Охота на лисье сердце

Ран и Ён одновременно открыли глаза и сделали жадный глоток воздуха. Утренний свет уже пробивался в комнату, а красный цветок, стоявший на небольшом столике, совсем засох. Первой на пробуждение отреагировала Ю Ри, она набросилась на Рана и прижалась к нему всем телом. Девушка просидела в ожидании всю ночь и под утро выглядела уже совсем измотанной и опустошенной, но не смотря на это безумно счастливой. Син Джу, как верный лис уснул на коленях своего хозяина только час назад, но проснулся, почувствовав движение в комнате. Он увидел живого Ёна, прослезился и потянулся с объятиями. - Господин Ли Ён, как же я без вас, - тихо поскуливал Син Джу. - Дак я же не умер вроде, - Ён пытался прийти в себя, Ран вырвал свою руку из руки Ёна и посмотрел на засохшую кровь на ладони. - Мы не спали всю ночь и я так боялся, что вы не очнетесь, - Син Джу выглядел не лучше Ю Ри, даже не смотря на то, что ему удалось немного поспать. - Когда ты уже заткнёшься, свали отсюда, - Ран пнул ногой Син Джу, его голова раскалывалась, а Син Джу продолжал ныть и никак не хотел затыкаться.

***

Через пол часа Ён нашёл Ю Ри и Син Джу мирно спящими на небольшом диване, на плите стояла помытая сковорода, видимо Син Джу хотел что-то приготовить и не рассчитал силы. Живот Ёна издал громкий урчащий звук, но уставшего друга будить не хотелось. Ён достал аптечку и намотал небольшой бинт на раненую руку. Нужно было найти что-то из съедобного, но как назло готовой еды в холодильнике не оказалось. На всякий случай Син Джу всегда оставлял заначку в виде еды быстрого приготовления, и к радости Ёна в шкафу завалялись несколько пачек. - Ран, ты будешь токпокки или рамëн? - Ён приоткрыл дверь, показывая две пачки, на одной были изображены острые рисовые палочки, а на другой лапша. - Нормальная еда у нас уже закончилась? - усмехнулся Ран. В последний раз он ел что-то подобное до появления Ю Ри в его жизни. Ёну так не хотелось признаваться в своей небольшой слабости, что от просто продолжал молча стоять в дверях и упрямо ждать ответа. - Тогда токпокки, - Ран отвернулся, скрыв улыбку своей рукой и услышал как дверь в комнату закрылась. “Это должно быть просто. Выложить на сковороду, залить водой и засыпать специи, потом накрыть крышкой” - Ён читал инструкцию на упаковке, а потом начал переглядываться со сковородой, стоявшей на плите. Ён сделал всё по инструкции, ну или почти всё. Про себя горный бог конечно тоже не забыл и поставил чайник с водой, чтобы потом залить лапшу кипятком. Пока вода нагревалась, а токпокки жарились на сковороде, Ён достал из холодильника варёное яйцо, почистил и нарезал на половинки. Он залил лапшу кипятком и почувствовал небольшой запах гари, тем временем токпокки уже прилипли к покрытию сковороды. Ён схватился за голову и кажется вспомнил почему он так редко готовит что-либо. “Ну когда вы успели подгореть” - он нервно соскребал полуфабрикаты со сковороды и на глаза попало изображение из инструкции к продукту, на нём была чётко нарисована сковорода, накрытая крышкой. Ён долил кипятка из чайника, засыпал специи из пакетика и накрыл всё это месиво крышкой. “Что-то же точно получится” Через пару минут Ён уже накладывал получившееся в тарелку и надеялся на непривередливость своего брата. Ён вошёл в комнату и Ран почувствовал запах горелого, а потом перед ним поставили что-то отдаленно напоминающее токпокки и протянули палочки для еды. - А это что? Только не говори мне что ты умудрился зажарить токпокки быстрого приготовления, - Ран приподнял брови, осматривая местами подгорелые рисовые палочки. - Твой завтрак и обед на сегодня. Думаю Син Джу и Ю Ри проснутся только к вечеру или в худшем случае проспят до завтра, - Ён слегка покраснел, наблюдая за тем, как его брат ковырялся палочками в тарелке. - Никогда не думал что скажу это, но я уже скучаю по твоему щенку, - пробурчал Ран, а его живот издал недовольный и голодный звук урчания. Ён закатил глаза и пошёл на кухню. “Чёрт, я совсем забыл про лапшу” Ён посмотрел в тарелку со своим раменом и разочарованно выдохнул. Лапша совсем разварилась в бульоне. “Ничего, специи как обычно всё исправят" Ён высыпал специи и сушеные овощи в тарелку, сверху положил яйцо и направился в комнату, где Ран уже ел свою порцию токпокки. Блюдо спасала лишь сильная острота, которую так любил Ран. Ён сел напротив, с чувством выполненного братского долга, и палочками поддел лапшу, прежде чем шумно с хлюпаньем всосать. - Видимо ты решил, что раз спас меня, пару раз махнув мечом, то теперь мы с тобой братья навек? И я забуду то, что именно ты меня чуть не убил? - Ран пронзительно смотрел на Ёна, но в этот раз за этим взглядом скрывалась надежда. Эту надежду на сближение Ран всячески не признавал и пытался отрицать, но от этого и последних событий та становилась только сильнее. - Ты признаёшь, что я тебя спас - это уже достижение. Никогда не упущу возможность побыть героем, - Ён же скрывал за самодовольством свою заботу о младшем брате, ему также было в новинку выставлять на показ сокровенные чувства и свои слабости. - Не могу понять: ты пытаешься сблизится или выбесить меня