Непрошеная помощь

Уже несколько часов, по ощущениям Лололошки, он провёл лёжа на кровати и размышляя о недавних событиях. Временные ветки, параллельные вселенные, Отец, в конце концов. Все это, как и ожидалось, не давало покоя. Ворочаясь на кровати, Лололошка пытался передохнуть и собраться с духом до прихода Тадмавриэля. Эльф заявится к нему в бункер за ответом. Нужно как следует подумать над этим, обсудить всё с Лайей и Вальдхаром, пока есть время. В голову лезет всё подряд. Лололошка честно пытается сосредоточиться, но что-то явно мешает ему это сделать. – Чёрт возьми... – стонет Лололошка, раздражаясь. Почему он не может придумать ничего толкового в важный момент? Лололошка садится на кровать и от злости пинает стоящую рядом тумбочку, в попытке успокоиться начинает сжимать и разжимать кулаки. Раздражимость никуда не уходит, и его начинает мелко потрясывать. Ерзая от переизбытка энергии, он вздрагивает и замирает. Щёки начинают краснеть от стыда и осознания того, что он начал возбуждаться в такой стрессовой ситуации. – Нужно искать плюсы во всех ситуациях, верно же? – нервно спрашивает сам себя Лололошка. – Думаю, если сниму стресс таким образом, хуже не будет... Он начинает сильнее тереться о простыню, прерывисто выдыхая. Узость в штанах становится ощутимее. Немного привстав для удобства, Лололошка приспускает брюки и трусы, ложась обратно на кровать. Рукой обхватывает полутвердый член и рвано стонет, подключая ладонь другой руки. Не проходит и больше минуты, как плоть становится полностью твердой. Быстрыми движениями он старается довести себя до пика, закатывая глаза от удовольствия. Спустя некоторое время таких ласок ему постепенно начинает надоедать. Он так близок к оргазму, но никак не может кончить. Все тело горит от возбуждения, а одежда немного взмокла от пота. Выругавшись, он стаскивает штаны с трусами, излюбленный шарф и кофту, бросает вещи куда-то на пол, позже разберется куда. Перевернувшись на живот, опираясь коленями о кровать, он потянулся руками к ягодицам, медленно оглаживая их. Вместо смазки, как никогда кстати, пригодилась слизь из инвентаря. Лололошка согрел немного лубриканта в руке и приставил пальцы к сжимающемуся отверстию. Чуть помедлив, он ввёл один палец и слегка сморщился от ощущений. Не хотелось тратить время, что дал ему Тадмавриэль, впустую. Почти сразу он вставил и второй палец, а затем и третий. Одной рукой Лололошка трогал себя спереди, надрачивая член в такт толчкам пальцев. В один момент он попал в ту самую точку, отчего продолжительно простонал. Он снова был близок к разрядке. Ускорившись, он стал доводить себя стремительнее. Мироходец уже во всю стонал от стимуляции, гонясь за удовольствием, которое никак не хотело наступать. Стоны смешались с хныканьем и заполняли все помещение. От всех ощущений хотелось плакать и извиваться. Руки уже уставали, и Лололошка почти смирился с тем, что кончить сегодня ему не суждено. Однако, занимаясь своим делом, он не заметил присутствия ещё одного человека в бункере. Точнее сказать, эльфа. Тадмавриэль решил заглянуть к Лололошке раньше срока от скуки, слишком уж этот наивный мироходец его развлекал. Переместившись в свой старый бункер, он огляделся по сторонам, как вдруг услышал чьи-то стенания. Повернув голову в сторону тела, издававшего звуки, Тадмавриэль на секунду застыл. Картина перед ним была настолько развратна, что даже у всемогущего и бессмертного существа, как он, сбилось дыхание. Тело на его старой кровати извивалось и непристойно выпячивало зад, который заполняли пальцы. Хлюпающие звуки вперемешку со стонами отчётливо разносились по бункеру. Тадмавриэль наблюдал за этим, пока в брюках наливался кровью член. Возможно, он не отдавал себе отчета о своих действиях сейчас. Пальцы стало немного покалывать от нарастающего желания. Всё же сотни тысяч лет (а то и