(Не)любимый сосед

Интересно, сколько ещё раз Тэхён успеет пожалеть о том, что посчитал хорошей идею снять квартиру с соседом? Ким вот ума не приложит, зато в который раз проклинает тот злополучный день, когда открывает дверь новому ебырю новой пассии соседа. И всё ведь началось так сумбурно, когда за неделю до отъезда в Сеул ему позвонил арендодатель однокомнатной квартиры, которую он забронировал ещё месяц назад, и опечалил новостью о том, что из-за непредвиденных обстоятельств в виде больного дедушки он больше не может сдать ему жилье. Принесённые глубочайшие извинения в тот день не смогли заменить ему той прелестной квартиры, на которую он так рассчитывал. Тогда альфа, ещё будучи в Пусане — своём родном городе, — принялся усиленно искать новое место жительства, что, естественно, достаточно проблематично сделать за такой короткий срок. Просмотренные объявления не приносили надежды, так как не нравились по тем или иным причинам: то сумма большая, то район неподходящий, то сама по себе квартира находится в ужасном состоянии. Первый семестр в престижном университете, в который альфа попал полностью из-за своих умственных способностей и стремления, вот-вот начнётся, а съёмного жилья так и не было. В тот момент паника противно подбиралась к горлу после того, как очередной вариант оказался зачёркнутым. Идей не было совсем. И, как казалось в то время, новое объявление среди ранее просмотренных было чем-то идеальным, словно дарованным с небес. Альфа по имени Чонгук, которому Киму ещё тогда хотелось в ножки кланяться и руки целовать, искал себе соседа, чтобы разделить коммуналку за двухкомнатную квартиру. И всё бы ничего, квартира прекрасная, условия тоже, даже находится рядом с его университетом, только… Этот козёл не удосужился отметить в описании сдачи комнаты, что он является геем, будет приводить своих любовников и трахаться по ночам! Потому и, в очередной раз открывая дверь позвонившему, Тэхён видит перед собой высокого парня его возраста, нервно облизывающего губы. Тот был русым, зеленоглазым и не шибко выдающимся из тех, которых он видел ранее. Что-то Чон Чонгук подкачал с выбором очередного мальчика на ночь, но… Это сугубо лично его проблемы. Тэхён просто хмыкает, смотря на очередное удивлённое лицо, которое ожидало увидеть совсем другого человека за дверью, но что поделать, если его сосед намыливает жопу в ванной по часу каждый раз перед приходом нового гостя. Еле сдерживая своё желание громко хлопнуть дверью перед чужим носом, альфа отходит в сторону, распахивает дверь, второй рукой взмахивая в знак приглашения в квартиру. — А где?.. — парень так опешил, что, заходя в помещение, подумал, что ошибся квартирой. Он-то явно наивно думал, что его будет встречать сам хозяин, но никак не незнакомый альфа, который ведёт себя так, будто проходил через это не один раз. — Если Чон не утонул в ванной, то скоро придёт, удачи, — Тэхён откровенно, пиздец как заебался проходить через это практически каждый день, потому как его сосед — чёртов кролик, который меняет своих альф как перчатки. Он легко машет рукой до сих пор ничего не понимающему парню и уходит в свою комнату, не заботясь о гостеприимстве. Этот альфа — не его забота, Ким и так терпеть не может быть ёбаным швейцаром. Первый проведённый месяц в светлой и уютной квартире Чона должен был быть идеальным, потому как условия проживания в ожиданиях оказались реальными. Однако стоит только вспомнить их самую первую встречу, когда можно было понять с самой первой секунды, что ничего хорошего от проживания с этим человеком ожидать не стоит. Началось их знакомство достаточно прозаично, когда Тэхён, приехав по нужному адресу, обнаружил, что его телефон разрядился после нудной поездки на поезде, где он всю ночь просидел в телефоне из-за того, что не мог заснуть. В поезде его укачивало, парень так и не смог найти покой, пока все остальные сладко спали под шум рельс. В севшем телефоне Ким не видел ничего плохого, ведь адрес записал на листке бумаги, чтобы предотвратить казусные случаи, как этот. В любом случае, его ждали, предварительно списавшись за день до его приезда. И вот, добравшись по нужному адресу и обнаружив перед собой необходимую дверь, альфа позвонил в звонок, наконец оставив дорожные сумки сбоку от себя, так как руки жутко болели перетаскивать чемоданы на шестой этаж. Грёбаный лифт сломался именно в этот день, словно предзнаменовывая начало их злополучной встречи. — Послушай, парень, ты меня извини, но сегодня у нас ничего не получится, я кое-кого жду, — Чонгук тогда его ещё сканировал внимательным взглядом, словно не мог припомнить его лица, что неудивительно, ведь они ни разу не виделись вживую. — Но… Я ведь заплатил залог за съём комнаты… — Тэхён знатно опешил и полностью онемел, ведь это был его единственный шанс на нормальное проживание в Сеуле без лишнего гемора. Где он отыщет в незнакомом городе, в котором нет ни родственников, ни друзей, нормальную квартиру за ближайшие часы, чтобы не ночевать на улице? — О! Так ты и есть Ким Тэхён? — парень, казалось, моментально расслабился от