Холодно, голодно, плохо - нам уже не страшно

И этот звук шагами за спиною во дворе Пусть страха нет, и чтобы телом не стареть Через левое плечо, веришь ли мне? И ты не сможешь умереть, не должен умереть! Концерт Ильи шёл просто прекрасно. Никаких непредвиденных ситуаций. Активный зал, мощные слэмы, много активностей от сапортов. Вообщем, Москва как всегда хороша! Концерт идёт уже около получасу. Илья потный и уже заметно уставший отплясывает и конечно поёт на сцене. Но не смотря на то, что всё казалось бы проходит идеально, почти невозможно было заметить, что Мазелов не такой как обычно. Нет, вокал ни изменился. Да и внешность вроде такая же. Это что-то было незаметно для любого зрителя в зале, но отчётливо видно для его друзей находящихся там же. И в частности его другу Стинту сидящему сейчас в випке. С ним у Корякова состоялся очень важный для них обоих диалог за несколько минут до выхода на сцену. * * * — Ого, гляди! Тут в гримёрке целый автомат с кофе! Ну Москвааа, ну кормит! — Макс уверенно зашёл в комнату. Воодушевлённый и с приподнятым настроение вёл себя на удивление спокойно для такого масштабного концерта на котором ему к слову тоже нужно будет выступать. Шабанов наконец посмотрел на Илью. Ему хватило одного взгляда. Стинт заметил его грустное, задумчивое лицо. Даже после нанесённого гримёром лёгкого макияжа, под слегка красноватыми глазами виднелись не здоровые мешки. Максим давно не видел друга таким, поэтому его последующий вопрос, был весьма очевидным. — Илюх, что-то случилось? Выглядишь не очень. — Последнюю фразу Стинт произнёс с лёгкой ухмылкой, уже успев у себя в голове составить и поверить в теорию о том, что лох бухал в вечер перед концертом, а теперь его мучает похмелье или что-то в этом роде. Но заполненный невероятной силы вязкой грустью взгляд Ильи, переубеждал Шабанова, что дело далеко не в похмелье. Максим обеспокоенно смотря на друга тихо ждал, когда тот соберётся с силами для ответа. С каждой секундой молчания становилось понятно — дело реально серьёзное. — В последнее время у нас с Ксюхой всё было не очень гладко. Очень не очень гладко — Илья сглотнул и будто стыдливо опустил глаза в пол — Я перестал что-либо чувствовать к ней. Вот так, ну просто взял и перестал чувствовать, прикинь? Я себя за это ненавижу. Я начал быть грубым и отстранённым. Но ведь сердцу не прикажешь, да? — Стинт хотел ответить, но Илья его перебил и продолжил — Ну ты наверное и сам понимаешь, что чтобы разойтись от таких долгих отношений нужно время. Я хоть её и не люблю больше, но уважение никуда не пропало. Представляешь что будет если я это на всю свою аудиторию расскажу? Поэтому мы продолжаем играть счастливую парочку. И после каждого такого сеанса притворств, я ну просто гнию изнутри от моральной боли и стыда за свои некотралируемые эмоции. Мне стыдно и отвратительно от этого, но чем больше каких-либо попыток я делал, чтобы вернуть то чувство влюблённости и беззаботности, приводило лишь к большему отвращение как к себе так и к сожелению к Ксюше. И вот понимаешь, я теперь как-будто более пустой. Из меня вырвали часть и оставили взамен болящее и жгучее одиночество. — По щеке скатилась горькая слеза. Всего одна, но самая искренняя Стинт просто молча смотрел на друга не находя в себе ни слов, ни сил что-либо сказать. — Илюх, ну это пиздец… — Только и смог выдавить из себя Макс — Да, знаю я — Илья поднялся со стула на котором сидел и направился в сторону того кофейного автомата, о котором говорил Шабанов, жестом прося составить ему компанию. Стинт покорно и без капельки раздумий отправился за Ильёй. Подойдя к автомату и взяв по стаканчику кофе парни продолжали просто стоять рядом изредка обмениваясь неловкими взглядами. Каждый хотел что-то сказать, но у каждого была причина молчать. Всё же Илья решил раскрыть свою душу полностью. Видимо, чтобы не в едином закуточке не осталось ни единой тайны. — Бля, знаешь. После этого сразу так пусто на душе стало. Мне безумно не хватает банальной любви. Просто хочу как можно скорее выбраться из этой пучины одиночества — после столь красивой фразы в горле плотнее засел ком. Парень поднял взгляд на лампу чтобы не дать слезам контролировать себя. Лампа светила нежным, тёплым светом, что на прямую противоречило сложившейся ситуации. — Вот это я придурь конечно — Мазелов грустно ухмыльнулся сделав последний глоток кофе и выбросив стаканчик. Стинт понимающе положил другу руку на плечо. — Ну… знаешь, что я тебе скажу. Хотя бы то, что вы разошлись без скандала и так хорошо. Я