Детка в отрыве

Утро на кухне Винчестеров началось подозрительно бодро: Джон, держа в одной руке чашку кофе, а в другой — молоток, ставил ультиматум с тем спокойствием, с каким люди обычно заказывают пиццу. — Так, вы двое, едете с нами к тёте Саре, — без особых прелюдий заявил он. Дин, который только что налил себе кофе, застыл с кружкой на полпути ко рту. Лицо его вытянулось, как у человека, услышавшего приговор. — На кой, простите, хер? — У неё крыша обвалилась, — невозмутимо продолжил Джон. — Нужно починить. Кастиэль побледнел как мел. Он медленно повернулся к Дину — в глазах явно маячил смертельный ужас. — Это… та самая тётя Сара? — сипло прошептал он. — Пап, да ну её нахер, — попытался выкрутиться Дин, игнорируя вспыхнувшее в панике лицо Кастиэля. — У меня… эээ… у меня спина! Всё, приехали, хана позвоночнику. Я не поднимаю больше тяжёлое после того, как с Бенни таскали мебель на свадьбу кузена Джо. Кас отчаянно подыграл: — И у меня… дисфункция плечевого сустава! — выдал он с умным лицом, видимо, вспомнив какой-то медицинский термин из своих докладов. Джон смерил их взглядом, как сраных школьников, уличённых в курении за сараем: — У вас будет дисфункция жопы, если через пять минут не будете сидеть в тачке. Быстро, без вопросов! — Блядь… — вырвалось у Дина, прежде чем он успел прикусить язык. В ту же секунду он получил звонкий лещ от Мэри, которая подошла к столу, забирая пустые тарелки. Кас испуганно сжался, но вместо подзатыльника получил мягкое поглаживание по плечу от Мэри, которая ласково пробормотала: — Ты-то, солнышко, хороший мальчик. Дин, скривившись, под столом пнул Каса в бок ногой. Тот вздрогнул и уставился на него с выражением глубокой обиды и лёгкой паники. Мэри, нежно улыбаясь, добавила: — Какая прелесть! Вы уже как настоящая семья — вместе придумываете отмазки. Когда «Импала» свернула на знакомую, заросшую дорогу и припарковалась у дома тёти Сары, Кас инстинктивно пригнулся за сиденьем. Дин, уткнувшись лбом в холодное стекло, злобно прошипел: — Напомни мне, почему мы не сбежали? Кас мрачно покрутил в пальцах одинокий гвоздь, который зачем-то прихватил с собой: — Твой отец забрал мой ноутбук… а тебе пригрозил ремнём… — Да! — возмутился Винчестер. — Как в семь лет! — Так, шпана, вылазим из машины, тащим вещи, — пробасил Джон. Как только Дин и Кас выбрались наружу, второй сразу обратил внимание на дом. Перед ними стоял большой деревянный особняк с облупленной краской и крышей, которая выглядела так, будто сама молилась о милосердии. На крыльце, подбоченившись, их уже ждала тётя Сара. — Ах, мои золотые мальчики! — воскликнула она и, несмотря на зашкаливающий возраст, с пугающей энергией соскочила с крыльца. — Дин, Сэм! Как вы выросли! Хотя Сэмми, кажется, наоборот… Но какие вы… — Тёть Сар, тёть Сар, это не Сэмми, — вмешался Дин, отлепляя тётку от Каса, у которого глаза уже вылезали из орбит от крепких объятий. — О, какой он худенький! Надо откормить! — ворковала она, затапливая бедного Кастиэля в волне духов, пахнущих одновременно персиком, вареньем и чем-то подозрительно химозным. — Спасите… — прошептал Кас, падая в объятия Дина, как в спасательный круг. — Будешь должен, — шикнул Винчестер и, загородив собой Каса, взял на себя всё внимание. — Тёть Сар! Как ваше ничего? Кот ещё не сдох? — Ах ты, хам ты мой родной! — просияла Сара, хлопнула его по плечу и пошла вперёд, уводя всех в дом. Кас стоял и наблюдал за происходящим, пока