этой новости. — Проходи тогда, обознался, — тут же отошёл от двери, освобождая путь, пока Ким поднимал сумки и чемодан с пола. — Я же тебя в лицо не видел и сумок твоих тоже. Ты бы мне позвонил, я бы тебе помог, — Чон выглядел дружелюбным и отзывчивым, не таким, как в первые секунды своего оригинального приветствия. Ким помнит, как рассказывал про разряженный телефон, про поездку в поезде, думая, что урвал джекпот в виде хорошего соседа и замечательной комнаты в светлой квартире. Ему не показалось странным то, что должно смутить изначально, скорее всего, из-за накатившей эйфории после страха оказаться на улице с голой жопой. Да и внешне Чон был красив, по таким омеги текут только так. Парень был в хорошей физической форме, с накачанным телом, приятной внешностью, аккуратненьким носом, пухлыми губами и родинкой под нижней, пушистые ресницы обрамляли искрящиеся глаза, а густые брови дополняли миловидное лицо, несмотря на габариты парня, который явно мог постоять за себя. Не то чтобы Тэхён любил его разглядывать, это просто так, к слову… Ай, неважно, короче! Была бы его воля, он этого Чон Чонгука век не видел бы и забыл про него, как страшный сон. Потому как позже выяснилось, что его сосед любит водить разных альф к себе в комнату. На протяжении всего несчастного месяца Ким встречал не один раз его пассий, удивляясь тому, сколько людей может жить и быть одной ориентации совсем поблизости. Нет, Ким не любил осуждать чужую ориентацию, но как же его бесили бесконечные альфы в этом доме. Стоны до глубокой ночи мешали спать, учиться и в целом сосредотачиваться на своих мыслях. Альфы, приходящие к Чону, бывали слишком голосистыми, а сам хозяин, казалось, даже не думал их затыкать и рассказывать об ещё одном человеке, который, на минуточку, хочет наконец поспать! Из-за этого Тэхён целыми днями ходил раздражительным и не мог ничего с этим сделать, потому как это не его хата, а если он будет жаловаться на шум, то его выпрут только так. Зачем Чонгуку лишние проблемы, если он может просто избавиться от недовольного соседа и найти другого? Тэхён, конечно, стал искать другие варианты съёмного жилья, но ему все не нравились, опять-таки из-за условий, адреса или ещё чего-то… Наверняка парень сам ещё не осознавал, что ищет любую отмазку, чтобы оставаться в этой квартире, и далеко не из-за удобства жительства… А вот это действительно уже становится жутким.

_________________

Проживая второй месяц в уютной квартире с бесячим соседом, Ким уже практически перестал обращать внимание на внезапных гостей, да и те как-то внезапно испарились. Видимо, его сосед всё-таки сжалился над ним и нашёл способ трахаться с ними в другом месте. Однако беда не приходит одна, а тащит за собой другие проблемы, потому что как ещё описать эту невозможную ситуацию, альфа не представляет. Тэхён никак не мог принять очевидного: он откровенно залипает на своего же соседа. Чонгук хоть и безбожно раздражал его, но, возможно, первоначальная причина раздражительности заключалась в том, что Ким хотел быть на месте тех бесчисленных парней… Нет, Боже, что за бред! Быть такого не может! Он альфа, который любит омег и не хочет менять их хрупкие тела на… Атлетичное телосложение своего блядского соседа! Сладкие стоны, которые тот выбивал из приходящих, въелись в воспоминания и не хотели исчезать, мучая бедного альфу, не желающего поддаваться искушению и представлять себя на месте этих парней. Только вот ни хрена не получалось! Если с самого начала спасали наушники, то в какой-то момент Тэхён самостоятельно понижал громкость песни или вовсе вынимал наушники из ушей, слушая вместо неё звонкие стоны. Ким думал, что у него находится всё под контролем. Ну подумаешь, разок захотелось посидеть под крики чужого наслаждения… Один раз вообще не считается. Однако, когда он в очередной раз обнаружил себя прислушивающимся к стонам за стеной, параллельно сжимая вставший член в руке, альфа понял, что это пиздец. И пиздец огромного масштаба, на минуточку! Ведь даже после этого переезжать не хотелось. Множество отмазок для своего же успокоения приходились по душе, а внутренние метания не давали покоя. Нужно было переезжать сразу, только Ким этого не делал, упорно продолжая мучить себя своими же желаниями, которых быть не должно. Какой нормальный альфа будет залипать на чужие стоны за стеной, зная, что это далеко не голос миловидного омеги? После таких бессонных ночей утром было стеснительно заглядывать в чужие тёмные глаза, обладатель которых сам должен стыдиться за проделанное, только вот никакого смущения Чон не испытывал никогда. Только смотрел на него пристально, будто что-то хотел понять в ответном смущенном взгляде. А Ким по-другому и не мог смотреть в ответ. Хоть они взрослые парни, прекрасно понимают, что секс — это обыденность, но после жарких ночей, невольным слушателем которых Тэ становился, было невыносимо спокойно смотреть на человека, который словно душу вытрахивал из своих любовников. Когда же сей кроличий любовный период приостановился на неопределённый срок, альфа так и не понял, радоваться ему