понимаю что в такой ситуации сложно искать плюсы, но может попробуешь отвлечься на что-нибудь хорошее? — Илья чуть улыбнулся мысленно проговартвая фразу, что чуть не сорвалась с его уст, «самое хорошее, что есть сейчас для меня это ты». Но он всё же молчал и продолжал слушать — Любой конец, это хорошее начало для чего-то нового. Лучшего. Всё что ты описал это ужасно грустно и мне искренне жаль, что тебе пришлось пережить, но Илюх, жизнь - быстрая дура, несущаяся на сумасшедших скоростях, и не останавливающаяся ни под какими предлогами. Я веду к тому, что как бы отвратительно банально это не звучало, но время лечит, брат. Рано или поздно ты оставишь это время со всеми его событиями позади, наша с тобой цель уменьшить эти ужасные моменты, этого времени и преодолеть его вместе. Думаю со временем ты сумеешь разобраться в себе и своих чувствах, а пока я буду рядом, как-бы тебе плохо не было. Всегда когда буду тебе нужен — буду рядом и постараюсь тебя спасти тебе помочь. Грусть всё ещё не до конца сошла с лица, но Илье явно было лучше и спокойнее от слов друга. Он робко шагнул вперёд и уже увереннее заключил Максима в объятия со всей силы вжимаясь в него. Стинт не замедлительно ответил тем же. Но для Ильи это было чем то большим, чем просто дружескими объятиями. Среди всей пучины недавних событий, он нашёл островок спасения, что не только позволил ему держаться на плаву, но и стал для него настоящим комфортом. Да, может слишком необдуманно его так называть, но это шло изнутри, оно было искренним. Илья сквозь футболку царапал спину Максима крепко сжимая его, боясь не удержать вероятно. Или того, что какие-либо чувства и эмоции испытываемые к нему пропадут, как те, что было до этого. А слёзы всё же потекли. Потекли по всё той же футболке что парень сжимал, всё того же столь любимого Ильёй человека, всё так же крепко-крепко обнимающего его в ответ и поглаживаяющего по спине шёпотом утешал и подбадривал, что растапливало сердце Корякова всё больше и больше и выводило на новые и новые речушки слёз текущие по щекам. Но уже всё равно на слёзы, на то, что он сейчас перед другом, как не до конца выжатая тряпка, на предстоящий концерт, на волнение и тревогу. На всё всё равно! На всё, кроме ритмичного стука сердца и его обладателя находящихся рядом. * * * У-у, переболи во мне, моя тоска Переборю иль упаду назад Столько бросал словами, сколько не нужно И я не про ракушки и ракушки! По завершению очередной песни Стинт уже не мог держать всё волнение за друга в себе. С каждой песней итак не самое лучшее состояние исполнителя, всё ухудшалось и ухудшалось. Судя по всему волнение с переживаниями за Илью импульсами отправлялось в конечности неконтролируемыми подёргиваниями и ёрзанием на диване при этом не сводя глаз со сцены. — Ребят, как насчёт сделать небольшой перерыв? — Обратился Мазелов к залу. Зал разразился грустными вскриками. — Ой, ну да ладно вам. Ну пожалуйста — парень проговорил эту фразу с наигранной жалобно, что всех не мало позабавило. Как и самово Илью. Усталая ухмылкой появилась и на его лице. Зал выразил согласие. Как конкретно, до конца не понятно, но всем точно было очевидно что ответ положительный. — Сори, ребят, скоро буду! *Подбадривающие крики* Стинт слушал и пытался по этому минимальному проявленияю эмоций на сцене, понять причину такого состояния брюнета. Больше всего пугало, что причина может быть такой же как и до концерта. Не страшась этой и никаких любых других причин для временной остановки концерта, Максим уверенно последовал за Ильёй к нему. В гримёрку. Там он его и обнаружил с прижатыми к груди коленями и откинутым не далеко от себя телефоном. Шабанов рванул к Илье. Не смотря на свою былую уверенность, он всё же боялся услышать что-то понастоящему серьёзное. Максим просто не понимал, как так много хуйни в жизни достаётся его бедному страдальцу - Илье. Абсолютно не справедливо. —Илюх, ты как? Всё в порядке? — Робко проговорил Стинт, медленно подходя и присаживаясь рядом с другом. Медленно, чтобы не спугнуть. Брюнет лениво поднял голову в сторону источника звука — Маааааакс — протянул Илья, устало прикрыв глаза. Он вытянул ноги и сполз вниз по дивану. Коряков выглядел, как выжатый до последний капли пакетик чая небрежно брошенный в раковину. — Блять, Илюх, что случилось-то? Не молчи пожалуйста — Взволнованно спросил Макс. С каждой секундой всё меньше понимая, что здесь мать твою происходит. Шабанов конкретно волновался, а это молчание в ответ его лишь больше добивало и выводило на нервы. — Мааакс! — Из