на его плечо не легла тяжёлая, как угроза, рука Джона. — Кастиэль, ты когда-нибудь пил домашний бурбон? — Не приходилось, сэр. — Ничего, надо же когда-то начинать. Без него ты здесь долго не протянешь, — ухмыльнулся Джон и пошёл за сумками. Внутри дом пах старой древесиной, сыростью и тремя тоннами ароматизатора «Ягодная фантазия». Мэри устроилась на кухне, разбирая продукты, пока Джон с угрюмым энтузиазмом перебирал инструменты, разглядывая многострадальную крышу. А тётя Сара тем временем воодушевлённо повела парней на экскурсию по дому — прямо в самое сердце местного ада: их комнату. — Вот, я вам приготовила! — сказала она, распахивая дверь и указывая на небольшую комнатку с крохотным оконцем под шторкой, полуторной (!) кроватью и мебелью, пережившей Вторую мировую и, вероятно, все сезоны «Костей». Дин, человек, уже прошедший эту школу выживания, молча прошёл внутрь, швырнул рюкзак на стол и снял кофту: — Давай, Кас, переодевайся и пошли к отцу, пока его молоток сам за нами не пришёл. Тётка вышла, закрыв за собой дверь с такой ехидной улыбкой, что Кас невольно вздрогнул. В её взгляде было что-то… кулинарно-угрожающее. Она явно что-то замышляла. Мысль о том, что эту ночь вообще придётся как-то пережить, казалась всё менее реалистичной. В целом, комната для Каса была… ну, терпимой. Если не считать микроскопических габаритов, в которые запихнули двух здоровых мужиков. Чтобы хоть как-то развеять уныние, он подошёл к окну и отдёрнул штору. Кастиэль ахнул и отпрыгнул назад, когда прямо из окна с диким «МЯЯУ!» выскочил чёрный кот и уставился на него огромными зелёными глазищами. — Боже, Дин, что это?! — Ааа, это Генерал Мяу, — не оборачиваясь, отозвался Дин, переодевая штаны. — Генерал… кто? — Мяу, — сдерживая ржач, повторил Дин. — Держись от него подальше. Он ещё тот… убежище. Один раз заглянешь — обратно уже не выйдешь. Кас, с выражением лица «что вообще происходит», открыл дверь и выпустил кота. У него никогда не было домашних животных. Экспериментальный хомяк не в счёт. Кто ж знал, что он вырастет в грызущего свитер психопата, реагирующего на Wi-Fi? Спустя пару минут они вышли из комнаты, направляясь на улицу мимо кухни. — Итак, мальчики! — бодро хлопнула в ладоши Сара, заметив страдальцев. — Сначала обед, потом работа! Надо же вам сил набраться! — А может, сразу на крышу? — с надеждой предложил Дин. — Нет-нет-нет! — покачала головой тётя. — Никто у меня голодным по гвоздям не лазит! Она повернулась к Касу и с нежной жестокостью шлёпнула его по щеке: — Особенно ты, мой милый датский ангелочек! Кас замер, как кролик перед удавом. Удавы обычно не пахнут нафталином и персиковым ликёром, но вот же. Дин сглотнул смех, закинул руки за голову и, качаясь на стуле, прошептал: — Готовься. Это будут долгие, пиздец какие долгие сутки. И в этот момент в дом зашёл Джон, окинул всех взглядом, как сержант перед строем, и рявкнул: — Ну и чё сидим? Кого ждём? — Па, у нас по расписанию сначала обЭд, — с наигранной серьёзностью протянул Дин. — У вас по расписанию уроки труда, блядь. А не то я Мэри расскажу, кто подпалил её фикус, пытаясь поджарить сосиску на свечке. — Откуда он знает?.. — прошептал Кас с лицом человека, которого только что разоблачили за преступление против ботаники. — Ладно, пошли, пока не начал петь за мою успеваемость, — хлопнул его по плечу Дин, и они вышли следом за Джоном. На крыше было жарко, как в аду после капитального