Любая наша версия

Шиын замер у двери подземной лаборатории, чувствуя, как пальцы Сухо переплетаются с его собственными. — Ты дрожишь, - Сухо прижал его ладонь к своей груди, где под кофтой с единорогами глухо стучало сердце. — Это я так страшно шучу или... — Твой пульс, - перебил Шиын, щёлканьем кубика останавливая камеры слежения. — 128 ударов в минуту. На 23% выше нормы. — А твой — 111, - Сухо приподнял бровь, целуя его в висок. — Небось формулы в голове гоняешь? Шиын не ответил. Вместо этого он резко толкнул Сухо в нишу между серверами, приглушив его смех губами. Вокруг зависли пылинки, подсвеченные голубым светом кристалла. — Мы в временной петле? - прошептал Сухо, когда Шиын отстранился, чтобы ввести код на панели. — Нет. Просто... Я хотел, чтобы этот момент длился дольше. Они сидели на крыше заброшенного факультета биологии, разглядывая чипы, извлечённые из компьютера отца Шиына. Сухо, разломив плитку шоколада, сунул половинку парню в рот. — Если эти данные правда, мы с тобой... — Синхронизированы на квантовом уровне, - Шиын причмокнул, ловя каплю шоколада на губах. — Мама соединила наши нейронные сети, когда тебе было пять. Поэтому я не мог стереть тебя из памяти. Сухо замер. Даже его ветровка перестала шелестеть. — Так это... всё ненастоящее? Ты и я... Шиын вдруг рассмеялся — звонко, почти по-детски: — Идиот. Формулы — просто числа. А это... - Он ткнул пальцем в грудь Сухо, где светился кулон-кубик. — Оно считает твой смех аномалией. А я — шедевром. Отец Шиына активировал систему, стирающую их связь. Стены лаборатории сжимались, голограммы матери таяли. — Беги! - крикнул Шиын, пытаясь перепрограммировать кристалл одной рукой, другой удерживая Сухо за пояс. — Он хочет разделить нас на... — На молекулы? - Сухо вырвался, прыгнув на платформу с электродами. — Слышишь, ледяной король? Ты проиграл, когда назвал его «образцом 14». Он сорвал с шеи кулон, кинув Шиыну: — Лови! Твой «мост» мне больше нужен! Кристалл взорвался радугой, когда их руки одновременно коснулись его. Волна вышибла стекла, но вместо боли... Они увидели воспоминание: восемь лет назад Шиын прячет в карман Сухо с разбитой коленкой зелёный леденец. «Не плачь. Это... математическое противоядие».

***

Нейроны цветут Сакурой — Ты сознаешь, что теперь мы как квантово запутанные частицы? - Шиын ворчал, перевязывая Сухо руку в медпункте. — Даже на расстоянии... — Буду чувствовать, когда ты врешь про домашку, - Сухо дёрнул его за кончик галстука. — Эй, а если я так... Поцелуй получился неловким — Сухо промахнулся, угодив в нос. Шиын фыркнул, поправляя очки, но вдруг поймал его лицо в ладони: — Позволь. Я вычислю оптимальный угол. За окном внезапно расцвела сакура. В декабре. Лепестки падали на разбросанные схемы, складываясь в форму сердца. — Это ты? - Сухо засмеялся. — Нет. Это... - Шиын покраснел, глядя на их соединённые кристаллом руки. — Наш общий баг.

***

Перед финальной битвой они стояли у ворот института. Бомсок, кусая ноготь с чёрным лаком, протянул им устройство, похожее на старую плёнку: — Это восстановит красный цвет. Но... разделит ваши нейросети. Сухо взял кассету, бросив взгляд на Шиына: — Если мы перестанем быть этим... - он повертел пальцами, изображая взрыв. — Смогу ли я снова влюбиться в тебя? Шиын выхватил кассету, раздавив каблуком. Его глаза горели безумием и чем-то бесконечно тёплым: — Не дам тебе забыть. Потому что... — Потому что я твой шедевр? - Сухо подмигнул. Вместо ответа Шиын стащил с него кофту, накинув свою серую. — Носи. Пока не вернём красный. А потом... — Потом ты примешь мою ветровку как обручальное кольцо? Их смех взорвал первую лампочку на пути к лаборатории.