или печалиться. С одной стороны, он должен прыгать от счастья, потому как всё-таки держался за эту квартиру, стараясь не ссориться с её хозяином, а вот с другой… Фантазии так и не оставили его даже после прекращения подпитки новыми брачными скачками. Из-за чего альфе приходилось нагружать себя дополнительными сменами на работе и полностью погрузиться в учёбу. Он просто сам должен наконец найти себе омегу и заняться сексом, чтобы не обращать внимание на своего соседа. Такого подкачанного, пленительного и сексуального… Черт! Да пошёл он на хрен! День ещё сегодня просто великолепный! С самого утра альфа будто встал не с той ноги, проспав дольше положенного, инстинктивно выключив будильник и забывшись сладким сном. От пропуска пар спасло только чудо, не иначе, потому как иметь пропуски ему бы очень не хотелось, всё-таки Ким приехал сюда учиться, как того хотел изначально. Быстренько одевшись, наспех умывшись и почистив зубы, он даже и думать не смел о завтраке, не то что в целом спокойно выпить тот же самый кофе перед уходом. Дверь за ним закрыл Чонгук, благополучно выхваченный по пути, который даже по-доброму усмехнулся чужой спешке. Тогда не было времени ни на что. В итоге это обернулось тем, что теперь он после окончания пар, на которые всё-таки успел, звонил в дверной звонок, ожидая, пока его любимый соседушка откроет дверь. Ключи-то он, конечно же, забыл в спешке. И, Господи… Тэхён не знает, жалеть ему об этом или радоваться, ведь дверь открыл ему Чонгук в полуголом виде с одним белым махровым полотенцем на бёдрах. Крупные капли воды стекали по его телу, впитываясь в ткань, дышать становилось тяжелее от прекрасного вида перед глазами. Всё-таки нужно признать, что тело Чона заслуживает всех похвал. Забитый татуировками рукав теперь можно было полностью разглядеть из-за отсутствия одежды. Как же прекрасно это выглядело… Ким, честное слово, старался привести дыхание в норму и не палить своего интереса к телу альфы, но не мог ничего с собой поделать. Казалось, ещё доля секунды, и у него изо рта потечёт слюна… Теперь он окончательно понимает, почему весь месяц до недавнего времени у соседа толпились альфы. Наверняка каждый из них желал урвать лакомый кусочек, пока им было позволено. Тэхён чувствовал, как пылает щеками, как буквально плывёт от созерцания прекрасного. Становится жутко от самого себя, ведь он не должен так реагировать на альфу, даже на Чонгука. — Проходи, чего в дверях застыл? — с лёгкой хрипотцой в голосе спросил Чон. Он прекрасно понимал чужую реакцию на свое тело, но позволил выдать оправдание, чтобы пуще прежнего не смущать парня. — А, да я задумался просто, в универе загрузили… — Тэхён маленьким ураганчиком прошмыгнул мимо соседа, чуть не упав через собственную обувь, пока пытался разуться за доли секунды. Кима знатно так потряхивало, он никогда не испытывал такого быстрого, яркого возбуждения от чужого тела. Заперевшись у себя в комнате, он прижался к двери, выполняя дыхательную гимнастику, о которой ни черта не знал до этого момента. И ведь абсолютно ничего не произошло, он всего лишь увидел полуголого альфу, тело которого хотелось изображать на холстах бумаги. Блять… Это ненормально, он не должен так реагировать, не должен возбуждаться и хотеть. Однако, вспоминая капли воды на его теле, что очерчивали каждый контур пресса и грудных мышц, хотелось прикоснуться к упругой коже, чтобы провести по ней кончиками пальцев. Ударившись затылком в попытке опереться головой о закрытую дверь, альфа болезненно прошипел, сжимая через ткань штанов свой возбуждённый член. Как же его заебало видеть перед собой Чонгука и не иметь возможности к нему прикоснуться. Он так и не понял, в какой именно момент начал расстёгивать пуговицу на брюках и ширинку, чтобы сквозь тяжёлое дыхание обхватить неприкрытый тканью член и водить по нему, вспоминая те звонкие стоны приходящих счастливых альф, которые испытали на себе радость близости чонгукова тела. Почему-то ему тоже хочется побыть тем самым счастливчиком, который может на полных правах прикасаться к этому идеальному телу… Тэхён смыкает зубы, не прекращая тяжело и горячо дышать, с оттяжкой стимулируя пульсирующий член от одних лишь незатейливых фантазий. Что бы он испытывал, если бы вместо его руки была чужая? Как бы извивался под сильным телом, что так прекрасно смотрится со стекающими каплями воды? Был бы с ним Чон груб или нежен в порыве страсти? Сколько раз бы заставил кончить?.. Как же мало ему нужно, чтобы испытать дрожь в коленях и сладкую судорогу по всему телу. Как же это неправильно, нельзя вот так возбуждаться лишь от тела альфы, да и вообще нельзя смотреть на него в подобном ключе! Только об этом Тэхён думает в самый последний момент, когда бурно изливается на собственную руку после многочисленных фантазий о своём соседе, не прекращая доводить себя до второго оргазма вслед за первым, что заставляет ослабнуть ноги. Чистой рукой поправляет светлые волосы, которые от пота завились и спали на глаза, думая, что определённо нужно переезжать… Ни к чему хорошему такое соседство не приведёт.

