Уроки красноречия

Фаенон уловил едва заметное колебание в голосе учителя, и это заставило уголки его губ приподняться. Теперь младший смотрел на старшего с любопытством и с лёгкой тенью превосходства. Ему сейчас казалось, что некий рубеж профессора пал, и очень скоро он получил этому подтверждение. — Тебе удалось… — голос Анаксы прозвучал тише, чем обычно, словно он говорил не столько Фаенону, сколько самому себе. — Поколебать мою уверенность. Если ты продолжишь в том же духе… возможно, я действительно приму твою точку зрения. Фаенон склонил голову набок, его улыбка стала шире, почти насмешливой. — Продолжить что? — спросил он с той лёгкостью, которая бывает у человека, уверенного в своей победе. — Хотите, чтобы я прикоснулся к себе ещё раз? Профессор не сразу ответил. Он потянулся к столу за амфорой с вином, и пока алая жидкость наполняла его кубок, Анакса, будто невзначай, произнёс: — Ты ведь знаешь… любое утверждение требует доказательств. Если ты так упорствуешь в своём методе передачи информации, то тебе придётся показать мне, насколько он эффективен. Настоящий учёный всегда начинает с себя. Эксперимент — это ключ к истине. Фаенон почти перестал улыбаться. Пустынная купальня, мягкий плеск воды, мерцание золотистых бликов на её поверхности — всё это создавало ощущение нереальности. А ещё был он — пьяный профессор, чьи слова звучали, как набор приёмов истового демагога, но почему-то, цепляли не меньше, чем его логически безупречные речи на лекциях. Это, всё-таки, была игра. Игра учителя, но Фаенон не собирался в ней проигрывать. Он снова поднял руку и провёл по своей груди вниз, а потом раскрыл ладонь, снова вернулся вверх и захватил грудную мышцу так, чтобы сосок проскользнул между пальцев. Он бросил взгляд на профессора, который неотрывно наблюдал за ним, а потом сжал пальцы. Удивительно, но ощущения были такими сильными, как будто бы Фаенона сейчас ласкал кто-то другой. Возможно, во всём был виноват этот пристальный взгляд Анаксы или вся эта нелепая, но от этого не менее волнующая ситуация. Фаенон закрыл глаза, откинул голову назад, сильнее сжимая свой сосок и тихо застонал. — Открой глаза. — голос профессора прозвучал ровно и невозмутимо. — Если ты хочешь убедить меня в своей правоте… смотри на меня. «Какой же бред…» — подумал Фаенон и от этого ощутил лишь новую волну возбуждения. Он медленно опустил голову и поймал тяжёлый взгляд профессора. Единственный глаз Анаксы горел холодным интересом. Его губы были полуоткрыты, а грудь тяжело вздымалась и опускалась. Фаенон посмотрел вниз на своё полотенце, которое натянулось так сильно, как бы прося освободить то, что было скрыто под ним. Он нащупал край, потянул за него, немного привстал и освободился от этой ненужной сейчас полоски ткани и снова посмотрел на профессора. Тот едва заметно кивнул. Потом он откинулся на спинку скамьи и устроился поудобнее, обхватил ладонью свой напряжённый орган, не спуская взгляда с профессора. Медленно потянул вверх, отпустил, взял головку, помассировал её, а потом снова забрал член в ладонь. Но долго дразнить себя не вышло: острое возбуждение, которое мучило его в последние минуты, требовало выхода. И Фаенон взял нужный ритм. Он подумал, что достигнет оргазма прямо сейчас. Зрительный контакт, который он держал с профессором, только подстёгивал Фаенона. Тот продолжал пожирать его взглядом, так, как будто бы пребывал на пороге какого-то удивительного открытия. Кажется, он даже забыл про своё вино и неподвижно сидел, уставившись на обнаженного юношу рядом с собой. Как только Фаенон увидел между его губ алый кончик языка, то почувствовал, как его накрывает… — Остановись! — прозвучал рядом властный голос. От неожиданности Фаенон и правда удивлённо замер. Надвигающийся взрыв быстро ушёл на задний план, но возбуждение не спало. — О чём ты сейчас думаешь? — почти прошептал профессор. — Ааа…. — Фаенон помотал головой, всё ещё держа в ладони свой член. — О чём мне сейчас думать… я хочу… заняться с вами сексом… — Как ты хочешь заняться со мной сексом? — Да как угодно… — выдохнул Фаенон. — Может быть, спуститься и отсосать вам… А может быть, взять вас… — Взять меня… — Да… — Фаенон понял это как приглашение развить тему. — Опрокинуть вас на бортик, сорвать полотенце и войти в вас… А потом оттрахать, так сильно, чтобы ваше лицо… чтобы оно… ох… вот так… — Фаенон снова начал мастурбировать, показывая собеседнику, как резко и быстро он может двигаться внутри него, помогая себе движениями бёдер. — Чтобы вы… умоляли меня трахать вас ещё и ещё… Если бы сейчас профессор что-нибудь сказал, Фаенон всё равно не смог бы остановиться. Он так ясно представил себе всё, что произнёс, что реальный профессор померк, замещённый профессором воображаемым. Этот Анакса стонал и ахал под Фаеноном, сжимал его ногами, а его взгляд больше не был взглядом хозяина положения. Он был растерянным, мечущимся, просящим… — Мммм! От острого приступа удовольствия в паху пришлось сжать зубы. Фаенон кончил, глядя сквозь человека, сидящего рядом. Когда, несколько мгновений спустя он сфокусировал взгляд на учителе, то увидел, что грудь того оказалась забрызгана спермой. Пара капель попала на его подбородок. Взгляд у профессора Анаксы был совершенно ошалелый.