Einer is keiner

После продолжительного шума в ушах Нил не надеялся услышать желанную тишину. Открыв глаза, он напрягся и тут же плечо пронзила резкая боль. Он закашлялся, стараясь унять дрожь в теле. Складывалось такое чувство, будто по нему табун пробежался. Поозиравшись по сторонам, он заметил, что вообще не в курсе где сейчас находится и отчего так темно, хоть глаз выколи. Спустя несколько минут молчания, он наощупь понял, что его тело было перебинтовано вдоль и поперек и резко вспомнил события прошедшего дня. Вспомнил обеспокоенный взгляд Рене, толчок Эндрю в плечо. Кто-то в него выстрелил… Послышались шаги и тяжелая дверь в помещение со скрипом отворилась. Нил еле смог повернуть голову и уловить силуэт входящего. Он не мог конкретно сфокусировать взгляд на нем, как-будто на зрачки наложили полупрозрачную пленку. Этот кто-то присел рядом с его ложе на полу и протянул ноги, тяжело стукнув подошвой о каменный пол. Это Эндрю, пронеслось в голове у Нила, и он отвернулся, счев попытки разглядеть его тщетными. Нужно было уходить. — Ты никуда не пойдешь со своей раной, скажи спасибо Ники, - услышал он голос, словно тот прочитал его мысли. Нилу было плевать, кому говорить спасибо, он не собирался задерживаться здесь надолго. Он вновь предпринял попытку приподняться, но это не возымело успеха. От досады выть хотелось. Бинты они, конечно, наложили профессионально: ни капли крови, что радовало. — Как звать тебя? Тяжелая рука уперлась в его здоровое плечо, вынуждая лечь обратно и Нил повиновался. Второй раз за день представляться еще, и явно не последний. — Нил Джостен, - буркнул он. Парень покрутил перед его глазами чем-то в руках и тут же сменил тему: — Нахер линзы носишь? Гасишься от кого? Нил от неожиданности повернул голову в его сторону, но к своему счастью он не видел выражение лица собеседника, а перед глазами было мутное темное пятно. — Неважно. — Самочувствие? — Я в порядке, - отрезал он, отвернувшись. Досада охватила его с головы до ног. Эндрю раздражал его одним своим присутствием. Если бы не больное плечо, Нил бы ему всек, и никто бы тогда ре смог разнять их. Хлопнула входная дверь. Джостен не мог даже перевернуться набок без острой боли, поэтому продолжал лежать, а к нему то и дело заглядывала Рене, разбавляя атмосферу своим присутствием. Нил даже почувствовал себя в полной безопасности, находившись в ее компании. —..вот такая история, - завершила она, сложив руки на коленях, - ты так смотришь, как-будто ничего не видишь. Как самочувствие? — Все нормально, самочувствие тоже в порядке, - он чувствовал на себе цепкий взгляд Рене и поспешил опустить голову. — Мне что-то в глаз попало, теперь проморгаться не могу. — Эндрю сказал, что они с Ники пойдут за бинтами Кевину, я скажу им, чтобы и тебе захватили. У тебя, вон, уже не держатся. Нил опять хотел было выдать что-то вроде «не нужно» или «я в порядке», но изо рта вылетело обычное «спасибо». Он помнил его имя. Эндрю. Он слышал, с какой тревогой его друзья произносили это имя когда он шел навстречу Нилу. Когда пихнул его в простреленное плечо. Как Джостен почувствовал тепло, разливающееся внутри, но не от прикосновения. Он только после сообразил, что в его плече зияла дыра. — Не чувствуй только себя виноватым, - она сглотнула, и, пересилив себя, опустила свою руку ему на плечо, аккуратно касаясь пальцами сеточки марли. — Если что-то тревожит, ты можешь рассказать мне. Он поднял голову, но рассмотреть ее миловидные черты лица не мог, и просто кивнул. А что он еще мог сделать, являясь полуслепым, так еще и инвалидом на одну руку, которая заживет неизвестно когда. Он не спешил разочаровываться так скоро, ведь может это просто