_________________

Конечно же, никакого переезда не последовало после искренних клятв найти наконец другую квартиру. Ким до сих пор не понимает, что с ним происходит, или, точнее сказать, не хочет этого понимать. Ему страшно допустить одну-единственную мысль о том, что ему может нравиться кто-то своего же пола. Также хотелось забыть тот проклятый день, когда он дрочил на своего же соседа… Только вот ни хрена не получалось, перед глазами так и стоял его полуголый образ в этом блядском полотенце. Капли воды в его воспоминаниях в замедленном темпе стекали по прессу и рукам, будто очерчивая контур татуировок. После той встречи Ким боялся встречаться взглядом с обладателем такого шикарного тела, в то же время желая прикоснуться к нему. Ситуация, казалось, была патовая, переезжать не хотелось, идти на поводу у своих желаний тоже. Альфа банально запутался во всех своих нескончаемых мыслях, что мешали нормально жить. Работа и учёба также не помогали отвлечься из-за того, что парень не мог сосредоточиться на них. Всю неделю, которую он вёл себя до ужаса странно, его фотографическая память пиздец как подводила, потому как подкидывала кадры идеального тела другого альфы. Ким впервые так сильно желал, чтобы его прижали и хорошенько поимели… Ещё и сосед ни черта не помогал, пристально рассматривая его, будто что-то пытался понять или, скорее, убедиться в своих догадках. Заинтересованный взгляд постоянно прожигал его спину, когда ему приходилось вылазить на кухню, чтобы приготовить себе поесть, а в остальных случаях он ретировался за считанные секунды. Последней точкой кипения стала отправленная альфой сегодняшним днём фотография, на которой он был обнажённым. Ракурс был идеальным, чтобы в нём было хорошо видно накачанный торс и длинный член парня с сочащейся смазкой головкой. Собственное тело Кима окатило волной жара. По внутренним ощущениям он даже на секунду потерялся в пространстве и вообще не понимал, как такое возможно. Однако через пару минут Чон удалил фото у обоих, извинившись и сказав, что отправил его по ошибке. Хотя… О какой, мать вашу, ошибке может идти речь, когда дело касается таких фото?! Тэхён бы раз тысячу проверил получателя, прежде чем высылать такое. Да и они банально переписывались всего пару раз из необходимости, потому и Тэхён не мог висеть у него в чате, как один из недавних людей, с которыми он общался. Только вот в момент, когда Ким чисто по рефлексу сохранил фото, его это не особо волновало. Как и то, что он оправдывал свой поступок рефлексом, которого в мире не существует. Нельзя просто так сохранить чье-то голое фото инстинктивно. И всё-таки до чего же он докатился, рассматривая детально присланное фото… Те самые мышцы, которые хорошо закрепились в его памяти, теперь можно хорошенько разглядеть на изображении. Собственная рука вновь тянулась к пульсирующему члену от красоты чужого тела, что уже до безумия пугало и раздражало. Трёх дней не прошло в тягостном молчании со стороны Кима, который всё это время переосознавал свою ориентацию и до сих пор не мог поверить в то, что может хотеть альфу, как он сорвался в клуб. На взоры Чона принципиально не обращал внимания, хотел избавиться от параноидальных мыслей, что совсем неправильны и, более того, ужасны. Бред просто. Он приехал в Сеул для того, чтобы начать другую жизнь, жизнь с чистого листа. В итоге напоролся на то, от чего так упёрто убегал. Там, далеко в Пусане, остались воспоминания о первой… любви? Нет, любовью там не пахло, такого просто не может быть! Нельзя испытывать чувств к собственному полу, нельзя хотеть собственный пол. Тэхён, он просто запутался, заглядываясь на Лиена — широкоплечего волейболиста в старшей школе. Взаимностью там также не пахло, ведь причина его бессонных ночей была абсолютно обычной ориентации. Ли любил омег, омеги любили его, всё сходилось как никогда замечательно. Только Киму оставалось находиться в стороне, тайно вздыхая по парню мечты своих влажных снов. В тот момент он принял волевое решение окончить школу на отлично, чтобы поступить в университет в другом городе и стереть из воспоминаний непонятный период из жизни. Там он и омегу найдёт, и счастливым станет. И всё ведь было просто идеально, пока на его пути не встретился Чон Чонгук. Эта скотина сумела пробраться в его мысли и фантазии, а также желания. С ними очень сложно совладать, принять себя и не пойти на поводу у них. В конце концов, плюнув на всё, Ким решил пойти в клуб, чтобы развеяться и откинуть дурацкие мысли о Чоне. Его фантазии появились из-за недотраха, никак иначе. Он думал, что прекрасной идеей будет прийти в клуб, напиться, повеселиться, найти себе омегу на одну ночь и развлечься с ним. Только вот почему-то, сидя сейчас за барной стойкой и смотря на свой коктейль, к которому он толком и не притронулся, напиваться так и не хочется, как и не хочется искать себе омегу. Перед глазами всё ещё осталось чужое тело с безупречным рельефом и красивым членом, к которому хочется прикоснуться. Блять… Какого чёрта? Он ведь в клуб пришёл не для того, чтобы даваться воспоминаниям о теле Чонгука! Чего тот вообще добивался, когда присылал ему то фото? Ким никогда в жизни не поверит, что оно было отправлено просто так. Внутренний альфа почему-то тянется к достаточно