, раскинул руки в стороны. — Лунные ванны, приятель. Тебе тоже стоит как-нибудь попробовать. — Так точно! — согласился Баттонс. Стид пробормотал что-то вполголоса и вернулся в каюту. Черная Борода встретился с Баттонсом взглядом, хитро улыбнулся и подмигнул.    ****** Роуч подсчитывал апельсины, размышляя, как сообщить капитану, что им необходимо где-то причалить и пополнить запасы, когда в столовую забрели Боннет и Черная Борода с чашками чая в руках. Роуч начал было что-то говорить, но они даже не обратили на него внимания, так что он вернулся к своим апельсинам. Тем не менее, эти двое отвлекали. Они стояли друг напротив друга, оперевшись плечами о стену, посмеиваясь все громче и громче. Черная Борода сказал что-то про свой идеальный чай и поднес чашку ко рту Боннета, заставляя того отпить, прежде чем снова вернуть ее к своим губам. Спустя еще минуту Роуч расслышал стук блюдечка о стол и, приподнявшись, увидел как одна из свободных теперь рук Черной Бороды тянется к бедру Боннета, а другая теребит ткань его рубашки. — Капитан, — неожиданно для себя выпалил Роуч. — Да, — ответили оба одновременно, разворачиваясь в его сторону. Черная Борода извинился, что отозвался на “капитана”; его рука медленно сползла с бедра Боннета. Роуч сообщил Боннету о ситуации с апельсинами.   ***** Люциус совершенно не хотел торчать в лесу с этими двумя, пока они были слегка не в ладах друг с другом. Но, наблюдая, как Стид вынимает кусочек змеиного мяса из бороды Черной Бороды, он все же не смог удержаться и не выпалить сдавленным шепотом: — О боже.    ****** В какой-то из вечеров, после сказки на ночь, все остались бодрствовать дольше обычного, завязав между собой разговоры. Френчи сидел возле Малыша Джона, Люциуса и Черного Пита, подшивая штаны Шведа, когда Малыш Джон произнес: — Как-то это немного странно, нет? Френчи оторвал глаза от своей работы и проследил за взглядом Джона до двери в капитанскую каюту, рядом с которой на палубе сидел Черная Борода, а позади него на ящике пристроился Стид. Который был занят тем, что крайне сосредоточенно разбирал волосы Черной Бороды на пряди, чтобы их переплести.  — Смотря что ты считаешь странным, приятель, — ответил Френчи и, нахмурившись, добавил: — На самом деле ничего подобного. — А кто-нибудь, ну… натыкался на них во время… ну… — начал было Малыш Джон. — Пока они трахались? — подсказал Люциус. — Близко к тому, но нет. — Я даже удивлен, как это мы умудрились – не то чтобы их сильно заботила приватность, — добавил Френчи. — Понятия не имею, что происходит. Когда я работал у Черной Бороды… — начал Пит, и все дружно застонали. — …я самолично видел, как он отрезал кому-то палец только за то, что тот случайно коснулся его волос, — все же продолжил Пит. — Вообще-то, он прав, — вмешался Люциус. — Спасибо, детка. — Пожалуйста, детка. Однажды я делал заметки для капитана, а Черная Борода находился возле меня, и я совершенно случайно задел локтем его волосы. Он так взбесился, что я уж думал, он сейчас скальп с меня снимет. Все взглянули на Черную Бороду, который сидел, скрестив ноги и обхватив руками колени, прикрыв глаза и подавшись навстречу пальцам Стида, перебирающего его волосы. — Иногда такое ощущение, что если мы затеем бунт, они даже не заметят, — заметил Малыш Джон. Стид закончил с одной прядью и расправил ее, прежде чем перейти к следующей. Черная Борода коснулся своих волос и нахмурился, очевидно, осознавая, насколько плохо Стид справлялся с его прической. Он начал жестикулировать в воздухе, имитируя плетение волос и поясняя, как это правильно делать, пока Стид неловко перебирал пальцами пряди. — Не, не хочу бунтовать, мне на самом деле нравится на них работать, —  с улыбкой заявил Френчи.  