Шёпот звезд

Пятью годами ранее. Как только шасси самолета касается Сеульской земли, Юнги тянется к карману джинсов. С левой стороны доносится недовольный стон. — Даже не начинай. Я поставил дела клана на первое место и оставил Тэ одного, но это не значит, что я счастлив данным раскладом событий, — трёт уставшие веки омега. — Вы же понимаете, что, если бы на моем месте сидел любой другой из Клана, за эти слова Вас могли попытаться свергнуть, — не поднимая взгляда на босса, печатает что-то в уже включенном телефоне. — Значит, пришло время менять Клан, а точнее, возвращать его заводские настройки. До сих пор не могу осознать, что то, что мы узнали — правда. В голове не укладывается. — Для начала Вам придется завоевать их расположение и абсолютное доверие, — все так же не отрывая взгляда, продолжает кому-то писать Чонгук. Получив наконец удовлетворяющий ответ от собеседника на том конце мессенджера, блокирует Samsung, убирает его во внутренний карман пиджака и только после этого поднимает взгляд и смотрит в ледяной океан глаз, на которые спадает выбившаяся прядь иссиня-черных волос босса. Омега же заходит в избранные контакты, набирая названного брата. — Именно за этим мы сюда и приехали. Все идет по плану, никто не проведал о нашем появлении? Чон лишь коротким кивком подтверждает, что все идет в точности согласно замыслу, без каких-либо проблем. — Тэ, мы уже приземлились, — в следующее мгновение Мин отвлекается, Чонгук же поднимается с сиденья и собирает их ручную кладь в ожидании, пока босс закончит свой разговор. Ставит огромную чёрную сумку омеги в проход, а следом свою, которая в три раза меньше. — Не переживай, что может со мной тут случиться, особенно рядом с этим громилой, — на этих словах омега с вызовом смотрит на Чона. Тот лишь привычно закатывает глаза. — Да, медвежонок, я тоже буду скучать. Следи там за племянником и скажи ему, что дядя вернется с подарками. Все, Тэ, нам пора. Да, созвонимся еще. — Можем идти, — похлопывает Капитана мягкой ладошкой по щеке, при этом улыбнувшись полуоскалом. Омега выходит в проход, хватая свой багаж, и идет к выходу. Альфа быстро догоняет парня, пытаясь забрать сумку, как требует этого его нутро, но получает лишь хлесткий удар по тяжелой ладони. — Чон, я не беспомощная омежка, не способная донести свою сумочку до автомобиля. А глава огромной преступной организации. — Будущий глава… — Шиш, — Мин дергает рукой с сумкой, явно давая понять, что не собирается отступать, и альфа нехотя сдается. Спускаясь по трапу самолета, омега свободной рукой тянется к солнечным очкам, висящим на горловине свободной майки, и натягивает их на глаза. — А родные края встречает нас довольно дружелюбно, — Юнги щурится от солнца. — Это хороший знак. — Сомневаюсь, что исход нашей поездки зависит от погоды. — Какой же ты зануда, Чон. — Это занудство уже не раз спасало Вашу задницу, — альфа идет позади босса, контролируя и осматривая вокруг все пространство на наличие возможных угроз. — Ты уверен, что это Му-Джин замешан в тех покушениях? — в голосе Юнги проскальзывает слабо скрытая печаль. — В этом есть смысл, так что я не удивлюсь, если так и будет. В течении часа будем знать наверняка. Омега лишь понуро кивает, более не желая никак комментировать их догадки. — Чимин выходил на связь? — Пока нет, но еще рано бить тревогу, — парень чуть касается свободной рукой спины омеги, незримо сопровождая. Мин сей жест никак не комментирует, лишь улыбается уголком губ.