правда что-то попало ему в глаза и он просто не мог убрать это «что-то». Не мог. Он помнил, как Эндрю налетел на него, и вместо благодарности на Нила посыпалась «легкая» брань. Он мысленно усмехнулся своему успеху, ведь судя по реакции его ребят, он мог сделать что похуже. Дверь неожиданно отворилась, и на пороге замер один из близнецов. Рене убрала свою руку с плеча Нила и повернулась к вошедшему. Того видимо вообще не волновало, что он прервал их, и непринужденной походкой прошел к Нилу, проигнорировав девушку. В руках у него было что-то типа сухпайка и термос. — Я могу… - начала было Рене, но Нил пресек ее идею на ходу, оставляя ее в неведении. — Я сам. Одна-то рука у меня целая. — Рене, оставь нас, - прозвучал стальной голос Аарона. Лишь тогда, когда голос Рене скрылся где-то за стеной, у Нила по спине пробежались мурашки, когда сбоку на шее почувствовались холодные пальцы. — Не бойся, я просто проверяю твой пульс. Боже, да он с утра у тебя галопом скачет, - близнец произнес это несколько с улыбкой, убрав руку, а Нил почувствовал себя беспомощным животным, которого загнали в клетку. Быть слепым перспектива его не особо то прельщала, но он стерпел. — Сколько нам торчать здесь? — Завтра утром будем двигаться, а пока поешь. — Аарон пожал плечами, распечатывая упаковку с печеньем. — Ты че, зрение потерял? — Здесь просто темно, и я нихуя не вижу. Нил решил, что не стоит говорить, что он всего-то почти полностью ни-ху-я не видит, но решил, что будет лучшим решением промолчать. А еще их в жопу ужаленный человек благодетели Никки не отпустит его, если узнает о недуге Нила. От осознания того, что его зрение может садиться с ебейшей скоростью Нилу вообще поплохело. В его руки была всунута упаковка с печеньем и термосом, из которого доносился легкий запах лаванды. Джостен невольно вспомнил время, когда ему было восемь, когда он беззаботно сидел на своем диванчике в гостиной, попивал чай с лавандой и пирожками, а за окном была зима. Он успевал одеться, еле натянув шапку на голову, выбегал во двор и принимался лепить снежную бабу. Тогда тебя не заботили никакие дела, не трясли за грудки его семью, жилось свободно и легко. Он помнил все эти моменты с теплом в сердце. Моменты, когда они останавливались на время в одном из городов своего маршрута и тогда Нил отдыхал, пока отец решал вопросы. Он действительно подолгу отсутствовал, а когда приезжал, то Нил знал, что пора менять место жительства. И они снова оказывались в пути. — Ешь, быстрее. Мне еще к Кевину нужно зайти. — Кстати, кто такой Кевин? - Нил, откусив, принялся жевать. Желудок совсем не хотел воспринимать сейчас пищу, поэтому спустя три укуса Нил отложил печенье в сторону, но термос продолжил сжимать в руках. — Он сейчас отлеживается также, как и ты, - Нил почему-то почувствовал укол совести, но промолчал, так как холодная рука блондина легла поверх бинтов, проверить, хорошо-ли они лежат, и уже приготовился к острой боли, но той не последовало, - я, кстати, Аарон. Я не говорил тебе. Аарон Миньярд. Извини… за брата. — Так Эндрю твой… - произнес вслух Нил и пожалел. Где-то справа раздался смех Аарона. — Да, Эндрю мне брат. Мы близнецы, если ты не заметил. Наверное, сложно было догадаться да? Или это из-за твоих голубых глазок? - чужое дыхание оказалось возле лица. Нил сглотнул. Почему этот парень не сохраняет дистанцию? А от этого Джостен чувствовал себя загнанным в угол кроликом. Складывалось ощущение, что все что он говорил и спрашивал у него, было насмешки ради. Не более. Ужасное чувство. Он запоздало понял, что Миньярд просто рассматривал его глаза без линз. — Как частички небес, затерянные в человеческом облике, у меня мама так