всех мышц у Ильи напрягаличь только голосовые связки и ничего больше. Неужели так всё плохо? — Да что? Что такое? Говори заебал. — Я есть хочу, пиздец — Илья всё же удосужился открыть глаза и посмотреть на Макса абсолютно искренне жалобным взглядом. Стинт на секунду замер, переваривая полученную информацию. — Бляяяяяять, Илья, какой же ты долбаеб бляяя. Я то думал ты тут помираешь от сильнейшей печали которую ты не способен пережить! А ты, пидорас, жрать хочешь? — Громко возмущался Макс. Очень громко. Было такое ощущение, что его можно было из зала услышать. Но зал был занят другим. Там включили музыку как на разогреве, поэтому весь зал был занят делами поважнее. Стинта прорвал шквал эмоций. И весь этот шквал посыпался на обезсилинного Корякова. Сил, да и желания, как-либо себя оправдовать у него не было. Поэтому он молча слушал и внимал все оскорбления и возмущения пока Макс не остыл достачно, чтобы продолжить диолог. — Бля, я тебе клянусь, я таким голодным в жизни не был. Я как-будто год не ел ничего! И я не преувеличиваю! Я скоро сам себя изнутри начну переваривать. — Да понял я, понял. Щас закажу что-нибудь — Закатив глаза раздражённо сказал Макс. Быстрым движением руки он достал из заднего кармана тёмных штанов телефон. Доказывать правдивость своих слов Илье не приходилось. За него это делал его желудок, что жалобно просил своего хозяина выполнить его скромную просьбу и наконец, спустя два дня абсолютной голодовки, соизволить поесть. Причём делал это очень громко. Так громко что о былой злости Шабанов и забыл. Теперь ему стало жалко Илью. И вправду жалкое зрелище. — Я так понимаю тебе не принципиально, что есть? — Стинт перевёл взгляд на парня дожидаясь ответа. Казалось бы на свой очевидно риторический вопрос. — Только побыстрее — Блондин понимающе кивнул и полез в приложение доставки. Спустя минуту бурчания под нос и всё ещё невыносимо громкого урчания в животе у Мазелова Макс в смятении произнёс: — Эээээ, Илюх, доставка только от одного часа. — Ебать, что за бред? Посмотри в другом месте — Возмущённо промямлил парень. — Да я уже где угодно посмотрел. Час это минимум. — Максим, я сейчас уже реально откинусь. У меня так кружится голова… Ты не представляешь, каких усилий мне стоило прямо на сцене ни свалиться. Чел, мне реально херово — Почему-то Коряков испытывал недоверие со стороны Максима и считал что обязан донести до него, насколько ему сейчас отвратильно. — Зачем же ты себя до такого состояния довёл, Илюша? — С заботой, по доброму посмотрел Максим на друга и все остатки его злости мигом улетучились. Он подошёл к нему и поглаживая по голове и перебирая пальцами отдельные прядки продолжил. — Ладно, если уж так, тогда давай я быстренько до магазина сгоняю? — Шабанов уже начал отходить от Корякова, чтобы накинуть неподалеку висящую куртку, но почувствовал как его схватили за руку. Обернувшись он конечно увидел Илью, жалостно смотрящего на него, сжимающего его предплечье трясущейся рукой. Стинт озадачено посмотрел на друга. Заметив глаза полные слёз блондин присел на корточки перед брюнетом. Мазелов всё ещё вжимался в руку друга, не смотря на то, что тот уходить то уже и не собирался, но у него явно есть на это причина. Какая-то точно есть. Максим провёл рукой по щеке Корякова и тихо спросил: — Илюша, ну чтож такое. У тебя глаза на мокром месте! Давай, брат, не грусти. Я рядом. Всё в порядке, ты не один. Ты не один Вот они. Те слова в которых он нуждался всё это время. Такие очевидные и простые, но кажется необходимые как свежий воздух. Услышав эти слова в горле встал ком слёз, что не позволял как-либо отреагировать на столь нужные ему слова. Сейчас было уже то время, когда сил даже плакать не оставалось, и это связано не только с голодом. — Макс, помоги мне. Пожалуйста… — жалобно проговорил Мазелов. Ещё больше сжимая руку парня, не осмеливаясь упасть к парню в объятия — Помоги. Мне. — отрывесто повторил он мучаясь от не возможности пустить хотя бы одну слезу. — Илья… — Грустно промямлил Стинт смотря в красные глаза парня, до синяков сжимающего его руку. Не отдовая отчёта своим действиям, действуя без лишних раздумий, на которых времени сейчас не было, Максим взял брюнета за загривок и подаваясь вперёд осторожно поцеловал его в губы прикрывая глаза. Может от не желания увидеть последствия своего безрассудного действия, а может от удовольствия. Скорее всё сразу. Не просто поцеловал, а максимально чувственно, робко проникая языком в рот Ильи и не встречая сопротивления Стинт соприкосаясь языком с парнем стал