Гримуар

— Встретимся на рассвете. Он аккуратной поступью, стараясь никого не разбудить, вышел из дома, ещё когда ночь не покинула землю, затем перескочил через калитку, обогнул три дома и рванул через лес. Место встречи — поле. Эта встреча — последняя. Добравшись до поля, он принялся ждать, поглядывая на розовеющую зарю. — Эй, Юн! — прозвучал позади уже раздражающий голос. Юноша обернулся и увидел пробирающегося среди колосьев пшеницы врага. — Ты опоздал, — констатировал факт Джонхан. — Солнце уже высоко. — Разве время имеет смысл, когда дело касается этого? — насмешливо бросил Гаон и достал из кармана мешочек, из которого даже сквозь грубую тёмную ткань лился пронзительный голубой свет. Юн машинально дёрнулся в его сторону, чтобы отобрать предмет, но парень ожидаемо отошёл и цокнул. — Какой ты невоспитанный, только увидел кристалл и сразу ручонки потянул, а поговорить? — Я не разговариваю с идиотами и ворами, — теперь уже без капли терпимости отрезал Джонхан и одним движением руки рассёк воздух тьмой. Со стороны казалось, что он просто оторвал кусочек мироздания на секунду, заменив пустоту чернотой. За одно лишь мгновение воздух вокруг них окрасился в чёрный, земля ушла из-под ног, и Джонхан исчез. Противник, испугавшись, полетел вниз и попытался ухватиться хоть за что-нибудь, он даже выпустил свои чёрные крылья, которые совсем не слушались его, заставляя с каждой секундой проваливаться всё ниже и ниже. Ему казалось, что он летит в сам нижний мир, но это было лишь начало. Из ниоткуда стали выползать тени, а над головой со свистом пролетали лезвия. — Демон! Что ты творишь?! — истошно кричал Гаон, чувствуя, как слуги тьмы хватают его за конечности и обездвиживают. Вдруг раздался лязг меча, и орудие яростно вонзилось в пространство между ног скованного. Гаон побледнел от осознания неукротимости этого мага и в страшном испуге попросил его о пощаде. Вслед за мечом из темноты вышел и сам Джонхан. Он медленно подходил к своему пленнику, обескровливая его своей теневой аурой, и смотрел на него не жестоко, скорее азартно. — Я не делал тебе устное предупреждение? — словно это будничный разговор, спросил его Юн. — Д…делал, — не отрывал от него взгляда Гаон. — Я не присылал тебе писем с просьбой вернуть кристалл? — он сделал ещё шаг, и меч, вонзённый между ног пойманного, стал неспеша двигаться в сторону тела. — Присылал, — теперь взгляд парня был прикован к неумолимо приближающемуся клинку. — Может быть, я не приходил лично? — он подошёл совсем близко к нему. В глазах Гаона бегущей строкой кричало «спасите!». Джонхан привстал на колено и одним рывком вытащил клинок из пространства. Взглянув на свою жертву с милой улыбкой, он стал нежно водить остриём по его телу, изредка надавливая на него до кровавой росы. — Не хочешь одарить меня ответом? — Приходил, — враз клинок оказался на его шее, а Юн больше не выглядел игриво. Парень оттянул его за волосы назад, надавливая лезвием посильнее. Гаон зажмурил слезящиеся глаза, и губы его задрожали в надвигающейся истерике. Когда он украл ради спора кристалл соседней республики, он не думал, что будет иметь дело с одним из семьи потомственных тёмных магов. — Так почему эти три дня я был вынужден бегать за тобой? Мне доложить вашему генералу? С каких пор курсант из Виса лезет на территорию Армы? Джонхан правда не хотел впутываться в это дело, ему со дня на день предстоит покинуть родную тёмную сторону и отправиться в нулевую империю, но три дня назад выяснилось, что пара студентов военной республики Вис пробрались в сердце Армы и выкрали неприкосновенный кристалл, в обыденности парящий на городской площади, и разбираться с этим пришлось ему как почти вступившему в сенаторы. Их часть света поделена на три империи: тёмную, светлую и нулевую. Тёмная империя — империя Вале, государство, разделённое на республики: Арма, Экша, Вис, Эмунд, Ноция, Цеста и Мора. Каждая из республик автономна, управляется сенатом и занимается своим ремеслом, но всех их связывает один император, которому подчиняются все три империи. Эта местность подпитывается тёмной энергией и светом Луны. В ней могут жить и светлые существа, и тёмные, но каждый чужеземец будет чувствовать себя неуютно и несчастливо, находясь не на своей земле. У многих возникает эффект, словно они не в