***

Просторное помещение переговорной заполняет удовлетворенный гогот альф. На столе стоит начатая бутылка Dalmore, в руках изрядно захмелевших и довольных заключенной сделкой альф бокалы с рубиново-красной жидкостью. Отмечать отличную сделку именно Dalmore King Alexander III является особой фишкой клана Мин, о которой знает весь преступный мир Кореи. Поэтому, когда Му-Джин выудил бутылку с рельефным тиснением двенадцатиконечного оленя, лицо Су Мина озарила самодовольная улыбка. Договор достигнут, Инчохнский порт наконец доступен клану Чон. Главы договорились о разделении обязанностей и денежных проволочек. Мины пускают Чонов в порт, ввиду чего вторые берут на себя ведение всей логистики, что существенно упростит денежные затраты для Минов. Омеги клана Мин никогда не пускали в порт Чонов, но уже год у руля стоит альфа семьи, который просто спит и видит изменить порядок в группировке и перекроить на свой лад. Оглушительный удар грохнувшей раскрытой двери о стену вмиг меняет атмосферу в кабинете. Лицо Му-Джина исказилось целой бурей эмоций: шок, страх, непонимание и совершенно лютая ярость. — Какого лешего ты прил…— но договорить старшему Мину не дает прилетевший ровненько в нос пульт от кондиционера, который так удобно для Юнги находился на столике рядом с выходом из переговорной. Из-за спины омеги доносится еле сдерживаемый смешок. Чонгук касается спины своего босса, предлагая тому двинуться вперед, сам заходит следом и проворачивает замок, отрубая все возможные попытки старших к побегу. Подпирает спиной дверь, сложив руки на груди. Оголяет мощные руки, которые не скрывает даже плотно сидящая рубашка, рукава которой закатаны до локтя. Так, на всякий случай, если его мальчику понадобится помощь. — Привет, отец! — лицо омеги выглядит безумно мило со стороны, так и не скажешь, что все органы заполняет лютая жажда убивать или, как минимум, хорошенько покалечить. — Какого черта ты устроил здесь! — меткий удар собственного сына заставил кровь хлынуть из носа Му-Джина. Он резко поднимается с кресла, схватив салфетку со стола, пытаясь остановить кровотечение. Лицо омеги озаряет довольный полуоскал. Наблюдать, как кровь размазывается по наглой физиономии предателя — то, что безумно радует омегу сегодня. — А что такое, отец? — басит омега, делая акцент на последнем слове. — Юнги можешь объясниться нормально? Чон, — обращается раненный уже к парню, что все также не отходит от двери, — почему вы здесь? Юнги лишь безэмоционально режет взглядом альф у стола, направляется в их сторону. Оба мужчины дергаются в испуге, но Чонгук лишь хватает за спинку стул и тянет тот по полу, направляясь на исходную. Подпирает дверь и следом вальяжно опускается на него, закидывая одну ногу сверху на вторую, свешивая на нее при этом правую руку. Полное игнорирование. Только один взгляд, только один голос способен вывести его из молчаливой комы. Вот только перед Юнги сейчас стоит задача куда важнее. Младший Мин проворачивает предплечьями назад, скидывая невесомую плащ-накидку с покатых плеч. — Папочка. Милый, глупый, меркантильный ты кусок дерьма! — томным, обманчиво нежным голоском выговаривает омега. Радужки голубых глаз загораются, словно солнце, желтым сиянием, без слов говоря старшему: «Выбраться тебе не удастся». Глаза напротив в этот миг полны страха. Му-Джин понимает, слишком хорошо все понимает. И, словно приняв ситуацию и отпустив все невидимые нити контроля над хаосом, падает в стоящее за спиной кресло. — Узнал все-таки. — Узнал, — парень заводит медленно руку за спину, нарочито приковывая к ней внимания. — Кажется, мне стоит оставить вас, — подает голос, чуть откашливаясь, Су Мин. Омега бросает на него беглый взгляд, следом вновь возвращаясь к своей жертве. — Босс? — Чонгук с презрением окидывает взглядом подбежавшего к двери альфу. — Плевать, — не оборачивается Мин, махнув изящной ладошкой, — его время еще придет. Чонгук отходит от двери, отодвигая за собой стул, недовольство сквозит в глазах альфы, но против воли омеги он не пойдет. Мин прав: время расплаты для того еще придет. Пронзительный хлопок двери будто бы приводит пока еще действующую Главу в чувство. Резким движением тот достает из внутреннего кармана платок, вытирает остатки крови на лице, вконец размазывая их весьма причудливым рисунком. В злости бросает платок в урну под столом. — И что же ты теперь планируешь делать, сын? — пренебрежительное в лицо. — То, ради чего родился, — чуть обреченно