говорила, - шепотом. Нил вздрогнул. — Обычно говорят, как бездонное море, - в ответ. Ему не нравилось, это сравнение, но то, как это сказал Аарон звучало необычно. — Она жива? Аарон, удивленный его проницательностью, отстранился и покачал головой. Судя по всему, Нил задел больную тему, и уже не надеялся на ответ, но он последовал спустя несколько минут томного молчания: — Ее кокнул Эндрю, потому что она обратилась. Кстати, - он резко сменил тему, - сегодня вечером ты должен будешь встать на ноги. Хреновое место, - он огляделся. Они действительно сидели почти в кромешной темноте, где не было ни одного окна, - я не хотел бы, чтобы ты спал здесь. Нил лег обратно, поняв, что разговор его уморил и теперь он всеми фибрами желал просто проспать до того момента, пока его отсюда не заберут. — Это когда? — Ну, полежи еще часик-два, - в его голосе стали заметны нотки веселья, но Нил не стал придавать этому значения. Кто знает, что у этих отщепенцев в голове. Нил буркнул что-то неразборчивое, но Аарон принял это, как согласие и быстро покинул помещение, не обмолвившись словом. Уходить по-английски он любил. Опять этот назойливый скрип двери. Бесит. Нил стиснул зубы от боли, попытавшись вновь повернуться на бок. О каком выздоровлении к вечеру, могла идти речь, когда он с трудом двигался? Спустя какое-то время дверь вновь отворилась, да что-ж такое? В проходе возник невысокий силуэт. Чья-то холодная рука вновь легла на плечо и знакомый голос спросил: — Ну что? Теперь как себя чувствуешь, не проверял? Нил помотал головой. Аарон не был похож на брата, тот ему показался слишком черствым. Брюнет попытался встать, и на удивление, плечо не резануло болью, и он со всем удивлением повернулся к Аарону. Того позабавило выражение лица Джостена и он усмехнулся, но Нил его улыбки не увидел. — Забавно. Эндрю с Ники пошли на вылазку, как придут – будем вас собирать по кусочкам. — Он резко перевел тему. — Завтра выдвигаемся. — Куда? Вопрос прозвучал чисто из вежливости. Никуда он с ними не собирался. Не мог. Аарон задумался, вперив взгляд в одну точку. — Куда глаза глядят, - томно ответил он. На этом их разговор был закончен. Аарон помог Нилу встать и они молча двинулись с этой комнаты, которая была похожа на подвал, со слов Миньярда, но это было безопасным местом, которое закрывалось на замок, поэтому Нил провел здесь некоторое время, отлеживаясь. Они прошли, огибая стеллажи с обувью, подобные бутики и отделы с одеждой и Нил понял, что они находятся в торговом центре, когда Аарон все таки вывел его к главному входу. У слепого складывалось ощущение, будто он смотрит через запотевшее стекло или плотную дымку. Яркий свет ударил по глазам, но все равно он ничего не увидел. Лишь очертания коридоров, по которым они шли. Контуры предметов размыты, цвета казались приглушенными. Нил почувствовал, как глаза начинает резать и прикрыл их. Ебучая слепота. — Я могу сам идти, - подал он голос прежде, чем словил скептический взгляд Миньярда. Но все же тот его отпустил, спокойно направившись вперед. А ведь стоило только попросить. Нил двинулся следом за ним, потом потеряв ориентацию в пространстве. Аарон терпеливо вновь подхватил его под локоть и они двинулись дальше. Когда они пришли на место, Нилу предстала небольшая каморка, в которой уместилось две кровати, которые парни, по всему видимому притащили с ортопедического отдела. В кресле сидел уже знакомый Никки, который в знак приветствия вскинул руку. Нил запоздало понял, что с ним поздоровались, кивнув в ответ. — Присаживайся. Аарон подвел его за локоть к одной из кроватей и опустил. Судя по всему еще никто не знал, кроме него, что Нил немного слеп. Он наощупь потрогал