Грешная святость

Улицы Лофу Сяньчжоу полнились людьми, это было одним из самых густонаселённых мест, которые только встречал на своём пути Лоча. Мимо проходящие жители улыбались ему и здоровались с ним, прекрасно зная торговца, хотя слава эта больше была связана с лекарскими способностями, а также добрым сердцем. Он завернул несколько раз и многолюдные и яркие улицы сменились, картина стала довольно удручающей; сидящие у влажной стены пожилые с тряпкой у ног, на которой лежал товар, или спящие на газетах. Но его путь лежал ещё дальше. Завернув за угол, Лоча пришёл к тупику, но совсем не был этим разочарован. Опустив на землю закреплённый на спине гроб, он провёл по его поверхности рукой. Экстравагантный аксессуар всегда привлекал внимание, со стороны казался громоздким и вызывал много вопросов. Пальцы коснулись узоров, напоминающие те, что делают на столбах в одной очень далёкой стране, где торговец побывал, а затем на их кончиках появилось зелёное свечение. С тихим щелчком он открылся. Лоча отошёл. «Этот парень снова не оставляет мне выбора…» В гробу тихо спал молодой мужчина, его лицо красовалось на множестве листовок, расклеенных по всему Альянсу Сяньчжоу. Оно было несомненно красивым, в нём сочетались мужественность и трудолюбие прошлого кузнеца, мастера своего дела, великого человека, что получил признание долгоживущих видов, а также усталость клинка, который так и не смог вернуться в ножны, продолжая бессмысленное сражение. Чёрные пряди обрамляли лоб и щёки, ничего из этого больше не было украшено кровью, как и тело. Всё забрал и впитал в себя гроб или, скорее, то, что спит в нём… Длинные пульсирующие лианы обвили грудь, талию, ноги, руки — абсолютно всего Блэйда, не давая ему пошевелиться, когда тот придёт в себя. Словно это было произведение искусства, Лоча с благоговением смотрел на спящее лицо, его улыбка стала шире после того, как он проверил, что на теле не осталось ни шрама, ни следа алой крови. С некоторым усилием подняв руку, торговец коснулся щеки, убирая прилипшую к ней прядь, провёл ниже, к губам, надавив на нижнюю и оттянув её… Взгляд Лочи стал темнее, что-то щёлкнуло внутри него. Ладонь скользнула ниже, так быстро, как прыгает змея на добычу, и остановилась прямо на разрезе. Пальцы забрались под ткань, сжимая кожу под руками, грудь была такой упругой и тёплой, будто не вздымалась раньше с трудом, как у будущего мертвеца. Этот контраст сводил Лочу с ума. Тяжело сглотнув, он почувствовал, как жар, желание, опустились от сердца к желудку, затем — к паху. Второй рукой схватив ремень чужих штанов, он с щелчком расстегнул его, звон потонул в биении сердца, что отдавал в ушах. Головка члена была розовой, но достаточно сухой, когда торговец поднёс свой собственный член, сочащийся смазкой, он криво усмехнулся. Очень упрямый… Губы Лочи легли под челюсть, прикусывая кожу. Он с наслаждением наблюдал, как там распускается алый, совсем отличный от цвета крови, полный страсти и похоти. Его рука надрачивала два члена, их смазка смешалась, помогая скольжению. С каждым движением внутри разгорался всё больший жар, заставляя лоб покрыться испариной, а дыхание сбиться, но торговец лишь продолжал своё маленькое вложение в своё хорошее настроение, отмечая кожу. Ему нравились маленькие точки, что напоминали укус комара, очень надоедливого, постоянно находящегося рядом и по воле судьбы спасающего, и укусы, будто их оставил какой-то дикий зверь, один из тех созданий, которых встречал на пути мечник, пытаясь умереть, но этот след не сойдёт быстро… Он будет с Блэйдом каждый раз, когда тот решит посмотреть в зеркало. Горячее дыхание коснулось уха мирно лежащего в гробу, призывая к пробуждению. — Неужели спящей красавице нужен поцелуй? Но в ответ ему ничего не прозвучало. Блэйд лишь лениво приоткрыл свои глаза, будто кот, что проснулся, чтобы удовлетворить желание своего хозяина и вновь лечь спать. Кончики его глаз слегка покраснели от возбуждения, а губы упрямо поджались, но он не мешал, просто поддавшись упрямым действиям торговца по его соблазнению. Лоча простонал ему в шею, кончив. Не только он излился на их одежду, испачкав её в белой сперме. Она была мало заметна на белой ткани торговца, но вот на чёрной куртке мечника… Блэйд чувствовал расслабленность в теле и вместе с этим головную боль, надеясь, что его почистят от этого срама. Впрочем… неважно. Когда он задумался о чём-то своём, возможно очень далёком, а может и недавней смерти, его щёки с усилием сжали. Его рот насильно открыли и впились в него, просовывая язык, что призывал ответить на этот поцелуй. Лоча прижался ближе, повернул голову, углубив контакт, звучащие между ними пошлые шлепки затмили его разум, наполнив лишь желанием обладать, присвоить этот взгляд, эти мысли — чтобы там был лишь он. Не кто-то другой… Не кто-то, ради кого нужно было подставляться под меч… Торговец прикусил нижнюю губу, но Блэйд лишь одарил его всё таким же ничего не выражающим взглядом, будто ему было всё равно, что дальше сделает с ним Лоча, будто приведи он его к Обители Божественного Предвидения и начни трахать там, вбиваясь в зад и пытаться выбить стоны на глазах местных жителей, что когда-то его знали и даже чтили, как талантливого кузнеца, это не может быть хуже вечной жизни, постоянных скитаний в поисках ничего, того, чтобы мчаться в за человеком, что виноват в его проклятии, а затем отпустить. Пусть Лоча, этот проворачивающий свои планы лис этого не сделает, Блэйду было всё равно. «Но всё же это лучше… чем ничего». Снова закрыв свои глаза, казалось, Блэйд собирался вновь уснуть в этом гробу, но он ответил на поцелуй. Его действия были вялыми, почти вынужденными, но они были. Зелёные глаза Лочи блеснули, в них искрилась радость и удовлетворение от этого маленького изменения. Ладонь скользнула по сильным бёдрам, поглаживая их, когда их губы расцепились. Жарким дыханием они обжигали друг друга и дрожь бежала по телу, заставляя предвкушать чего-то большего. Проведя от бедра по колену, Лоча прижался губами к уже покрасневшему уху, что спряталось за чёрными прядями — как очаровательно — а невинный голос торговца влился в него: — Лечение подошло к концу, — Блэйд чувствовал, как Лоча улыбался. Это было довольно легко понять, — но ты можешь остаться для более длительных процедур… Блэйд открыл и закрыл глаза, это было похоже на простое моргание. И почему от него все требуют какой-то инициативы… мечник сдержал вздох, что собирался вырваться из его груди.