больше) одиночества и ослабевшее эльфийское тело давали о себе знать. Тадмавриэль бесшумно приближается к кровати на втором этаже и встаёт напротив представления перед собой, будто это театр, где он – единственный зритель, и облокачивается о стену позади. Рука автоматически накрывает бугор в штанах, но эльф не издает ни звука, чтобы не спугнуть этого симпатичного мироходца. Всё же у его сына действительно был вкус. В медленном темпе эльф проводил рукой вверх-вниз по своему достоинству, ощущая как оно твердеет с каждой каплей. Мироходец на кровати блаженно стонал и хныкал, продолжая погружать в себя пальцы. Тадмавриэль снова заскучал, когда киаф спустя Лололошка всё еще не кончил, а стоны превратились в скулеж и тихие ругательства. – Да бляяяять, – Лололошка в который раз выругался. От усталости его руки с тяжестью опустились на кровать. Его дырка сжималась и разжималась, а член истекал предэякулятом и иногда подрагивал. Лололошка снова тихо захныкал от бессилия и возбуждения. Терпение Тадмавриэля подходило к концу. – Вижу, маленький мироходец нуждается в помощи, – раздалось в относительной тишине бункера. Сердце Лололошки ушло в пятки, а по телу пробежал холод. – Тадмавриэль?! Какого хуя ты здесь?! – восклицал мироходец, стараясь быстро прикрыться простыней, на которой лежал. Его руки сразу же остановили, а его самого вернули в прежнее положение, которое сейчас ощущалось в разы смущающе и стыдливее, чем пару минут до этого. Лололошка немного подрагивал. То ли это было от не прошедшего возбуждения, то ли от его компрометирующей позы, а возможно от всей тупости ситуации в целом. Размышления были прерваны резким хлопком по ягодице, отчего Лололошка вскрикнул. Его член дёрнулся, а дырка снова сжалась. – Ого, не знал, что сам Первый мироходец, оказывается, такая чувствительная и развратная букашка, – с насмешкой сказал Тадмавриэль. – Я не- Блять! – второй удар пришёлся по тому же месту. В глазах начали собираться слёзы, а бедра непроизвольно выпятились ещё сильнее. – Советую молчать, Лололошка. Я планирую вдоволь повеселиться сейчас, а если ты будешь препятствовать – тебе же хуже будет, мальчишка. В голове у мироходца творился хаос. Он просто не понимал, что делать в такой ситуации. Как вообще можно из этого всего выпутаться, не дав себя трахнуть, вашу Мать?! Точнее, Отца. Грубые руки схватили бедра перед собой, подтянув их ближе. Последовали ещё несколько шлепков и несколько вскриков. Рассудок Лололошки был затуманен, а глаза закатывались наверх от извращенного удовольствия. После серии ударов, Тадмавриэль стал оглаживать красные ягодицы, переходя на спину, даря своеобразную ласку, которая быстро прекратилась. Эльф схватил Лололошку за подборок, поворачивая лицом к себе и поцеловал его в губы. Он с силой сжал его челюсть, чтобы та немного приоткрылась, и протолкнул свой язык внутрь. Этот поцелуй вышел мокрым и жарким, губы Лололошки горели, щёки были красными, а глаза стеклянными от слёз. Эта картина распаляла Тадмавриэля ещё сильнее, заставляя крупицы терпения исчезнуть окончательно. Резким движением Отец перевернул Ло на спину, припадая губами к ключицам, переходя к груди и соскам, вылизывая и прикусывая их. Лололошка выгибался в спине до хруста, не контролируя свои действия. Он запустил свои руки в светлые волосы и немного сжал, простонав от сильного укуса в шею. – Развратная сука, – полушепотом сказал на ухо мироходцу Тадмавриэль, сначала лизнув раковину, а затем прикусив мочку уха. Брови Лололошки на это высказывание нахмурились, а в его глазах читалось ярко и отчетливо “Пошёл ты нахуй. Сам не лучше”. Усмехнувшись на это, Тадмавриэль перестал кусать тело под собой. Решив не медлить, он приспустил штаны и направил член прямо ко входу, немного потеревшись о него головкой. Колечко мышц рефлекторно сжалось. Взяв ладонь мироходца, он положил ее себе на