своей тарелке. Это необходимо для энергообмена этого мира. Тёмное к тёмному, светлое — к светлому, но друг без друга им никак. Джонхан родился и прожил до двадцати трёх лет в республике Арма в семье потомственных тёмных магов. Они, как старейшая семья Армы, причастны к делам республики и империи в целом. Семья Юн, как и остальные, культивировала тёмную магию, но помимо неё у них была собственная, родовая, та, которой часто пользовался Джонхан для поддержания уважения и стабильности. Республика Арма — главная кузница оружия всех империй и столица чернокнижия. По всей местности буквально расставлены точки для исполнения ритуалов, словно общественные туалеты. Из года в год именно здесь зарождалась магия тени и контакта с демонами. — Как думаешь, сколько стоит твоя жизнь? — не отступал Джонхан, не отрывая клинка от чужой напряжённой шеи. По влажной коже уже бежали кровоподтёки, Юн забрал кристалл ещё в момент своего исчезновения, но довести наглого курсанта до истерики и укрепить статус родной земли он обязан. — Н… не знаю, — уже рыдал перепуганный, обессиленный парень. — А я знаю, — твёрдо сказал мучитель. — Твоя жизнь стоит как кристалл республики Арма, — раздался оглушительный хлопок, курсанту показалось, что это взорвалась его голова, но туман рассеялся, и они оказались на том же месте, с которого и начали. Гаон схватился за голову, проверяя, на месте ли она, и кинулся в ноги строго смотрящему на него Джонхану. Тому было мерзко видеть и чувствовать это, но отталкивать уверовавшего пацана не хотелось. — Запомни это на всю жизнь. — Простите меня, умоляю! Да сразит меня демон из Моры, если вновь выкину что-то такое! — он лепетал, как провинившийся ребёнок, истекающий кровью, и, когда Юн помиловал его, курсанта как ветром сдуло. — Ополоумевшие дети, — устало произнёс вслух Джонхан. — Теперь ещё домой лететь, — одной силой мысли на его спине раскинулись огромные чёрные крылья, перья которых были настолько угольными, что отливали под восходящим солнцем холодным синеватым оттенком. С громким взмахом он поднялся к небу и поспешил домой, ведь сегодня день благодарения. День благодарения — праздник, проходящий раз в год, когда все империи без исключения кутят и пируют. В это время детям поощряется практически всё, ссоры разрешаются и обиды прощаются, потому что именно в этот день кристалл каждого региона, который созревает целый год, преподносится Вселенной для поддержания обеих энергий. В этот праздник каждая империя поднимает своё светило самостоятельно. Светлая империя поднимает Солнце, тёмная — Луну, и так они чувствуют себя едиными со своим покровителем. Через час Джонхан оказался дома. — Забрал кристалл? — сразу поинтересовалась мать. — И тебе доброе утро, — саркастично ответил сын, садясь за стол, голосистый желудок напомнил, что он пуст с самого подъёма. Позади парня мама готовила что-то на плите, продолжая петлять в своих мыслях. — Забрал и вернул на место, — он поймал одной рукой отскочившее от женщины зачарованное яйцо и снял с него проклятье. — Зачем ты научил своего брата зачаровывать яйца? — одарила его грозным взглядом женщина. — Он теперь все яйца, какие только видит, зачаровывает! — Главное, чтобы не те не зачаровал… — хотел было сострить Юн, но получил совсем незачарованный подзатыльник. — Ладно, поговорю с ним! Как-нибудь. Писем ещё не было? — Вроде были, загляни в ящик. Джонхан, даже не поворачивая головы, вытянул руку в сторону, и прямо ему в кисть прилетела нехилая стопка писем. Положив их перед собой, он стал искать нужное. — От госпожи Ли, от господина Чона, от легата легиона, от сената Армы, от флота Виса… Да где же? — он перебрал почти всё, и оставалось только одно. — Вот оно! От Высшей Магической Академии Нулевой империи. Джонхан открыл письмо и бегло прочитал его, задержавшись взглядом за заветную строчку. — «Силой, данной достопочтенным императором и ректором академии, зачисляем вас на курс по обретению полной силы тёмного мага». Мама, меня взяли! — радостно воскликнул он, заключая дорогую мать в крепкие объятия. Женщина заливисто засмеялась и прижалась к сыну в ответ. Перед Джонханом открылась потрясающая возможность обрести полную силу и законно присоединиться к сенату, ещё и в такой день. Воистину день благодарения. — Я не ожидала другого результата, ведь