За закрытыми дверями

      Как только они оказываются внутри, Наруто быстро защёлкивает замок на двери кабинета Хокаге и, на развороте, ловит так же стремительно кинувшегося на него Учиху. Они сталкиваются жёстко, ударяясь друг об друга, и тут же соприкасаясь губами, но поцелуй выходит быстрым мазком губ об губы. Учиха почти сразу отстраняется, слегка опуская голову и упираясь лбом в лоб парня напротив. Дыхание у обоих тяжёлое. Саске прикрывает глаза, ловя ощущениями присутствие Наруто в непосредственной близости от себя, телом чувствуя весь жар, исходящий от человека рядом. Ему это нужно: Саске - сенсор, он предпочитает закрывать глаза и отдаваться на волю восприятия. Но только с Наруто. Отпустить себя, довериться, ослабить контроль - всё это возможно только в присутствии светловолосого парня, в тесной компании которого сейчас находится.              Узумаки же наоборот смотрит прямо, широко распахнув глаза, жадно впитывая в себя каждую реакцию Учихи, каждое малейшее движение мускулов на лице, едва заметное трепетание ресниц, вид приоткрытых желанных губ и мягкое тепло дыхания на своём лице.              Наруто в нетерпении запускает пальцы в жёсткие непослушные волосы на затылке, пытаясь притянуть парня ближе к себе и поцеловать. Но Саске продолжает уворачиваться мимолётными движениями головы, не позволяя прикоснуться к своим губам, распаляя и без того заведённого до предела мужчину напротив. Последней каплей становится лёгкая, еле заметная улыбка, скользнувшая по губам Учихи. И Наруто, глухо зарычав, выпускает парня из своих объятий, тут же толкая того назад вглубь кабинета, торопливыми шагами подводя темноволосого к своему столу.              Учиха пятится, на ходу наступая на задники и сбрасывая с себя сандалии. Натыкается пятой точкой на ребро столешницы и прислоняется к ней, тут же ощущая на себе вес прильнувшего к нему парня.              - Чёрт, чёрт, чёрт, Саске, сколько же на тебе одежды! - частит Наруто, проворными пальцами начиная выпутывать Учиху из неё.       Саске коротко усмехается и помогает ему, в нетерпении стряхивая с себя жилетку и стягивая через голову такую же лишнюю сейчас чёрную водолазку - ему просто необходимо ощутить прикосновение сухих шершавых ладоней к своей коже.              Их встречи довольно редки. Затяжные миссии Саске не позволяют им видеться так часто, как того бы хотелось. Поэтому, когда это наконец происходит, обоим достаточно трудно сдерживать себя и они вынуждены набрасываться друг на друга, отдаваясь на милость захлёстывающему с головой желанию - трогать, мять, вжиматься, делить один на двоих воздух.              Расправившись с частью скрывающих от него желанное тело тряпок и отбросив их в сторону, Наруто жёстко и размашисто проводит ладонями по обнажившемуся торсу - от ключиц и до линии косых мышц живота, соблазнительно уходящих за кромку пояса брюк. Тело перед ним, словно магнитом, следует за его ладонями, раскрывается навстречу, не желая прерывать контакт ни на мгновение - невероятно чувствительный, всегда очень живо реагирующий на любое физическое нарушение личных границ, нуждающийся в этом, просящий об этом, нет, требующий, вязкий, манящий - Наруто теряет голову от того, насколько Учиха вверяется ему. Это пьянит посильнее любого алкоголя.              Резко выдыхая, он довольно жёстко фиксирует подбородок темноволосого пальцами и впивается в его губы своими, тут же, не теряя ни секунды, проталкивая язык в горячее и влажное пространство напротив. Саске и не думает отстраняться на этот раз, раскрывая губы и позволяя Наруто брать своё, встречая его язык собственным и аккуратно скользя по нему. Он никогда не признается в этом вслух, никогда не покажет этого перед другими, никогда не позволит даже Наруто говорить об этом, но он полностью сдаётся под натиском чужой одержимости, разрешая пить себя и иссушать до самого последнего хриплого выдоха, когда сил ни на что другое уже не остаётся.              С губ поцелуи перемещаются по линии челюсти на шею, туда, где заходится в горячечном ритме пульс - уязвимое место для любого шиноби, охраняемое буквально на инстинктах, когда мысль не успевает за реакцией тела - защитить, не подпустить. Саске обхватывает руками голову Наруто, сильнее прижимая того к себе. С губ срывается негромкий стон, кожа покрывается мурашками. Учиху обволакивает такое всеобъемлющее чувство безопасности, что каждый раз он буквально перестаёт дышать, ошеломлённый тем, как на него действует присутствие этого человека рядом.              