слегка прикусывать его нижнюю губу. Максим боязно открыл глаза. Не прерывая поцелуя он увидел выражение лица, что на Илье он ни видел давненько. Абсолютное наслаждение и расслабление. В каком-то смысле даже пробирала гордость за то, что именно Стинт смог добиться такого состояние друга спустя такое долгое время. И никто другой. Илья также начал касаться языком языка Шабанова. Касания напоминали импульсивные поглаживания. Спустя время Максим всё-же отстранился, так же убирая и руку с загривка Мазелова, но прекладывая её ему на ладонь. Илья, как только Стинт отстранился, начал жадно дышать, будто всё это время этого не делал, хотя смотря на то, на сколько он был погружен в процесс, может и ни дышал. Максим добрым и с капельки вины взглядом смотрел на Илью сидящего прямо пред ним. А тот абсолютно счастливыми, но в тоже время и удивлёнными глазами смотрел на него в ответ. — Я жёстко проебался? — Абсолютно без повода промямлил Стинт. Уводя взгляд в пол. Всё что он видел говорило об обратном. Но он решил, что такое мнение тоже имеет место быть. В ответ Илья лишь встав с колен и приблизившись к Шабанову прошептал обдавая его ухо горячим дыханием: — Мне не хватило — Возможно, могло прозвучат как претензия, но совсем ей не являлось. Скорее побужденением к действиям. Он снял с Максима футболку и аккуратно подтолкнул его в сторону лежащего за ним пуфика. Стинт послушно упал на пуфик и просто смущённо смотрел на Илью в ожидании. А тот, после того как быстренько пробежался взглядом по полубледной груди и животу Шабанова, наклонился к его шее. Илья стал оставлять на шее парня влажные поцелуи, а после и прикусывая места поцелуев. От таких прикосновений к эрогенной зоне Максим чуть ли не стонал, запрокинув голову до упора назад, но пока отделался сжатием загривка брюнета нависающего над ним. На ощупь Мазелов нашёл руку Стинта и взявшись за неё позволил ему отдавать импульсы от наслаждения в сжатие её, а второй опирался о пуфик чтобы окончательно не свалиться на блондина. Дальше Илья перешёл и к засосам. Он будто специально оставляя их на самых видных местах сначала шеи, а потом и рук. Оставляя их он с хищным удовольствием смотрел как Стинт прикрывал глаза от наслаждения, просто находясь в моменте этого процесса. Наслаждаясь такой реакцией, Мазелов стал оставлять засосы активнее, ещё сильнее присасываясь к тёплой коже Шабанова. Оставив их столько, сколько посчитал нужным, Илья отсранился. Взгляд упал на визуально саднящие укусы на шее ранее оставленные им же. Мазелов посчитал своим долгом помочь облегчить боль от красноватых пятен на теле друга. Брюнет вновь нагнулся, но теперь конкретно, прямо к шее. Оголённой благодаря закинутой от наслаждения голове шее. Илья, уделял особое внимание им, тщательно зализывая каждый укус на шее парня. Сначала он с невероятной нежностью влажно целовал больное место, а после проводил языком по нему. Шабанов в это время получал от этого процесса неописуемое наслаждение сравнимое лишь с оргазмом. Максим вновь взялся за загривок парня. Кажется это уже стало для них чем-то привычным и стандартным. С каждым прикосновением влажного языка к оголённой коже, Стинт сжимал волосы брюнета, при этом прикрывая глаза и тихо постанывая не имея, не возможности, ни желания сопротивляться происходящему. — Боже, М-макс, ты такой вкусный. Вкус твоей кожи сводит меня с ума. — Илья устало, с лёгкой грустинкой улыбнулся смотря прямо в глаза парню лежащему под ним. — Хах, такого комплимента я ещё не слышал — Стинт переводя дыхание усмехнулся не осмеливаясь поддержать зрительный контакт с Ильёй — Звучит так, будто ты на что-то намекаешь. — Максим всё-же осмелился посмотреть ему в глаза и увидил их полными не договорённости, полными тем что Коряков очень хочет сказать, но держит в себе. Максим считал это и неуверенный в своих выводах просто дал Илье продолжить говорить. — Блять, Макс, это очень смущает, между прочим. Блин. — Максим так же молчал. — Сука… Макс, я блять хочу тебя съесть. Проглотить тебя целиком, ощущать тебя внутри своих органов, внутри своего тела, хочу чтобы ты услышал, как стучит моё сердце совсем рядом, всё ещё стучит благодаря тебе. Хочу долго тебя преваривать, пока ты ёрзаешь внутри меня. Хочу наслаждаться тем с какими звуками пока мой живот постепенно, старательно переваривает. Меня блять такое заводит. Я от этого возбуждаюсь. Сейчас это моё самое сокровенное и искреннее желание. — Выпалив это Илья стыдливо отвернулся тяжело дыша, боясь реакции не все его слова. Какой бы она не была. — Ну так что