ты потомственный тёмный маг, ты станешь одним из сильнейших, а после твоя сила прославит родную республику, — на последних словах женщина дала волю эмоциям и немного прослезилась. Джонхан больше не видел в ней всесильного родителя, который защищал его и учил основам тёмной магии. Теперь он вырос и обнимал постаревшую мать, которую сам защищал уже несколько лет. Он бы тоже поплакал, но ему нельзя. — Я не подведу вас, — тихо сказал он и магией испарил предательски выскользнувшую слезу, — и стану величайшим тёмным магом. — Как ты думаешь, какая сила у тебя будет? Каждый человек рождается с магией, в зависимости от его происхождения и чистой случайности со стороны Вселенной. Соответствующая ему энергия, тёмная или светлая, даётся ему гораздо легче, но это не отменяет того, что светлый маг может освоить минимум тёмной магии и наоборот. У каждого человека помимо базовой есть ещё своя собственная сила, присущая обычно какой-то естественной стихии: вода, огонь, воздух, земля, камень, электричество, звук, свет и прочие. Эта сила появляется только в момент полного осознания человеком самого себя и открывается полностью, только если он принимает её. Ни один человек не может считать себя полноценным магом, пока не откроет в себе суть. Закон всех земель запрещает использовать магию во вред мирным жителям. Тёмная магия часто используется в ритуалах и магических обрядах, также она может быть источником энергии для механизмов, но для тёмной магии нужен откуп. Тот, кто будет жаден по отношению к ней, расплатится рассудком. Наиболее подвержены изменениям личности из-за тьмы светлые маги. — Я думаю, сила молнии, — не особо задумываясь, ответил ей Джонхан. Ему всё равно на его стихию, он вполне успешно, хоть и с титаническими усилиями, овладел тьмой и тенью, профильная магия нужна ему лишь чтобы получить статус полноценного мага. Для этого и существует Высшая Магическая Академия Нулевой империи. — Выше поднимай! Выше! Вира!Тьма тебя побери! — матёрый суровый плотник учил своего подмастерье вешать праздничные плакаты и строить будки, из которых будут раздаваться угощения. С другой стороны расставляли столы для пирушки. Несмотря на то, что империя тёмная, она никогда не считала себя негативной или негостеприимной. Люди там были такие же, как и везде, только их подпитка шла от Луны и тьмы. Со сцены послышались звуки гитары, ударных и вокала, а значит, их местная музыкальная группа начала распеваться для праздника. Для Джонхана сегодня последний день дома. Завтра он отправится в путешествие на неизвестное количество времени. — Привет, Джонхан! — к парню подбежала его старая школьная подруга, которая полгода назад получила силу воды. — Я заметила тебя ещё на том конце, боялась не успеть попрощаться, — скорее всего, она бежала через всю площадь, потому что никак не могла отдышаться. — Привет, Ерим, — он натянул на себя улыбку. Джонхан был рад переходу на новый уровень, но он никогда не выезжал за пределы империи, и, несмотря на то, что он вырос и стал действительно сильным магом, он смертельно боялся. Выпорхнуть из родного гнезда, нарочно пойти на страшные, возможно кровавые испытания, зная, что он может из них не вернуться, остаться одному на чужой стороне — это было слишком ново и жутко. Большинство людей вполне счастливо жило без полной силы, Джонхан — один из самых сильных магов в Арме, неужели сенат того стоит? — Отъезжаешь в нулевую империю? — с едва заметной горечью спросила девушка. — Да, завтра на рассвете, — монотонно ответил Юн с тоскливым взглядом, и они замолчали. Хотелось заполнить эту тишину, но сказать было нечего. После пришедшего утром письма у Джонхана и аппетит пропал, и чувство праздника угасло, и тьма в глазах сгустилась. — Что ж, — поджав губы, пробормотала подруга, — удачи тебе, Джонхан, надеюсь, у тебя всё получится, — она похлопала его по плечу, напоследок улыбнулась и собралась вернуться к своей семье, но юноша остановил её. — Подожди, — торопливо попросил он и, купив у стоящего рядом торговца яблоко в карамели, передал ей. — Спасибо, милый. Да сопроводит тебя лунный свет, — положив руку на его грудь, она пропустила через неё пару голубых лучиков, таким образом благословляя старого друга. — И тебя, — уже в пустоту сказал Джонхан и вернулся к семье. С этого момента его