подлокотник дивана, и уселся как обычно, не подавая виду. Аарон заметил, как костяшки пальцев Нила побелели, когда он схватился в мягкую обивку дивана, но не стал подавать виду. Кто знает, что у него в голове. Они даже себе не доверяли, не то что друг другу. Смысла толку злиться не было, но Нил злился. На судьбу, на себя, на окружающих. За то, что оказался слаб. Это был всего навсего интенсивный страх перед неизвестностью, беспомощностью и зависимостью от других. В его случае только от Аарона. Послышались шаги и в комнатку вошли трое. Рене вперила взгляд на Нила, и запрыгнув на кровать сзади него аккуратно обняла со спины: — Я так рада тебя видеть, Нил. Это прозвучало искренне. Нил лишь улыбнулся. Он не знал, что ответить. Его все еще пугала неизвестность. — Кстати, насчет Кевина, ему стало хуже, поэтому мы в быстром темпе постарались. — Нил сделал вид, что слышит впервые об этом. Рене начала рыться в карманах, и Джостен свободно откинулся на подлокотник, делая вид, что смотрит на нее. Стало очень противно от самого себя. Он видел лишь ее приглушенный силуэт. Он чувствовал некую неловкость и благодарность Рене, за то что та беспокоилась о нем. Это ведь первичная реакция на доброту и Нил ее ценил, хоть и считал, что не заслуживает такового. — Не нужно. — остановил ее Аарон. — Оставь бинты на Кевина лучше, ему нужнее. Эндрю, все это время сидевший на другом диване напрягся. Ники, заметивший это рванул к нему, прежде чем он успел кинуться на Аарона. — Что ты, сука, сделал? — прошипел он, пытаясь выбраться из хватки Ники, который уже не мог удержать его. Следом подключился Жан, помогая тому. — Ничего я не делал. — Аарон вскинул руки вверх, мол, я тут ни причем и поднялся с дивана, обходя брата стороной. — Мне похер, ты не забыл? Между прочим, Кевин тебя заждался. Нил опустил голову, раздумывая над тем, что он сейчас услышал. Или может быть, произошло что-то, чего он не увидел? Все равно, какая сейчас была разница? Аарон знал, что это подействует на Эндрю как своего рода успокоительное, ведь когда речь заходила о Кевине, на шею Эндрю как-будто накидывали якорь. Он словно черпал силы из самого его имени. Рывком он освободился от хватки ребят и покинул комнату, не оглянувшись. — Далеко он не уйдет, - свистнул Ники, со спокойной душой увалившись обратно на диван, - сегодня мы спасли очередное ебало от мордобоя. Аарон послал безразличный взгляд в сторону Ники и покинул комнату следом. — Что это сейчас было? Все трое, которые находились в комнате устремили взгляды к Нилу. — Это Эндрю опять подумал, что Аарон либо что-то тебе подмешал, либо собирается подмешать, лишние трупы ему не нужны. — невзрачно бросил Хэммик. — Я пойду проверю, как они там. Дверь мгновенно хлопнула, оповещая о том, что Нил, Рене и Жан остались втроем. — Ты с нами будешь? - наконец подала голос Рене. Кажется, она была в шоке не меньше Нила от произошедшего. У Нила ком встал в горле. — Нет, я итак у вас достаточно задержался. Как только плечо заживет, я двинусь, спасибо вам за заботу. — Ему впервые сложно было говорить такие слова ребятам, которые все это время старались для него, добыли медикаменты, выделили кровать и место среди них, - не хочу вас обременять. Некогда погруженный в себя Жан соизволил подать голос: — Comment avez-vous survécu? Джостен вздрогнул. Вот оно, то чувство, когда земля уходит из под ног. — En fonction de ce que vous voulez dire, - ответил Нил, стараясь не выдать дрожь волнения в голосе и уже не переживая на свой счет. — N'ose pas me mentir, tu étais trop ardisant, Abram, – выплюнул он на французском. — Même si je mens, quoi ? Maintenant, nous sommes tous dans le même bateau, - пожал Нил