выдыхает парень. Наконец достает припрятанный за поясом брюк любимый маленький нож. Кабинет озаряет истерический гогот. — Да ты сопляк. Какой тебе Клан, если ты не способен постоять за своего папу. Что ж ты не спрашиваешь, как он? Жив ли он? — взрывается смехом по новой. Рука Юнги с ножом начинает чуть заметно подрагивать, что не укрывается от внимательного взгляда Чона. Альфа за спиной Мина весь подбирается, готовый в любой момент сорваться и закончить начатое парнем. — Об этом можешь не волноваться. Пространство заполняется концентрированным запахом табака. Дезориентированный мужчина падает на пол. Юнги двигается медленно, нет смысла спешить. Выпущенные доминантные феромоны сделают половину работы. Мин не любит пользоваться этим своим даром. Не любит подчинять людей своей природой, которая на классы выше обычных альф и омег. Обычно парень считает это недостойным поведением по отношению к остальным. Но не сегодня. И не с этим человеком. Мин хочет, чтобы родной отец страдал всеми доступными способами. Сжимает тонкими пальцами шею альфы, поднимая его на ноги, хватки при этом не ослабляет. Резким движением полосует лезвием чуть ниже глаза, вдоль всей скулы. — За папу, — губы искривляются в довольном дьявольском оскале. Альфа в руках брыкается, пытаясь выпутаться из цепких пальцев. Бессмысленно. Новая волна выпущенных феромонов и тиски на шее откидывают его в том глупом желании. — За то, что упрятал его в психушку! — шепчет на ухо, оставляет новый след с другой стороны лица. Симметричность — это то, что делает омегу счастливым. Он улыбается своему отражению в чужих напуганных зрачках. — Ааах-рх, — задушенный выдох боли срывается с чужих губ. — А это, любимый отец, за то, что пытался убить родного сына, — плавно вводит клинок ножа в нутро чуть выше солнечного сплетения, — трижды, — проворачивает, наслаждаясь агонией своего некогда любимого отца. Юнги склоняет голову вбок, продолжая наслаждаться каждым мгновением чужой пытки. В следующую секунду омега дергается. Глаза заливает чужой кровью. — Чон, какого черта? — Мин судорожно пытается оттереть свое лицо от вязкой жидкости, только еще больше ее размазывая. Кровь везде. Веки, губы, ноздри, треть шеи сменила белоснежный цвет на кроваво-алый от выстрела в упор. Так и не справившись со стекающей чужой кровью по некогда белоснежному лицу, кричит во все горло. Оглушает всех живых. Обречено топнув ножкой, прожигает альфу смертоносным взглядом. — Мне теперь век не отмыться от этой грязи, — омегу передергивает. — Он потянулся к пистолету, — в оправдательном жесте поднимает руки вверх Чонгук, в правой до сих пор находится пистолет. Тонкая дымка льется из Desert Eagle, альфа лишь мило улыбается. — Ненавижу тебя! Альфаа… — последнее выходит более томно, чем планировал брюнет. Чон залипает на солнечной радужке глаз омеги, ласкает взглядом все испачканное лицо, опускаясь к приоткрытым вишневым губам. На язычке, который так несносно сбегает из плена губ. Приближается к парню, засовывая свой пистолет обратно в кобуру. — Я не мог позволить навредить своему о…— осекается. — Кому? Своему кому, мой Капитан? — Капитан? — тут же теряется альфа. — Конечно. Ты же не думаешь, что охрана моей задницы, хоть она и бесподобна — это верх твоих возможностей? Чон, не разочаровывай меня, — взгляд горящих глаз поджигает альфу. Парень касается омежьих бедер, медленно перебирая подушечками пальцев все выше. Мина же от такой совершенно незамысловатой ласки прошибает током. Омега откидывает голову чуть назад, оголяя преступно незащищенную лебединую шею. — Блядь, — парней возвращает в реальность звук входящего сообщения. Дернув головой, Чонгук пытается сбросить с себя горячее сексуальное наваждение, сосредоточенно изучает текст входящего сообщения. Чон закрывает глаза, пытаясь вернуть телу и голове былое хладнокровие. — У него получилось. — Намджун будет в ярости, — лишь озвучивает то, что парни и так знают. — А я горд Паком, и его альфе нужно также гордиться своим омегой. — Ты ведь знаешь, как… Мин не дает договорить Капитану. — Знаю! — грозно сверкает глазами. — Это было его решение. Разберись с бардаком здесь и созови Совет на завтра, — вмиг пресекая все споры касательно миссии Пака. — Да, Глава. — покоряется воле босса, как и всегда. Юнги в ответ лишь громко хлопает дверью, но его лица в этот миг касается тень улыбки. Все идет как нельзя лучше и ничего не способно остановить валун расправы, имя которой Мин «мать его» Юнги.