жизнь перестала быть прежней. На рассвете Юн Джонхан, тёмнорождённый маг республики Арма, империи Вале, отправился в путь за своей сутью. — Чем ближе к нулевой, тем жарче, — сказал он, стирая пот со лба спустя три часа пути, когда они с извозчиком подъезжали к границе. Нулевая империя — империя Вита, государство без республик, империя с одним большим одноимённым городом, который подпитывается обеими энергиями и в котором проживает действующая власть — император. В ней чаще всего строятся нейтральные школы и академии, наподобие той, в которую так стремился Джонхан. Эта империя появилась в результате череды жестоких войн между тёмной и светлой империями. Две противоположности желали сохранять суверенитет, но не смогли сделать это мирно. В кровавый период мировой истории, произошедший около ста лет назад полегло столько магов, что оставшийся в живых усталый генерал собрал мирные остатки обоих народов и вонзил меч в землю между двумя соперниками, отделяя их друг от друга новой империей — нулевой. С того генерала пошёл род нынешнего императора, который вот уже как тридцать лет подряд удачно сохраняет и продолжает возделывать полученную кровью и жизнью землю своих предков. Между империями существует союз — Мермаерская уния, заключённый в городе Мермаер, светлой империи. Светлая империя — империя Вения, государство, разделённое на регионы: Саннар, Мермаер, Ардор и Аттент. Каждый из регионов имеет своё народное собрание, но все они подчиняются столице империи — Мермаеру. В ней каждый регион занимает свою нишу, но большинство торговых сделок в Вении связаны с выходом к океану. В отличие от тёмной империи, у светлой нет такой развитой армии и целой военной школы, но сформирован самый крупный военно-морской флот, готовый защищать государство со стороны большой воды. — Почему остановились? — резкая остановка вывела Джонхана из своих мыслей. Он оглянулся на извозчика, который застыл в немом ужасе. — Что случилось? — он слез с повозки и затёкшими ногами подошёл к мужчине и наконец понял, на что он так испуганно смотрит. — Ликаны, — с трудом отодрал язык от нёба тот. — Одичавшие, целая свора. Действительно, со стороны леса нулевой империи набежала стая озверевших оборотней. Ликаны по природе своей являются крупными волками с разумом, которые с течением магической эволюции смогли обращаться в людей и мирно сосуществовать с другими расами. Но если ликан долго находится в обличье волка или на него накладывают необратимое проклятье, то он теряет рассудок и ведёт себя крайне опасно и агрессивно. — Разворачиваемся, — осторожно сказал извозчик, стегая лошадь, но та от страха также не двигалась. — Не мы наткнёмся на них, так кто-то другой, — серьёзно ответил Юн на побег. — И вот у других, быть может, не будет шанса. — А у нас он есть! Уходим! — шикнул на него извозчик, что был минимум в два раза старше. — Нет, — осадил его юноша, — ещё поборемся. — Как мы будем бороться? Против одичавших ликанов нет противоядия! — Почему нет? Есть, — как-то спокойно и тихо сказал Джонхан. — Единственный способ побороть одичавшего ликана — убийство. Он сделал шаг вперёд — волки предупредительно оскалились и зарычали, защищая свою территорию. — Не бойтесь, я сделаю это безболезненно, — аккуратно проговорил парень, сконцентрировав в руках две чернющие сферы. Они были настолько окутаны тьмой, что любой свет, проникший туда, больше никогда не возвращался. Что-то пробормотав на латыни, он бросил одну из сфер в ближайшего волка. Зверь принял смерть стоически, он громко заскулил и, забившись в конвульсиях, будто в тесной клетке, осел на землю безжизненным телом. Следующими пошли не две сферы. Джонхан заговорил почти сотню смертоносных частиц, которые, как дождь, окропляли всё новые и новые трупы. Маг не жалел ни сил, ни диких зверей, он холодно и расчётливо укладывал их один за другим до тех пор, пока поляна не стала обложена чёрными бездыханными телами. «Всю стаю перебил», — подумал извозчик, в замешательстве глядя на то, как Юн сжигал магическим огнём убитых. Его мотивы были вполне понятны, но это не отменяло жестокости всей ситуации. — Более не принимайте решений без меня, — без эмоций попросил мужчину душегуб, севший обратно в повозку. Извозчик скованно кивнул и стеганул лошадь. Через час он прибыл в нулевую империю, ещё