тебя останавливает? — Илья в не лёгком шоке резко повернулся в сторону друга смотря на него в непонятках. Стинт не знал о чём говорить. Не успел, да и не хотел успевать осмылить. Сейчас он хочет сделать всё, чтобы его другу партнёру было лучше. Хочет удовлетворить все его самые грязные желания, а какой ценой, ему совершенно не важно. В чём причина такого неожиданного «хотения» Максим и сам не знает, но оно идёт откуда-то из глубины души, а значит так надо. — Илюша, для тебя я готов исполнить твоё самое грязное желание. Если ты так этого хочешь, то я готов на всё. — Прокручивание в голове последних фраз Ильи заводило ещё больше и сжигало нахер все сомнения придавая уверенности. — Ты же понимаешь, что скорее всего, уже не выберишься из… — Илья говорил робко боясь что всё хорошее что весь этот день рухнет оказавшись лишь самым лучшим сном. Сломается у него на глазах если он хоть на чуть-чуть повысит тон или протрёт глаза. Ведь не может всё быть так идеально! Не может здравый человек вот так отвечать на вот такие высказывания. Бред же, да? — Из твоего пищеварительного тракта? Ну что уж поделать? И не из такой жопы выбирались! — Макс довольно усмехнулся уверенным взглядом смотря на Мазелова. — Я покорно жду указаний. — Сказал Шабанов усаживаясь на пуфике в позу уверенного человека. — Бляяяяя, я щас гнить начну — Илья от стыда закрыл лицо руками. Эти слова Максима его не на шутку заводили. И от этого было ещё стыднее. Ещё немного и это можно будет понять по выперающему бугорку на шортах. Живот напомнил о себе протяжным мычянием и булькающим переливанием желудочной кислоты, что ненароком заставило Илью представить какие бы ахуительные звуки он издавал, если бы внутри был его кто-то. Как бы стенки желудка плотно сжимали его, не давая возможности активно двигаться. От этих мыслей в член всё больше поступала кровь не давая думать ни о чём другом кроме подступающего возбуждения и самого очевидного способа получить удовлетворение сейчас. Илья перевёл взгляд на Максима. Тот дружелюбно улыбался спокойно ожидая то-ли принятия Ильёй решения, то-ли момента когда же он преступит к действиям. Но в любом случае его дурацкая улыбка выглядела уморительно, давая хоть какую-то возможно переключиться на что-то конкретно приятненькое с этих уничижительных мыслей — Ты не мог бы раздеться? — смущённо произнёс Коряков смотря куда угодно, но не на друга. Стинт с энтузиазмом подскакивает с пуфика и направляется в сторону двери в гримёрку. Мазелов уже было испугался, что он всё-таки перегнул палку, поэтому друг решил быстренько сбежать, пока ещё не поздно. Но зря волновался, ведь Шабанов закрыл дверь на замок. Повернув его он не поварачиваясь к Корякову, стал снимать с себя сначала шорты и носки, а потом повернувшись и трусы. Абсолютно голый Блондин уверенно направился К Илье застывщему от страха. Он совершенно не знал что делать. Мазелов совсем не предполагал, что то что он вооброжает себе вечерами нежно надрачивая себе под пледом может когда-то воплотить в реальность, поэтому он совершенно ни в крусе, что ему сейчас нужно делать и с чего начинать. Шабанов подошёл совсем уж близко. Наколонившись к уху и обдав его горячим дыханием хрипло прошептал — Я в твоём распоряжении. И я хуже грязной шлюшки. Для тебя готов на всё за бесплатно — Вновь тихо посмеявшись Максим потрепал чёрные волосы на макушке парня после сев перед ним на колени покорно выжидая, при этом сверля Коряков игривым взглядом. — Я Не могу! Это слишком… не правильно..? Я. я… — Илья в приступе паники заикался и мямлил. Будучи не способным продолжить говорить он просто замок сжимаясь в комочек стресса. Казалось бы… абсолютно без повода. — А что ты? Знаешь что ты будешь делать? Оооох, сейчас расскажу! Ты меня проглотишь. Целиком, а я буду ёрзать у тебя в желудке не находя правильной позы в которой смог бы удовлетворить себя. А это мне будет очень нужно, учитывая что я нахожусь в какой обстоновке я буду там находиться. Сука, от самой мысли до мурашек пробирает! — Шабанов увидев вопрос во взгляде парня уточнил не смывая ухмылкой с лица. — Ну не буду же я это делать у тебя прямо на глазах? Сделаю прямо под сердцем. Ахуительно звучит, не правда ли? — Илья неуверенно кивнул будучи на все сто согласным. — Твой животик будет очень старательно вырабатывать желудочный сок для расправы со мной издавая при этом умопомрочительное урчание. Со звуками твоего прекрасного животика мне и мастурбиновтаь не придётся, блять, как представлю… хах — Илья с удивлением обнаружил, что его грязные фантазии