плечами, чувствуя, как злость закипает внутри. Невыгодное положение. Жан поднялся с кровати, опустившись над Нилом: — Mieux vaut me dire comment se sentent tes yeux, – он проигнорировал замечание Джостена. Он и без него это прекрасно осознавал, но был в более выгодном положении, в отличие от самого Нила. — Сука, так это вы все подстроили. — осознание вышибло весь воздух из легких и Нил подался вперед, хватая Моро за рубашку. Удар пришелся аккурат в скулу Жана, и тот отшатнулся, чтобы броситься на Нила с новыми силами. Джостен не жалел, что дал волю эмоциям. С людьми Морияма не было смысла притворяться тряпкой и бить в полсилы. Пазл сложился воедино. Отец, Морияма, братья-близнецы. Внезапно тяжко пострадавший Кевин. Рене. Военные. Нил даже ни на секунду не задумался, а не врал ли Жан? Конечно, с чего-бы ему врать, раз он такое знал? Жан заехал ему несколько раз под дых, мазнул костяшками пальцев по губе, пока Нил уворачивался. Ноющая боль мешала ему сконцентрироваться. Без зрения было худо и ему приходилось ориентироваться на слух и осязание. — Парни, прекратите и давайте на родном языке, - подскочила Рене, хватая Нила под руки. — Abram est-il enfin devenu sudy ? Ichiro serait fier de toi, - Нил расслышал нотки веселья в его голосе. И в то же время он не видел ни-че-го. И его это бесило. Джостен пригвоздил его к стене, чувствуя металлический привкус во рту. В ушах звенело, а Жан этим воспользовался, перехватив его руки и дав коленом по его ногам. Нил не ожидав такой подставы рухнул на колени, но его волосы схватили и с силой пригвоздили к полу. Один неверный рывок и с шеей можно было попрощаться. Рене, быстро среагировав, рывком потянула замахнувшийся кулак Жана в противоположную сторону. И тот на удивление легко подался, Жан отпустил волосы Нила, продолжая прожигать того взглядом. Моро невольно поморщился, когда крепкие руки Уокер буквально пригнули его к кровати. Да, со слепым каши не сваришь. Но Нил был горд собой, что смог дать отпор Жану. Что даже в таком состоянии он смог нанести ему увечья и готов был поспорить, что тоже несколько раз съездил ему по лицу. Двери тихо приоткрылись, впуская Эндрю, Аарона и Ники. Джостен подтащил колени к груди, усевшись возле кровати. — Tu deveras t'enfuir la prochaine fois, Jean, - бросил Нил. Тот вновь подорвался, но был остановлен Эндрю. Взгляд последнего зацепился за рассеченую губу Нила и брови сильнее сошлись над переносицей. Только сам Бог ведал, о чем он думал в этот момент. — Нужно выдвигаться. — провел он черту в разговоре Нила и Жана. — В нашу сторону двигаются кучи тварей, которые желают откусить вам ебало, если вы не завалитесь. Нил почувствовал его напряженный взгляд, но не стал подавать вида. Ники принял сумку Рене, водрузив ее себе на плечо. Кевин, хромая поравнялся с ним. Нил не смог не заметить его внезапного появления. Все разом принялись отмалчиваться, отвечая коротко и по делу. Никто не задавал вопросов в духе «ты в порядке?». Наверное, это сильно бы ударило по их боевому духу, подумал он, спускаясь наощупь по замершему эскалатору. День обещал быть трудным, и Нил уже все распланировал. Ему нужно было только отстать. С этими ребятами у него все равно бы не вышло наладить контакт, а еще этот прихвостень Морияма. Его порадовала перспектива, что Аарон никому не рассказал о его «недуге». Тогда бы к Нилу еще сильнее цеплялись с расспросами. Он даже невольно задумался о том, что будет, когда они поймут, что он отстал и когда обнаружат его отсутствие. Он допустил даже мысль о том, что наверное даже скучал бы по ним, пусть они и пробыли вместе всего ничего. Переговоры между ними то смолкали, то вновь возрастали с новой силой. Никто