через час — получил пропускной свиток и направление в аудиторию для распределения. Академия выглядела как гигантский готический замок со своими потайными комнатами и секретами. Вместо светлой энергии там использовали свечи, а вместо механических печатных машинок писали перьями. Всё это было сделано, чтобы концентрация разных энергий была минимальной и все магические существа чувствовали себя комфортно. Но Джонхану комфортно не было. Спустя время после приезда он стал ощущать едва заметные признаки отравления, и хотелось поскорее найти свою комнату и подремать, но… — Смотри, какой мрачный, — с издёвкой сказал один первокурсник другому, глядя на проходящего мимо замученного Юна. — Смотрю, по-любому тёмный, — прыснул с его вида второй. — Давай его расшевелим? — гаденько предложил он, и его приятель довольно кивнул. Они незаметно прибились к толпе таких же студентов и с помощью магии тихо подкинули Джонхану в капюшон мантии солнечную сферу. Та сразу ослепительно засияла, заискрилась, как праздничный салют, и подняла такой треск, что сам ошарашенный маг шлёпнулся задницей на землю и искупался в солнечных брызгах. Его чёрную мантию покрыло белёсыми пятнами, и он стал похож на неудавшегося светлого мага. Сами заговорщики загоготали и убежали. У него и так был не самый лучший день, он демонически скучает по дому, а тут ещё и этот отвратительный розыгрыш. Парень обернулся и увидел группу посмеивающихся над ним студентов. Они просто хохотали с нелепости ситуации, а не над самим Джонханом, но его уставший отравленный мозг воспринял всё слишком лично. Приметив самого яркого смехуна, он посчитал, что именно он шутник, и обратил к нему испепеляющий взгляд. — Это, по-твоему, смешно? — громко спросил парень, но даже так никакой жути из-за своего пёстрого внешнего вида он нагнать не смог. Взмахом руки с тёмным заклинанием он снова вернул себе нормальный вид, но опозоренная честь требовала расплаты. — Прости, это правда было забавно, — с улыбкой ответил ему явно светлый маг. — Я не терплю забав, которые пятнают чужое достоинство, — стараясь держать себя в руках, доносил до того Юн, но светлого снова разорвало смехом от слова «пятнают», потому что секунду назад этот тёмный выпендрёжник был в пятнах. — Ты насмеялся достаточно для дуэли. — Дуэль? — прыснул незнакомец. В светлой империи никто подобным не занимался, им казалось это чем-то глупым и устаревшим. — Да ладно тебе, Сынчоль, — подстрекнул светлого один из компании. — Согласись и наваляй ему так, чтобы больше не зазнавался. Чхве подавил очередной смешок и вышел к тёмной истеричке. — Удиви, — уверенно сказал Чхве. — Шутники вперёд, — парировал Юн. — Хорошо, — развёл руками Сынчоль. Раз такое дело — поддаваться он не будет, и неважно, что эту сферу вообще не он ему подкинул. Светлый маг сложил руки в небольшой круг и создал сферу солнечного света, не игрушечную для розыгрыша, а самую настоящую, от которой тёмный маг может чувствовать себя раздавленно. Замахнувшись, он отправил её прямиком в тёмного. С каждой секундой полёта сфера увеличивалась и достигла дуэлянта размером с баскетбольный мяч. Джонхан сильно обжёг руки, но успешно разбил световую атаку силой тьмы. Болельщики светлой стороны приободрились, битва набирала высокий градус, потому что Джонхан просто горел от злости. — По-моему, неплохо для шутника, нет? — насмешливо поинтересовался оппонент, а тёмный промолчал, ещё распинаться перед ним будет. — Мне кажется, он считает, что слабовато, — нашептал Сынчолю тот же заговорщик. И Джонхан действительно смотрел на него вызывающе, но ничего не делал, словно он ждал, пока тот покажет всю свою силу, а Юн его после этого размажет. — Слабовато ему, — теперь уже без шутки процедил Чхве и наслал на Джонхана целый солнечный дождь, но тот укрылся от него тенью и исчез. — Где он? Куда пропал? — послышались шепотки после спадения световой бури. — Испугался и сбежал, — отметил себя победителем Сынчоль, но тут на них всех опустилась такая непроглядная тьма, что даже собственного носа не было видно. Оппонент стал озираться по сторонам, ожидая нападения со спины, но вместо этого ему с разных сторон стали наносить сильные удары по всему телу. Стоило ему увернуться от удара в живот — прилетало в голову. Он пытался бороться, но это не был живой