Наруто, тем временем, отстраняется, заглядывает Учихе в глаза, снова крадя так необходимую ему реакцию, и спешно опускает руку на напряжённый пах парня, сжимая и заодно оценивая результат своих действий. Саске болезненно твёрдый, поэтому, не теряя больше времени, Узумаки начинает спешно расстёгивать застёжку его брюк, лицом снова приникая к доверчиво подставленной манящей бледной шее.              - Я не успел зайти в душ, - просто ставя перед фактом, а не пытаясь остановить, сообщает Учиха.              Наруто на это только выдыхает, проводя языком по солоноватой коже и ощущая на её поверхности вместе с привкусом пота и мягкий аромат древесины, острый - костра, и сухой - дорожной пыли. Забравшись пальцами за кромку расстёгнутых штанов, Узумаки обхватывает через тонкую ткань белья твёрдый член и сжимает, большим пальцем растирая мокрое пятнышко на головке. Саске шумно выдыхает через нос, подаваясь навстречу прикосновению, и ощущает, как Наруто задирает его руку вверх, утыкаясь лицом в подмышечную впадину - лижет размашисто и вдыхает глубоко, неосознанно притираясь своим пахом к бедру Саске, желая почувствовать давление на изнывающем от желания участке тела. Учиха тянется и накрывает его член своей ладонью, начиная ласкать поверх штанов.              - Саске... - шепчет Наруто куда-то в область между его плечом и соском, опаляя горячим дыханием. Чужое удовольствие отдаётся волной жара внизу живота и Саске сильнее сжимает пальцы, принимаясь жёстче водить рукой по эрекции светловолосого, желая ощутить снова наполненные желанием стоны на своей коже.              Усаживая Учиху на край столешницы, Наруто, наконец, стаскивает штаны с одной его ноги полностью и оставляет их болтаться на лодыжке второй. Тут же торопливым движением раскидывает ноги любовника в стороны и протискивается между ними, бесстыдно вжимаясь в чужую промежность, вырывая тем самым несдержанный стон с губ напротив. Позволяя своим штанам остаться спущенными на уровне бедёр, Наруто снова припадает губами к уже порядком измученной шее, параллельно с этим высвобождая пальцами сначала свой, а затем и член парня рядом из оков белья. Беря оба органа в руку и задавая более менее средний темп, Наруто начинает вылизывать просто всё, до чего может дотянуться.              Секс у них бывает разный, часто после него на теле Учихи остаётся много следов - царапин, укусов, отметин - но сегодня почему-то не хочется вырывать из его груди громкие крики, причиняя болезненное удовольствие. Сегодня Наруто желает облизать Учиху с кончиков пальцев ног до макушки. Он и сам себе не может объяснить этот порыв. Просто что-то урчит в нем, вибрирует, передаваясь лёгкой дрожью в руках, которую Наруто пытается усмирить, от чего та уходит выше по предплечьям, оседая где-то в районе горла и выходя наружу прерывистыми движениями губ, формирующимися в звук любимого имени:              - Сас...ке, Сас...ке, С...аске, - лихорадочно шепча и проходясь языком по высоким скулам, по закрытым векам, скрывающим за собой могущественную силу древнего клана, по острому подбородку, спускаясь от него по линии резко очерченной челюсти к соблазнительному выступу небольшого кадыка, впитывая в себя его судорожное движение, когда Саске сглатывает и медленно негромко выдыхает, раскачиваясь короткими едва уловимыми движениями в такт руке Узумаки, ритмично двигающейся внизу на их плоти.              Наруто задирает и вторую руку Учихи, вылизывая, собирая запах с чужого тела и присваивая и его тоже себе. Что-то древнее, могучее, животное говорит в нем, заставляя совершать именно эти действия. Терпкий мускусный аромат кружит голову. Такой секс ему гораздо ближе, понятнее. Ему ли? Или тому, что заточено в нём?              Когда вокруг необъятные просторы, раскинувшиеся зелёными холмами, расчерченными узкими извилистыми дорожками рек. Когда звуками наполняются чувствительные уши - щебетание птиц над головой, журчание воды на 100 шагов к юго-западу, волнение крон деревьев неподалёку, стрекот кузнечиков в траве совсем рядом, звук собственного имени, ожогом остающийся на сердце, когда просят отчаянно, в уязвимой нужде:              «- Нару...