не обращался к Нилу, все были заняты своими делами. Эндрю смотрел карту и о чем-то перешептывался с Кевином. Аарон с Ники тоже о чем-то переговаривались, Ники шутил, а Аарон недовольно фыркал. Рене что-то объясняла Жану. Тот даже не смотрел в его сторону. Нил вмиг почувствовал себя одиноким, хотя сознательно всю свою жизнь прожил наедине с самим собой и своими мыслями. Не хватало лишь только присутствия отца. Он вновь вспомнил Бриджит с ее грустным взглядом. Он бы хотел снова увидеть ее, прикоснуться к ее сгнившей коже, погладить по темным волосам. Она, наверное, была прекрасна при жизни. В голову ударило кошмарное сочетание нескольких отвратительных запахов, усиливающихся по мере разложения живых существ, которые скитались по улицам забытого Богами города. Калифорния превратилась в побоище. Это ощущалось, как запах протухшего мяса, умноженный многократно. Нил поморщился. Потеряв слух, кажется, его остальные органы чувств усилились. Он шагнул, следом за ними. Глаза уже ничего не видели. Сплошная непроглядная пленка, которую так и хотелось снять с глаз. Со стороны ребят раздался смех: Ники опять неудачно пошутил, а Аарон отвесил ему подзатыльник, словив укор со стороны Кевина. — Идти можешь? - кто-то из ребят спросил у последнего. Ответа Нил не услышал, наверное, Кевин там просто кивнул. Джостен шел за ними и с каждым шагом было все тяжелее, его ноги и тело словно налились свинцом. Он намеренно замедлял темп, позволяя толпе неумолимо удаляться. Сердце тревожно колотилось в груди, и он несколько раз подавлял желание отбросить эту ебанутую идею в сторону, и догнать их, но вновь возвращался к мысли о своем недуге. Будь он полноценным, этого бы не случилось, ведь так? Мысли, как рой назойливых мух, вились в голове, кусаясь сомнениями. «Правильно-ли я поступаю», «а что, если они заметят мое отсутствие?», «когда заметят?», «а может, и не вспомнят вовсе..» Горькая усмешка тронула его губы. Его мучила не только неизвестность будущего, сколько гнетущее чувство собственной бесполезности. Он — обуза. Тяжелый груз, который ребята не подписывались нести за собой. Только лишний рот, который нужно кормить, лишнее тело, которое нужно защищать. Жгучая слеза скатилась по щеке Нила, оставляя соленый след. Он стиснул зубы, борясь с подступающей слабостью. Нет никаких слез. Никаких сожалений. Это просто необходимость, жестокая, но неизбежная. Он сделал свой выбор. Совсем скоро, когда голоса совсем стихли, он остановился, делая глубокий вдох. Впервые за долгое время он почувствовал себя свободным. Теперь он был сам по себе, один на один с этим враждебным миром. И в этом пугающем одиночестве была своя горькая прелесть. Он добрался до близрасположенной стены, обнаружив возле нее огромный кусок камня. Отлично, можно и присесть, перевести дух. И что будет дальше? Его теперь больше прельщала перспектива быть съеденным заживо. Мысли, которые еще с минуту назад вихрем проносившиеся в голове, замедлились. Он почувствовал некое спокойствие, оставшись на одной волне с тишиной. Сколько он так просидел, Джостен не знал, но встрепенулся, услышав неподалеку от себя хрипы и сипение. А вот и гости пожаловали. Нил усмехнулся своей удаче. Они издавали хрипы и что-то похожее на бульканье при каждом вдохе и выдохе. Внезапно раздался гортанный рык совсем рядышком, и хрипы и сипение сменились улюлюканьем. Тихие шаркающие шаги стали отдаляться от него и Нил в непонимании уставился перед собой бы, если мог. Он просто продолжал сидеть на этом одиноком камне, который некогда являлся составляющей одного из неподалеку стоявших домов. Запах гнили ударил в ноздри раньше, чем он услышал приближающиеся шаркающие шаги. Эта тварь, судя