человек, его избивали многочисленные тени, и казалось, что мучениям и конца и края не будет. На него напало неподъёмное чувство безысходности и проигрыша, а ведь Джонхана даже не было видно. — Выйди, — сплюнув кровь, тяжело позвал его побитый парень. По всему телу расползались кровоподтёки, в правом боку кололо, словно резали кинжалом, а один глаз и вовсе заплыл. Тени рассеялись, и прямо перед ним появился победитель. Джонхан смотрел не насмешливо и не превосходствующе, ему тоже было больно, но совсем по-другому. — Как тебя зовут? — Юн Джонхан. — Страшный ты человек, Юн Джонхан, — тяжко и мучительно парень поднялся на ноги, и тут прибежал декан. — Вы с ума сошли? И дня не прошло, как вы уже подрались! — эта женщина, похожая на маму Джонхана, знающая этих двух молодых людей всего две минуты, отчитывала их, как мальчишек, не поделивших игрушки в песочнице. Она бранила то одного, то другого, то обоих сразу, и создавалось ощущение, что весь факультет пришёл смотреть на их двойное обесчестивание. — Сынчоль, ты ведь из такой приличной семьи, вы потомственные целители! Зачем ты его калечишь! — корила его женщина, словно родитель, хотя больше искалеченным был именно он. Светлый тяжело вздохнул и виновато опустил взгляд. — А ты что? Ты вообще из древнейшей семьи, ты должен быть гордым и не вестись на всякие провокации! Ты сенатор, а ведёшь себя хуже дворового шпанёнка! — ножи полетели в сторону Юна. — Я на вас обоих санкции применю, поняли меня? — она погрозила каждому пальцем. — Понял, Чхве? — Да, — сразу раскаялся и без того избитый, опухающий Сынчоль. — Понял меня, Юн? — она обратилась к тёмному, но тот, глядя на неё, обиженно и протестующе, явно боролся с собой, чтобы признать свою ошибку. — Что, не понял? — Понял, — преодолев себя, согласился с поражением Джонхан. Несогласие всю жизнь текло в его крови, а желание добить этого светлого взлетело к небу, однако он понимал, что его за это вряд ли только отчитают. — За тобой, — декан указала Юну в грудь свитком, — я буду следить особенно пристально, меня оповестили о том, что ты можешь сделать. Это чтобы ты отныне спокойно не спал. Отчехвостив всех, женщина удалилась, а маги, убийственно взглянув друг на друга в последний раз, разошлись. Они думали, что больше никогда не встретятся, но Вселенная, похоже, была другого мнения на этот счёт. Всех первокурсников повышения магии собрали в одной аудитории. К ним вышел сам ректор с торжественной речью о благоразумности и возвышенности общего желания всех присутствующих здесь. Затем он стал объяснять программу обучения. — Каждый из вас — маг, закончивший своё основное образование. Вы уже не дети, и испытания вас ждут не детские. Получение высшей силы — роскошь или чистая удача. Вы можете познать свою суть, идя в обувную лавку, но наша многолетняя практика показала, что лучший способ получить свою полную силу — отправиться на испытания с компаньоном. С большими приключениями приходит большая ответственность, никто не гарантирует вам ни получение силы, ни то, что вы останетесь в живых, но если вы жаждете знака, то прямо сейчас я вам его предоставляю — вы на верном пути, — он сделал драматичную небольшую паузу под звук аплодисментов. — Программа вашего пути зашифрована, все указания вы будете получать накануне. А теперь следите за тем, как решается ваша судьба. Я озвучиваю списки компаньонов. Он начал зачитывать пары. Джонхану было всё равно, кто ему достанется, он привык решать свои проблемы в одиночку, и лишнее тело только помешает ему достичь своей цели. Они договорятся ещё на берегу и отправятся в путь раздельно. — Юн Джонхан, — очередь дошла до него, тёмный маг в напряжении замер, — и Сюй Минхао! Юноша в облегчении выдохнул, хоть и понятия не имел, кто это. Но тут к ректору подошла их декан и что-то нашептала. — Прошу прощения, поправка: Юн Джонхан и Чхве Сынчоль! Нет, Джонхану не настолько всё равно. Это ведь тот облезлый светлый маг, с которым он сцепился из-за бездарного розыгрыша! Нет, этот трикстер не оставит его в покое, не даст получить свою силу и нарочно станет его раздражать. Весь рассерженный Юн излучал целые клубы тёмной энергии, и светлые маги, сидящие рядом с ним, просто сбегали подальше, чтобы не нахвататься чужеродной энергии. — Ваша первая точка на карте — лабиринт забвения.