окончательно? - Ран привстал, преодолевая боль в животе и вырвал из рук Ёна тарелку, на половину наполненную лапшой и бульоном. - Эй! Это моё, - недовольно возразил Ён, но при этом ничего не предпринял. - Отдай хотябы моё яйцо, - растерянное лицо Ёна показалось каким-то немного детским, будто у маленького горного бога отобрали его игрушку. Ран тем временем переместил оставшиеся острые токпокки в бульон и палочками захватил половинку яйца, тут же отправляя в рот. - Как ты вообще ешь настолько острое? - Ён поморщился, теперь он точно не сможет есть такой острый рамен. - Острое ненадолго даёт забыть о том, что ты мой брат, - Ран тихо по-лисьи фыркнул, стараясь не смотреть на Ёна слишком долго, уткнулся взглядом в тарелку перед собой. - На самом деле я беспокоился и не хотел потерять тебя сразу после того как нашёл, - произнёс Ён без какого-либо смущения. Ему нравились их шутливые перепалки, но всё же захотелось, чтобы Ран знал о том, что у него на душе. Ран замер словно у его шеи только что оказался острый клинок, потом сглотнул и поперхнулся от неожиданности. Ён быстро отреагировал, приблизился и несколько раз похлопал брата по спине. Рану становилось страшно от слов Ёна, ведь он ощущал как невидимые верёвки всё сильнее стягивают его тело и душу, как внутри разливается приятное удовлетворение от услышанного, ему так сильно хочется верить в каждое произнесенное слово. Верёвки на груди затягиваются всё сильнее, перекрывая доступ к воздуху. Ран кашляет и Ён ударяет по его спине сильнее. - Слишком остро, ты прав, - врёт Ран, эти токпокки были даже не в половину той остроты, которую может выдержать Ран. Он приходит в себя и случайно встречается взглядом с Ёном. Ён теряется, его накрывает лёгкое дежавю, ведь его взгляд в этот раз оказался точно таким же как у Рана из сна: преданный, восторженный и любящий. Будто на секунду Ёну удалось пробиться через все защиты, через толстую броню, которую долгими годами натаскивал на себя этот несчастный парень. Ёну так хотелось сделать всё, только бы избавить брата от всех тех лет выживания, позаботится о нём с самого его рождения и сделать так, чтобы счастливая улыбка чаще появлялась на его лице. - Ран, останься со мной, - Ён оказался так близко, что Ран чувствует его частое дыхание, тёплый и настойчивый взгляд, глубокий и бархатный голос. Мягкий запах весенней вишни проникает в подсознание и затягивает последний узел верёвки. Ран не может шевельнуться, он слишком очарован, слишком хочет быть очарованным и покорённым, признать эту свою слабость и полностью отдаться ей без остатка. - Посмотрим, - томный, слегка хриплый голос Рана говорит куда больше, чем содержание его слов. Он резко отворачивается, прерывая зрительный контакт. - Ляг на футон, я проверю твою рану, - Ён отставил тарелки подальше, а Ран тем временем перешёл в положение лёжа. - А твою рану кто проверит? - Ран указал на руку Ёна. - Это ерунда, за сегодня пройдёт, - Ён наклонился над ним и медленно принялся разматывать бинты, иногда будто специально задевая участки кожи подушечками пальцев. Всё это было похоже на какой-то вид садизма, только Рану не очень хотелось, чтобы брат знал о том, что его дыхание сбивается с каждым неосторожным касанием. Рана выглядела намного лучше, всё же старания горного бога и нечеловечески сильное тело полукровки явно ускоряют регенерацию. - Думаю, что завтра ты уже сможешь встать, - Ён прикоснулся к ране рукой и лис задержал дыхание. Пальцы горного бога излучали тёплый свет, который проникал в каждую клетку тела. Ран завороженно наблюдал за каждым движением руки, через которую Ён делился с ним своей божественной силой. Спустя пару минут тепло пропало и рана показалась лису уже меньше, чем была. - Можно больше не бинтовать, но будь осторожен и не допускай резких движений. Ещё некоторое время придётся соблюдать постельный режим, - Ён привстал, забрал грязные тарелки и использованные бинты и вышел на кухню. Ран накрылся одеялом с головой, на теле всё ещё ощущалась теплая энергия горного бога, в комнате его запах смешался с резким запахом обеда быстрого приготовления. Лис лежал и пытался выровнять дыхание, прикрыв глаза, но воображение подкидывало всё новые и новые картинки. Чуть припухшие приоткрытые губы, уверенный и в тоже время нежный взгляд, рыжие волосы беспорядочно спадающие на лоб, ключицы, виднеющиеся из под полурастёгнутой рубашки и заботливые прикосновения, доводящие до мурашек по всему телу, до томительного напряжения в паху. “Лис, бандит, а теперь ещё извращенец” - усмехнулся Ран, подобная естественная реакция тела смущала меньше, чем сложные и необъяснимые чувства к Ёну. Воздуха под одеялом совсем не осталось и Рану пришлось высунуть голову, ёрзая на футоне. От возбуждения или от манипуляций Ёна боль совсем отступила и Ран абсолютно бесстыдно дал волю своему воображению. Лис тихо застонал, коснувшись себя пальцами. - Ран, ты будешь чай? - послышался голос Ёна за дверью. - Нет, и не смей ко мне заходить ещё час, - прокричал Ран, но лёгкую дрожь в голосе не заметить было бы сложно. - Ну ладно, - пробурчал себе под нос ничего не подозревающий Ли Ён и пожал плечами.