Создатель миров и блуждающая комета.

Орион взял с тумбочки пульт и нажал кнопку включения. Голографический экран вспыхнул мягким светом. Он быстро набрал в поисковой строке: «22 канал» — и подтвердил выбор. На экране возникло изображение палаты интенсивной терапии. Стерильно-белое пространство, глухой шум медицинской аппаратуры. На больничной койке, почти недвижимый, лежал Владимир. Его красивое, обнажённое тело казалось не живым, а вылепленным из воска. Только тонкий отрезок ткани прикрывал его наготу. К нему были подключены десятки проводов, трубок и сенсоров. Лицо скрывала странной формы маска — кислородная, но с каким-то дополнительным отсеком. Орион нахмурился. — Возможно... — пробормотал он. — Вместе с кислородом в лёгкие поступают лекарства. Газообразные препараты?... Вдруг экран погас. Изображение сменилось резкими, чёрно-белыми помехами. Пронёсся короткий щелчок — и неожиданно из ряби появилась знакомая морда Эрджея. Он смотрел прямо на Ориона, широко раскрыв глаза. — Орион! Хозяин... вы живы? С вами всё в порядке?! — Эрджей?! — Орион отшатнулся. — Ты... Как ты сюда пробрался? Ты взломал систему безопасности?! Ты понимаешь, что нам грозит? За такие дела могут упечь лет на двадцать! — Не волнуйтесь, хозяин, — голос Эрджея звучал мягко, но тревожно. — Это не вредоносная программа. Просто маленький обход, чтобы поговорить с вами. Расскажите, как вы. И как Вовчик? Мы скучаем... очень скучаем. Орион молча смотрел на экран, а Эрджей продолжал: — Врачи из лаборатории приходили дважды. Осматривали наш отсек, брали пробы воздуха... В саду вытоптали все растения. Малыши плакали... Один из лаборантов даже залез в вентиляцию, искал что-то... На экране появились малыши. Их мордочки были понурые, глаза — грустные. Абас помахал лапкой в приветствии. Его длинные, пушистые ушки бессильно свисали вниз. Он придвинулся ближе к камере. — Хозяин Орион, — прошептал он. — Как там наш Володя? Ему лучше?.. Мы очень переживаем. Те, кто приходил, говорили что-то о ядовитом растении. Мы не хотели причинить никому вред. Но теперь... теперь брат и сёстры думают, что вы хотите избавиться от нас... как от угрозы... Сердце Ориона сжалось. Он почувствовал, как к глазам подступают слёзы. Но он не дал им упасть. Сделал глубокий вдох, улыбнулся, собрав в себе всю решимость, и сказал твёрдо: — Послушайте меня. Вы — не угроза. Вы — часть нашей семьи. Но мы должны быть честными. Мы подарим вам свободу. Отвезём вас на вашу родную планету. Купим там большой участок земли. Вы сможете выращивать фрукты, овощи, как вы любите. А мы будем приезжать к вам. Часто. Так будет лучше... и для вас, и для нас. На экране заплакала самая младшая из близнецов — Пера. Её маленькое тельце дрожало от рыданий. Рядом с ней стоял Гамми. Он обнимал сестрёнку, гладел по головке, тихо шепча что-то утешительное. Орион не мог отвести взгляд. Его сердце разрывалось на части. — Не плачьте, — сказал он хрипло. — Вова поправится. Мы вернёмся. Обещаю. Орион перевёл взгляд на Эрджея. — Нам нужно поговорить. Наедине, — сказал Орион твёрдо. — Отнеси малышей в сад и выйди со мной на связь ещё раз. Я буду ждать. Эрджей сразу понял: это не просьба. Это приказ. И не от капитана — от человека, у которого заканчивается время. Он молча кивнул. Экран на миг моргнул, искажения рябью забегали по экрану — и связь оборвалась. Каюта погрузилась в тишину. Орион опустился на край койки. Воздух казался слишком плотным. Как будто корабль сам сжимал его в своих стальных объятиях. "Если они до сих пор не поняли... если не разобрались, что Вова — мутант…" Он сжал челюсти. "То это лишь вопрос времени. И тогда…" Ему не нужно было додумывать. Он уже видел это — протоколы, спецбригада, холодные руки медиков, иглы, капельницы, анализы, изоляция. Владимир больше не будет пациентом. Он станет объектом. Образцом. Опасностью. "А он просто человек. Такой же, как я. Только с тайной, которая может убить его быстрее, чем болезнь." Он закрыл глаза. Образы проносились один за другим: лицо Вовы, его смех, как он щурится от света, как ворчит, когда холодно. Его руки. Его запах. "Я не дам им его забрать. Ни за что. Он — мой. Даже если вся эта чёртова система рухнет, даже если мне придётся в одиночку бросить вызов лаборатории, командованию, самому Совету — я вытащу его." Орион резко поднялся. Плечи распрямились. Решение закалилось в груди, как клинок в пламени. "План… Я должен составить план. Быстро, точно, без права на ошибку." Он начал мысленно прикидывать: 1. Отключить систему внешнего мониторинга. Медблок связан напрямую с охраной. Нужно подменить сигнал. Эрджей сможет подбросить фальшивый поток данных — всё равно он уже взломал одну из подсетей. 2. Вывести Вову из отделения. Через служебный тоннель, ведущий к стыковочной капсуле. Там обычно транспортируют грузы — персонал туда не заглядывает. 3. Усыпить охрану. Газ или импульс. Эрджей мог бы собрать распылитель на базе садовых компонентов — он знает, какие растения вызывают временный паралич. Это даст Ориону 6-8 минут на вынос тела и запуск капсулы. 4. Скрыть координаты. Перед отлётом придётся изменить маршрут навигации и замаскировать выход в гиперпространство. Можно воспользоваться астероидным облаком, чтобы сбить трекинг. "Это безумие," — подумал он. — "Но безумие — это всё, что у меня осталось." Он подошёл к зеркалу. Вгляделся в своё отражение. Глаза были полны усталости. Но в них — пульсировала решимость. — Я вытащу тебя, Володя. Обещаю. Если нужно — вырву тебя из рук самой системы. И в этот момент он уже знал: назад дороги нет.