дружелюбному соседу, который в последнее время ведёт себя очень странно, постоянно кидая двусмысленные взгляды на Тэхёна. Парень старался их не замечать, думая, что начинает параноить на почве внезапного страха. А ведь ему действительно страшно, потому что, вогнав себя в рамки того, что он не может любить свой пол, становится жутко, понимая, что своих установок выполнить он не может. К омегам его не влечёт, а Чонгук, он выводит из себя, даже ничего не делая для этого. Тэхён пришёл ведь сюда для того, чтобы убедить себя в том, что он нормальный альфа, который любит омег. Только вот закончилось все тем, что, выпив для храбрости половину коктейля, он направляется домой… Задолбало, просто задолбало притворяться, что он не видит всех тех взглядов, не замечает собственной реакции на альфу. Так неправильно, так нельзя, но почему-то это волнует в самую последнюю очередь, когда Ким срывается с места и на первом попавшемся такси, что по счастливой случайности стояло рядом с входом в клуб. Тэхён придёт и всё ему выскажет, размажет по стене, накричит, даст понять, что чужое поведение также ненормально. Сколько он молчал? Сколько хотел высказаться? Надоело держаться за хорошие условия проживания, надоело молчать и ночью из соседней комнате слышать чужие стоны, хоть альфа не жаловался на них целый месяц после того, как они и вовсе прекратились. Ох, а все эти кинутые взгляды Чона на него, в особенности после того, как он отправил то несчастное фото? Они не были похожи на простое смущение и стыд, за ними скрывалось нечто большее, альфа просто выжидал момента, пока Ким не сдастся окончательно. Тэхён хоть и сильный мальчик, со многим справится, многое выдержит, но жить под одной крышей с ненавистным соседом у него уже не получается. Разумно посчитав, что с этим нужно наконец-то закончить, парень хочет добиться точки невозврата, после которой жить совместно у них не получится. Всё выскажет, прижмет к стене и добьётся правды, чтобы наконец избавиться от замучившей его паранойи. Решимость не отпускает его, когда такси подъезжает к необходимому дому, не останавливает его, когда он едет в лифте на нужный этаж, но после звонка в дверь становится как-то не по себе… Та несчастная решимость, которая двигала им от самого клуба, испаряется, съёбывает в дальнее плавание и даже не прощается. Всё потому, что дверь открывает такой милый, немного уставший Чонгук. Что совсем неудивительно, ведь на дворе первый час ночи. Да уж, недолго Ким просидел в клубе… — Ты… Пил? — Чонгук искренне растерялся, когда увидел перед собой альфу, от которого несло алкоголем. В принципе, до этого ему никогда не приходилось открывать дверь пьяному соседу. Ким за два месяца показал себя домоседом, который вынужден выходить на работу или учёбу. Сейчас же действительно странно видеть его пришедшего откуда-то пьяного. Сам Тэхён не спешил отвечать на поставленный вопрос, борясь в своей голове с мыслями, что не покидали его всю дорогу. Будучи настроенным разносить всё в пух и прах, ему достаточно тяжело состыковать свою ненависть с домашним видом Чона, который наверняка готовился ко сну. Боже, этот змей-искуситель, даже будучи в домашней широкой футболке и спортивках, способен творить с его внутренним альфой невообразимые вещи, которых до этого Ким не испытывал. Он бы никогда не поверил, что в какой-то момент его сердце будет заходиться сбивчивым ритмом лишь от взгляда на альфу. Неправильные мысли поспособствовали новому приливу ненависти к парню, стоящему перед ним. — Блять, как же ты меня заебал! — Тэ уже не понимает, куда ему деваться от своих противоречивых чувств. Он переступает через порог квартиры, быстро захлопывая за собой железную дверь, хватает парня за ворот футболки и прижимает к стене. Дыхание ко всем чертям сбивается, когда Ким вдыхает усилившийся феромон Чона. Однако запах не был резким, как это бывает, когда альфы пытаются надавить на оппонента. Его хотелось вдыхать и наслаждаться древесным ароматом. — Я ничего не делал, — Чонгук почему-то не пытался сопротивляться, будучи прижатым к стене, словно ему нравилось выводить из себя второго. А Ким понять не мог, хочется ли ему набить морду или вечность смотреть на расширившиеся тёмные глаза, ровный нос и пухлые губы… — Хватит из себя строить ничего не понимающую овечку, — Тэхён не отходит, рокочет, пытается испугать, надавить своей аурой. Только вот не получается, словно что-то мешает, внутренний альфа не хочет этого делать. — Да что произошло-то? — Чон как назло облизывает свои пухлые губы, будто манит к ним прикоснуться. Бесит, пиздец как бесит. Никто не любит чувствовать свою слабость перед человеком, а особенно Ким, который дал себе обещание не совершать ошибок. Не влюбляться. Не в него. — Ты сам всё прекрасно знаешь, зачем пытаешься меня извести? К чему все эти взгляды и фото? Никогда в жизни не поверю, что оно было случайным, — Тэхён всё ещё пытается рычать, пугать, загнать в угол. Сделать всё, чтобы в первую очередь уберечь себя от ошибки. Но вот он, Чонгук, стоит прямо перед ним, вжатый в стену, которого очень хочется… Нет, не избить, а поцеловать, приласкать… Да что с ним, чёрт возьми, происходит?! — Так всё-таки ты решился поговорить об этом… — Чон делает небольшую паузу, будто удостоверяется в своих догадках. — Как