по звукам была несколько больше, чем другие особи. Нил за это время еле научился различать мир по запахам, звукам… и он знал его. Этот запах смерти, который висел над городом все эти дни. Он замер, свалившись с камня на асфальт и притворившись мертвым. Его одежда давно уже пропитана этим мерзостным запахом, как и он сам. Страха не было, было лишь ледяное спокойствие и ожидание. Когда шарканье приблизилось, запах стал просто невыносимым и Нил постарался задержать дыхание, чувствуя, как сердце начинает колотиться в груди. Внезапно, что-то холодное и острое коснулось его плеча. Оборванный коготь. Он провел им по его коже вверх к шее, затем еще одним и еще одним. Нил стиснул зубы, ожидая худшей участи. Он уже был готов. Он чувствовал прерывистое дыхание твари около своего лица, этот запах разлагающегося тела, слышал тихое рычание, доносившееся из глотки. И ждал укуса. Ждал той боли, которая разорвет его на части, но укуса так и не последовало. Вместо этого тварь издала глухой рык и когти исчезли с его кожи. Нил лежал неподвижно, боясь даже вздохнуть. Он слышал, как шарканье удаляется и запах гнили постепенно рассеивался. Когда звуки совсем стихли, Нил все еще лежал в прострации и не понимал, почему тварь его не тронула. Может быть, все таки ему удалось ее обмануть? А ведь совсем недавно он был готов отдать Богу душу и смирился со своим прискорбным существованием. Но знал он только одно: ему снова не повезло. Он лежал еще долго, прислушиваясь к мертвым звукам пустого города, пока его ледяное спокойствие не сменилось дрожью. Дрожью не от страха, а от понимания того, как близко была смерть и как мало значит жизнь в этом мертвом мире. Джостен лежал еще наверное час, может два. Потом затекшие от холода руки и ноги дали о себе знать. Он наконец решил встать, и направился куда глаза глядят. Мерно покачиваясь на каждом шагу он пришел какому-то невысокому зданию, которое судя по всему, когда-то было администрацией района. Нил никогда не понимал всей пользы от этой конторы, и не знал, кто вообще туда обращается и зачем. Нашарив ногами лесенку, он сел. Все равно из города он никуда не сунется, так как попросту не сможет. «Все, Нил Джостен, теперь ты заперт здесь до собственного изнеможения. Жри землю, пей дождевую воду, и выживай как можешь, если, конечно, хочешь выжить», - он откинулся на холодную бетонную стену, и вернулся мыслями к Бриджит. Снова к отцу , который улыбаясь отмывает нож от крови. Снова его поучения. Но Нил не задумывался о том, какой он человек на самом деле. Он и мысли не мог допустить о том, что он мог оказаться плохим в лице, не то что сказать ему напрямую об этом. Натан не позволял Нилу сомневаться в себе и толики секунды, но почему-то покинул его вот так. Зная, какой он человек, он бы не стал молча уходить, он бы сказал напрямую Нилу, мол, ты - обуза, оставайся и делай что хочешь. Вот она суровая реалия. И Нил упорно отказывался в нее верить. В один момент Джостен вздрогнул от внезапно накатившего чувства тревоги и тихонько отлип от стены, почувствовав чужое присутствие. Он прислушался. Чье-то тяжелое, рваное дыхание разрезало воздух. Это была не тварь. Перед ним был живой человек. Но в нынешних реалиях встретить человека было страшнее, чем наткнуться на жуткого монстра. Нил резко выдохнул, понимая, что он не один. Кто-то стоял перед ним, пытаясь выровнять собственное дыхание настолько тихо, что у него это плохо получалось. Джостен сглотнул, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Ну почему его не могут оставить одного спокойно влачить существование оставшиеся дни? Спустя несколько секунд незнакомец наконец подал голос: — Нил, какого черта ты тут делаешь?