Разве такое возможно?

Вскоре усталость взяла свое, и Ллойд провалился в беспокойный сон, убаюканный мерным шагом Ксавьера. Когда он открыл глаза, Ксавьера рядом не было. Паника кольнула его, но тут же отступила, сменившись недоумением. Вместо Ксавьера перед ним стояла шаманка. Она не бормотала бессвязные звуки, а говорила на чистом, хоть и немного грубоватом языке. – Омега, омега, омега, – повторяла она, пристально глядя на Ллойда. Ллойд почувствовал, как кровь отлила от лица. Он вскочил и, не раздумывая, зажал шаманке рот рукой. – Тише! – прошептал он, едва сдерживая дрожь в голосе. – Ксавьер не должен этого знать! Но шаманка, казалось, была невозмутима. Она отстранила руку Ллойда и заговорила громче, словно не боясь, что ее услышат. – Ты омега. И должен принять это. Этот красавчик любит тебя. Его мана дрожит, когда он рядом с тобой. Почему ты думаешь, что, если ты омега, люди, которые тебя окружают, отрекутся от тебя? Ты тупой, тупой, тупой. И если ты не примешь факт того, что ты омега, твоего счастливого, богатого будущего не будет. Она говорила это с такой уверенностью, словно знала о Ллойде больше, чем он сам. Слова шаманки обжигали его, заставляя сердце бешено колотиться. "Красавчик любит тебя… мана дрожит…" – эти фразы эхом отдавались в его голове, вызывая жар и смущение. После этой странной тирады, шаманка снова принялась за свои безумные танцы с бубном. Звуки ударов, казалось, проникали прямо в мозг, вызывая головную боль. Ллойд пытался сосредоточиться, удержаться в реальности, но усталость и потрясение взяли верх. Он снова провалился в темноту, погружаясь в глубокий, беспамятный сон. Проснувшись, Ллойд почувствовал себя на удивление хорошо. Тело не болело, он был одет в свою обычную одежду. Шаманки нигде не было видно. Зато рядом стоял Ксавьер, собранный и готовый к продолжению пути. Он выглядел абсолютно нормально, словно ничего не произошло. Ллойд облегченно выдохнул. "Это был сон," – подумал он, стараясь убедить себя. "Просто дурной сон." Он поднялся на ноги, стараясь не выдать своего волнения, и присоединился к Ксавьеру. – Все в порядке? Выглядишь немного потерянным, – заметил Ксавьер, окинув его внимательным взглядом. – Да, все хорошо, – ответил Ллойд, стараясь говорить как можно более уверенно. – Просто приснился какой-то странный сон. Он решил не рассказывать Ксавьеру о шаманке и ее пророчествах. Это казалось слишком нелепым и пугающим. Лучше забыть об этом, как о страшном сне. Они отправились дальше, и Ллойд старался сосредоточиться на пути, на окружающей природе, на чем угодно, лишь бы не думать о словах шаманки. Но зерно сомнения было посеяно, и он знал, что ему придется вернуться к этому вопросу рано или поздно. Ему предстояло выяснить, кто он на самом деле, и что все это значит. И, самое главное, как это повлияет на его отношения с Ксавьером. *** Ллойд шел впереди, чувствуя на себе взгляд Ксавьера. Солнце светило ярко, но в душе у Ллойда было тревожно. Слова шаманки не давали ему покоя, и он никак не мог отделаться от мысли, что Ксавьер что-то знает. Они остановились у ручья, чтобы набрать воды. Ксавьер, не отрывая взгляда от спины Ллойда, тихо произнес: – Ллойд… я рад, что могу служить тебе. И рад, что ты… изменился. Ллойд резко обернулся. "Служить"? Ксавьер всегда был верным рыцарем семьи Фронтера, и служил ему по долгу, но раньше он никогда не говорил об этом так… лично. Что значит "изменился"? Конечно, с момента вселения Кима в его тело многое изменилось, но он