же много времени тебе понадобилось, чтобы лёд тронулся, — альфа тепло смотрит в ответ на Кима, словно гордится тем, что тот решился сделать первый шаг. Однако не совсем такой, на какой он изначально рассчитывал. — Что ты несёшь? — Тэ пуще прежнего злится и хмурится, его совсем не устраивает подобный ответ. Он ведь хотел оттолкнуть, убежать и забыть. — Руки свои от меня убрал! — Ким сильнее бесится, когда Чон аккуратно кладёт свои руки на его талию, не пытается сжать или к себе прижать, просто хочет прощупать почву. Он тоже устал ждать, и, если уж выпал такой замечательный момент, лучше во всём признаться сегодня. — Ох, какой грозный альфа… Мне нравится, — Чон ухмыляется, когда его руки слетают с чужой талии под напором, но не спешит расстраиваться. С Кимом нужно аккуратно, чтобы не спугнуть. — Фу, блять, не смей заигрывать со мной. Что, захотел поиметь ещё одного альфу себе в коллекцию? Так вот хуй тебе! — парень подходит ближе, всё ещё фиксируя чужие руки за запястья, чтобы тот их не распускал. Между ними такое напряжение, что его, кажется, можно осязать. — Я не буду ещё одним мальчиком на ночь, которым можно воспользоваться и кинуть, — Тэхён невольно раскрывает ещё один из своих страхов: оказаться брошенным и никому не нужным. Использованным и одиноким. — Так вот какого ты обо мне мнения, — хмыкает Чон, даже не думая обижаться. Раньше ему было очень удобно не иметь пары. Не нужно было запариваться над свиданиями, романтикой… Можно было просто позвонить желающему и предложить развлечься на одну ночь. Всё было обоюдно, никто никого не кидал, ни у кого не было фантазий насчёт продолжения. Но Тэхён был другим. С ним хотелось всей этой романтики и продолжения. — А какого мнения о себе ты ещё хотел, когда приводишь в дом нового альфу и трахаешься с ним до утра? — теперь очередь Кима насмехаться над чужими словами. Звучит очень бредово. — Во-первых, так было раньше, во-вторых, они прекрасно знали, на что шли, и, в-третьих, у меня месяц уже никого не было, — Чон говорил чётко и смотрел прямо в глаза. Он никогда не будет отрицать происходящего ранее, но из-за этого ставить на себе крест тоже не будет. — Мне до этого какое дело? — Тэ вновь упирается, вновь старается показать, что ему безразлична чужая жизнь, только на сердце становится теплее от сказанного. — Ты сейчас серьёзно? — Чону уже хочется закатить глаза. — Мне попался самый непробиваемый альфа из всех возможных… — тяжёлый вздох не заставляет себя долго ждать. — Когда же ты перестанешь отрицать и бояться своих чувств? — и снова этот пронзительный взгляд. — О каких, блять, чувствах ты мне говоришь? — Ким сам теряется, не хочет поддаваться ощущениям, хотя в глубине души понимает, что человек напротив абсолютно прав. — Господи, Тэхён, перестань уже строить из себя великого слепого. Ты нравишься мне, — от чужого признания мурашки пробегаются по телу. — Я нравлюсь тебе, — звучит уверенно. — Этот разговор должен был состояться гораздо раньше, но из-за того, что ты постоянно убегаешь от меня, до тебя невозможно достучаться. — Нет, их нет, между нами не может быть никаких чувств… Это неправильно, так нельзя, — Тэхён своими искренними голубыми глазами смотрит на альфу, всё ещё боясь признаться в первую очередь самому себе. Он уже давно пропал в этом человеке и даже этого не заметил. — Почему же? — Чонгук переходит на шёпот, боясь спугнуть момент. — Ты, сука, издеваешься? Мы оба альфы. Если ты опустился до того, чтобы спать со своим же полом, то я этого делать не буду, — и вот Ким снова рычит, снова показывает недовольство, словно держится за последнюю ниточку самообладания. — Чего ты боишься и от чего бежишь? Ты своими предрассудками запрещаешь себе любить и желать понравившегося человека. Неправильно как раз-таки жить с такой позицией, от неё ничего хорошего не дождёшься, кроме как опустошения и депрессии в будущем. — Не думал, что ты настолько сильно хочешь затащить меня к себе в постель… — Тэхён тронут чужими словами, но всё ещё скрывается за маской безразличия. Он никогда не испытывал ничего подобного. — Блять, ты непробиваемый, — Чон резко притягивает строптивого альфу за шею, чтобы втянуть его в поцелуй. Надоело ждать и говорить о том, что и так понятно. По телу Кима проносится волна жара, чужие губы кажутся мягкими, тёплыми и влажными. Чонгук так правильно держит его, притягивает к себе, не даёт уйти. А хочет ли сам Тэхён вырываться из сильной хватки? Ответ лежит на поверхности: если бы ему было противно, если бы он не желал этого, то за лёгким касанием губ последовал бы удар в челюсть. Этого не происходит, альфа только цепляется за чужую безразмерную футболку и, кажется, дрожит. Дрожит от касаний губ, горячего дыхания, древесного феромона. Ему так плохо и так хорошо одновременно, что взвыть хочется. Чон, поняв, что его не оттолкнут, идёт дальше: захватывает чужую нижнюю губу своими, легко оттягивает, проводит кончиком языка, заставляя испытывать новую судорогу в теле. Так горячо, так влажно и так правильно… Раньше, целуясь с омегами, дабы доказать себе, что он может быть правильным, Ким не испытывал и доли приятных ощущений, будоражащих всё тело. Чон, он творит с ним невообразимые вещи, сжимая в руке светлые волосы на затылке. — Скажи, я хоть раз за всё время