член, накрыв своей и проведя вверх-вниз. Реакция Лололошки была ожидаема – мироходец отдернул руку и скривился сначала в удивлении от размера органа своего полового партнера, а затем и в отвращении. Одарив Лололошку еще одной усмешкой, он приподнял мироходца и подложил скомканное одеяло под поясницу Лололошки, закинув одну ногу себе на плечо. Лололошка уже смирился со своей участью быть оттраханным одним из своих злейших врагов, но всё равно прожигал Тадмавриэля ненавистным взглядом. Не обращая на него внимания, Тадмавриэль растер выделившуюся смазку по члену и снова приставил его к дырке. Не церемонясь, он сделал первый  пробный толчок. Сразу до упора. Из легких Ло вышибло остатки воздуха. Тадмавриэль с блаженством выдохнул и откинул голову назад. Спустя мгновение он возобновил толчки, медленные и тягучие. Лололошка мог лишь вздыхать и на выдохе скулить от стимуляции и своей чувствительности. Толчки стали чаще, и их направление стало меняться. Один сильный толчок в определенном направлении заставил Лололошку вскрикнуть. Тадмавриэль врезался своим членом прямо в простату. Реакция мироходца его в какой-то степени порадовала, и он начал наращивать темп в этом направлении. Совсем скоро Ло превратился в нечто, стонущее от каждого грубого толчка: весь красный, пальцы на ногах поджимаются, а руки не могут найти себе места, поэтому он схватился ими за простыни, как за спасательный круг, и сминал их до побелевших костяшек. Тадмавриэль толкался в него беспощадно. Одна рука сжимала бедро закинутой на плечо ноги, а вторая держала тело мироходца, помогая толкаться в него сильнее. Свободная нога Лололошки обвила его талию, пяткой давя на спину. Громко выдохнув, Тадмавриэль взял вторую ногу Ло и также перекинул ее через плечо. Он наклонился к Лололошке, сгибая того почти пополам, меняя угол входа. Толчки стали глубже, а стоны мироходца громче. Его руки переместились на спину эльфа, обнимая и сильно царапая ее одновременно. Лололошка был на грани. Не в силах сдерживать эмоции, он выстанывал имя Тадмавриэля в бреду. Предоргазменное состояние накрыло обоих. Теперь их секс больше напоминал что-то дикое. Все пространство вокруг было заполнено хаотичными шлепками, хлюпаньем и вздохами вперемешку со вскриками. Тадмавриэль просунул руку между бедрами и животом Ло и накрыл его член рукой, надрачивая в темпе толчков. Последний вскрик Лололошки сопровождался укусом в плечо. Он кончил с такой силой, что все перед глазами застелило пеленой от наслаждения. Но Тадмавриэль и не думал останавливаться, пока не достигнет своей разрядки. Из-за сжимающейся дырки Лололошки, он простонал и перешёл на бешеный темп, врезаясь в мироходца с силой. Лололошку трясло от чрезмерной стимуляции, и он снова кончил, когда почувствовал, как в нем разливается что-то горячее. С характерным чпоком Тадмавриэль вышел из подрагивающего тела. Отдышавшись, он начал собираться возвращаться в свое убежище, не уставши от слова совсем, будто и не трахался только что. Напоследок он легко шлепнул Лололошку по ягодице. – Ну что ж, ты неплохо развлек меня, букашка. Я бы даже сказал, отлично развлек. Я надеюсь, это не последний раз, когда мы так весело проводим время, иначе времяпрепровождение в этой ветке станет уж слишком скучным и заурядным. Кстати, у тебя есть еще две трети скифоса до принятия решения. Приведи себя в порядок и хорошенько подумай над ним. Надеюсь, ты выберешь верный вариант. Иначе…  – Тадмавриэль впервые взглянул на Лололошку с начала своего монолога. Мироходец сладко спал (или же был в отключке), весь потрепанный и утомленный. – Какой же ты маловыносливый. Первым ещё зовётся – смех, да и только. Закатив глаза, эльф подошел ближе и накинул на мироходца одеяло. – Зайду, когда оклемаешься, букашка. С этими словами он активировал искру и исчез, оставляя после себя исчезающие фиолетовые крупицы.