произнесённый в слух партнёр не оставил без внимания. Взгляд Мазелова невольно упал на вставший член Стинта что смущённо пытался скрыть его ладонями при этом стараясь не потерять свою крутость в этом моменте, что было не очень эффективно учитывая что его натуру сейчас… Оголена. В самом прямом из смыслов. Всё это зрелище напомнило брюнету о своём всё крепчающем стояке, что уже отчётливо виднелся торчащим бугорком на шортах. В связи с этим организм со своими скудными, но в любом случае запасами тестостерона вытеснял панику «сексуальным желанием» так или иначе помогая. Но не больше чем помог Шабанов, конечно. Илья встал на колени рядом со Стинтом беря его ногу в свою руку и вроде как успокоились попросил: — Ложись — После исполнения просьбы Илья всё ещё не уверенный в своей задумке уточнил последний раз. — Ты уверен что ты этого хочешь? Я за тебя волнуюсь. — Подползая чуть ближе и беря вторую ногу парня в руки. — Ты же будешь со мной. С тобой мне ничего не страшно. Только ускорься, пожалуйста. Мне невтерпёж, хах — «будешь со мной» слабо сказано, но формально, это будет так. Максим улыбался так же искренне как и всегда, поэтому сомнения Ильи развеялись окончательно. Проводя большими пальцами по стопами парня настраиваясь и паралельно осматривая веперающие венки также нежно проводя по ним кончиками пальцев. Мазелов обнаружил что у него началось обильное слюновыделение. Теперь он готов не только морально, но и физически. Вдох. Выдох. Илья наклонился беря в гибкий ротик пару ступней. Брюнет сглотнул и перехватился руками за икры. Чувствуя как ноги постепенно исчезают в непроглядной темноте сначала горла, а после и желудка Стинт испытывал что-то, что не возможно описать. То от чего хочется прикрыть глаза и одновременно сморщиться. Смесь чувств тревоги, счастья, страха и наслождения. А наслождению место там точно было! Ощущение нахождение в чьём-то влажно-склизком горле Максиму знакомо, но если рассматривая это в таком смысле, в котором оно происходит сейчас, то градус пока ещё наслождения, повышается до невиданных высот. И осознавать это безумно странно. Илья в это время начал двигаться увереннее, возможно от недостатка воздуха или просто вошёл во вкус, но в любом случае он добрался до одного из самых «трудных» мест. А тут на пути встало ещё одно препятствие. Член. Внезапно Мазелов схватил Максима за жопу. Да, просто взял и схватил. Но не без причины, конечно. Стинт дёрнулся от неожиданности и испуганно посмотрев на Илью. Парень игривым взглядом указал на стоящий мешающий процессу пенис. Больше никаких намёков не надо было. Всё предельно ясно. На растянутом рте было почти невозможно разглядеть кокетливую ухмылку, но Максиму всё же удалось. Он смущённо прижал член к животу одной рукой и неловко улыбнулся Корякову. В голове брюнета пронеслось «ну чё как не родной» после этой паузы Илья продолжил. Спустя минуту Шабанов почувствовал как ноги коснулись дна желудка парня. Желудочного сока по ощущениям там совсем не было, поэтому Максим сумел чуть больше расслабиться отбрасывая худшие из мыслей и полностью погружаясь в… процесс. Стенки желудка ощущались очень странными на ощупь, склизкими, горячими и более влажными чем горло. Дойдя до груди Шабанова живот Ильи уже заметно подрос, ведь его желудок уже вместил в себя ноги парня. Максим видимо почувствовал неловкую паузу, и поэтому решил заняться чем-то полезным. Используя не проглоченную руку он подбадривающе провёл по волосам парня. Илья ели слышно хихикнул, но не позволил другу его отвлекать. Одним рывком он сумел поглотить пространство от груди до плечей и шеи с ярко выраженными засосами. На этом моменте кислорода стало не хватать совсем, поэтому не имея больше возможности медлить Илья кинул довольный прощальный взгляд Стинту и оттолкнувшись от пола запракидывая голову как можно выше сделал финальный глоток, после которого макушка парня скрылась в недрах его организма. В этот же момент Илья рухнул на пол и начал жадно глотать воздух ртом. Вздохнул перемешать с собственными стонами. Но как только Илья сумел прийти в себя хоть немного он посм пешил заявить: — М~, Макс, ты такой вкусный — чуть ли не простонад Мазелов потирая свой полный живот и прикрывая глаза продолжая уде нормальным тоном. — Так и помереть можно — На выдохе произнёс Илья отказываясь на пуфик находясь в полудежащем положении. С этого ракурса было ещё лучше видно его надутый животик с ели видным очертанием тела друга, что выглядело очень эротично. Кстати о друге, тот не спешил шевелиться пока осознавая всю