относился к тебе пренебрежительно? — Чонгук шумно и горячо дышит после того, как оторвался от желанных губ. — Может, я насмехался над тобой или хотел принизить? Я же всё это время пытался сблизиться, старался найти к тебе подход, — он, наконец, признаётся, не видит смысла в безмолвии, ведь его и так было достаточно. — Когда я понял, что думаю о тебе, то решил оборвать случайные связи и подступаться к тебе маленькими шажками, потому что видел ответное влечение. Но ты… Ты закрылся в своих страхах и не хотел из них выходить. Чего ты добьёшься тем, что будешь жить с омегой, сам того не желая? И ведь действительно. В памяти Кима пролетают моменты совместного жительства за проведённые под одной крышей месяцы. Чонгук всегда был к нему добродушен и приветлив, старался познакомиться поближе, завести диалог, предложить свою помощь. Тэхён же, зарывшись в своём смущении и непонятных чувствах, постоянно скрывался от него за дверью своей комнаты. А после того, как приносил себе удовольствие под чужие стоны, так и вообще не мог смотреть в темные глаза. Редкие вечера, в которые всё же выдавался шанс побыть друг с другом, они могли разговаривать на все темы, хоть и не углубляться в них из-за не слишком близких отношений. Однако даже этих разговоров им хватило, чтобы узнать друг друга ближе. А что было бы, если бы Тэхён перестал бегать в первую очередь от себя?.. — Я не знаю, Чонгук, я так запутался. Мне страшно, и я не знаю, чего ожидать от возможных отношений с альфой, — Тэ облизывает искусанные губы, опирается на стену одной рукой, так и не имея возможности отойти от альфы. Потому что не хочется. — Понимаю, Тэхён, всегда страшно идти в неизведанное место, но именно оно может привести тебя к лучшему пути, — Чонгук не старается надавить на него, принудить к определённому ответу. Он понимает, какого человека захотел себе в пару, и понимает, чего ему это будет стоить. И он готов пройти весь этот путь, главное, чтобы самому Киму это нужно было. — Хочешь сказать, что ты бы хотел со мной встречаться? — Тэхён смотрит на него побитым зверем, словно понял, чего себя лишал все время. К нему ведь хорошо относились, даже решили отказаться от обычной жизни в силу возможных отношений с ним. — Об этом я думаю на протяжении всего месяца, так что да, конечно, — Чон улыбается своей искренней улыбкой, чем полностью покоряет сердце парня. Тэхён впервые целует его самостоятельно, потому как хочется до зуда на губах. — Бля-ать, — Ким не может полностью совладать со своими чувствами, потому как ощущает слишком многое. — А наши отношения подразумевают секс после пары секунд их начала? — Что-то ты слишком стремителен для того, кто пару минут назад упёрто говорил о том, что мы не можем быть вместе, — Чонгук хоть и подшучивает над ним, но внутренне безумно рад, что они смогли всё прояснить. Всё же ему самому было безумно волнительно испытывать неопределённость. Особенно после того, как Чон отправил ему ту самую фотку. Ему было интересно убедиться в своих догадках. И вот он, собственно, в них убедился. — Мне кажется, что я всё решил уже достаточно давно, но не мог смириться и отрицал. Но теперь, когда мы пришли в точку невозврата, становится легче принимать факт, что мы вместе. Да и яйца из-за тебя тяжёлые постоянно, я уже заебался… — Тэхёну не особо хотелось сейчас разводить сопли, да он и не склонен к этому, решая перевести тему в более шуточную и в какой-то степени возбуждающую. — Оо, неужели я дождался дня, когда ты признаёшься мне, — Чонгук понимает ход чужих мыслей и подмигивает ему, пока Ким потихоньку залезает под широкую футболку, будто прощупывает почву точно так же, как до этого делал Чон. — Заткнись, — Тэхён, уже достаточно осмелев, накрывает мягкие губы своими, вовлекая альфу в жаркий поцелуй. Они терзают губы друг друга, словно добрались до самого заветного, до того, о чём мечтали всё время. Чонгук прижимает Кима к себе сильнее, углубляя поцелуй, от которого хочется задохнуться, но никогда не прекращать. Черт, и от этого Ким убегал? Не оглядываясь назад, бежал от крышесносных ощущений, которые создаются лишь одними касаниями губ, что даже представить страшно, что может быть дальше… Пока Тэхён значительно ослаб под чужим напором, Чон тем временем меняет их позиции, прижимая своего альфу к стене. Ким сейчас значительно отличается от того, каким пришёл изначально. Перед Чоном предстал совершенно другой альфа, разомлевший от поцелуев и изнеженный тем, что позволил наконец себе сдаться, чтобы получить нечто большее, чем просто поцелуи и секс. Его просто разрывает от неповторимых ощущений жара и эйфории, дрожи и вибрации по всему телу. Внутренний альфа даже не злится, не пытается увернуться от чужих губ и прикосновений, полностью отдавая себя в сильные руки. Ему до дрожи в коленях хорошо, когда влажные от многочисленных поцелуев губы спускаются на его скулу, прочерчивая дорожку от чёткой линии челюсти до ключиц. Тэхён также легко поддаётся, когда с него снимают джинсовку, в которой он был, а затем и футболку. Вещи летят неизвестно куда, обоим это не так уж и важно, о них можно подумать попозже. Сейчас думать не хочется вообще, не тогда, когда Ким самостоятельно проводит длинными тонкими пальцами по накачанной оголённой спине альфы, который уже успел снять