старался вести себя как прежде. Неужели Ксавьер что-то заметил? – Ксавьер… объясни, что ты имеешь в виду? – спросил Ллойд, стараясь говорить спокойно. Ксавьер подошел ближе. В его глазах была преданность, но теперь к ней примешивалось что-то ещё… почти фанатичное восхищение? Ллойд не мог понять. – Я имею в виду… что счастлив быть твоим рыцарем. Исполнять твои приказы. Служить тебе, Ллойд Фронтера. Ты стал… другим. Более… властным. Уверенным. Слова Ксавьера резанули Ллойда. Эта странная почтительность, жертвенность в голосе, его пылкий взгляд… все это вызывало у Ллойда резкое неприятие. – Ксавьер, хватит. Ты рыцарь семьи Фронтера, а я — член этой семьи. В этом вся суть твоей службы. Ксавьер опустил глаза, словно смиряясь. Он зачерпнул воды и, не поднимая взгляда, тихо ответил: – Конечно, Ллойд. Как скажешь. Он отошел к лагерю, оставив Ллойда в полном смятении. Что-то определенно было не так. Слова Ксавьера, его тон, его взгляд… все указывало на то, что он скрывает что-то важное. И Ллойда все больше одолевало нехорошее предчувствие. Что же происходит с Ксавьером? *** Подъем к вершине становился все круче, воздух – разреженнее. Когда до заветной цели оставалось совсем немного, путь им преградили те же существа, что напали на них ранее. На этот раз их было больше, и они выглядели куда более агрессивными. Ксавьер мгновенно выхватил меч, готовый защищать Ллойда, но тот остановил его жестом. – Подожди, – сказал Ллойд, делая шаг вперед. – Давайте поговорим. Мы пришли с миром. Мы знаем, что у вас есть проблемы, и хотим помочь. Он объяснил горным жителям, что они с Ксавьером обладают знаниями и силой, которые могут быть полезны. Предложил свою помощь в решении любых трудностей, с которыми они столкнулись. Но его слова не возымели никакого действия. Горные жители, казалось, не понимали его или не хотели понимать. Их лица выражали лишь враждебность и недоверие. Без единого слова они набросились на Ллойда и Ксавьера. Сопротивляться было бесполезно. Их быстро обезоружили и потащили вглубь горы. Пленники были в темной, сырой камере, вырубленной прямо в скале. Холодный каменный пол холодил до костей, а сквозь щели в стенах задувал ледяной ветер. Ллойд поежился, обхватив себя руками. Ксавьер сидел рядом, прислонившись к стене, его лицо было мрачным. Попытка переговоров провалилась. Ксавьер резко поднялся, решимость сверкала в его глазах. Он подошел к тяжелой деревянной двери и уже занес кулак, чтобы выбить её, но вдруг замер, услышав тихий стон. Ллойд дрожал всем телом, его лицо стало бледным, губы посинели. Холод пробирал до костей, и Ллойд, ослабленный предыдущими событиями, начал окончательно замерзать. Ксавьер мгновенно забыл о побеге. Он быстро снял с себя тяжелое походное пальто и накинул его на дрожащие плечи Ллойда. Затем, опустившись на колени, крепко прижал его к себе, пытаясь согреть своим теплом. Он обнял Ллойда, укутывая его как можно плотнее. На мгновение Ксавьер уткнулся носом в шею Ллойда, непроизвольно вдыхая его аромат. И замер. Что-то было не так. Ллойд не пах как альфа. Вместо привычного терпкого, мужественного запаха, от него исходил сладкий, пьянящий аромат… аромат омеги. Тонкий, цветочный, с едва уловимыми нотками меда и ванили. Аромат, который заставлял Ксавьера дрожать, пробуждая в нем глубоко запрятанные инстинкты. Внезапное осознание ударило его как молния. Теперь он понял, зачем Ллойд искал артефакт, способный изменить вторичный пол. Ллойд врал, что он альфа, чтоб люди верили ему, но