ремонта. Воздух колыхался от жары, как жир на сковородке. Джон орал на Дина за криво положенную черепицу, махая молотком так, будто хотел осветить путь в загробную жизнь. Кас стоял, прижавшись к стене, как креветка в кипятке — бледный, потный и без понятия, как сюда попал. А Генерал Мяу, словно надсмотрщик, развалился на нижнем скате крыши, сверкая зелёными глазищами и урча, как стиралка на отжиме. — Он вот-вот плюнет тебе в душу, я отвечаю, — прошипел Дин, уворачиваясь от очередного размаха отцовского молотка. — Ты не знал? Это не кот. Это сосуд древнего духа войны. В прошлый раз он убил крота… лазерной указкой. — Я чувствую, как он проникает в мой разум… У него глаза, как у бездны… — мрачно прошептал Кас, делая шаг назад от зверя. — У Сары тоже. Знаешь, левый глаз — искусственный. Говорят, она сама его вставила, чтобы следить за почтальоном ночью. Он говорит, что глаз мигает… — заговорщицки прошептал Дин, придвигаясь к Касу. — Это неправда… — прошептал тот. — Неважно. Главное — теперь ты не уснёшь, — сказал Винчестер, подойдя вплотную к Кастиэлю. Где-то внизу громко треснула черепица. — Кто там, мать вашу, встал жопой на конёк?! — заорал Джон с нижнего яруса крыши. — Па! Ну кончай уже молотить эту крышу, она всё равно развалится, как только мы уедем! — заорал Дин, вытирая пот со лба. — Слышь, умник! — рявкнул Джон, повернувшись с молотком как скипетром. — А ну-ка взял своего карманного философа и подошли сюда! Тут делов на пять минут — если руки не из задницы, конечно. Дин закатил глаза, но без лишних споров схватил Кастиэля за руку и потащил за собой. — Давай, ботаник, быстрее начнём — быстрее сдохнем. Я, между прочим, вообще не против потом немного развеяться. — Единственный способ развеяться в нашем случае — это кремация, Дин, — мрачно процедил Кас, оступившись на скользкой черепице. От его резкого движения Генерал Мяу дёрнулся, издал обиженное «МРРЯАУ!» и, как ниндзя в отставке, спрыгнул с крыши, исчезнув в зарослях с гордым видом существа, которому тут явно недоплачивают. — Вот блядь, теперь и кот обиделся… — вздохнул Дин, глядя вслед зверю. Ужин у тёти Сары — это был кулинарный Техасский смерч, только пахло не порохом, а жареным мясом, укропом и чем-то подозрительно горелым. Все сидели за скрипучим дубовым столом: Джон, Мэри, Кас с абсолютно потерянным лицом, Дин, изо всех сил изображавший приличного человека, и, конечно, тётя Сара — хозяйка этого бала безумия. На столе дымился гигантский казан с тушёнкой «по фирменному рецепту», салат «что нашлось» и горы какого-то печенья в форме… котов. Генерал Мяу царственно сидел на подоконнике и, не моргая, смотрел на Каса, как будто только он знал, сколько процентов мышьяка в этом вареве. — Кастиэль, милый, бери ещё! — затараторила Сара, пододвигая ему ложку, по размеру больше, чем его лицо. — Спасибо, я… я пока ещё перевариваю первое дыхание, — осторожно пробормотал Кас, не отрывая взгляда от котлеты, которая, казалось, слегка двигалась. — Ужинаешь ты как призрак. Смотри, сдует! — хохотнул Джон и залил себе ещё бурбона. — А ты, Дин, чего молчишь? — спросила Мэри, прищурившись. — Я просто даю организму шанс выжить, мама, — ответил он, глядя, как кот уже загребает лапой что-то с тарелки Сары. После ужина, обнятые перееданием и безмолвной паникой, Дин с Касом сбежали в свою комнату, как два дезертира с поля гастрономической битвы. Дин завалился на кровать, вытащил из рюкзака две банки пива и, не