с себя футболку. Член, как назло, уже стоит по стойке смирно, а каждое прикосновение не даёт ему опадать. Один феромон альфы что с ним делает… Кружит голову и манит вдыхать его постоянно. Чонгук прикусывает мочку уха и, горячо дыша в него, проводит своей рукой по чужому члену, спрятанному под штанами, которые хочется снять к чертям собачьим, чтобы больше не чувствовать грёбаное давление. Из-за этого Ким болезненно ударяется затылком о стену, когда яркий разряд возбуждения проходится по всему телу. — Аккуратнее, — заботливо шепчут ему на ухо. — Нам нужно в душ. Вместе. Тэ уже не различает, звучало ли это как просьба или приказ. Уже и неважно как-то. Потому что он, словно слепой котёнок, следует за своим альфой, который не прекращает урывать поцелуи, что замедляют процесс. В ванной остальная одежда также остаётся где-то на полу. Дышать становится тяжелее, смущение накатывает с головой, ведь во всей эйфории не осталось места для того, чтобы размыслить, каково будет разглядывать обнажённого альфу, которого всё время так отчаянно желал. Оказалось достаточно тяжело, но Чонгук, предвидя такую реакцию, старался отвлечь свою пару поцелуями. Тэхён рычал, хватался за широкие плечи, оставлял полосы на них от немного отросших ногтей, когда альфа накрыл его член ладонью и провёл по нему, распределяя выделившуюся смазку. Ноги дрожали, губы болели, но тем не менее хотелось большего. Забравшись в стеклянную кабину душа, Тэхён тотчас был прижат к плитке спиной, пока Чонгук целовал его шею и тихо, но довольно рокотал. Вслепую нащупав переключатели, Ким включил прохладную воду, тут же регулируя её до нормальной, тёплой, пока его изводили поцелуями и стимуляцией изнывающего возбуждением члена. Тихонько рыкнув, Тэхён не захотел получать удовольствие в одиночку, сжимая тот самый член, который он видел до этого времени только на фотографии. Альфа словно сходил с ума, наблюдая перед собой Чонгука, возбуждающего его до предела. Капли воды стекали по его волосам, лицу и телу, их хотелось слизать, в чём парень в этот раз себе не отказал, разрывая такой сладкий и страстный поцелуй, чтобы губами прикоснуться к накачанному плечу. Кончик языка словно сам по себе выводил влажные узоры на татуированной руке. Как же давно он хотел это сделать… Ставил себе запреты, пытался избежать и в итоге пришёл к тому, от чего бежал. Теперь откровенно становится как-то похуй, когда Чонгук так правильно сжимает его член в своей руке, касаясь большим пальцем пульсирующей головки. Тэхён извивается, стонет, сам того от себя не ожидая, ведь с омегами он всегда был сдержанным, а здесь стонет и практически скулит. — Умница, ты такой красивый, давай, ещё немного… — слышится хриплый шёпот на ухо, когда Кима уже трясёт от подступающего оргазма. Чонгук его не жалеет, водит рукой в быстром темпе, за которым пытается поспевать сам Тэхён, чтобы кончить одновременно. Альфа пытается устоять на ногах, когда его накрывает волной высшей степени удовольствия, которую так хотелось испытать всё это время. Оба стонут друг другу в губы, разнося вибрацию от звука наслаждения. Чонгук наваливается на него, придавливая к плитке, тоже тяжело дышит, но не прекращает целовать припухшие губы. Тяжело оторваться от того, к чему хотелось прикоснуться так долго. — Как же хорошо… — Тэхён смотрит замыленным взглядом в потолок, пока на них всё ещё льётся вода. — Будет ещё лучше, поверь, — немного отдышавшись и придя в себя, Чонгук с ухмылкой аккуратно поворачивает парня, чтобы тот встал лицом к стене. — Ты что делаешь? — напрягается альфа, пока его ягодицы неспешно разминают. — Не бойся, входить в тебя не буду, к этому мы придём как-нибудь потом. Для этого нужно подготовиться, а пока можно получить удовольствие другим способом. Чонгук не спеша поглаживает всё тело парня, задевая вставшие соски, от стимуляции которых Ким невольно прогибается в спине. Чон целует мокрый от воды затылок, переходя на шею, в то время как руками добрался до встающего из-за нового возбуждения члена. Тэхён тяжело дышит, хватается за мокрую плитку, втягивает впалый живот, прикусывая нижнюю губу. Альфа удобно пристраивает вновь возбужденный член между сочными ягодицами, чтобы толкаться в них. Тэхёну настолько чертовски хорошо, что аж плохо. Чонгук крепко держит его за талию, выбивая из него стоны лишь одной рукой на члене… Пиздец. Если бы ему кто-то сказал такой бред, что он будет извиваться под альфой, он бы ни за что не поверил и покрутил бы пальцем у виска. Однако теперь ему ничто не мешает выстанывать чужое имя и просить ускорить темп. — Как же ты прекрасен… — вновь хриплый шёпот альфы становится спусковым крючком для того, чтобы излиться на стену и громко простонать. Чонгуку также тяжело сдерживать себя рядом с Кимом, который его очаровал с самой первой встречи, поэтому он изливается следом на покрасневшие от шлепков ягодицы. Тэхён до сих пор ощущает себя в вакууме, пока его заботливо ополаскивают и помогают отмыться. Чонгук целует его и получает поцелуи в ответ, потому что Ким решил, что в первый раз в своей жизни сделал правильное решение, когда повёлся на поводу у своих желаний, перестал заботиться о мнении общества и наконец нашёл того человека, который, несмотря на его явные противоречия, смог добраться прямо до сердца…