Громче чем тишина

Леви немного пожал плечами, но его взгляд не отрывался от цветов в его руках. Он чувствовал, как тепло Эрвина касалось его кожи, его присутствие было таким близким, что казалось, он мог почувствовать каждую эмоцию, что скрывал Леви. Но парень всё равно оставался закрытым, как книга с запертой на ключ страницей. — Ты не понимаешь, — тихо сказал Леви, не поднимая глаз. — Я не знаю, как это всё работает, как быть с кем-то, даже если хочется, даже если в груди всё горит. Мне проще быть одному. Смит замолчал, понимая, что каждое его слово может оттолкнуть его. Но он не мог отпустить Леви, не мог позволить ему чувствовать себя одиноким в этом мире, где казалось, что все не имеет смысла. Он аккуратно убрал цветы в сторону и, не говоря ни слова, медленно повернул Леви к себе. Их глаза встретились, и в этот момент, когда пространство между ними стало тесным, когда воздух наполнился тишиной, Леви почувствовал, как его сердце немного замедлило пульс. — Я здесь не для того, чтобы тебя спасать, — сказал Смит, его голос был мягким, но уверенным. — Я здесь, чтобы быть с тобой. Даже если ты этого не хочешь, я останусь рядом. Я не уйду. Леви не мог сдержать вздоха. Он был упрямым, это правда, но стоило Эрвину быть рядом, и внутри начинала загораться слабая искорка чего-то тёплого и понятного. — Ты правда не понимаешь, — шепотом сказал Леви. Он мог бы оттолкнуть его, сказать что-то грубое, но вместо этого его рука медленно коснулась плеча Смита, как бы подтверждая его слова. — Ты можешь быть рядом. Это всё, что мне нужно. Эрвин не сказал ничего, только немного наклонил голову, и их лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Леви почувствовал его дыхание, его глаза горели, как огонь, готовый поглотить всё вокруг. Он не мог больше игнорировать эту тянущуюся близость, этот безмолвный зов. И тогда Смит, осторожно, но решительно, наклонился вперёд. Леви не отступил. Они встретились в поцелуе, медленно, как будто время замедлилось, и весь мир остался где-то далеко. Их губы слились в тишине, в нежности, которую они оба так долго скрывали. Это было не что-то страстное, но в этом было всё — мягкость, доверие, и то, что они оба искали, но не могли найти. Это был момент, когда они оба, несмотря на всё, что происходило между ними, просто были собой.