то, пожалуйста», - Саске и сам часто не понимает, о чем просит, но шестым чувством знает - Наруто догадается. Всегда догадывается. Угадывает снова и снова, попадая в точку, даруя то единственное, чего так не хватает Учихе - покой. Лежа на горячей сухой траве, смотря слезящимися глазами в блестящее синее небо, ощущая на себе вес чужого тела, Саске в очередной раз будет переживать драгоценные минуты покоя, блаженной мимолётной негой разливающегося по венам.              Такой секс всегда грязный. Наполнен запахами крови - своей и врагов, потом натруженного в схватке тела, духом нескольких дней пути без полноценного отдыха и соответствующих условий.              Сейчас у них уже не бывает совместных миссий. Сейчас Наруто уже не может клеймить собой странствующего в одиночку друга. Уже не разделить одну на двоих боль, не успокоить, накрывая собой и лишая возможности пошевелиться, ритмичными движениями внутри вытравливая растекающиеся ядовитым маревом токсичные мысли, оставляя за собой лишь звенящую спасительную пустоту.              И вылизывая сейчас Саске, подобно изголодавшемуся псу, человеческая часть Наруто хочет хоть так прикоснуться к тому, что утрачено, что было вынуждено уйти, будучи погребённым под детской исполнившейся мечтой. Животная же его часть наслаждается своей естественной средой обитания, смакуя на языке едва уловимый дух свободы, принесённый Саске на своей коже оттуда, снаружи, где ястреб парит высоко в небе, а тёплый лёгкий ветерок колышет спутанные чёрные волосы сошедшегося в схватке с врагом самого необходимого в этом мире человека. Которого и защитить теперь даже не может, вставая позади и прикрывая спину.              Эта мысль всё же заставляет Наруто сомкнуть челюсти в ощутимом укусе на изгибе плеча Учихи, вырывая из того судорожный вздох и заставляя задержать дыхание в ожидании ещё одной порции боли, которой не следует. Наруто снова возвращает на место гладкий язык, зализывая едва заметно рассечённую кожу, успокаиваясь и не виня друга за то, что тот стремится к такой естественной для обоих свободе.              Одной руки, удерживающей оба члена вместе, становится недостаточно. Наруто решает довести сначала себя до разрядки, отпуская Саске и начиная быстро и размашисто двигать кистью по своей эрекции, губами снова припадая к манящей мраморной коже, вычерчивая языком влажные узоры на ходячей ходуном груди.              Саске облокачивается одной рукой на стол позади себя, второй обнимая Наруто за спину, то и дело соскальзывая пальцами по влажной коже. Запах чужого и своего возбуждения наполняет лёгкие. Он подставляется под ласки, навстречу жадному рту, бессознательно шире разводя ноги и приникая ещё ближе к горячему телу. Рука сама тянется к изнывающему от возбуждения собственному члену, но только он успевает прикоснуться к себе, как его пальцы грубо перехватывают и впечатывают в столешницу рядом, фиксируя и не давая пошевелить кистью. Правда, отпускают почти сразу же. Саске принимает это, смакуя исходящую от парня рядом смешанную в чувствах ауру. Наруто тоже борется внутри, все же сдерживая себя каждый раз, когда хочется дать немного больше воли тому, другому, живущему бок о бок на задворках разума.              Влажную, от пота и слюней Наруто, кожу холодит на лёгком сквозняке. Саске прислушивается к собственным ощущениям, в очередной раз отмечая спокойствие в мыслях и лёгкую пустоту в голове, дарующую свободу от необходимости принимать решения, когда это делают за него и для него. Он расслабляется, откидываясь на вытянутых руках слегка назад, отмечая, что Узумаки тянется следом, и обвивает светловолосого парня ногами, скрещивая позади него лодыжки.              Саске наблюдает - за перекатывающимися под загорелой кожей мышцами спины; за проступившими венами на напряжённой движущейся руке, когда Наруто приподнимается и вцепляется свободной кистью ему в бедро, продолжая ласкать себя; за приоткрытыми в рваных выдохах влажными от слюны губами; за потемневшим от возбуждения взглядом; за покрасневшей блестящей головкой, то появляющейся, то снова исчезающей в плотном кольце пальцев.              