глядя, кинул одну Касу. — Ну что, чем займёмся? Кас поймал банку, сел на край кровати и окинул комнату тяжёлым, обречённым взглядом. — Дин, у меня после этой твоей фразы уже, по-моему, триггер появляется. — Кас, я вообще половину твоих слов не понимаю — и ничего, живу же. — Здесь нет ни одной книги, — с трагическим оттенком произнёс Кастиэль, будто сообщил о конце цивилизации. — Это дом тёти Сары, Кас. Тут книги жгут, чтобы не замёрзнуть зимой. — А чем вы вообще развлекаетесь? Ну, кроме как закидываетесь подозрительными веществами и тусуетесь в чужих домах? — Кас прищурился, потом чуть оживился. — О, можно в карты сыграть. На желания. Кажется, в вашей культуре это приемлемо? — В карты?.. — Дин фыркнул, открывая банку. — Не, я в карты больше не играю. После того как одному чуваку загадали сесть голой жопой на ручку велосипеда, а второму потом — её лизнуть… — Что?! — Кас чуть не уронил банку. — Я серьёзно. Это был последний мой покер на желание. Травма до конца жизни. — Но я бы тебе такого никогда не загадал, — искренне удивился Кас. — А я бы тебе — да, — хохотнул Дин, отхлебнув пива. — Поэтому никаких, сука, карт. Повисло неловкое молчание. В комнате уже стояла кромешная темнота — лишь редкое пшшш открываемой банки пива да где-то вдалеке истеричный вопль ночной птицы, которая явно знала, в каком доме оказалась. — Кас, может… — начал Дин, но тут же прикусил язык. Слишком поздно. Кастиэль повернул к нему голову с выражением «ты серьезно?». Винчестер в ответ сжал кулак и сделал тот самый жест, покачав рукой в воздухе. — У нас нет ноутбука, — заявил Кас, будто это какое-то научное препятствие. — Не беда, — Дин уже листал телефон. — У меня тут пара видосов… — Ну ладно… если чисто в научных целях. — Конечно, профессор, чистый эксперимент. Минут через пять в темноте комнаты, под скрип кровати и короткие вздохи, две правые руки усердно трудились, каждая над своим «исследовательским объектом». — Дин, ты филонишь, — критически заметил Кас. — Твой КПД падает. — Да заткнись, — огрызнулся Дин. — Видео просто говно. Кастиэль продолжил методично работать рукой, но и у него что-то шло не так. То ли луна не в той фазе, то ли аура дома тёти Сары давила, но развязка не наступала, а член уже начинал напоминать пересушенную пустыню. — Блин, — буркнул Кас, глядя вниз с выражением глубокой обиды на физиологию. Потом перевёл взгляд на Дина — тот ловко скользил по своему стволу, собирая капли смазки с головки и снова пускаясь в путь. Дин поймал его взгляд и замер в понимании. — Да ёб твою мать! — выдохнул он, плюнул на ладонь и одним уверенным движением провёл ею по члену Каса. Эффект был мгновенным. — Ах! — Кас дёрнулся, как от удара током, глаза округлились до размера чайных блюдец, и… — ТВОЮ МАТЬ, КАС! — зашипел Дин, отдёргивая руку от очереди белых струй. Ботаник кончил буквально ему чуть ли не в ладонь. Винчестер вдруг начал ржать. — 1:1, сука! Он быстро довёл себя до финиша, закусив губу, чтобы не застонать слишком громко (в соседней комнате же тётя Сара!). Его лицо скривилось в блаженной гримасе — хорошо, что темнота скрывала этот позор. Тем временем Кастиэль, с перемазанными руками и бёдрами, на ощупь искал, чем бы вытереться. Найдя какую-то футболку, энергично протирался. — Я требую реванш, — буркнул он. — Ага, конечно, — саркастически фыркнул Дин. — Неси седло. Потом Винчестер прищурился, глядя на вещь в руках парня: — Эй… Это что, блядь, моя футболка?!