Ксавьер не мог понять. Он лишь сильнее прижал к себе дрожащего Ллойда, вдыхая его сладкий, омежий запах, и чувствуя, как в душе растет тревога. Что-то важное ускользало от него, какая-то тайна, которую он никак не мог разгадать. *** Спустя какое-то время Ллойд пришел в себя. Ощущение тепла и сильные руки, обнимающие его, вырвали его из ледяного забытья. Он с удивлением осознал, что сидит на коленях у Ксавьера, укутанный в его пальто. На мгновение Ллойда охватила паника. Он резко выпрямился, пытаясь встать, но Ксавьер лишь сильнее прижал его к себе. Затем Ллойд, словно смирившись, снова уткнулся лицом в плечо Ксавьера, прячась от холода и от собственных мыслей. – Ты уже догадался? – нерешительно спросил он, голос его был тихим и хриплым. – Да, – ответил Ксавьер, его голос звучал глухо. – Но если вы хотите, я найду для вас этот артефакт. Резким движением Ксавьер отодвинул Ллойда от себя и встал. Взгляд его был решительным. Он посмотрел на Ллойда, а затем взмахом меча разнес толстые деревянные прутья клетки в щепки. – Я добуду его для вас, – повторил Ксавьер и уже направился к выходу, готовый броситься на поиски артефакта, не раздумывая ни секунды. Но Ллойд неожиданно схватил его за руку. – Подожди! – воскликнул он. – Я с тобой. И, не дожидаясь ответа, Ллойд бросился следом за Ксавьером, в неизвестность, навстречу опасности и новой надежде. Холод уже не казался таким невыносимым. Рядом был Ксавьер, и это давало Ллойду странное чувство спокойствия и… защищенности. *** Ксавьер почувствовал облегчение, когда Ллойд решил идти с ним. Вместе они представляли собой грозную силу, несмотря на отсутствие оружия. Пробираясь по запутанным коридорам пещеры, они действовали слаженно и бесшумно, преодолевая засады и нейтрализуя немногочисленную охрану. В какой-то момент им показалось, что они заблудились. Коридоры петляли и разветвлялись, словно лабиринт. Вбежав в очередной проход, они неожиданно оказались в огромном зале. Зал был поразительной красоты. Стены из гладкого, словно полированного, камня переливались мягким светом, исходящим от неизвестного источника. Потолок терялся где-то в вышине, украшенный скоплениями светящихся кристаллов, похожих на звезды. По периметру зала возвышались изящные колонны, покрытые замысловатой резьбой. В самом центре зала, на высокой мраморной колонне, лежал артефакт. Он сиял ярким, пульсирующим светом, притягивая взгляд как магнит. Ллойд, не раздумывая, бросился к колонне. Он уже протянул руку, чтобы схватить артефакт, когда в зал ворвалась охрана. Десятки горных жителей с оружием в руках окружили их. В перед вышел один из них, одетый в богатые одежды, отличающие его от остальных. Он упал на колени перед Ллойдом и, подняв руки в мольбе, заговорил на ломаном общем языке: – Пощади! Не трогай Священный Камень! *** Прошла неделя с тех пор, как Ллойд и Ксавьер вернулись из гор. Ллойд, погруженный в свои мысли, медленно брел по длинному коридору фамильного особняка. Он чувствовал себя подавленным. Решение оставить артефакт далось ему нелегко. Зайдя в свою комнату, он без сил упал на кровать, закрыв глаза. "Правильно ли я тогда поступил? – мысленно спрашивал он себя. – Наверное, да… я… же правильно поступил?" В этот момент в комнату тихо вошел Ксавьер. Ллойд, словно почувствовав его присутствие, сел на кровати и молча последовал за рыцарем. Они вышли из особняка, где их уже ждала огромная толпа. Люди стояли молча, с тревогой и ожиданием глядя на Ллойда. Здесь были жители