Иногда ему кажется, что в такие моменты Узумаки сливается с лисом, находящимся внутри него, чуть больше, чем может позволить себе это с кем-либо ещё. Но Саске совсем не против, в глубине души ему нравится эта сила, запечатанная глубоко внутри мощной печатью. Он вспоминает, как завидовал ей, будучи глупым и жаждущим лёгких и быстрых путей обретения силы подростком. Ему казалось несправедливым, что она досталась какому-то безродному, не способному ни на что, мальчишке. Более того, которому она и не нужна, в отличие от него самого, знающего, куда направить эту захлёстывающую с головой жажду крови и разрушений. Кто же знал, что через каких-то несколько лет сам будет лежать, пригвождённым этой силой в умелых руках, и желать только одного - чтобы уничтожали, рвали, вплавляли в себя, стирали в пыль, оставляя после блаженное ничего. Чтобы потом снова, часть за частью, выстроить себя заново, наполняя новыми смыслами, желаниями, надеждами... И так круг за кругом, потому что по-другому жить Саске всё равно не умеет. Потому что безысходность и чёрная тоска стали давно частью его души. И только Наруто способен своими яркими синими глазами на время разогнать эту непроглядную тьму, сковывающую сердце в свои ледяные оковы. Наруто, удерживающий самого кровожадного из известных ныне зверя внутри и не дающий ему и шанса на то, чтобы выбраться наружу и смести всё на своём пути. Саске бы не справился. Нет необходимого света в его навечно обугленной душе.              Наруто кончает с глухим рыком, тыча влажным носом куда-то под подбородок Саске, совсем как пёс, ищущий признания у хозяина. Горячая жидкость выплёскивается на живот Учихи, телом он ощущает чужие судороги удовольствия, словно электрическими разрядами передающиеся и ему. Узумаки расслабляется и поднимает на его лицо взгляд полных обожания глаз, тепло и мягко улыбаясь - усмирил в очередной раз рвущееся наружу отчаяние. Ласково убирает с его лица прядь чёрных волос, заправляя её за ухо, а после плотно обхватывает слегка опавший член Саске во влажную большую ладонь.              Учиха приподнимается, отводит свою руку вниз, собирая пальцами остатки спермы с головки члена Наруто и, тут же направляя их к своим губам, облизывает, рассеянно глядя в глаза напротив. Он так соскучился - по вкусу, по запаху, по дому в лице одного конкретного человека. Наруто на это, шумно выдыхая, начинает интенсивнее двигать рукой, приближая темноволосого парня к оргазму. В очередной раз Саске может отдаваться на волю чужого ритмичного темпа, прикусывать нижнюю губу, прикрывая глаза и растворяясь в сладких и томительных ощущениях накатывающего волнами удовольствия, слегка двигать бёдрами, толкаясь в тесную ладонь, чувствовать чужое лицо в паре сантиметров от своего, широко открытые ясные глаза напротив, не упускающие ничего из виду и глядящие упрямо в его, закрытые. Ловить мир через призму слепых ощущений, сбрасывая на время бесконечные оковы разъедающего разум колючего контроля.              Саске кончает, разбиваясь на части, хватая Наруто за затылок в удерживающем движении и сталкивая их губы в плотном неподвижном поцелуе. Пережидая конвульсивное сокращение мышц на всем теле, слушая набат собственного пульса в ушах, вдыхая запах находящегося рядом человека, ловя сознанием последние искорки отступающего наслаждения.              Рука на затылке расслабляется, позволяя светловолосому парню отстраниться и заглянуть, наконец, в распахнутые тёмные глаза напротив.              - Всё хорошо? - риторический вопрос, заданный скорее просто чтобы перекрыть обрушившуюся на них тишину. Саске проводит кончиками пальцев по отметинам на щеке Наруто, коротко кивая. Плечи напротив расслабляются и Узумаки широко улыбается, неловко взлохмачивая пятернёй собственные волосы на затылке.              Вляпавшись в неосторожном движении пальцами в ещё сохраняющую лёгкое тепло сперму на теле Учихи, Наруто бросает быстрый взгляд в сторону его лица и наклоняется, принимаясь вылизывать широкими движениями языка белесоватую жидкость с живота и груди парня. Саске полностью опускается спиной на поверхность столешницы позади себя, ощущая кожей какие-то бумаги, теперь уже совершенно влажные и никуда не годящиеся. И мягко кладёт свою руку на светловолосую макушку, начиная легонько перебирать пальцами непослушные прядки, ожидая, пока его личный зверь насытится. Позволяя присвоить себе Учиху до последней капли.