ситуацию. Вокруг очень тепло и скользко, единственное что наполняет желудок, это недавно выпитый стакан кофе за очередным душевным диологом с Максимом. Шум организма наполнил уши. Стук сердца, циркуляции крови, отрывисто-быстрое дыхание в перемешку со стонами. Всю это, чуть ли не доводилось до оргазма. Хоть немного отдышавшись, но всё ещё не прекращая постанывать от приятной боли — Макс, ты там как? — Раздались эхом в ушах Стинта. — Бля, вроде пока жив — Чуть ёрзая заявил Максим вслушиваясь в пока тихие, но частые и такие приятные урчания желудка. Илья конечно почувствовал эти ёрзанья, что показалось ему весьма забавным. Шабанов, набравшись смелости, решил прикоснуться к стенке желудка, что конечно тоже чутко прочувствовал парень снаружи приятной щекоткой. Каким-то волшебным для себя способом Макс понял, что лицом он сейчас направлен в сторону позвоночника, что его совсем не устраивало. Поэтому без лишних раздумий Стинт взявшись за боковые стенки и отталкиваясь ногой от нижней сумел перевернуть лицом «наружу» судя по звукам причиняя адскую боль Илье. Мазелов вскрикивал от каждого этапа переворота внутри него, шипя сквозь зубы и крепко жмурясь. — Тиш, тиш, Илюша, всё-всё прости — Брюнет добро улыбнулся смотря на животик. Он очень ценит людей которые умеют признавать ошибки. Даже в таких очевидных ситуациях. Илья провёл рукой по животу поглаживая рельеф очертания тела. Эти прикосновения стали для блондина последней каплей в чаше возбуждения. И Стинт приступил к выполнению обещания. Обещания «самоудовлитвориться» внутри парня. С хищной, довольной улыбкой он приступил к делу Максим нежно целовал кислые, горячие стенки желудка и чуть надавливая проводил рукой поглаживая где-то рядом с местами поцелуев. Вкус желудка напоминал Шабанову о вкусе батареек или об одном дне, когда он въебал целый пакетик Юпи, не разбавляя водой. Ощущая каждое малейщее прикосновение внутри себя, Илья был в восторге от действий друга. Коряков рвано, но глобоко дышал, чуть-ли не от огразма закатывая глаза от удовольствия. Он не скрывая улыбку наслаждения положил руку на урчащий живот в ответ на прикосновения изнутри. На что в ответ он услышал довольное «хи-хи» Это всё было так нежно и так пошло одновременно. Но всего этого было мало. Шабанов хотел, чтобы Илья стонал и лишь молил прекратить от невозможности ничего с этим сделать. Возбуждённый половой член не давал других вариантов действий и времени на раздумия. Шабанов чуть повозившись, провоцируя большое урчание, пересел на колени. Упираясь руками о боковые стенки он прислонил член точащий смазкой к передней стенке. Потирая членом о них Максим закрывал глаза от удовольствия. Слыша в ответ снаружи на собственные действия не сдерживыемое протяжное мычание постепенно переходящий на рваные тихие стоны в перемешку с учещённым дыханием, а заодно и слыша учащённый темп ритма сердца прямо под ухом Шабанов заводится всё больше. Настолько гиперболизировано слыша все стадии оргазма вызванного им это было для него новым уровнем наслаждения не позволяя останавливаться ни сбавлять темп, ни останавливаться ни на миг. Твердейщий член удобно скользил по влажным мягким стенкам, а они в тоже время послушно проминались. Шабанов так вдалбливался, что снаружи можно было заметить торчащий бугорок. Ограничиваться стонами уже просто не получилось, половой орган истошно просил обратить на себя внимание. Чтобы кончать Илье нужно было лишь ещё немного помощи. Он чуть приподнялся пытаясь дотянуться до полового органа, но как бы он не старался и как бы ни пробовал разные позы дотянуться не получалось. — М-макс, сделай… что-нибудь — только и смог брюнет вымолвить сквозь непрерывестое дыхание. Но изнутри раздавались только тихое мычание и такое же быстрое дыхание и ничего в ответ. Взяв себя в руки Илья приподнялся и неуклюже, почти становясь раком, (только опираясь на плечи, а не руки) Одной рукой Коряков стал придерживать животик для большего ощущения близости, а второй всё же дотянулся до члена и взяв его в руку он уверенно обхватил его. «Руки помнят» пронеслось в голове у Мазелов, что заставило на его потном лице появиться усмешке. Сосредоточившись Илья стал надрачивать себе в темп с блондином. Максим будто почувствовав это замедлился, но стал тереться всей длиной, а не кончиком. Прочувствовав это Коряков послушно подстроился, Максиму эти «издевательства» доставляли некое ищвращённое удовольствие. Он стал возвращаться к прежнему темпу, при этом не переставая тереться всей длинной на радость Илье. Ещё пару толчков и Максим