Двое в тени

Общий зал гудел, как растревоженный улей. Кто-то играл в домино, громко хлопая костяшками по замызганному столу. Двое у окна перебрасывались похабными шутками, смеясь так, что виднелись золотые коронки. В углу, под треснувшим плакатом "Труд исправляет", трое мужиков мрачно пили чай из жестяных кружек. Несмотря на заполненность очевидно преступным контингентом, зал больше походил на старенький клуб в общежитии. В этой колонии не было отпетых ублюдков, насильников, закоренелых убийц - в основном сидели бытовики, неудачливые предприниматели, грабители, контрабантисты (без серьезного насилия) и (очень редко) жертвы обстоятельств. Многих ждали семьи: кому-то осталось отсидеть всего пару лет, кто-то еще надеется выйти по УДО. Инциденты бывают редко, и то, один на один, без бунтов и массовых расправ. Время застыло в этих стенах, лишь изредка менялись лица. Освободившимся завидовали, но после раздачи вещей поздравляли с выходом на волю. А вот новенькие были как глоток свежего воздуха, создавая массовый переполох. Заключенные негласно оценивают каждого новоприбывшего на предмет того, к какой касте он может примкнуться. Старики почти всегда примыкали к старикам, кто-то делился по статьям своего пребывания, были даже "клубы по интересам". Семьянины пытались заполучить "помощника", рабочие - еще одного товарища на кухне или в саду, совсем юные и активные ребята обычно кучковались вместе, утомляя своей энергичностью старшее поколение. Но самое волнительное — молоденькие, робкие ребята, которые плохо понимают, куда попали. На таких начиналась отдельная охота. Как правило, обходилось без насилия, особенно если новобранец быстро смекал, что лучше подчиниться одному и быть под защитой, чем терпеть постоянные нападки от всех альфа-самцов. Кто-то из касты сплетников подслушал, что сегодня завозят новенького, что и стало повесткой дня. Гарсену не было до этого никакого дела. Он в одиночестве сидел за столом, играя в шахматы в соло. Возможно, он бы мог найти партнера по игре, но тогда пришлось бы перестать отпугивать людей, — нет такой возможности. Этот стол обходили стороной. Дверь с громким скрипом открылась, внутрь неуверенно шагнул парень лет двадцати пяти. Разговоры стихли, почти все обернулись, жадно разглядывая Джея. Бледная кожа, тонкие запястья, большие глаза, в которых читался животный ужас. Дверь позади него закрылась, и он невольно сделал шаг назад, упираясь в нее, будто пытался раствориться. Дрожащие пальцы судорожно сжимали робу. В суете всех досмотров, переодеваний, введения в курс дела, он не успел выработать стратегию действий. Джею не повезло, и вместо нейтрально настроенных сокамерников, первыми в сторону него сделали шаг отчаянно одинокие. — О-о-о, посмотрите, какая прелесть к нам заявилась, — протянул мужик, улюлюкая. Джей проигнорировал эти слова и судорожно оглядывал столы и лица людей, в надежде куда-то приткнуться, только не оставаться в тупике. Глазами он искал поддержку и не находил ее. Со стороны, если сидеть достаточно близко, было видно, что парень весь сжался. Никому не было видно, как ему стало трудно дышать, как расширились зрачки и он попятился назад, уронив не пойми откуда взявшийся стул. Серьезно, откуда рядом с дверью стул? — Да не трясись ты так, не укушу. Пока что...Как зовут, красавчик? — ...Джей? — ответил он с вопросительной интонацией. — Ты у меня спрашиваешь? Хах. Приятно, Джей-кей. Давай-ка пройдем вон за тот стол, пообщаемся. Грохот падения стула отвлек Гарсона от игры, он взглянул на новенького и ощутил мощное раздражение. "Идиот. Сам виноват. На зоне нельзя быть таким... беззащитным. Слабак." Тем не менее, что-то во взгляде Джея насторожило его, но он быстро отбросил лишнее из головы и продолжил играть. В конце-концов, он не мать тереза, чтобы спасать всех жалких и обделенных — это не его дело. Прозвучал звонок на обед. Разговор с Джеем не состоялся, все массово двинулись на выход. Новенький как будто подождал, пока почти все выйдут, и пошел вслед за толпой. Справиться с системой работы столовой было несложно, а вот выбрать место, куда сесть, — очень нелегко. Краем глаза он увидел зазывающие жесты новых знакомых, однако, сделав вид, что не заметил, двинулся к столику пожилых людей. Когда Джей уже поднес вилку ко рту, он услышал рядом с собой шаги. — Принцесса, невежливо игнорировать новых друзей, — сказал один из троицы. Старики тут же ретировались за другой стол, с жалостью смотря на новенького. — Детка, я вижу, что тебе страшно, поэтому я пришел с дружным советом. Если ты хочешь отбыть здесь срок без несчастных случаев, тебе лучше обзавестись близким другом. Я дам тебе время, но долго не тяни, — мужчина не ждал дожидаться ответа, ухмыльнулся, и все трое пропали из поля зрения парня. За этой сценой наблюдал Гарсен. У троицы уже был инцидент с прошлым новеньким, которого пришлось перевести в другое крыло. Тогда они сильно переборщили, но и парень был достаточно провокативен. Гарс не считает, что можно спровоцировать на изнасилование, тем не менее, если ты слабак, — научись извиваться и находить способы выжить. Джей же выглядел как абсолютно не приспособленный к жизни человек. А уж тем более к тюремной жизни. Это раздражало. Гарсен редко долго задерживался на какой-то эмоции, да и в целом редко что-то испытывал. Но когда испытывал, как правило, это было раздражение, отвращение или смех. Он задумался о предыдущем "инциденте". Тогда он видел, что происходило. Откровенная травля, домогательства и закономерный итог. Тогда он не вмешался. И последствия затронули всех заключенных. Повторения не хотелось бы... Гарсен снова взглянул на парня, обдумывая возможные сценарии его дальнейшей жизни в ней. Возвращаясь в камеру, он все не мог выбросить из головы Джея, что раздражало еще больше, чем сам Джей. *** Слухи и сплетни поутихли, и все разошлись по камерам. Джей шел осторожно, оглядываясь по сторонам и заодно пытаясь запомнить дорогу. Наконец дошел до своей камеры. По совместительству, камеры Гарсена. "Ну разумеется", — подумал Гарсен, выглядывая из-за книги, — "Куда же еще..." — Привет, — робко сказал новенький. — Привет, — равнодушно и коротко ответил сокамерник. — Меня Джей зовут. — Гарсен, — произнес и вернулся к чтению. Джей догадался, что его новый знакомый заводить дружбу не хочет, и, помолчав несколько секунд, принялся заправлять кровать. Заправляя подушку в наволочку, он неосторожным движением смахнул кружку со стола. Она вдребезги разбилась. Гарс медленно повернул голову и посмотрел на соседа. — Ты всегда такой или специально привлекаешь внимание? Голос низкий, без эмоций. Джей замер. — Я… не специально. — Конечно, — Гарсен усмехнулся, — Ты вообще когда-нибудь думаешь, что делаешь? — Он старался не ввязываться в разговоры, однако, поставить кого-то на место, особенного такого, как Джей, было приятно. — Что? — На зоне каждый сам за себя. Если ты не можешь даже "рот открыть" — тебя сожрут. — Я не хочу этого, — испуганно сказал парень. — Тогда перестань вести себя как жертва. — А если… если я не знаю, как? — Научись. И лёг на койку, повернувшись к стене. Разговор окончен.