Люциус и Малыш Джон одобрительно промычали, а Пит только равнодушно фыркнул.   *****   Когда объявился Калико Джек, и Стид окинул его взглядом, полным желания убивать, команда быстро и негласно решила, что это надо просто пережить.   ******   — Черная Борода больше не будет ходить с нами под одним парусом, — объявил Стид наутро после того, как его со-капитан вместе с Калико Джеком покинули “Месть”. У всей команды было жуткое похмелье, однако не настолько сильное, чтобы не выразить недовольство. Олуванде, который провел ночь в капитанской каюте, выслушивая бормотания Стида, пока тот шпионил за этими двумя, решил, что его видение ситуации слишком ясное, чтобы промолчать. — Вы не можете просто так сдаться, капитан, вы должны его вернуть. — И правда, капитан, вы оба слишком влюблены, чтобы дать этому закончиться вот так. Стид побледнел. — Мы… что ты сказал? Команда обменялась растерянными взглядами.  — Может, вы еще и не настолько далеко зашли в отношениях, чтобы использовать эти слова, но нам-то все очевидно. И это не должно так закончиться, капитан, — пояснил Люциус. — Черная Борода и я вовсе не… мы не… — начал было запинаться Стид, но когда перевел взгляд на видневшийся вдали берег, его лицо озарилось осознанием. — Вот черт, а ведь так и есть! По рядам пошло недоуменное перешептывание – оказывается, вся команда неделями наблюдала за событиями, не сомневаясь в том,  что происходит, в то время как Стид и Черная Борода не понимали этого вовсе.  — Черт, — повторил Стид, уронив голову. Когда англичане подошли ближе, Стид уже собирался было принять самоубийственное решение, но тут из-за борта показался насквозь мокрый Черная Борода, крича им поднять белый флаг. — Эд… — произнес Стид благоговейно, будто молитву. Затем вся команда наблюдала, как их капитан прошагал к борту корабля, вытащил своего со-капитана на палубу и поцеловал с такой силой, что слышно было, как их зубы стукнулись друг о друга. Черная Борода обхватил Стида за бедра и вплотную притянул его к себе, целуя в ответ; временами он прерывался, чтобы пробормотать “мне жаль, прости” ему в губы. Англичанам пришлось буквально отдирать их друг от друга.   *****   Когда Черная Борода призвал к Акту Милосердия, он тут же кинулся снимать с лица Стида повязку. Он взял его лицо в ладони и осторожно поцеловал, а потом прикрыл глаза и прижался лбом к его лбу.  И с тех пор еще много месяцев команда не видела их вместе. *****   — Неужели мы и правда думали, что они уже тогда встречались? — сказал как-то Френчи, когда все наконец улеглось. К тому времени Стид уже вернулся, Черная Борода отращивал бороду заново, и оба разобрались со своими проблемами. — Ну да, могли бы и сообразить, — ответил Люциус. Прямо над ними в вороньем гнезде сидел Стид, а Эд, который уютно устроился у него спиной, обнимал его руками и ногами, не отрывая губ от его шеи, как присосавшийся к жертве вампир. Одна ладонь Стида лежала у него на волосах, другая на колене. Стояло раннее утро, и оба они были в расшитых цветами шелковых баньянах. На самом деле, это была пожалуй самая приличная поза из тех, что команда наблюдала за последнее время. Уже каждый из них успел наткнуться на эту парочку в разных частях корабля, в разной степени раздетости и во время самых разнообразных интимных актов. Оказывается, во все те разы в прошлом, когда команда думала, что им просто везет не застать их в процессе, Стид и Черная Борода вовсе ничего такого не делали и делать не собирались. — Нет, мы-то как раз все знали, — покачал головой Олуванде. — Это они у нас бестолковые.