обильно кончает, а в след за ним подоспел спел Илья громко мыча и сжимая ткань в районе живота обезсиленно падая на бок чтобы не навредить парню внутри. — Илюх, я тебя люблю — запыхано проговорил Макс прикрывая глаза и укладываясь поудобнее (Насколько удобно можно было лежать в луже собственной спермы в перемешку с остатками кофе и подступающии желудечным соком). — А я то тебя как — Абсолютно счастливо ответил Мазелов нежно поглаживая живот. — Я ни о чём не жалею — тихо, но отчётливо слышно произнёс Макс поглаживая тоже место в ответ и по доброму улыбаясь. Эта фраза резко спустилась Илью с седьмых небес на землю. Улыбка сразу спала с лица. Брюнет молчит. Как раз в этот момент сам орган подал голос протяжным урчанием и переливанием кислоты. Стинт хихикнул преслушиваясь ко всему процессу, который в итоге должен привести к его смерти. В этом есть шарм, не находите? Коряков не может это вот так оставить. Неужели он позволит собственному организму прямо-таки убить его друга любовь? Нет, конечно нет! Но процесс не обратим. Они оба знали на что подписываются. Илье всегда казалось, что именно он рождён умереть, но не как не убить! В голове гулял рой судороных мыслей, пока Шабанов находился в высшей степени блаженства. Кислота слегка пощипывала ноги, но в этом что-то было. Значит желудок уже принялся к перевариванию жертвы. Издавая мычащие и урчащие звуки в желудок потихоньку поступал сок, так старательно им вырабатываемый. Столько усилий лишь для одной жертвы… Всё это, ощушалось как что-то метафарично красивое для Максима. Убаюкиваясь завыванием живота, частым дыханием парня, стуком его сердца Стинт прикрыл глаза метафорично (!) растворяясь в нём. Он чувствовал Илью лучше чем кто-либо за всю жизнь мог чувствовать, причём во всех смыслах. Это искренне радовало Шабанова. Он закрывает глаза. Илья бегающим взглядом, больше не слыша ничего от парня внутри нервно вскакивает. Он нашёл у себя в голове самое очевидное решение. Пошатнувшись Мазелов встаёт на ноги. * * * Максим ощущает прохладный воздух вокруг. Яркий свет слепит глаза, от чего парень недовольно жмуриться. Он обезсилиной тущей лежит на влажном ковролине. Ощущая это Шабанов замечает, что он сам полностью покрыт какой-то тёплой склизкой жидкостью. Не осливаясь открыть глаза Стинт прислушиваться к происходящему вокруг опасаясь что находиться он далеко не на земле. А скорее над ней. Но слышит он лишь тяжёлой дыхание на перебой с кашлем где-то неподалёку от себя. С большими усилиями, Шабанов всё же открывает глаза, лампа над головой безжалостно продолжает слепить, но не смотря на это, Максим до усрачки рад её видеть! Ведь не могут же в раю быть такие же лампы как в гримёрке вк стадиума, ведь да? Даже звучит смешно! Стинт большими пальцами убирает подозрительную жидкость с лица и приподнимаясь на локтях осматривает комнату. Всё та же гримёрка с тем же пуфиком, с тем же ковролином на котором он и проснулся. Постепенно восстанавливая связь с реальностью Шабанов наконец обратил внимание на источник звука сбоку. Повернув голову он узрел скрючевшегося Илью что казалось почти выплёвывал лёгкие от кашля. А на деле чуть ли не выплёвывал желудок от нескончаемых порывов рвоты. Коряков упираясь головой в пол одной рукой поддерживал обвисщий живот, а второй сильно сжимал себе рот. Ведь тошнить больше совсем не хотелось, особенно учитывая что сблёвывать было уже нечего. И это всё превращалось в нескончаемые, бессмысленные мучения. Увидев это Максим резко подскакивает с места и подбегает к другу. — Сука, Илья! Ты в порядке? Как ты вообще умудрился меня выблевать то? Я просто в шоке, ну нельзя же так… себя колечить! Поток нецензурной лексики вылился на обезсилиного Илью. Дежавю — Ты жив — Тихо проговорил Илья переворачиваясь на спину и смотря мокрым от слёз взглядом в глаза парня. — И? Стоило того? — Хрипло сказал Шабанов жалостно улыбаясь. Он кладёт руку на живот и кончиками пальцев ощупывает рельеф растянутой кожи поглаживая его. — Определённо. — Илья устало прикрыл глаза счастливо улыбаясь. — Эх, я всё ещё голоден — Наигранно грустно протянул Илья прижимая руки к груди. — Хах, нас наверное заждались, тебе не кажется? Нам же с тобой сейчас ещё в дуэте петь — лишь проговорив это вслух, Стинт осознал весь пиздец ситуации, смотря сначала на себя, а потом на Корякова. На себя: мокрого, с пекущими ожогами на коленях и прочитанного желудочным соком. На Корякова: с неестественно деформированным животом и порванными уголками губ. — Эх... пиздец? — Пиздец. — Лаконично подтвердил Мазелов.