города, солдаты, слуги, друзья, даже королева собственной персоной прибыла, чтобы услышать важное заявление, которое, как все понимали, собирался сделать Ллойд. Внезапно Ллойд расправил плечи, взгляд его стал твердым и решительным. Он начал говорить, и его голос, сначала тихий и неуверенный, постепенно крепчал, наполняясь силой. Он говорил о глупых стереотипах, связанных с альфами и омегами, о том, что истинная сила и ценность человека не зависят от вторичного пола. Он говорил о равенстве, о взаимоуважении, о том, что каждый имеет право быть самим собой. В конце своей речи Ллойд задал вопрос, который заставил всех затаить дыхание: – Скажите, будете ли вы чувствовать отвращение от того, что ваш любимый друг, спаситель, господин Ллойд… омега? Толпа взорвалась криками. Но это были не крики презрения или осуждения. Это были крики поддержки и восхищения. – Нет! – кричали люди на перебой. – Нам все равно! Это же господин Ллойд! Тот, кто спас королевство! Тот, кто защитил королеву! Тот, кто примирил орков и эльфов, помог кентаврам и русалкам! Тот, кто спускался в ад и готов противостоять небу! Ллойд Фронтера! И впервые за долгое время Ллойд искренне улыбнулся. Его сердце наполнилось теплом и благодарностью. Он понял, что сделал правильный выбор. *** После бурных оваций к Ллойду подошла королева. Её лицо выражало удивление, смешанное с любопытством. Она не ожидала такого заявления от барона Фронтеры. Положив руку ему на плечо, она приблизилась к Ллойду и начала что-то тихо шептать ему на ухо. Однако, в середине фразы она вдруг замолчала, словно почувствовав что-то необычное. Она резко повернула голову и посмотрела на Ксавьера. Рыцарь стоял неподвижно, но от него исходила волна едва сдерживаемой ярости. Лицо его было напряжено, кулаки сжаты, а в глазах пылал огонь ревности. Королева тихо рассмеялась, затем снова наклонилась к Ллойду и, еще раз что-то прошептав ему на ухо – что-то вроде "Успокойте своего рыцаря, барон" – с загадочной улыбкой направилась к своему коню. Вскоре она исчезла из виду. Ллойд, не понимая, что именно имела в виду королева, подошел к Ксавьеру. Воздух вокруг рыцаря буквально вибрировал от сильного запаха феромонов, которые Ксавьер, казалось, даже не пытался сдержать. Ллойд с тревогой посмотрел на него, готовясь к любому проявлению гнева, но Ксавьер молчал, лишь тяжело дышал, не отрывая взгляда от того места, где только что стояла королева. *** Ксавьер посмотрел на Ллойда и нервно произнес – Господин! – голос Ксавьера, несмотря на попытки казаться спокойным, дрожал от напряжения. – Почему вы до сих пор не ответили на мое признание? А ходите так, будто ничего не произошло! Вам и правда королева приятнее меня? – Ксавьер с трудом выдавливал из себя слова, пытаясь подавить бурю эмоций, бушевавшую внутри. – Только скажите… ответ… даже отказ. Но только не неизвестность! Она дает ложные надежды, которые сами погибают от этой неизвестности… пожалуйста… Ллойд с нежностью посмотрел на своего рыцаря. – Ксавьер, – тихо произнес он, – я не знал, что ответить тебе… Я очень дорожу тобой… и я понимаю твои чувства… Я сам хотел поговорить с тобой по этому поводу… Ты мне тоже нравишься, мой рыцарь. Ллойд осторожно взял лицо Ксавьера в свои ладони и нежно поцеловал его в губы легким, почти невесомым поцелуем. Напряжение, сковывавшее Ксавьера, мгновенно исчезло, сменившись волной тепла и счастья. Он прикрыл глаза, наслаждаясь этим моментом. После этого, не говоря ни слова, они вместе отправились обратно в особняк.